Несчастливый

       Уставшие и довольные своим маленьким весёлым нарушением, они поволочились в семейный дом Тигнари. Тот не знал пока, как объяснит родителям, откуда он в ночь притащил полицейского, почему у него низ футболки в чём-то белёсом, и откуда у него пара слабых засосов на шее.        Узнав адрес проживания Сайно, он наотрез отказался его отпускать одного ночью пешком. А офицер, вспомнив криминальный фон района, где обитал лис, запретил тому идти одному и вызвался проводить.        Вот так они и дошли, клеясь друг к другу, как приторно-сладкая парочка. Просто потому что уже ничего не мешало. И это было так освежающе.        Тигнари позабыл про тревоги, забыл оглядеться, входя в нужный дом и запуская к себе полицейского.        В подъезде, двоясь звонким эхом, кто-то кричал и ругался, стуча по металлу двери. Узнав голос, что так долго мучил его уши, лис тут же потерял покой.        — Нари…? — обеспокоенно шепнул Сайно, пытаясь заглянуть в лицо.        — Это он. — Поджал уши фенек и опустил хвост к полу. Перевёл испуганные глаза-малахиты на него. — Он нашёл дом моих родителей.        Решительно светлые брови уткнулись в переносицу, а в глазах кроваво-красных мелькнул тот самый строгий и чёткий янтарный блеск карателя. Сайно направился на звук, а Тигнари — за ним, ощущая, как сердце выскакивает из груди.        — Да что вы, твари, его укрываете?! — снова удар по двери, та задребезжала, но не поддалась взбешённому. — Сами воспитали блядуна, а теперь хвосты поджали, шавки?!        — Уходи, убирайся, или мы позвоним в полицию! — прозвучал глухо истеричный вскрик матери, который точно Тигнари услышал и захотел чуть ли не на четвереньках перепрыгнуть последние ступеньки и сразу же броситься на уничтожение мерзавца-мужа. Увы, Сайно закрывал ему проход собой. Хотя, впрочем, он ускорил шаг ещё сильнее, уже являясь на площадку нужного этажа.        Мейсара обернулся на шаги. В свете тусклой лампочки его чёрные безумные глаза казались ещё страшнее. Вокруг него неразборчивым месивом валялась изрезанная одежда, изорванные книги по ботанике и так трепетно собранные гербарии, разбитый бутылёк с эфирным маслом, что теперь пахучей лужей смягчал вонь подъезда. Где-то за ногой бывшего супруга лис увидел разбитый горшок и малюсенький кусочек фиолетового листа, что оторвался в процессе мести.        — Ах, вот как… — задыхаясь от гнева, маниакально улыбнулся ракетостроитель, разглядывая сердитую парочку. Взгляд его проскользил по растрёпанному фенеку, словно намеренно ища повод сорваться с оглушительным визгом. Как неудачно, что даже такие мягкие укусы оставили свой след и могли привлечь внимание. Вена на виске у Мейсары снова вздулась. — Ты, блядь, ещё смеешь!..        Сайно ловко и непреклонно шагнул ближе к разъярённому, просовывая левую руку между предплечьем и бедром учёного, обхватил его локоть, ударил коленом в пах, тут же заставляя Мейсару обмякнуть. Уже в следующее мгновение дебошир беспомощно был в плену болевого захвата, кряхтя и матерясь невнятно.        — Нари, позвони в полицию, пожалуйста. — Спокойно обратился к нему офицер, прижимая бывшего своего парня к холодной стене. Тигнари охотно дрожащими от адреналина руками взялся за смартфон и сделал, как было прошено.        — Да чем ты, мент ебаный, лучше меня?! Чем блять?! Почему именно ты?! — бесновался Мейсара, не собираясь успокаиваться. Видать, достоинство ему воспалённое передавили. — Можешь на меня хоть что повесить, я всё равно выберусь. Куплю всех и каждого в твоём сраном отделе, убежусь, что тебя уволят, и ты сгниёшь в какой-нибудь канаве. Слышишь?!        Сайно был безразличен к укорам, угрозам и проклятьям. Привык, слыша их не раз и не два. А у Тигнари кровь закипала от возмущения. Вот бы мочь поставить психа на место раз и навсегда, но вряд ли это возможно. Разве что выбесить сильнее, но не хотелось причинять неприятностей новому ухажёру, которому всё ещё приходилось его держать.        К подъезду тихо подкатила машина, остановилась у дорогущей иномарки иронично, забрала бьющегося в отчаянном бешенстве Мейсару прочь.        — Его угрозы реальны? — спросил тихо Тигнари, провожая взглядом «карету», в которой увезли его «короля». Какая благодать, всё-таки, быть бедным, но умиротворённым.        — Я сам не последний человек в участке. Я справлюсь и со взяточничеством, и с каким-то хиленьким самодуром. — Сайно обнял его за плечи, укрывая от уличного холода, за что лис лениво и устало мазнул губами по его челюсти, боднул головой.        За ними пискнула подъездная дверь, и на улицу выглянула обеспокоенная лисица, тут же удивившись милующейся парочке. Ботаник обернулся, сбиваясь и взбадриваясь. Офицер тоже обернулся, разглядывая мать своего фенека.

❤❤❤

       — Спасибо большое, что избавили нас от него. — Поджимая уши и хвост благодарила матушка, старик-отец пил лекарства и переводил дух, едва пережив этот инцидент.        Офицер неловко кивал, с, тем не менее, ровным выражением лица, слушая восхваления своего бравого нрава. Тигнари, от стыда спешно переодевшись, пытался привести в чувства убитый суккулент, возясь с его пересадкой в кухонной раковине.        Время было безумно позднее, завтра надо было на работу, а они сидели вчетвером на кухне.        Родители уже стали догадываться, в чём дело, складывая детальки вместе, так что неловкие объяснения можно было опустить. И с разрешения хозяев, офицер остался с ночёвкой, теснясь вместе с лисом на одной узкой постели. Впрочем, после лавочки она была просто божественным ложе.        — Жить будет? — тёплый полицейский прижался со спины к фенеку, утыкаясь носом в укус, что оставил ранее на коже. Пробравшись трепетом от этого жеста, лис совсем расслабился, сонливо перестав вилять хвостом.        — Ему придётся туго, но будет. Я убежусь в этом. — Суккулент пострадал сильнее, чем казалось. Многие свежие листки оторвало, и ствол кое-где поцарапался, так что скорее он походил на еле живую палку, торчащую из нового горшочка и омываемую лунным светом у окна.        — Ты не беспокойся о финансах, — тут же начал совсем другую тему Сайно, обнимая торс ботаника сильнее. Тигнари сложил когтистые руки на такие горячо любимые сильные предплечья. — Я помогу. И помогу выбить денежную компенсацию, и убежусь, чтобы никто не забыл про твою награду, и…        — Ты хочешь обсудить со мной юридические вопросы или просто спокойно поспать со мной? — прервал его лис, царапнув когтями по смуглой коже. Сайно угомонился, и комната наполнилась ночной тихой свежестью и покоем.        — …Каждый человек — кузнец своего счастья. Так что иди накуй.        — Сайно!