Эти глаза напротив

      Зачем, зачем, зачем…       Всю дорогу это «зачем» крутилось речитативом в моей голове.        Я не помню как поднялся пешком на седьмой этаж, как открыл дверь, как скинул с себя ботинки и лишнюю одежду. Я делал это на автомате, не разбирая происходящего. Виски пульсировали, то ли от алкоголя, то ли от нахлынувшего возбуждения.        Передо мной то и дело мелькали его бездонно карие глаза, смотрящие прямо в душу. А я тлел под этим взглядом, будто меня засасывала жгучая магма и помощь уже не подоспеет.        Вот я лежу на своей кровати, а сверху чёткий образ мужчины, такого горячего, с набухающими венами на руках, шее, висках… Эти длинные пальцы берут и хватают меня за бедра, тянут волосы на голове, а эти губы распространяют по телу невесомые обжигающие поцелуи.       Я говорил, что у меня яркая и развитая фантазия? Она ещё ярче чем я думал, ведь именно она довела меня сейчас до сладкой истомы, до пика эмоций.        Когда я почувствовал влажность на ладони, и возбуждение стало отлегать, наступило отрезвление. То самое, когда начинает болеть голова, появляется сухость во рту и мир перестает быть красочным. Мне неизмеримо захотелось выпить. Виски. Да, я ненавижу виски, но теперь именно этот напиток мог помочь вернуть мне хотя бы мнимый вкус того самого колючего поцелуя.        Не так давно благодарный клиент подарил мне бутылочку отличного напитка. Конечно же я бы ее не выпил, сохранил в баре на случай подарка. Моё тело обмякло, но желание выпить, хотя бы глоток, было сильнее, именно поэтому, на ватных ногах, я побрёл в гостиную.  — Блять, Костя, что ты делаешь со мной… – мысли в слух, но сколько в них было вложено отчаянья и наслаждения одновременно.       Бутылка стояла высоко на верхней полке, путь с препятствиями. Это только ещё больше будоражило, без препятствий – слишком скучно.        Крышка поддалась без особых усилий, и налив почти целый стакан, резко выдохнув я осушил его. Тепло разлилось по груди, дойдя до паха и обратно. О, да! Вкус губ мужчины вернулся, будто бы и вовсе не испарялся. Вкус дорогой и манящий, как и человек, который теперь имел прямую ассоциацию с этими прилагательными.

***

      Открыв глаза я обнаружил себя на своей кровати, лёжа на животе, с телефоном в руке и адской головной болью. Как я уснул? Пиздец, не помню. Почему телефон в руке? Надеюсь, никому не звонил. Первым делом это и проверил. Пусто. Зато пролистав открытые страницы на домашнем экране, обнаружил множество открытых фото с Константином. Ага, значит довольствовался только изображениями. Хорошо что хоть мозгов хватило не позвонить…       Неужели я выпил всю бутылку этого чёртового пойла? Пройдя на кухню и увидев бутылку наполовину пустой, выдохнул, значит, не совсем ещё спился.        Сигарет не было, поэтому мне как бедному студенту пришлось искать в пепельнице недокуреные бычки. До чего докатился. Вчера за меня платил Гецати, а сегодня курю забычковки. И это человек, которого еженедельно показывают на федеральном канале…       Головная боль не отступала, после нескольких сигаретных тяжек стала еще более явной. Единственным спасением был контрастный душ и таблетка обезболивающего. После этого станет гораздо легче, и жизнь хороша, и жить хочется.        Набрав ванну погорячее и погрузившись в нее, веки сами сомкнулись. Вода облегала тело как дорогой шёлк, а пар идеально выводил все токсины из организма.        С наступлением полного расслабления, в голове стало стучать. Соседи шумят, или на стройке рабочие, внимание обращать на это было глупо, пока стуки не стали интенсивнее и не стали возвращать головную боль. А после и вовсе стало казаться, что стучат прямо здесь, за стенкой, во входную дверь. — Блять, кого принесло… – выругался я, и повязав полотенце на бёдра вышел из ванной комнаты.       Звук действительно доносился из-за входной двери и был уже не просто настойчивым, а «выламывающим» дверь с корнем. Глянув в глазок я увидел его. — Может его вообще дома нет… Чего я ломлюсь, – послышалось с той стороны железной преграды и понял, что надо бы открыть непрошеному гостю.       Замок щёлкнул и меня окатило запахом его парфюма. — Привет, – на меня снова сверху вниз смотрели глаза цвета соснового леса поздней осенью, – извини, был в ванной. — Я уже испугался, думал что-то случилось. — Что могло случиться? Сейчас еще утро, я долго сплю, – ну конечно, Матвеев, ври, ведь никто не знает что ты на самом деле жаворонок. Тем временем на часах было без пятнадцати двенадцать.       Он переступил порог и после этого продолжил наш наиглупейший диалог: — Ты вчера уехал ничего не объяснив, и ещё вот, – протягивает мою кожанку, — оставил. Надеюсь, не замёрз по пути домой, ночи ещё холодные. — Нет, не замёрз. Меня грел алкоголь, – слегка улыбаюсь исключительно своим мыслям, ведь мы то знаем, что меня грело на самом деле, — это всё что ты хотел?       Он стоял передо мной, практически не глядя в глаза, засунув руки в карманы чёрных джинс и покачивался на пятках. Его мысли явно были чем то заняты. — Ты прости меня за вчера, перебрал, – продолжаю наиглупейший диалог, – вообще плохо помню, что было, – вру. — Это наверное хорошо, что плохо помнишь, - он… улыбается? Я ожидал удара в челюсть, не меньше, — Наверное, действительно перебрал. Кто ж мог подумать, что ты такой слабак.       В моё плечо прилетает его большой кулак, но без силы, а как то по-товарищески, от чего я слегка покачиваюсь.  — Эй, мне вообще то больно, мистер силач!        Он поворачивается в сторону кухни и видит полупустую бутылку горячительного: — Ты ещё выпивал? – неоднозначно и стыдливо киваю, – ну, тогда я забираю свои слова обратно, крепкий мальчик. Так ты же не любишь виски… — Да больше ничего не было, – ври, Димка, у тебя отлично получается!       И именно в этот момент, его взгляд падает на мини-бар, за стеклом стенки, где напитки есть на любой вкус и градус. Промашка, Матвеев, теперь ты потеряешь оставшиеся крупицы его доверия к тебе. — Ну-ну… – пробурчал Гецати и лукаво улыбнулся, – ладно, мне уже пора. Не забудь, завтра в десять утра сбор.       Он щёлкнул пальцами и направился ближе к двери, вальяжно вышагивая, а я не понимал, о каком сборе речь: — Какой сбор, – озвучиваю мысли, нелепо глядя на мужчину. — Едем на испытание, разве тебе не звонили? – звонили конечно, просто я не заметил этого разглядывая его страницы в социальных сетях. — Точно, забыл.       Он тянется к ручке входной двери, а я уже стал выдыхать, потому что полотенце на бёдрах всё больше слабело в сцеплении, а перезавязывать его при гостях было бы, как минимум, не прилично.  — Точно, чуть не забыл, – он разворачивается на пятках, а я от неожиданности почти врезаюсь ему в грудь.       Клянусь, в этот момент затряслось небо от бьющих молний и раскатов грома. Он задерживает свой взгляд на моих губах. Всё длится примерно секунду и вот я снова ощущаю тот самый колючий поцелуй. Такой терпкий и без капли нежности, каким он мог показаться вчера. Боги, наверное от меня разит перегаром как от последнего бомжа, но даже эти мысли не мешают окунуться в океан чувств. — Неплохо, – он отстранился, а меня будто бы осушили, ни оставив ни капельки крови, — до завтра.       Дверь захлапывается, полотенце с бёдер падает, а я остаюсь в полнейшем недоумении. Ведь это ни что иное как месть, за мой вчерашний быстрый уход.