Лис и Ласка

      Время шло неумолимо. Словно сквозь пальцы песок. Се Лянь первое время боялся даже выходить на улицу или контактировать с семьёй лисов, которые приняли его, обогрели и накормили. Зато он мёртвой хваткой цеплялся за Хуа Чена почти постоянно. В прочем, старший и не был против. Как оказалось, всё это время малыш выживал один, без родителей и поддержки, чудом не попадался охотникам, зимой ему приходилось особенно тяжело. То, что он выжил в таком возрасте — казалось чудом. Мальчик был ужасно худ, что Госпожа Хуа была решительно готова исправить. Аппетит у Се Ляня рос планомерно. Но первое время он не мог практически есть мясо, однако даже это со временем пришло в норму.       Се Лянь рос добрым, умным и сообразительным ребёнком. Мальчик уже умел не плохо охотиться, кое-что подправлял Старший семьи Хуа, обучая ребёнка охоте, Хуа Чен же постоянно сопровождал Се Ляня на его вылазки. Однако физическая мощь Ласк была… куда меньше, чем у других кланов, это с волнением осознал и Хуа Чен, когда понял, что тот не мог разорвать когтями крупную добычу. Но всё-таки он был хищником. Маленьким хищником.       Хуа Чен умилялся, стоило Се Ляню с гордым видом принести ему какого нибудь мелкого животного или птицу. Он хвалил малыша и у него вошло в привычку целовать его в лоб. Как так вышло? После того, как маленькая ласка принесла в дом первую добычу и его похвалили, мальчик выжидающе стоял и ждал, нервно виляя хвостом, пока не расстроился. Тогда они и узнали — что когда мать и отец Се Ляня хвалили его, это сопровождалось ласковым поцелуем в лоб, от которого тот буквально расцветал на глазах.       День сегодня был солнечным. Весна была тёплой, зимние дни давно прошли, а Се Лянь не вылезал с улицы, зачастую даже забывая об обеде и завтраке. Хуа Чен — А-Лянь~ — едва ли не пропел Хуа Чен, сладко улыбаясь и подкравшись к мальчику сзади. Тот стал выглядеть лучше, набрав в весе и кажется даже немного вытянулся. Если судить по людским меркам, то Хуа Чен Выглядел на лет шестнадцать, когда как Се Лянь на лет четырнадцать. Хотя на самом деле Хуа Чен был старше Се Ляня на тридцать лет. Оборотни растут куда медленнее. И это было заметно во внешности. Не ожидая, что старший подберётся сзади, Се Лянь едва не вскочил, сердито посмотрев на Хуа Чена. — Я же просил не подкрадываться! — сердито заявил Се Лянь, хмурясь. Его шерсть на хвосте едва дыбом не встала, а Хуа Чен только рассмеялся, притянув к себе этот комок нежности и обняв. — Прости-прости диди, я просто не смог удержаться, — смеясь, произнёс Хуа Чен. На это Се Лянь надулся. Но не на долго, он обнял своего гэгэ и зарылся лицом в его одежды. Да, Се Лянь был очень ласковым и нежным.       И это было проблемой.       Никто не говорит о том, что оборотни не могут быть ласковыми, наоборот, в семьях это нормально. Но Се Лянь не был частью их семьи по крови. Нет, они все его любили. Но Хуа Чен особенно. И чем больше ластился Се Лянь, тем больше привязывался к нему Хуа Чен. И это была не просто привязанность. Он не понимал, то ли виноват брачный период, то ли ещё что — но он постоянно думал о Се Ляне. С годами больше и больше. Стоило им разлучиться, как Хуа Чен начинал переживать, что с его маленькой лаской случится беда. Ему было страшно от мысли, что Се Лянь, не способный защититься от человека, мог попасть в беду. Да, его маленький принц, как его называл Хуа Чен, всё ещё до ужаса, до периодических кошмаров в особенно тёмные ночи, боялся людей. Видимо сказалось то, что он, скорее всего, видел те зверства, что творили люди. В такие ночи он в ужасе прижимался к своему старшему, а спал он именно с Хуа Ченом, и просил не отдавать его. Его тихие хныканья, его слёзы говорили о том, что он просил о защите. И Хуа Чен поклялся защищать его.       О ласке прознали и в других кланах. Прознали и то, что Се Лянь был единственным сыном главы клана ласк. Но возродить клан уже было не возможно. Однако оставлять его Кицунэ… мягко говоря не хотели. Но словно бы кто-то им отдаст Лянь-Ляня? Да и сам мальчик не рвался уходить из приютившей его семьи. Тэнгу, особенно сын главы — Му Цин, был яростно против того, чтобы ласка оставалась в семье лис и был готов даже к сражению. Хуа Чен всё ещё не понимал, почему из-за одного ласки все переполошились, но Се Лянь умолял его больше никуда не отдавать. И с его мнением считались, не смотря на то, что по их меркам он был ребёнком. — Хуа-гэ, мы сегодня идём охотиться на окраины? — немного нервно начал Се Лянь, прижав ушки к голове. Хуа Чен только мягко улыбнулся, потрепав его по голове. — Да, но не переживай, я смогу тебя защитить. — произнёс лис серьёзно, хмурясь. Се Лянь смущённо отвёл взгляд. — Я… я не боюсь. Я тоже смогу… защитить себя. — буркнул Се Лянь, скрывая то, что на самом деле до ужаса боялся людей. Хуа Чен только обнял того вновь. Вероятность встретить охотников… была. Весна, время для тех, кто хотел лёгких денег и шкур оборотней. Однако едва ли кто-то действительно мог поймать оборотня. Силы были не равны. — Хорошо, тогда отправляемся. Добудем мяса и грибов? — усмехнулся Хуа Чен и едва не упал, когда Се Лянь рванул, услышав про грибы. Тому только головой качать и оставалось.       Их территория была ближе всего к людям. Словно охранный пункт и потому лисы частенько были словно стражи ворот, как их называли. — А-Лянь, не уходи далеко от меня, — произнёс Хуа Чен, что решил поохотиться на диких кабанов, которых учуял не так далеко. Се Лянь же был рядом и по этому решил поохотиться на фазанов, что тоже водились в этом лесу. Мальчик не заметил, как при охоте ушёл довольно таки… далеко от старшего. И только поймав и сломав шею птице, улицезрел… что за деревьями, внизу, выглядывала людская деревня. Сначала он был в восторге. Потому что он впервые, пусть и издали, но видел людские жилища, но потом его окутал страх. И стоило ему сделать шаг назад, как он почувствовал чужие запахи. Но слишком поздно. — Ого! Смотрите, парни, какой улов! И прям на краю леса! Повезло! — Се Лянь резко обернулся, в ужасе осознав, что его окружило… шесть охотников. Птица выпала из рук, что онемели от страха. — Мы разбогатели! Надо взять его живым! За живого заплатят баснословную сумму! Он ещё и красивенький, может, не на шкуру пустят? Есть же среди богатеньких… ну, любители. хехе. — его улыбка была мерзкая, противная. Пары зубов не было, что было заметно при улыбке. — Н-не подходите! — вскрикнул Се Лянь, что ощетинился, кружась вокруг своей оси. — Ну-ну, щенок, не вертись и мы может, не будем к тебе шибко грубы. — усмехнулся третий мужчина, подступившись. Се Лянь то в одну сторону рыпался, то в другую, но охотники, словно играя, издеваясь, не давали ему прохода, сужая круг, смеясь, свистя и хлопая в ладоши, заставляя мальчика громко вскрикивать. — Прекратите! Не подходите! Хуа-гэ! — во весь голос закричал Се Лянь и стоило одному из мужчин схватить его за хвост, заставив мальчика свалиться на землю, как тут с плечь двоих полетели головы. — Так-так, я смотрю, лисы не особо то и выполняют свою роль, — грозный голос и пара трупов заставили охотников отступить. А Се Лянь, глазами полными слёз, поднял взгляд. Перед ним стоял высокий, куда выше него самого, мужчина — явно тэнгу. — Т-ты! Цзюн У! — рыкнул один из мужчин, но не успел он договорить, как вторая голова полетела с плеч. Остальные бросились в рассыпную, видя как ловко Тэнгу орудует мечём, не давая даже подступиться.       Се Лянь дрожал от ужаса перед мужчиной, отползая от того. Когда всё закончилось, мужчина выдохнул и снисходительно посмотрел на ласку, осторожно подойдя ближе и присев перед ним. — Так вот ты какой, Се Лянь. Слышал о тебе. — хмыкнул мужчина и протянул руку. Се Лянь зажмурился, но вместо удара почувствовал только… прикосновения к макушке и распахнул глаза полные слёз. — Хорошо, что я шёл мимо, к своим землям. Ты ещё слишком мал, чтобы выходить так близко к людям. — выдохнул Цзюн У, нахмурившись. Се Лянь потупил взгляд. Он не смог нечего сделать. Даже убежать. — Не стоит стыдиться. В твоём возрасте родители меня вообще далеко от дома не отпускали. — крылья за его плечами дёрнулись. Они были массивные и чёрные, как ночь.       В этот момент из зарослей выбежал потрёпанный и до ужаса перепуганный лис. — Хуа-гэ! — вскрикнул Се Лянь и вскочил на ноги, подбежав к Хуа Чену и крепко обняв того. Хуа Чен же, увидев тела и тенгу, заметно побледнел. Нет, он не боялся этого тенгу, но его бросило в холод от мысли, что Се Лянь… был тут один… наедине с людьми. –Гэ! Гэгэ! — Се Лянь жался к Лису, что крепко обнимал оного и был… в ужасе от понимания всей ситуации.       Тэнгу же выпрямился и строго, холодно посмотрел на лиса. — Что же, я думал, лисы куда более ответственны. Но брать этого ребёнка на границу… — он выдохнул. — Не знаю, о чём ты думал, А-Чен, но это было очень опрометчиво. Не проходи я мимо… ты бы его уже не успел вернуть. — мрачно произнёс тэнга, заставив Хуа Чена мрачно нахмуриться. — Ты должен быть ответственнее. Иначе у нас будут все поводы забрать ласку в свой клан. Я запомню этот случай и не спущу с вас глаз. — Се Лянь повернул голову. Смотря на Тэнгу, что мягко улыбнулся ему. — Пока, А-Лянь, ещё увидимся. — произнеся это, мужчина только крыльями взмахнул и пропал среди ветвей, оставляя Хуа Чена и Се Ляня. Одного мрачного, другого до ужаса напуганного.       С тех пор Хуа Чен зарёкся брать Се Ляня на окраины. С тех пор он поклялся себе стать сильнее и обрести девять хвостов. Чтобы защитить своего маленького А-Ляня.