Конец начала

      — Погоди-ка, — не веря, чуть посмеялась девушка. — Ещё раз. Куда мы идём?       Эрвин сразу же протянул Мари письмо, донесённое гонцом из дворца рано утром. Красиво вычерченные буквы на листе бумаги говорили сами за себя: они были написаны лично королевой. Девушка быстро пробежалась глазами по тексту и остановилась на королевской печати, громко выдыхая и протягивая письмо обратно.       Это оказалось письмо-приглашение на бал-маскарад с целью знакомства Хистории с аристократами, а разведкорпусу — отдыха после долгой работы. Но последняя строка поставила Кируми в ступор, в ней говорилось: «Приоденьтесь красиво». Красиво? У разведкорпуса нет таких денег, чтобы так одеть четырёх человек. Платья всегда стоили крайне дорого, а сейчас подобное могло себе позволить лишь светское общество. Мари ткнула пальцем в это несчастное предложение и развернула бумагу в сторону Смита, показывая, что поездка невозможна. Он лишь расслабился в лице и протянул мешок монет, отдавая девушке. Увесистый… Большой настолько, что, показалось, этого хватит, чтобы заказать новую форму для всех разведчиков. Кируми забрала деньги и отдала письмо Эрвину.       — Ханджи, — обращаясь к обеим девушкам, произнёс командир. — Маски купим мы с Леви. Успейте себе всё купить до заката.       — Не легче встретиться уже в Митрасе у отеля рядом с дворцом? — взяв Ханджи под руку, предложила Мари. — Лишняя трата времени нам ни к чему.       Зоэ улыбнулась и сжала чужую ладонь, продолжая молчать. Недосып на её лице был виден всем, отчего девушку никто не трогал, но новость о бале явно подбодрила Ханджи. А также это значило, что там будет вкусная еда и алкоголь, что покажется раем по сравнению с привычным супом на ужин.       — Хорошо, — кивнул Смит.       Потянув Ханджи на себя, Мари вышла из кабинета вместе с ней, только после этого отпустив руку.       — Надень плащ, — спокойно попросила Кируми, идя к лестнице. — Через две минуты встречаемся у конюшни.       — Так точно, — просмеялась та и ушла к себе.       Мари ещё изначально была одета в полную экипировку, но только без привычного УПМ на бёдрах. Выйдя на улицу и вскоре завернув в конюшню, девушка надела на своего коня снаряжение и вышла во двор, сев на животное одним прыжком и подвязывая мешочек под одним из ремней. Повернув голову к источнику топота, Кируми увидела Ханджи, машущую рукой в разные стороны, тем самым показывающую своё быстрое появление. Она так же надела на лошадь снаряжение и села верхом. Мари кивнула и помчалась с Зоэ вперёд.       Путь до Сины был не таким длинным, тем более с отсутствием снега дорога шла куда легче. С каждым метром, пробегая вперёд, Мари невольно вспоминала себя вместе с маленьким Леви. Казалось бы, сколько времени уже прошло с тех времён. Тёплая улыбка посетила её лицо от таких приятных воспоминаний, что врезались в память. Почти идентичный маршрут только в другую сторону, делал картинки в голове всё более чёткими. Она вспомнила, как на его ресницы ложились снежинки, а рот был слегка приоткрыт от видения мира на поверхности. Втянув побольше воздуха в лёгкие, Кируми предчувствовала, что этот день станет одним из самых приятных в её жизни. Никакой тревоги, что со временем ушла на второй план. Никаких ужасных моментов из жизни перед глазами. Только умиротворение и чувство момента, из которого не хотелось уходить как можно дольше.       Медленно выдыхая, будто вкушая сладость этого дня, пара начала подъезжать к стене Сина. Гарнизон без каких-либо проблем открыли им ворота, и они проехали внутрь. Снижая темп, Мари огляделась и заглянула в витрину одного из бутиков, указав Ханджи рукой, что им нужно именно туда. Но только с лошадьми явно не пустили бы в подобное место, отчего Кируми начала выглядывать местных солдат поблизости. Столь знакомые, казалось бы, в глубинах памяти, но неизвестные в реальности волосы на затылке привлекли её внимание, и Мари двинулась прямо в сторону молодого парня.       — Флок, сможешь лошадей в общественную конюшню завести? — уверенно спросила та.       Солдат резко повернул голову, стоило ему только услышать своё имя, и удивлённо вскинул брови, не понимая, что за незнакомка перед ним. Военная форма чуть расслабила его, но, когда ветер приподнял зелёный плащ, показывая герб разведкорпуса, он тут же напрягся от появившегося у него чувства враждебности.       — Разве мы знакомы? — склоняя голову набок, поинтересовался Форстер.       — Да, — не краснея, соврала Кируми. — Так что, поможешь? — девушка спрыгнула с коня и отдала поводья не успевшему ответить парню. — Если что, он может сожрать твою руку.       Зоэ, проследив за Кируми, поняла смысл мелкого плана и последовала примеру Мари, что уже ждала её в паре метров. Громко поблагодарив Флока, Ханджи пошла к девушке, и те наконец-то оказались напротив бутика.       Когда дверь магазина открылась, моментально последовала красивая мелодия от висящих сверху колокольчиков, показывая хозяйке, что кто-то заинтересовался её коллекцией. Деньги. Одни только торговцы могли почувствовать запах серебряных и золотых монет. Такое материальное удовольствие могло осчастливить лишь одной своей мыслью. И теперь, когда на пороге оказались покупатели, хозяйка вышла из-за стены с натренированной улыбкой.       — Добро… — радостно начала своё приветствие женщина, — пожаловать, — её голос моментально стал надменным, как только взгляд уловил военную форму. — Я оплатила все налоги. Что вам ещё нужно?       — А мы не просто так, — манящим голосом ответила Зоэ. — Нам нужны платья.       Хозяйка окинула девушек оценивающим взглядом и закатила глаза, складывая руки под пышной грудью, явно показывая своё недовольство. Да что они могли себе позволить? Мешок из-под картошки и только. Они ведь питались мясом дай Бог раз в год, а тут речь о бальных дорогих платьях. Демонстративно цыкнув, женщина, подойдя к висящим вешалкам с тканями из дешёвого материала, кивнула, показывая, что они могут начать выбирать. Мари подошла к чёрному хлопковому платью и брезгливо подняла его перед лицом дамы, отпуская и оттряхивая руку о брюки, открыто демонстрируя, что подобное её точно не устроит, но не Зоэ. Она смотрела заворожённым взглядом на все наряды и украшения на прилавке, словно маленькая девочка, получившая куклу на день рождения. Драгоценные камни блестели, чуть ли не ослепляя своим блеском, а витиеватые на них узоры из золота так и просились оказаться на шее. Разные цвета были повсюду, притягивая к себе чужой взор. Кируми отвернулась от прилавка и посмотрела на Ханджи, взявшую на вид дорогое платье яркого солнечного цвета и стремительно уходящую в примерочную. Хозяйка только открыла рот и покраснела от такой наглости, уже вытягивая руки вперёд, приближаясь к шторкам, как Мари положила ладонь на её плечо и грубо сжала, останавливая. Никто сегодня не имел права портить им день.       — То алое платье на витрине, — холодно проговорила Кируми. — Есть на размер меньше? А также туфли, подходящие под цвета обоих платьев.       По женской спине пробежал холодок, и хозяйка медленно ушла обратно за стену, возвращаясь с шёлковым платьем. Мари попросила сразу же упаковать его, не желая тратить время на примерку, и с громким звуком положила мешок от Эрвина на прилавок, чтобы хозяйка точно увидела, что они пришли не просто почувствовать себя богатыми, а действительно что-то купить. Женщина довольно улыбнулась про себя и втянула побольше воздуха, будто пыталась почувствовать запах золота, что совсем скоро окажется у неё в кармане.       Пока Мари рассматривала украшения за стеклом, перед глазами Кируми положили коробочку с парным набором украшений. Заведующая начала расхваливать синие глаза, что пристально стали глядеть на неё, и сапфиры идентичного с ними цвета. Мари посмотрела на мужскую часть изделия и представила Леви, которому бы точно оно подошло. Но она не знала точно, придут ли мужчины по дресс-коду, сейчас оставалось надеяться только на чудо. Кивая в знак согласия на покупку, Кируми пошла к примерочной. Слушая звуки усердного пыхтения, она приоткрыла шторку и увидела Ханджи, пытающуюся самой себе зашнуровать платье за спиной. Девушка нежно усмехнулась и забрала шнурки, натягивая ряд за рядом вдоль позвоночника.       В обычной жизни человека дополняла одежда, но не здесь. Красивая талия, что подчёркивала этот образ. Небольшой вырез на груди, тонкая шея и жёлтые облегающие плечи и руки рукава, закрывая ссадины от ремней, заставляя забыть на сегодня, что они — солдаты. Ханджи в таком платье стала ещё более прекрасной, подчёркивая свою женственность.       — Это правда я? — в замешательстве спросила Зоэ.       — А кто же ещё? — любуясь в зеркало девушкой, риторически спросила Кируми. — То колье с цитрином и косметику. Запакуйте, — обратилась Мари к женщине.       — Какое ещё колье? У нас же не резиновый бюджет, — удивлённо переспросила Ханджи.       По ней было видно волнение о финансах, но одновременно и желание показать себя настоящей женщиной впервые за многие годы. Мари распустила шнуровку и оставила Зоэ одну, после подойдя обратно к хозяйке. Услышав сумму, которой хватит на месяц, чтобы прокормить весь корпус, девушка рассчиталась, забрала все пакеты с оставшимися деньгами и вышла на улицу, ожидая Ханджи. Лучезарную улыбку женщины было видно даже отсюда. Противно. Столь прямая поверхностность, в ней читалось всё. Люди, думающие не только о материальных благах, имели куда более глубокий, да даже побитый взгляд. Но что здесь правильно? Думать только о деньгах, при этом имея вполне лёгкую жизнь, или же быть побитой собакой, но при этом читать людей словно книги. Кому доверять, а кому нет. Какой именно шаг сделать дальше, чтобы потом не страдать ещё больше. Мари встряхнула головой, отгоняя ненужные мысли и вместе с вышедшей Ханджи пошла к отелю.       Пройдя пешком около часа под ненавязчивые диалоги и приятный на слух чужой смех, девушки зашли в номер. Зоэ нехотя пошла в душ, а Кируми начала распаковывать наряды, кладя их на кровать. Под постепенно скрывающимся солнцем шелка переливались сказочными оттенками. Это действительно было нечто удивительное. Человеческие руки смогли создать такое творение, одаривая мир новыми красками.

***

      — Нам ещё долго тут торчать? — ворчливо спросил Леви.       Мужчины стояли в местном магазине, выбирая маски. Эрвин рассматривал каждую, стараясь найти те, что могли бы подойти всем четверым, в то время как Аккерман не спускал взгляда с женской кружевной золотой маски с маленькими красными камнями. Бросив взгляд на мужчину, командир взял то самое изделие и отдал продавцу вместе с ещё тремя. Казалось, что под таким взором даже золото могло подплавиться, но Аккерман вышел из магазина, как только Эрвин оплатил покупку.       Хоть Леви всю жизнь ценил роскошь, но подобные траты считал неразумными для корпуса. Глядя на маленькие пакеты в руке вышедшего Смита, он развернулся и вместе с Эрвином пошёл к месту, где сейчас должны были находиться девушки.       В тишине, без каких-либо диалогов, мужчины двигались по поставленному в головах маршруту, останавливаясь напротив здания в бежевых тонах. Красивые узоры огибали стены, показывая статус, намекая, что здесь не место простым людям. Леви апатично посмотрел на весь показушный масштаб и вместе с Эрвином зашёл внутрь, попутно спрашивая у администратора, в каком номере находятся их знакомые. Мужчина за стойкой оглядел их с подозрением, а после улыбнулся, подумав, что они пришли за местным развлечением, и подсказал, куда им нужно подняться.       Обхватив шнурки платья на спине Ханджи, Кируми потянула их на себя, медленно выдавливая из девушки кислород. Из Зоэ послышался ворчливый тон по поводу того, как женщины вообще носят такое на постоянной основе, и она резко вобрала воздух обратно, когда Мари закончила. Корсет давил со всех сторон, что было максимально непривычно после свободных рубашек. Да, ремни всегда сдавливали их тела, но они хотя бы были тонкими и распределялись по всему телу, а так она чувствовала себя будто в консервной банке. Ханджи, сжав кулак, как бы говоря, что обязательно скоро привыкнет, обула туфли на небольшом каблуке и подошла к зеркалу, осматривая себя со всех сторон.       В дверь неожиданно постучались, и Мари пошла узнать, что за гости решили их посетить. Ни капли не удивившись, увидев Эрвина и Леви, она прошла обратно, запуская их внутрь. Но мужчины несколько секунд стояли на месте как вкопанные. Веки Эрвина расширились, а Леви поправил жабо пальцем, которое вдруг начал сдавливать горло. Они явно ожидали увидеть что-то менее красивое, что-то, что не поставит их в лёгкий ступор. Проходя внутрь, они начали ненавязчиво рассматривать спутниц на сегодняшний вечер. Кируми сидела на кровати в шёлковом алом платье с пышными рукавами, оголяющими плечи и шрамы на них. Драгоценный камень висел меж ключиц, а носки туфель виднелись из-под юбки. Ханджи старалась аккуратно накрасить губы, не выходя за контур, и только сейчас обернулась, показывая всю свою красоту. Мари явно постаралась над её причёской и макияжем. Красивый пучок и выбившиеся пряди волос спадали на лицо, показывая тонкую шею, отчего Эрвин по дружески улыбнулся, впервые увидев её такой.       Но и мужчины явно постарались, заставляя девушек обратить на себя внимание. Строгие чёрные костюмы, что сидели как влитые, будто их сшили по их параметрам, кожаные туфли и причёски без единой выбившейся пряди. Эрвин почти не отличался от себя в обычной жизни, но Леви будто чем-то уложили волосы так, что даже ветер их не испортит. Мари неосознанно закусила губу, глядя, как Аккерман закинул ногу на ногу, складывая руки на груди, а после подняла подол платья, почти полностью оголяя ногу. Кируми надела на неё ремень, вставив знакомый нож. Зоэ глянула на это, а после на Аккермана, который начал разглядывать горизонт за окном.       — Красиво, да? — ухмыльнулась та, кивнув в сторону Мари.       Кируми только сейчас подняла голову и свела брови, не понимая, о чём она говорит. Но Аккерман решил промолчать, считая свои слова лишними в данном случае. Комната погрузилась в неловкое молчание, и Мари решила встать и отдать коробку с украшением Леви, просто положив предмет на его ногу.       Внутри оказались золотые запонки и брошь с тем же камнем, что висел на женской шее. Капитан всмотрелся в них, провёл аккуратно пальцем. Показалось, что он захотел проверить, реальность ли это. Неужели она купила это специально для него?       — Ты ведь умеешь их надевать? — вопрос утвердительным голосом слетел с её губ.       — Издеваешься? — быстро ответил тот.       Пока Леви разбирался со своим делом, Эрвин решил не терять времени и раздал каждому новые маски, а Мари отдал ту самую золотую, выжившую после взгляда Аккермана. Так же быстро надев их, пары вышли и двинулись в сторону королевского дворца, к которому уже ехало множество карет с символами семей каких-то дворян и герцогов, в то время как они спокойно шли пешком, наслаждаясь видом вокруг. Постриженные кусты и бутоны цветов, что сжались от лёгкой приятной прохлады, были буквально по всему периметру. Везде красовалась зелень, а вдалеке даже виднелось яблочное дерево. Да, в этом мире, точнее в этом месте, точно можно было прожить, не зная тягот, обезопасив себя и будущие поколения. Только даже полное эстетическое удовольствие не давало возможности полностью расслабиться.       Эрвин подхватил ладонь Ханджи и положил на сгиб руки, отчего та нежно посмеялась и устремилась вперёд вместе с ним, желая поскорее попасть на бал. Леви и Мари шли всё так же медленно, иногда он кидал взгляд на шрамированные плечи и шею. Неужели это тоже проделки клана? Аккерман знал, что скоро они отправятся на поиски Вианома, который должен, по словам Кируми, рассказать всё, но чувство, что сжимало сердце при виде этих ран, для него было необъяснимо.       Проходя внутрь огромного бального зала, Мари подняла голову, подмечая, что здесь буквально почти всё было в золоте. Стулья, элементы окон, подсвечники, но не меньше сияния исходило от украшений знатных гостей. Дамы будто надели все украшения, лежащие в их шкатулках, видимо, именно так можно было найти богатого мужа. Красивые пышные формы и грудь, которая, казалось, сейчас вывалится в таком большом вырезе под декольте, вызывали у Мари лишь усмешку.       Большая часть мужчин собиралась в небольшие компании с бокалами шампанского, обсуждая нынешние дела и работу, пока женщины рассуждали о масштабе маскарада и о чужих нарядах, прикрывая рты веерами. Кируми отошла в сторону, потянув за собой Леви, показывая кивком на Ханджи, утаскивающей Смита в центр зала, без вопросов приглашая на танец. С каждым шагом девушка раз за разом наступала на ногу Эрвина, и тот взял всё в свои руки, перенимая ведущую роль.       Живая музыка ласкала слух Кируми, заставляя отбивать ритм пальцами, а мимо проходящий официант остановился, молча предлагая шампанское. Именно так девушка и представляла себе это событие, лишь мысленно подтверждая собственные догадки. Аккерман взял пару бокалов и отдал один спутнице.       — Пошли на балкон, — предложил тот командным голосом. Заметив собственный тон, Леви, глотнув алкоголя, чуть прокашлялся. — Пойдёшь со мной на балкон?       Мари внимательно проследила за его стараниями, а затем взяла мужскую ладонь в свою, переплетая пальцы, двинувшись на свежий воздух, подальше от шума и большого количества людей. Казалось, Аккерман выдохнул, наконец-то оказавшись в спокойной обстановке, но сжал женскую руку сильнее, сам того не замечая. Кируми заметила этот жест и выпила, отвернувшись, чтобы он не заметил её лёгкого смятения. Она мягко проводила по его руке большим пальцем, откладывая бокал в сторону, а после свободной рукой залезла под юбку к ремню, где запрятала сигареты и спички. Леви не удивился, что она взяла их с собой. Он уже давно понял, что первой вещью, которую Мари никогда не забудет, будет табак.       Вдыхая уже знакомый дым, Аккерман больше не кривил лицо, а теперь спокойно отходил от него в противоположную сторону движения ветра. Облокачиваясь о балюстраду, он понял, что в его голове нет и малейшей мысли о том, чтобы отпустить эту девушку. Да, этот запах был омерзителен, но и в нём чувствовались знакомые нотки, встречающиеся, когда он делал себе чай. Да, этот запах оставался в волосах, но именно он давал моментально вспомнить, кто именно его оставил. Да, Леви искренне ненавидел сигареты, но моменты из прошлого, что появлялись в его голове благодаря им, притупляли эту ненависть, позволяя погружаться в приятные воспоминания. Сигареты стали для него родными и ядовитыми одновременно. Это то, что пробуждало негу, к которой невозможно просто так прикоснуться и принять.       Нет, Леви точно не любил эту девушку. Ту, что часто врывалась к нему в комнату, рассказывая о своём дне. Ту, что после каждой тяги во время курения чуть облизывала губы. Ту, с мягкой и редкой улыбкой. Мари, от которой он хотел убежать, сейчас смотрела прямо на него. Не просто на физическую оболочку, эта девушка будто смотрела в его душу белого цвета, что постепенно гасла. Он не любил её, абсолютно нет. Аккерман просто хотел остаться с ней чуть дольше. Слушать её нудные рассказы с этим спокойным голосом. Чувствовать её тепло дальше, просто находясь рядом.       Тогда почему? Мари точно знала, что именно Леви чувствует, но почему… Зачем она дотронулась до его щеки, для чего? Почему она тянется к его лицу? Кируми остановилась в паре сантиметров от его губ, заглядывая в эти серые глаза, вновь ничего не выражающие. В них она видела лишь своё отражение и свет с бального зала, а, опустив взгляд ниже на его губы, тут же припала к ним. Сердцебиение сразу отдало глухими ударами, проходящими по всему телу. Казалось, именно сейчас был последний шанс почувствовать его полностью. Всё, что происходило между ними, собралось в одной точке — в этом поцелуе без намёка на нежность. Кируми хотела сорвать с него одежду, наплевав, что он скажет потом. Руки Аккермана крепко сжали женскую талию, прижимая к себе, в то время как её пальцы растрепали его идеально уложенные волосы. Еле слышные стоны срывались с её губ, языки сплетались, чувствуя мягкость друг друга, и чуть открытые глаза разглядывали огоньки страсти, что появлялась в них каждую секунду.       — Я больше не могу, — отталкивая Леви за плечи, выдохнула Кируми.       Мужчине не нужно было повторять дважды, он, схватив женское запястье, вышел с балкона. Леви часто помогал Хистории с государственными делами, поэтому приблизительно знал строение дворца. Проходя через толпу людей, Мари заметила бегущую к ней Ханджи, от которой пришлось отмахнуться. Кажется, та всё быстро поняла, замечая слишком быстрые и чуть нервные движения Леви, огибающего людей, поэтому ушла обратно к Смиту.       Врываясь в гостевую комнату, пара некоторое время смотрела друг на друга, после снова сливаясь в поцелуе. Тонкие пальцы начали лихорадочно расстёгивать пуговицы на мужском пиджаке, отбрасывая его в сторону, пока Аккерман лишь продолжал идти вперёд, удерживая Мари за спину. Врезаясь ногами в стол, Кируми будто и не заметила этого, полностью забываясь в процессе. Леви прикусил её губу и сделал полушаг назад, резко разворачивая девушку к себе спиной и нагибая вперёд на деревянную поверхность. Даже от подобного окна начали покрываться конденсатом, стекая мелкими каплями вниз. Заводя руки за спину, Кируми расстегнула платье, показывая, что под ним ничего нет. Аккерман хмыкнул на подобное смелое поведение и взял рукава ткани, стягивая наряд вниз, что тихим звуком упал к его ногам. Он увидел буквально всё. Каждый миллиметр её обнажённого тела, переливающиеся от возбуждения мышцы и ногу, что перешагнула платья, отпихивая его в сторону.       Леви расстегнул ширинку, освобождая крепко стоячий орган из брюк. Прямо сейчас эта страсть погрузила в себя с головой, заставляя разум плыть. Подойдя к Мари ближе, Аккерман направил член, медленно входя внутрь. Кируми постоянно проклинала свою чувствительность, но сейчас благодарила, что чувствует абсолютно каждый входящий сантиметр внутрь. Она закусывала ладонь, чтобы вновь сдержать стоны, и Аккерман нахмурился, увидев это и решая схватить Кируми за сгибы рук, приподнимая ближе к себе. Теперь она полностью принимала член внутри вместе с громким стоном, который, возможно, могли услышать даже в зале с музыкой. Но в этот момент, когда Леви наконец-то начал двигаться, стало абсолютно всё равно, что будет дальше, главное, что сейчас он входил и заполнял её изнутри. Мокрые и хлопающие звуки тел погружали комнату в эту похоть, а разгорячённую кровь заставляли кипеть в венах.       — Пожалуйста… — рвано прошептала девушка сквозь стоны.       — Что? — не останавливаясь, на выдохе спросил Леви.       — Больше.       Сжав её руки сильнее, Аккерман снизил темп, вытаскивая член почти полностью, и резко вошёл во всю длину, выбивая из девушки остатки не поплывшего от удовольствия ума. Почему он выбрал именно эти движения? Это слишком жестоко настолько хорошо знать, чего именно хотела Мари, сказавшая лишь одно слово. Наклонившись вперёд, Леви попытался уловить губами каждую клеточку бледной кожи этой девушки, что вынуждала его слышать свои громкие и похабные стоны, вырывающиеся из неё с каждым новым толчком.       У мужчины никогда не было проблем с эрекцией, он мог подолгу сдерживать своё желание, но почему-то именно сегодня, глядя на элегантную Мари в шикарном платье и то, как она подняла юбку, оголяя ноги, в отеле… Его член готов был сейчас взорваться лишь от осознания того, что он смог почувствовать её полностью. Кируми замечала пожирающие взгляды в течение вечера и использовала это на балконе. Переведя руку на женскую шею, Леви сжал её, чуть лишая девушку кислорода, с интересом представляя её ухмылку на лице на такое действие.       Но единственное, что ей сейчас хотелось, — то, чего она легко могла добиться, — его возбуждённого лица. Убрав руку от своего горла, Мари мягко оттолкнула Аккерманами ладонями, заведя их за спину, и, быстро развернувшись, села на стол, раздвигая ноги. Она наконец-то увидела его чуть затуманенный взгляд от возбуждения и покрасневшее лицо, понимая, что видеть Леви в момент удовольствия — тот ещё подарок.       — Давай же, — закинув одну ногу на стол, ухмыльнулась та, стреляя в него похотливым взглядом.       Расплываясь в улыбке при виде твёрдого органа, Кируми решила больше не дразнить Леви, а дать ему возможность завладеть ею, пусть и на время. Но он не двигался какое-то время, будто только сейчас увидел её полностью обнажённой. Больше всего хотелось поскорее кончить, но перед этим — запечатлеть эту картину. То, как же, оказывается, Мари менялась во время секса. Становилась более развязной, более страстной и свободной, позволяя себе то, что не могла позволить обычно.       Делая шаг вперёд, Аккерман снова вошёл во всю длину, уже не думая о нежности. Девушка обвила его бёдра ногами, а руками — спину, сливаясь в поцелуе под короткие и грубые толчки. Леви поднял Мари в воздух, сжав упругие ягодицы, сминая их, отчего та сильнее сжалась, детально чувствуя каждый сантиметр. Аккерман сдавливал её кожу до будущих синяков, пока Кируми сипела и начинала скулить — а иногда стоны и вовсе повышались на октаву от привычного приглушённого голоса. Моментами мужчина ускорялся, иногда, наоборот, притормаживал, вдалбливаясь резко и глубоко, но самое главное — медленно. С таким темпом Мари уже не могла поддаваться навстречу — перед глазами всё плыло, а ноги подрагивали на весу.       — Чёрт… — кусая Мари за плечо, он будто предупредил её.       Грубо шлёпнув девушку по заднице, оставляя красный след от своей ладони, Аккерман излился глубоко внутрь, а Кируми не собиралась держаться дольше него и кончила в ту же секунду, раскрывая рот в немом стоне. Не отпуская её, чувствуя впивающиеся в спину ногти, Леви пошёл к кровати, ложась на неё, укладывая девушку рядом с собой. Никакого разговора о том, чтобы накрыться одеялом, не могло и быть. Уставшая и мокрая пара смотрела в потолок, стараясь перевести дыхание.       — Видимо, это мой лучший приём во дворце, — закончил Аккерман, сплетая пальцы Мари вместе со своими в замок.