Перемены

      Нил Джостен потерян. Скука охватила его жизнь по окончании университета. Учитывая детство, он с ранних лет был уверен, что ему никогда в жизни не будет скучно.       Но после кошмарного первого курса он стал таким реальным, нормальным человеком, каким и не думал стать. Самое большое счастье, о котором только мог попросить, за оставшиеся годы в универе. Он обрел невероятных друзей, получил степень по математике и освободился от мафии. Нил считает это личной победой.       Но он бесцельно плыл по течению, выпустившись из университета. Устроился в местный банк и проводил там скучные часы за работой. И если пару лет назад его бы все устраивало, то теперь хочется перемен.       Он не уверен, отчего вдруг замечтал о приключениях, когда все детство и первые зрелые годы были полны ими, пусть и плохими. Мэтт предположил, наверное, это как-то связано с его желанием взять жизнь в свои руки, что бы это ни значило. Тем не менее Нил нуждается в переменах.       В учебные годы он делил с Мэттом общежитие, а потом и квартиру. Но теперь Мэтт переезжает к Дэн, а Нил не может продолжать жить в лачуге, арендная плата которой подозрительно дешевле университетских учебников. Пора двигаться вперед. Тем более долгое пребывание в одном и том же месте начинает вызывать панику. Как в старые добрые времена.       Нил жаждал чего-то нового. И так и не научился жить в одиночку. ~       После долгой, скучной, отвратительно предсказуемой утренней смены в банке, полной бумажной волокиты и звонков клиентам, он встретился с Кевином, коллегой по цеху, чтобы пообедать.       Кевин настаивал на омерзительно здоровом веганском ресторане: вечно пытается заставить его правильно питаться. Нила из принципа воротит от такого количества овощей на тарелке, но, поскольку от старых привычек трудно избавиться, он никогда не откажется от бесплатной еды.       Сейчас Кевин, по-видимому, пытается установить мировой рекорд, поедая овощ за овощем, а Нил наблюдает за этим зрелищем с кислой миной, но чутка впечатленный.       — Просто не понимаю, почему ты не хочешь приложить хоть каплю усилий? — жалуется Кевин. — Тебе хватает денег для поддержания здоровья… да твоя аренда стоит как один обед!       Нил закатывает глаза: Кевин такой драматичный, — и решает оставить спор о здоровье на потом. Он уже нормально так съел овощного дерьмица и в добавке от Кевина не нуждается.       — Я переезжаю, — говорит Нил, отодвигая вилкой перец и ища что-то съедобное в море зеленых овощей, заказанных Кевином. — Хочу перемен.       Кевин открывает рот, чтобы опять повозмущаться на что-то, но Нил улавливает момент, когда его глаза с удивлением раскрываются и он резко захлопывает рот. Нил хмурится: такое с Кевином бывает редко, — и ждет развязки. Кевин молчит в раздумьях целых десять секунд, а потом выдает:       — Переезжай лучше ко мне! Места в квартире навалом, и аренда наверняка в разы дешевле той, что у тебя сейчас.       Нил аккуратненько сохраняет на лице скептицизм, пока задумчиво жует сырой гриб, заправленный несладким винегретным соусом. Он не то что откажется; нужно быть величайшим тупицей, чтобы не подумать о предложении. У него с Кевином нормальные отношения, а значит, живя вместе, они не поубивают друг друга, но он ищет такой дешевый варик, чтоб тратить не больше нынешней арендной платы, а это серьезный вопрос.       Нил было спрашивает, может ли забежать на просмотр квартиры, как резко припоминает очень важную деталь, которую Кевин удобненько решил недосказать. Он точно помнит его слова о некоем соседе.       Нил задает вопрос с полным едой ртом:       — А у тебя разве нет соседа? Ты вечно говоришь, какой он хуесос.       И теперь, хорошенько подумав, он вспоминает, сколько раз Кевин и сколько раз другие жаловались на Эндрю, того самого соседа.       Кевин ничем не смущен, но Нил едва не видит шестеренки, крутящиеся в его голове, и его попытки придумать способ все обыграть. Кевин может быть назойливым и порой пиздецки бесячим, но, сосредотачиваясь на чем-то, он редко проигрывает — вот почему он отменный торговец и почему Нилу из принципа хочется отказать ему, несмотря на то что убедить его — раз плюнуть.       Кевин сует в рот безбожное количество капусты, прежде чем заговорить:       — Эндрю — драматичная сучка! Мы уже вечность обсуждаем поиск соседа! Как я говорил, места навалом, и, уверен, он не будет против, если увидится с тобой. Так ему не придется расклеивать объявления.       Кевин чуть не подпрыгивает на месте, походя на ребенка, пытающегося уговорить друга остаться на еще одну ночь.       Нил уже чувствует, как желание принять предложение Кевина растет в геометрической прогрессии. Жить со знакомым многим лучше, чем с чужаком, и у него будет возможность съехать через пару месяцев, захоти он того. Эндрю представлялся полным долбоебом по рассказам Кевина и абсолютно всех знакомых, даже кузена Ники, который не меньше раза в месяц баловал его ужином. Но Нил уже знался с гонористыми, и, раз будет разрываться между Кевином и работой, вряд ли будет дышать одним воздухом с Эндрю.       Кевин все болтает о пищевых привычках и как, если Нил переедет к ним, заставит Эндрю и его правильно завтракать по утрам, но Нил уже наслушался, решив смириться и посмотреть, как все пойдет — в чем он отме́нен в жизни.       Он отодвигает тарелку в сторону, игнорируя недовольную мину Кевина, заметившего больше половины не съеденной порции. Открывает рот, чтобы повозмущаться, но Нил, опередив его, говорит:       — Назначь встречу с соседом. Если он не будет против меня, я посмотрю квартиру и перееду, если меня все устро…       Он обрывает себя на полуслове, увидев, как Кевин придурковато лыбится, — какой-то части Нила это кажется милым, — и тут же заявляет:       — Никаких обещаний, Кев. Тут вероятность пятьдесят на пятьдесят, что так все и произойдет.       Ничто не сдерживает ликование Кевина, который мигом достает телефон и начинает печатать сообщение, похоже, чтобы назначить встречу. Нил задается вопросом: как часто Кевин тусуется с Мэттом или Ники? Потому что не помнит, чтобы он так легко горячился. Нил списывает это на то, что он просто рад найти нового соседа.       Он задается вопросом: а что это говорит об Эндрю Миньярде? ~       Нил пожалел о том, что дал Кевину свой номер, уже несколько дней спустя.       Поначалу все было в пределах разумного: Кевин написал, что Эндрю будет ждать его в потенциально новой квартире в пятницу, после смены в банке.       Но, получив в ответ согласие на встречу, начал написывать сообщение за сообщением — Ники Хэммик гордился бы.       Нил       Нил       Эй, Нил       Нил Джостен       че       Ничего, просто хочу убедиться, что ты не забудешь приготовиться ко встрече с Эндрю.       ок, кевин, понял-принял.       Кевин явно зачастил тусоваться с Ники, решил Нил.       Сделав отвратительную чашку разбавленного кофе, сделанного поломанным «Кьюригом», которого Мэтт-второкурсник нашел на барахолке, Нил отправляется на пробежку, а после принимает быстрый (и холодный) душ. После долгого внутреннего спора о том, во что одеться на встречу так, чтоб Элисон сказала: «Молодец, садись, пять», Нил достает телефон и вбивает адрес, отправленный Кевином, в карты.       Не очень-то и далеко: десять минут пешей прогулки — и он на месте. Если переезд таки произойдет, дорога от нового жилья до работы будет в разы быстрее, чем от нынешнего.       Нил мотает головой, чтобы избавиться от этой мысли, — не может же бежать впереди паровоза. Он еще не встретился с потенциальным соседом, и вероятность того, что ему так понравится долбоеб-Эндрю, — так прозвала его Элисон Рейнольдс, администраторка кейтеринговой компании, в которой тот работает, — что он переедет, ничтожна.       Нил надевает подаренные Рене наушники, заглушив звуки города, и двигается по адресу. Несмотря на попытки свести к минимуму беги-инстинкт, он по-прежнему комфортнее всего чувствует себя среди большой толпы людей; мать лично убедилась в этом. Спрятаться в толпе в разы легче; слиться с ней. Один — привлекаешь внимание, с кем-то — подозрителен, а среди сотни — неуловим.       И неудивительно, что Нил решил пожить с дядей в одном из самых больших городов мира, хотя даже ему стало не по себе от суетливости Лондона, и в конце концов вернулся в штаты ради универа. Нил предпочитал таинственную атмосферу Денвера любому месту, в котором побывал, к тому же в этом городе он подружился с удивительным количеством людей, хотя не думал, что способен на такое.       Мэтт был замечательным соседом, и, по честноку, было слегка грустно из-за его переезда, но они с Дэн заверили его, что дверь их дома всегда открыта для него, и даже дали ключ.       Он очерчивает пальцем этот самый ключ, пока приближается к маячившему зданию, похожему на склад. Устрашающий силуэт привлек внимание до того, как успел подумать о бесславном человеке, с которым предстоит встретиться и который, вероятно, находился где-то там. Само здание имело странное строение: массивное, громоздкое, сооруженное из металла, оно бросалось в глаза на фоне обычных построек Денвера.       Глазея на огромные окна и крохотные балконы, Нил дает себе минутку представить, как возвращается в это место, прощаясь с долгим днем. В место, которое может стать его новым домом. Вторым получит это значение. Мысль эта пугает, но на деле было не так уж и страшно по сравнению с прошлогодним переездом к Мэтту.       Угомонись, думает Нил про себя, ты еще не живешь там.       Он пока не встретился с человеком, с которым будет жить, хотя это вот-вот изменится.       Разумеется, Нил слышал об Эндрю Миньярде: он — друг Кевина и Ники, так же как и Элисон и, соответственно, Рене.       Нил знал, что Эндрю был крепким, блондином, вечно скучал и — по, казалось, бесконечным жалобам Кевина — часто приводил гостей. Он был уверен: Кевин надеялся, что он забыл, сколько раз ныл ему насчет шума. Но Нила это никак не трогало. Он отлично умел сдерживаться, особенно если от этого только выигрывал, а ночные похождения Эндрю явно Не Его Дело.       Кевин говорил об Эндрю как о совершенстве: отстраненный, осторожный, одурманивающий. Из уст же Ники он представлялся бродячим котом, которого хорошо кормят, но в дом он так и не заходит.       Так что да, Нил наслышан об Эндрю Миньярде. Может, даже слишком.       Ничего не имело значения, когда он написал Кевину, что уже подошел к двери; важно было лишь, чтобы Эндрю одобрил его и позволить жить в этом неприкосновенном местечке с неприкосновенным собой за компашку.       Только сообщение отправляется, Кевин открывает дверь: очевидно, его ждали. Он немедля ведет его по одному узкому лестничному пролету, затем — по другому. И еще. Будь Нил менее энергичным или более мелочным, возможно, заканючил бы. Пройдя по четвертому пролету, они наконец оказываются у двери, которую Кевин отпирает ключом.       — Эндрю скоро будет. Если таки решишь жить здесь, советую купить беруши. Эндрю тащит в дом кучу народу, и если я слышу это через всю квартиру, то ты — подавно, — объясняет Кевин, распахнув дверь. Прежде чем Нил отвечает на все это, квартира переманивает его внимание.       Кевин шагает в помещение, и Нил, закрыв громоздкую дверь, следует за ним. Взору предстает — прямо-таки огромная — квартира открытой планировки. Темный металл и большие окна придают интерьеру такой же неприкосновенный и промышленный вид, что и экстерьеру. Слева от него спальная дверь, справа — просторная гостиная, оснащенная телевизором, большим креслом и зеленым бархатным диваном, от вида которого, он уверен, Элисон бы очумела. Вместительная кухня, примыкающая к гостиной, внутри которой столешница, полна алкоголем.       Нил никогда не ценил материальные вещи как другие люди, но все равно поражается красоте этого места. Представляет гостиную, полную друзей: Дэн и Мэтт сидели бы в кресле, Элисон — на изумительно бархатном диване с Рене на коленках. Представляет, как Ники готовит напитки на кухне, как Кевин слоняется из угла в угол и ждет, когда бутылка водки попадет в руки.       Подошедший Кевин вырывает Нила из грез.       — Прилично, да?       Определенно. Но, хорошенько подумав, Нил приходит к выводу: это место безбожно прилично за ту аренду, которую, по словам Кевина, он будет платить. Кевин, видимо, прочитав сомнение на его лице, продолжает:       — Мы не знаем точно, почему цена такая низкая. Эндрю думает, тут кого-то убили. А с хозяином мы не виделись. Рене с Элисон живут этажом ниже и говорят, что тоже дешево платят, так что… — он пожал плечами. — Мы не допытываемся.       Нил оставляет на потом тот факт, что Элисон и Рене, вообще-то, тоже живут здесь, и решает сконцентрироваться на квартире. Нет коридора, ведущего в другие комнаты, зато вдоль дальней правой стены две двери и угол, скрывающий, вероятно, еще одну спальню.       Кевин ведет его к дверям.       — Гостиную и кухню ты видишь. Моя комната сзади, — он машет рукой на дверь, которую Нил заметил еще при входе. — Здесь ванная, — Кевин указал на соседние двери, — и комната Эндрю.       Наконец, Кевин заворачивает за угол, и показывается дверь маленькой спальни, похожей на чердак. Огромное панорамное окно вытянуто от пола до потолка и почти во всю стену.       Нил вздрагивает, войдя в комнату.       — Кевин, здесь пиздецки холодно.       — Знаю, — угрюмо говорит Кевин. — Тут можно яйца отморозить. Как-то мы потрахались здесь, чтоб проверить, возможно ли это.       Кевин, кажется, вообще не вдуплял, что впервые выдал такое количество информации о себе. Нил очень-очень не хочет знать сверх того об этой ситуации, но любопытство, как обычно, берет верх.       — Вы… что? Кто потрахался?       Кевин отвечает немедля:       — Я с Эндрю.       Нил не понимает, чего ожидал, но уж точно не этого. Насколько знает, Кевин — эмоциональная катастрофа, редко занимающаяся кэжуал сексом и вечно чахнущая по трем людям одновременно. Но, думается Нилу, если кто и может побуждать людей к такому, так это Эндрю Миньярд.       — И зачем ты рассказал мне — человеку, который может заселиться в эту комнату? Нет — зачем ты вообще рассказал мне об этом, Кев?       Кевин пожимает плечами.       — Это было один раз, если тебя так волнует. Должно произойти что-то поистине грандиозное, чтоб Эндрю дважды переспал с одним и тем же человеком. Я вообще удивлен, что он не вышвырнул меня вон постфактум.       Нил не успевает придумать ответ: входная дверь, с грохотом открывшаяся, а затем закрывшаяся, переманивает внимание.       — Это Эндрю, — поясняет Кевин, возвращаясь в гостиную. Нил идет за ним, молчаливый, растерянный, но пытливо ждущий встречи с человеком-главным героем тысяч историй от самых разных людей. Что Нил узнал об Эндрю Миньярде, так это то, что каждый человек, который с ним пересекался, найдет что сказать о нем.       Оказавшись в гостиной, они видят Эндрю Миньярда собственной персоной, который топает по квартире, одетый в поварскую форму.       Нил бы расхохотался, если бы не выражение лица Миньярда. Белые аутфит нейтрализовывает убийственный взгляд, направленный на Нила, открывшего рот. Прежде чем он заговаривает, Миньярд просто бросает, пройдя мимо:       — Ни слова.       И входит в свою комнату, хлопнув дверью.       Нил озадаченно смотрит на дверь, потом на Кевина — тот пожимает плечами. Разворачивается, усаживается в кресло и жестом манит к себе.       Нил плюхается на мягкие-мягкие подушки, и они с Кевином сидят в тишине, пока Эндрю не выходит из комнаты и не шагает в гостиную. Теперь он больше походит на человека, которого описывали Нилу. Эндрю со вздохом закидывается на зеленый бархатный диван и, закрыв глаза, задирает голову к потолку.       Нил, не теряя времени, начинает рассматривать его: белокурые волосы изящно убраны с лица и больше не растрепаны, как Нил предположил, белой поварской шапочкой, которую Эндрю держал в руке, когда только вошел. Казалось, Эндрю оделся из другого гардероба. Место аккуратно выглаженных белых слаксов заняли искусно рваные черные джинсы-скинни, а белый лонгслив на пуговицах заменен на черную майку и того же цвета повязки. Он в розовых носках.       Наконец Нил переводит взгляд на лицо Миньярда и натыкается им на карие глаза, уже открытые и наблюдающие за ним. Его голова все еще задрана, и, только их взгляды встречаются, Эндрю медленно крутит шеей, а затем выпрямился — накаченные сухожилия шеи открываются взору.       Они сидят в тишине, пока Кевин не прерывает ее.       — Что ж, это Нил, коллега, о котором я говорил. Он интересуется квартирой.       Кевин выглядит так же взволнованно, как Нил себя чувствует, и он с усилием напускает на лицо скуку.       А Эндрю, кажется, и не нужно прилагать для этого усилия. Он медленно моргает, глядя сначала на Кевина, а потом на Нила. Его усталый вид резко контрастирует с розовыми носками. Эндрю продолжает смотреть на Нила, пока последний не решает, что с него хватит.       — Я могу жить здесь или нет? Ты спросишь меня о чем-то или так и будешь пялиться?       Нил хотел быть вежливым, но, думает он, получилось что-то среднее между незаинтересованностью и требовательностью. Кевин недоуменно таращится на него, а затем тупит в потолок, словно смирившись с тем, что Нил не покинет это место живым.       Эндрю, в свою очередь, слегка наклонив голову вбок, оглядывает фигуру Нила снизу вверх, ловит его взгляд и встает.       — Конечно, — отвечает он; голос низкий и, как у курильщика, хриплый. — Вход в мою комнату запрещен. Кевин, закажи жрачку. Я выпрыгну из окна, если нарежу сегодня хоть один овощ.       И вот так он возвращается в спальню, и квартира погружается в тишину.       Нил изумлен. И тщетно пытается осмыслить все произошедшее. Он смотрит на Кевина, который снова пожимает плечами и говорит:       — Думаю, это «да». Когда перевезешь вещи?       Нил реально понятия не имел, во что умудрился вляпаться. ~       В течение следующих нескольких дней Нил переживает утомительный процесс переезда. Будучи в бегах, он справлялся с этим в разы легче. Пока Мэтт и Дэн спускают матрац по лестнице, Нил дает себе минутку на погрустить о том, что покидает эту квартиру.       Дешевая и обветшалая, она стала первым местом, которое Нил назвал домом. Он спросил себя: а даст ли он такое же значение новому жилью?       Когда новая — и ледяная — комната наконец обустроена, Дэн тотчас же берется за утепление окон, сославшись на то, что он умрет от обморожения, если она не сделает это. Пока она занята, Мэтт идет в «Удачную покупку», чтобы купить ему обогреватель, несмотря на то что Нил сам может обеспечить себя.       Нил слоняется вокруг Дэн, наблюдая за тем, как она использует различные инструменты, предназначение которых он не знал, пока она наконец не выгоняет его, чтобы спокойно поработать. Нил сидит в кресле и ждет, когда она закончит.       В конце концов Дэн и Мэтт перестают опекать его и, прежде чем уйти, говорят, что ждут у себя, если передумает.       Нил пока не рассчитывает на это, но кивает, и они по очереди обнимают его на прощание за входной дверью. Дэн крепко сжимает его, отчего у него хрустит спина, и шепчет, прежде чем отпустить:       — Если Миньярд будет создавать проблемы, позвони мне, о’кей? Не терпи его дерьмо.       Нил лишь кивает; дверь закрывается, и воцаряется тишина.       Впервые один на новом месте, Нил не знает, чем заняться. Сегодня воскресение, поэтому банк не работает. Неясно, куда делся Кевин, а Эндрю, насколько он знал, на работе, хотя думал, что тот так же закроется в своей комнате, как и в пятницу, когда позволил ему жить здесь.       Тихо вздохнув, Нил занимается убранством комнаты: стелит кровать и вешает несколько полароидных фоток, подаренных Дэн. В комнате стало теплее на целых пятнадцать градусов, и мягкая кровать кажется блаженством после утренних переносов коробок по четырем лестничным пролетом. Он засыпает, не укрывшись.       Какое-то время спустя Нил просыпается от шума на кухне. Включает телефон и удивляется: пора обедать. Он проходит мимо гостиной и на кухне видит Эндрю, курящего на столешнице; ветер сдувает дым сквозь открытую форточку.       Эндрю вскидывает бровь, но ничего не говорит. Нил подходит к плите и видит на ней сковороду.       — Спагетти из упаковки? — скептично спрашивает Нил и тоже вскидывает бровь, заметив коробку в мусорном ведре. — Ты точно повар?       Эндрю выбрасывает сигарету в окно и спрыгивает со столешницы. Когда оказывается рядом, Нил чует запах сигарет и кокоса; Эндрю ниже его на несколько сантиметром. Он снова во всем черном; неоново-зеленые носки слепят Нилу глаза.       — Я не готовлю в нерабочее время, Джостен, и это первое, что тебе стоит знать обо мне, — говорит Эндрю, и Нил фыркает.       — Вообще-то, первое, что я узнал о тебе от других, это то, что ты долбоеб и секс-зависимый.       Нил тут же жалеет о сказанных словах. У него есть привычка говорить не думая. Да и мысли не сказать что радужные. Прежде чем он окончательно паникует о том, что назвал нового соседа долбоебом, Эндрю лишь поднимает бровь и произносит:       — Тогда второе.       Он кладет в миску нелепое количество пасты и уходит; в гостиной включается телевизор.       Как это стало изюминкой их взаимодействий, Нил пялится вслед Эндрю секунду-другую после его ухода.       В конце концов он кладет себе спагетти и садится за барную стойку. Нил удивленно взвизгивает, попробовав ложку, и улавливает, как краешек губ Эндрю, сидящего на диване, дергается вверх. В бегах Нил тысячу раз ел пасту из упаковок, но вкус этой не идет ни в какое сравнение с этой тысячей. Блятство, кажется, это самая лучшая еда на свете. Жуя, Нил ощущает на языке домашний томатный соус — богатый, сладкий и острый одновременно. Он жадно доедает миску, глазея на Эндрю. Лицо пустое, — пока по телевизору идет какое-то развлекательное шоу, — и он медленно поедает спагетти, являя собой идеальное воплощение скуки.       Ночью, когда засыпает, его осеняет: кажется, Эндрю Миньярд не так прост, как все думают. ~       Пролетели две недели жизни с Эндрю и Кевином, и пока все… сносно. Сильных неурядиц не наблюдалось, хотя в один день прошлой недели Эндрю пригрозил Кевину кухонным ножом: тот петлял вокруг него, боясь, что в карри-соусе окажется сахар.       Нилу интересно, почему Эндрю внаглую солгал о том, что не поварничает в нерабочее время. Исходя из увиденного, он может сказать, что Эндрю почти каждый вечер готовит ужин и иногда завтрак и, казалось, наслаждается этим процессом больше, чем каким-либо другим. Эндрю всего пару дней не занимался стряпней с тех пор, как Нил переехал, и в те вечера он велел Кевину готовить или заказывать еду на вынос, а потом исчезал либо в своей обители, либо, по словам Кевина, в клубе, откуда возвращался уже не один.       Кстати об этом. Нил купил беруши. Шум из соседней спальни совсем не ласкал слух, но, думается, все могло быть и хуже.       Сегодня воскресенье — у Кевина и Нила выходной. Переодевшись в форму для пробежки, Нил идет на кухню, где видит Эндрю, готовящего французские тосты. Все бы ничего, если бы не парень в одних боксерах и Миньярд, одетый лишь в спортивные штаны и повязки.       Переварить эту сцену непосильно. Нил впервые видит одного из секс-партнеров Эндрю, торс которого, в свою очередь, обнажен, и понятия не имеет, как с этим справиться.       Эндрю поднимает взгляд, когда Нил схватывает батончик на ходу, а парень протягивает руку и представляется Роландом. Нил пожимает ее, усиленно стараясь смотреть на его лицо, а не… любую другую часть тела.       Роланд прыскает и, повернувшись к Эндрю, прижимается к нему сбоку.       Нил неуверенно отводит взгляд. Не то чтобы его беспокоит то, что Эндрю приводит парней домой, — он просто не может наблюдать за тем, как Роланд непринужденно касается Эндрю. Кажется неправильным: Эндрю являет собой воплощение неприкосновенности.       — Я, эм… — Нил цепляется взглядом за грудные мышцы Эндрю, не в силах сдвинуться с места, — на пробежку.       Нил спешит к выходу и слышит, как Роланд спрашивает:       — Что с ним?       Но входная дверь закрылась, прежде чем звучит тихий ответ Эндрю.       Бегая, Нил размышляет об увиденном. Почему Эндрю готовил завтрак для Роланда, при том что Нил прежде не видел ни одного его партнера? Встречаются ли Роланд и Эндрю? Почему это его так колышет? Нил выбрасывает вопросы из головы и заканчивает пробежку. Пот льет градом, пока он поднимается по лестничным пролетам.       Войдя в квартиру, Нил видит, как Эндрю читает толстую книгу в мягкой обложке, лежа боком на зеленом диване, излюбленном; ноги свисают с подлокотника. На нем — черный свитер и фиолетовые тай-дай носки.       Гора посуды нагромождает раковину, тарелка французских тостов лежит на барной стойке.       Нил отдает предпочтение душу. Он чувствует на себе взгляд Эндрю, пока минует гостиную.       Он моет голову дорогим, кокосовым, душистым шампунем Эндрю затем, что знал: это не останется незамеченным. Нил вытирается досуха и наносит крем от шрамов, которым Элисон снабдила его, прежде чем вспомнил, что не взял его в ванную. Он тупо смотрит на тюбик секунду-другую, пока не понимает, что крем — не его. Может, Кевина, но что-то глубоко внутри подсказывает: нет. Нил — не впервые — задается вопросом, узнает ли вообще Эндрю.       Он вздыхает и одевается. Возвращаясь на кухню, чтобы позавтракать, думает о человеке в пяти метрах от себя, облаченном с головы до пят, который наверняка таит секреты. ~       Спустя месяц Нил ловит себя на том, что каждый день со все большим нетерпением возвращается в квартиру. На выходных они закажут еду, или Эндрю попытается научить его с Кевином готовить что-то простое. Может, пригласят Элисон с Рене или Мэтта с Дэн, чтобы повеселиться и посмотреть фильмы.       Нил почувствовал, что тяготеет к Эндрю, а тот, в свою очередь, показал, что не ненавидит его, научив готовить домашнюю пасту и рассказав о драме с партнером.       Нил сильно удивился, когда Эндрю привел Роланда аж трижды. Подумал, что они начали встречаться, но Эндрю резко перестал говорить о нем, а потом приводил трех парней за три ночи.       На вопрос Нила о том, что произошло, Эндрю ответил:       — Роланд, кажись, думает, что, раз я терплю его сильнее всех, ему позволено что-то.       На этом все.       Сегодня Нил отработал смену, часы которой, казалось, превратились в дни. Кевин не дождался его и ушел. Он предвкушал возможность спокойно провести время с Эндрю, который написал, что работа на сегодня отменена, а значит, они, наверное, приготовят что-то сложнее обычного.       Волнение улетучивается в ту же секунду, когда открывает дверь и чувствует: что-то не так. Первое, уже почти шесть, а Эндрю и след простыл, а второе — в квартире царит зловещая тишина.       Только он думает об этом, из комнаты Эндрю раздается грохот. На секунду Нил почти списывает это на очередной перепихон, но ощущение неправильности не покидает его. Он медленно подходит к двери Эндрю и зовет:       — Эндрю?       В ответ тишина. Мгновением позже звучит еще один грохот, и с Нила хватит. Он распахивает дверь, не думая о том, что впервые в комнате Эндрю. Взору открывается следующее: мужчина, крупнее Эндрю в два раза, нависал над ним, одной рукой зажимая его рот, а другой — пояс штанов.       Нил двигается не раздумывая и, пользуясь инстинктами из жизни в бегах, выбивает из мужика дыхание, надеясь сломать одно-два ребра. Секунда, и он лежит на полу, а колено сдавливает ему шею.       Нил поднимает голову. Эндрю смотрит на них сверху; дыхание прерывистое, взгляд отсутствующий. Нил внимательно рассматривает его и облегченно вздыхает, видя его полностью одетым. Сильнее давит коленом, заметив красные следы на его шее. Мужчина задыхается, и Нил ослабевает давление, чтобы он не потерял сознание до того, как даст ответы.       Эндрю встает, потирая шею, и жестом просит Нила отпустить лежащего. Нил отпускает, крепко сжав его руки за спиной, и теперь мужик говорит:       — Эй-Джей, — Нил подавляет желание выпотрошить его здесь и сейчас, заметив, как Эндрю вздрагивает, услышав прозвище. — Скажи своему дружку отпустить меня. Скажи ему, что у нас все было хорошо, Эй-Джей. Я знаю, ты скучал по мне. Скучал с самого занятия в пятницу. Уверен, те рисунки все еще у тебя. Мне всегда нравилось твое видение нас. Господи, я скучаю по тому, как ты…       Он стенает, когда Нил тычет пальцем на поврежденные ребра.       — Заткнись, — рявкает Нил. — Эндрю, кто это нахуй?       Похоже, Эндрю вышел из транса, и Нилу становится тошно оттого, какие, наверное, кадры воспоминаний всплывали перед ним.       — Вали отсюда, Дрейк, — все что говорит Эндрю; голос натянутый и хриплый. — Я уже отправил сообщение Саре. Пойди убеди ее остаться.       Он выходит из комнаты и привычно устраивается на диване. Выглядит как обычно, если не считать трясущихся рук и отрешенного взгляда. Дрейк паникует, и Нил толкает его последним ударом в бок. Он выругивается, а потом в спешке выбегает из квартиры, хлопнув дверью.       Нил медленно идет в гостиную, садится в самое дальнее от Эндрю кресло и ждет объяснений. Или нет. Его устроит, если Эндрю решит не говорить о проигнорировать произошедшее.       Но всего через миг Эндрю вздыхает и встает.       — Жди, — бросает он по пути в свою спальню.       Не прошло и минуты, как он возвращается со стопкой бумаг. Нил было спрашивает, что это, как стопка оказывается у него руках.       Одного взгляда на верхний рисунок хватает, чтобы понять суть остальных. Нил отбрасывает кипу бумаг, внезапно чувствуя себя гадко.       — Он был твоим учителем.       Эндрю кивает.       Тошнота подкатывает к горлу.       — Сколько тебе было?       Эндрю откашливается.       — Пятнадцать. Потом шестнадцать. После десятого класса мы сменил школу.       — Боже мой, — говорит Нил.       Эндрю все еще будто находился за мили отсюда.       — Я считал себя… особенным в то время. Когда все началось. Он без конца говорил, что я у него единственный и мне никому нельзя рассказывать об этом. И я не рассказывал. Мы так и не обменялись номерами. Я рисовал для него. По пути домой столкнулся с ним и его женой. Он сказал, что хочет увидеться со мной. В последний раз. Я согласился. Хотел отомстить — я осознал то, что он со мной сделал. И взял номер его жены и отправил ей фото. Не ожидал, что он… — Эндрю останавливается, но Нил понимает, что он собирался сказать. — Тогда… я думал, что люблю его.       Мир словно перевернулся с ног на голову. Все, что, как ему казалось, он знал об Эндрю Миньярде, сложилось воедино как несовпадающий паззл. Нил понимает одновременно и его неприступность, и колкость, и пристрастие к сексу. Жажду контроля.       Внезапно лиловые носки Эндрю кажутся неуместными, а Нилу хочется помыться и сжечь все нарисованное юным Эндрю. Прежде чем приводит мысли в действия, Эндрю поднимается на ноги, берет ворох бумаг, бросает его в мусорку и завязывает мешок.       — Теперь ты знаешь, — произносит он и направляется в ванную; душ включается сразу же.       Минуту Нил сидит в тишине, впитывая все узнанное, а затем принимается за дело: вставляет новый мусорный мешок в ведро, а старый выносит, меняет простыни на кровати Эндрю.       Он обводит взглядом аккуратно убранную комнату: кожаное кресло в углу, тщательно ухоженный книжный стеллаж, груда черной одежды в стенном шкафу.       Нил бросает старые простыни в стирку и подметает осколки разбитой вазы. Только усаживается в кресло — Эндрю выходит из ванной, обернутый пушистым полотенцем и держа в руках одежду. Зайдя в спальню и заметив изменения, оглядывается на Нила, — на секунду их взгляды пересекаются, — а затем закрывает дверь и запирается.       Нил пытается приготовить карри, как Эндрю показывал на прошлой неделе, но сдается, когда пожарная сигнализация срабатывает в третий раз, и пишет Кевину взять ужин из любимого тайского ресторана Эндрю, когда вернется.       Кевин приходит с едой где-то через час, и Эндрю мигом забирает контейнеры, одетый в гигантскую черную толстовку, пижамные штаны со снежинками и черные носки. Нил силой удерживается оттого, чтобы не сломать себе хребет, говоря Кевину что-то о сучьем настроении Эндрю.       Нил запирается в спальне, прихватив карри, которое в итоге не доедает. Он засыпает под тихие звуки классической музыки, доносящиеся из соседней комнаты. ~       На следующий день, в выходной, Нил кружит вокруг Эндрю, который ведет себя подозрительно нормально, не считая парочки отрешенных взглядов и не смененную одежду.       Они смотрят телевизор, пока Эндрю не приготовит обед и не пригласит его в свою комнату, чтобы показать две огромные бутылки вина, видимо подаренные братом. Нил считал, что еще слишком рано для распития, но Эндрю оно, думается, пойдет на пользу, поэтому он присоединяется к нему.       Спустя час или около того Эндрю выпивает третий бокал. Нил растягивает один, молча сидя на полу. Эндрю снимает с себя толстовку и остается в неизменно черной майке и повязках — Нил быстро отводит взгляд от его мускулистых рук.       Он курит косяк, который достает только когда Кевину приспичит, сидя спиной к стене. Нил сидит в метре от него, опершись о раму кровати.       — Эндрю…       Нила терзает то, что он узнал часть Эндрю без его согласия. Он понятия не имеет, рассчитаются ли они вообще, но хочет попробовать. Он переводит взгляд со своих колен на лицо Эндрю, окутанное скукой и решительностью.       Эндрю спокойно смотрит на него.       — Нил.       — Я, эм… мой отец… был не… из славных малых, — начинает он, но его тут же перебивают.       — Нил. Ты мне ничего не должен. Не твоя вина в том, что ты увидел.       — Нет, не моя, — соглашается Нил. — Но я увидел ту часть тебя, о которой ты бы никогда не рассказал мне. А если бы и рассказал, то не так детально. Я должен тебе это. Знаю, что ничего не обязан говорить, но хочу, Эндрю. Мы не расквитаемся, пока я не расскажу тебе, так что заткнись нахуй и слушай меня.       Эндрю уже привык к периодическим вспышкам гнева Нила, но, кажется, все равно удивлен: приоткрыв рот, пялится на него. Эндрю затягивается и жестом просит продолжить.       Нил рассказывает Эндрю об отце, побеге с матерью, жизни в бегах, переезде в Англию и возвращении, кошмарном первом курсе универа. Все. Эндрю внимательно смотрит на него все это время; косяк меж пальцев, бокал вина у бедра.       Когда Нил заканчивает, в комнате стоит тишина. Пока Кевин не приходит и не чует травку, как ищейка. Он опускается на пол рядом с ними и протягивает руку Эндрю — тот сует в нее косяк, будто предвидев это.       Они сидят так до рассвета. Кевин болтает без умолку, перескакивая с одной темы на другую. Чуть погодя Нил уносит бычки и вино на кухню и говорит Эндрю поспать немного. Проходя мимо открытой двери, он видит, что Эндрю, уснув, лежит поверх одеял. ~       Нил пытается убедить себя в том, что между ним с Эндрю Миньярдом ничего не изменилось после обмена секретами, но это гиблое дело.       Они не завязали с игрой, ход которой дал Нил, когда свел счеты с Эндрю. Чуть ли ни каждый вечер Миньярд готовит сложные блюда у плиты, пока Нил сидит на столешнице, свесив ноги, и они болтают друг с другом, обмениваясь сокровенной правдой. Эндрю рассказывает, что готовка для него нечто сродни медитации (он уточняет: только когда он один). В ответ Нил объясняет, что, оставаясь надолго в местах, буквально убегает от проблем, на что Эндрю лишь цокает языком.       А еще Эндрю все меньше и меньше парней приводит в дом. Нил бы списал это на Дрейка, не приводи Эндрю кого-то нового каждый вечер несколько дней спустя с той встречи.       В выходной, когда прошла пара недель с инцидента, Кевин, Эндрю и Нил приглашают в квартиру друзей на киновечер; на Нила недоверчиво косятся оттого, как непринужденно он общается с Эндрю. Когда приходят Мэтт и Дэн, Эндрю готовит лазанью, учит Нила, в каком порядке ее нужно готовить (СПССС) и дает ему указания по изготовлению сырного соуса. Они смущенно смотрят на Нила, когда он спрашивает, не хотят ли помочь, но соглашаются.       Вскоре приходят Элисон с Рене, а за ними Ники и его парень — все занимают места в большом кресле и кресло-мешке. Войдя в гостиную после проверки лазаньи на готовность, Нил не находит ни одного свободного местечка. Эндрю хватает его за запястье и усаживает на подлокотник дивана, на котором сам сидит.       Нил краснеет, чувствуя запах сигарет и кокоса и тепло тела Эндрю. Но больше оттого, что хочет сесть ему на колени.       Нил поднимает голову: Элисон вскидывает бровь, Ники смущается, но глаза его блестят, — и пожимает плечами.       После того дня они стали чаще касаться друг друга: будь то Эндрю направлял его руку во время готовки, или Нил клал ноги на его колени, сидя на большом кресле.       В один день, опаздывая на работу из-за того, что забылся во время пробежки, Нил пулей метнулся в душ, игнорируя то, как Эндрю с укоризной вскинул бровь, сидя в гостиной.       Он ополоснулся в рекордное время и только потом понял, что в спешке забыл взять одежду. Нил выругался, оборачивая полотенце вокруг бедер, и, мысленно сказав отцу: «Нахуй тебя», вышел из ванной.       Эндрю отвлекся от книги, только Нил открыл дверь. Забавно опешил, увидев Нила без рубашки. Рассматривал его, может, секунды две, а после вернулся к чтению. Нил тихо и облегченно вздохнул: придумывать объяснения пока не придется.       Нил подумает было, что Эндрю забыл об этом, когда тем же вечером они готовят ужин и Эндрю еще ни о чем не спрашивает. Чуть погодя он замечает отсутствие повязок и небольшие шрамы на предплечьях.       Правда за правду — вот что это означает.       Как и Эндрю, Нил не говорит ни слова, но спрашивает себя: как ему удалось стать тем, кому Эндрю Миньярд доверяет обнажение шрамов? ~       Кевин неделями умоляет их пойти в клуб, но сегодня Эндрю наконец сдается, решив потворствовать ему. Недавно Кевин повздорил с одним из трех людей, по которым, кажется, вечно чах, и потому ему совсем себя жалко. Иногда Кевин и Эндрю вместе тусовались в любимом клубе, в неких «Райских сумерках». В большинстве случаев Эндрю ходил туда один, в меньшинстве — они вдвоем. Но в последнее время Эндрю едва там появляется.       Нил прежде не бывал в «Сумерках», но, когда Кевин канючит порядочное время, его нестерпимо хочется заткнуть.       В свежий субботний вечер они втроем садятся в машину Эндрю и носятся по улицам центра Денвера, пока не добираются до места, которое искали. Кевин едва не дрожит от нетерпения на заднем сиденье, когда Эндрю находит парковочное место. Только они шагают к клубу, он бесследно исчезает в поисках столика.       Войдя внутрь, Нил едва не сразу накрывает. Он натягивается струной, окруженный толпой людей, и тут же чувствует знакомое прикосновение к спине.       Нил чувствует себя в безопасности от присутствие Эндрю за собой. Напомнило вечера, проведенные за раскатыванием теста для пасты или у двери комнаты Кевина в попытках разузнать детали очередной драмы в его отношениях по крикам в трубку.       — Успокойся, — бормочет человек, о котором идет речь. — Будь рядом, и никто тебя не тронет.       — Очень самонадеянно с твоей стороны.       — Всего лишь правда.       — Кажется, у тебя нехилая репутация, Миньярд, — дразнит Нил, зная, что Эндрю наверняка имел ее. — Ты заявляешь на меня права? Тут есть что-то типа Бэт-сигнала, с помощью которого те конченые поддерживали связь?       — Ты нихера не понял, — фыркает Эндрю, направляясь к бару.       — Да в смысле, — возмущается Нил. — Мэтт заставил меня смотреть эти фильмы несколько месяцев назад. И ты был там.       — Не помню такого.       Нил было отвечает, как слышит знакомый голос, который спрашивает:       — Чего вам налить…?       Роланд замолкает, увидев, с кем разговаривает.       — Ой, Эндрю, как обычно?       Эндрю кивает:       — И банку спрайта.       Роланд не удивляется и не злится, видя… бывшего? Бывшего секс-партнера? Который заказывает напитки. Напротив — он радуется Эндрю. Нилу любопытен статус их отношений.       Пока Роланд готовит спиртное, Нил поворачивается вбок и видит, как Эндрю смотрит на него. Нил улыбается — Эндрю отворачивается; уголок его губ приподнимается.       — Заткнись.       Нил улыбается еще шире.       — Я молчал.       Ехидство улетучивается с лица Эндрю. Какой миг они смотрят друг на друга.       — Да, молчал.       Нил не знает, как осмыслить этот ответ, и избавлен от этого благодаря Роланду, подталкивающему им поднос с напитками. Он бросает на Эндрю не понятный Нилу взгляд. Эндрю лишь сверкает глазами и искусно несет поднос на плече.       Нил призадумывается, как он с такой грацией несет его, а потом вспоминает, что он повар и днями носит подносы. Нил всегда лыбится, думая об Эндрю как о поваре или официанте. Наверняка Эндрю мутит от этих тонкостей. Не говоря уж о форме, в которой Нилу нравится видеть его.       Мышцы рук напрягаются, когда Эндрю осторожно кладет поднос на столик, который занял Кевин, и Нил миг пялится на них, а потом одергивает себя и садится. Кевин уже пьет шот, а менее чем через десять минут оказывается на танцполе.       Нилу прельщает мысль присоединиться к нему, только чтобы понаблюдать за его нелепыми телодвижениями. Но он откидывается к спинке стула, попивая содовую и наблюдая за Эндрю, потягивающем виски. Нил практически уверен, что он пьет его ради эстетики, потому что, когда распивали в квартире, Нил видел его с самыми яркими и сладкими коктейлями на свете.       Нил открывает рот, чтобы спросить об этом. Но выходит из него совершенно другое.       — Что ж… Роланд, а?       Эндрю вскидывает бровь, поставив пустую рюмку на стол.       — Ну и что с ним?       — Вы, парни, еще вместе или…?       — Вместе.       — Ну да. Так люди обычно называют это, когда трахаются больше двух раз. Или мне так сказали.       Эндрю выглядит почти сердито, думает Нил, сам не понимая почему.       — Мы с Роландом никогда не были «вместе», — он показывает воздушные кавычки одной рукой, — до определенного момента он был удобен. А теперь он… — Эндрю морщится, — друг.       — Сделай-ка лицо попроще. А то корчишься так, будто у тебя запор.       — Закрой-ка рот.       — Увы, это не по моей части.       — Да что ты.       Они погружаются в комфортную тишину. В продолжение вечера Нил замечает парней, которые направляются к Эндрю и тут же останавливаются при виде грозного взгляда. Нилу любопытно, как бы Эндрю повел себя, познакомься он с кем-то, как обычно. Интересно, как люди видят Эндрю. Как неприкасаемого секс-бога, с которым хотят иметь интрижку? Как мудозвона с репутацией? Нил задумывается: а знают ли они хотя бы толику той правды, которую Эндрю рассказал ему о себе. Вряд ли.       Где-то через час Кевин, спотыкаясь, возвращается к столику, и они начинают собираться к уходу. Только подходят к парковке в поисках машины, дождь поливает как из ведра. Они бросаются в сторону машины. Когда они садятся в нее, Нил хохочет от того, как бежал пьяный вусмерть Кевин и трусил в промокших джинсах-скинни Эндрю.       Тишина внутри авто разительно отличается от бушующего ливня, под который они попали. Они переводят дыхание минуту-другую, и вдруг Нил и Кевин начинают хохотать. Они беспричинно ржут во все горло. Обернувшись, Нил видит, как Эндрю трясется, беззвучно смеясь. Слезы выступают у Нила на глазах.       В конце концов они успокаиваются. Машина затихает. Только капли дождя барабанят по окнам, нарушая покой.       Они ждут окончания бури, когда Кевин шмыгает носом на заднем сиденье. Нил и Эндрю оглядываются на него, подняв брови.       — Я понятия не имею, что делать, — всхлипывает Кевин.       Эндрю фыркает, и Кевин вперивает в него взгляд.       — Я выговариваюсь, дерьма ты кусок!       Эндрю изучает его лицо, серьезно кивает. И снова фыркает. Кевин стукает его в плечо, и Эндрю говорит:       — Все-все, давай, Дэй. Выговаривайся.       — Ладно. В понедельник я поссорился с Тэей и поехал к Джереми, так? — Эндрю и Нил одновременно кивают, притворившись, будто не знают об этом из телефонных звонков Кевина.       — Так вот, я рассказал Джереми обо всем случившемся, а он такой: «Тея уже рассказала мне и Жану» Я тогда еще даже не говорил с ним! Ну я позвонил Тэе и спросил, зачем она им все рассказала, и она ответила, что мне нужно привести себя и свою жизнь в порядок! Мне! Вчера я увиделся с Джереми и Жаном, они сказали, что хотят встречаться со мной! Оба!       Нил изображает шок:       — О нет!       Эндрю снова фыркает, но Кевин продолжает:       — Знаю. Конечно же я психанул и рассказал все Тэе, она все равно непонятно сказала, что, если хочу встречаться с Жаном и Джереми, я не должен выбирать между ними и ей. А затем, я, ебнутый, сбросил трубку. И с тех пор ни с кем не разговаривал. Моя жизнь — сплошной бардак, и я понятия не имею, что делать.       Нил ожидает от Эндрю язвительного комментария, но он выглядит искренне, когда говорит:       — Слушай, Дэй. Ты — ебучее имбицилище, но это непростая ситуация. Ты вправе быть потерянным. Я говорю, чтоб ты подумал о том, чего хочешь, а там уже смотри. Из того, что ты рассказал, кажется, будто всех, кроме тебя, все устраивает. Мне кажется, все зависит от тебя.       Нил вклинивается:       — Кажись, он впервые сказал тебе такое количество слов, Кев.       Кевин снова всхлипывает.       — Спасибо.       — Да не за что, — неловко отмахивается Эндрю.       В машине вновь воцаряется тишина, небо по-прежнему льет дождем. Кевин нарушает тишину. Снова.       — Ну не заставляйте меня чувствовать себя полным идиотом! Я поделился своими секретами, теперь, друзья, ваш черед!       У Нила масса секретов, о большинстве которых кое–кто сидящий тут знает, но ни один не настолько радужный, чтобы затронуть его в разговоре.       Вместо того чтобы разом выдать Кевину обширную историю, связанную с мафией, Нил решает рассказать секрет, о котором даже Эндрю не в курсе, — настолько он незначительный.       — Ладно, у меня не было секса.       Кевин вмиг загорается, как спичка.       — Что? Да! Значит, хоть в чем-то я лучше тебя!       Нил хмурится. Прежде чем успевает попросить Кевина пояснить свой ответ, Эндрю интересуется:       — Вообще?       — Не-а. Будучи ребенком, я не имел возможности, а в унике уже не особо-то и хотелось. Не считаю, что в этом есть что-то особенное.       И вот опять наступает тишина. Кевин вздыхает.       — Что ж, Нил, спасибо, я чувствую себя намного лучше.       — Да что ты, блин…       — Что насчет тебя, Эндрю? — прерывает Кевин.       — А что насчет меня?       — Моя сексуальная жизнь в хаосе, Нил — девственник, с тобой что?       Эндрю выглядит так, будто действительно думает, но в итоге просто пожимает плечами. Кевин усмехается:       — Ну надо же, он — само совершенство.       — Мог бы выйти ростом повыше.       Нил хихикает, а Кевин кричит:       — Да! Еще одно очко в мою пользу! ~       Банк Нила и Кевина устраивает банкет для персонала. Что-то вроде вручения премий и дачи почета и повышения заслуживающим, считает Нил. Но важно не это.       А то, что банк нанял кейтеринговую компанию, на которую работает Эндрю, а у Кевина с Нилом первая и последняя возможность в жизни увидеть его учтивым перед людьми и одетым в поварскую форму.       Мечты сбываются, серьезно.       Нил и Кевин стоят опершись о стену, наблюдают за Эндрю, порхающем по залу с отточенной легкостью, и строят догадки насчет того, о чем он думает, а что говорит.       В какой-то момент Эндрю выходит из кухни с тяжелым на вид подносом. Немолодая женщина преграждает ему путь и засыпает вопросами личного характера, очевидно пытаясь привлечь внимание и получить комплименты. Нил и Кевин трясутся, беззвучно смеясь, в другом конце зала и хохочут, когда Эндрю смотрит на них с призывом о помощи.       Наконец, когда женщина пытается положить руку на его бицепс, Нил вмешивается и спрашивает у Эндрю, можно ли взять бокал шампанского с подноса.       Женщина по-прежнему стоит на месте, и Нил просит Эндрю провести его в уборную. Только они оказываются в тихом коридоре, Нил утыкается лицом в его плечо и опять хохочет.       Чувствует, как Эндрю раздраженно качает головой, чувствует вездесущий аромат кокоса и сигарет. Нил опирается на Эндрю и представляет, как немолодая женщина изводит его на каждом мероприятии, отчего снова прыскает.       — Божечки-кошечки, — он тяжело дышит, тщетно пытаясь успокоиться. Кажется, еще никогда так сильно не смеялся. — Вот умора, блять.       — Рад, что мои страдания для тебя смех да и только, — невозмутимо отвечает Эндрю.       — Как ты это терпел, — хихикает Нил.       — Напоминал себе, что, если меня уволят, придется начать сначала.       — Боже.       Он перестает смеяться, стоит Эндрю выпрямить шею. Его нос и уши розовые, поварская шапочка все еще на голове — Нил расплывается в улыбке.       — Нил, — тихо зовет Эндрю.       — Ась?       — Я хочу поцеловать тебя. Только дома. Да или нет?       Будто мир Нила не переворачивается с ног на голову.       Позже он подумает о том, когда именно захотел этого, но сейчас мозг занимают только да, да, да и зачем ждать?       — Да, — вздыхает Нил. — А сейчас? Да, поцелуй меня сейчас.       На секунду Эндрю задумывается, а потом ухмыляется, являя ямочки на щеках, и о нет, почему вдруг стало так горячо.       — Нетушки. Боюсь, придется ждать. Целовать клиентов перечит правилам, Джостен.       Нил дуется: он знает, что может целоваться с Эндрю прямо сейчас. И это все, на чем сосредоточен разум. Эндрю мягко улыбается, и поэтому Нил отвечает:       — О’кей, ладно. Хотя, думается мне, правила тебя заботили, может, раза два в жизни.       Они отрываются друг от друга и входят в зал, откуда Эндрю тут же направляется на кухню. Нил наблюдает за его уходом, игнорируя появление Кевина, требующего ответы на то, где он пропадал.       Все оставшееся время до конца мероприятия Эндрю пытает Нила. К счастью, не тем способом, которым его подвергали, хотя Нил бы поспорил: эта пытка — худшая. При любой возможности Эндрю, каждый раз выходя из кухни, встречается с Нилом взглядом. Подходит к Кевину поболтать, в то время как Нил возмущенно таращится на него. И когда персоналу разрешают уйти, он чуть не тащит Эндрю с собой.       Но Эндрю остается работать, а они с Кевином возвращаются в квартиру. Кевин сразу уходит, и Нил желает ему удачи на первом свидании с Джереми и Жаном, как и Тея по телефону.       Один, Нил не знает, чем заняться. Что делают люди, когда знают: еще чуть-чуть, и их поцелуют?       Он плетется в спальню, где переодевает рабочую одежду на свитер и шорты для бега, которые любит носить в квартире.       Затем загружает кучу белья в стирку и уже идет в сторону гостиной, как слышит ключ, поворачивающийся в замке. Нил замирает, не зная, куда себя деть, и просто останавливается в метре от двери, когда та открывается.       Увы, Эндрю переодел поварскую форму на фирменные черные джинсы, безрукавку и повязки. Он спокойно смотрит на Нила, пока закрывает дверь, и, сняв ботинки, являет ярко-синие носки с жирафиками. Нил рассеяно думает: Эндрю активно покупает их для себя или это какой-то прикол с другом.       Эндрю откашливается, отвлекая Нила от всех мыслей, связанных с носками. Шагает ближе и шепчет:       — Все еще да?       Сглотнув, Нил взволнованно кивает. С тех пор как Эндрю спросил в первый раз, он только и думал об этом, но теперь, когда в шаге от этого, неопытный и нервный, чувствует бабочек в животе. Похоже, Эндрю ощущает его настрой.       — Нил.       — Ага, — шепчет Нил. — Ага, да, поцелуй меня, Эндрю.       И Эндрю целует. Нил чувствует, как сильные руки обхватывают талию и теплые губы приживаются к его собственным. Нил осторожно касается его плеч и крепко сжимает их, когда Эндрю одобрительно мычит.       Нил неуклюжий и неумелый, но, когда Эндрю проходится языком по губам, он соображает. Никогда прежде он так не загорался, целуя кого-то. Никогда прежде поцелуй не чувствовался как возвращение домой и новое начало. Не чувствовался как вздох облегчения или неужели.       В конце концов Эндрю отстраняется, и Нил недовольно скулит, но успокаивается, увидев выражение лица Эндрю, полное неверия и трепета.       — Ну что, — хрипит Эндрю и, откашлявшись, продолжает: — Ужин? ~       На мероприятии они скудно поели, поэтому решают приготовить домашние равиоли из замороженных листов пасты, которые сделали в запас неделю назад, и не скупятся с густым сливочным соусом, потому что Кевина все еще нет.       Все идет так же, как последние несколько месяцев: они хлопотают рядом, и Эндрю дает указания Нилу, когда он в чем-то не уверен.       За одним исключением — они целуются. Много.       Эндрю проходится поцелуями по затылку Нила, пока тот пропускает листы пасты через макаронную машину. Они целуются, пока ждут, когда вода вскипятится. Нил водит рукой по волосам Эндрю и говорит, как жаль, что первый поцелуй был без поварской шапочки. Целуются, после того как поели. Реалити-шоу — фоновый шум, когда Эндрю усаживает Нила к себе на колени и сцеловывает его шею.       Нил тихо вздыхает и стонет оттого, в какие неизведанные чувства Эндрю утягивает его. Приходит в восторг, когда у Эндрю перехватывает дыхание, стоит только клюнуть его в шею.       — Нил, — вздыхает Эндрю.       Нил вопросительно мычит, одурманенный ощущением губ Эндрю на своих.       — Нил.       Тверже.       Нил слегка отстраняется и глядит на лицо Эндрю, глаза которого широко раскрыты, щеки красные, губы распухшие. Нил улыбается, двигая бедра вперед, чтобы устроится поудобнее, и оу. Эндрю тихо ухает и кладет руки на бедра, дабы сдержать его, и, о, Нилу очень интересно, к чему все клонится.       — А, — Нил еле дышит, а Эндрю хмурится.       — Нил, — повторяет он. — Нам надо остановиться.       Нил посмотрел на него сверху. Почему — первое, что приходит на ум. Он было спрашивает, как вдруг его осеняет.       С юных лет Эндрю пользовались. Учитель, партнеры, люди в «Сумерках», рассматривающие его в качестве трофея, который хотят заработать. Пару месяцев назад Нил пришел к выводу: Эндрю прибегнул к случайному сексу как к механизму преодоления проблем — как к способу восстановить контроль и взять все в свои руки. Поэтому Нила был в недоумении, когда Эндрю прекратил приводить парней и ночами бывать вне дома.       Эндрю хочет остановиться, чтобы Нил не стал очередным парнем на одну ночь. И осознав это, он чуть не заливается слезами. Ему бы и в голову не взбрело так использовать Эндрю.       Все еще очень интересен весь этот казус, но он говорит:       — Хорошо.       Чмокает напоследок в губы и пытается встать.       Эндрю притягивает его за бедра.       — Можешь остаться, — шепчет он.       Нил усаживается, обхватывает руками его шею и запускает пальцы в его мягкие волосы, чувствуя, как своими Эндрю гладит его оголенные бедра.       Нил так расслабляется, что чуть не засыпает. Эндрю слегка щипает его за бок.       — Ноги онемели, — виновато объясняет он.       После они оба умываются, желают друг другу спокойной ночи и расходятся по комнатам.       Засыпая, Нил чувствует себя легче воздуха и в безопасности. ~       В течение следующей недели или около того Нил и Эндрю строят догадки о том, как скоро Кевин поймет, что что-то не так.       Они не очень-то и скрываются — целуются и касаются друг друга, но не всегда перед Кевином.       Но забавно наблюдать за тем, как шестеренки крутятся в голове Кевина, когда Эндрю сажает Нила себе на колени или притрагивается к его бедру во время готовки. Эндрю говорит, он, наверное, пытается вспомнить, всегда они так себя вели или нет.       Головастый в бизнесе и цифрах, Кевин абсолютно бездарен в обращении со здравым смыслом, и его отношения — трехсторонний дебош — отлично показывают это, хотя недавно все вроде бы наладилось. По крайней мере с того вечера в машине проблем у него не появлялось.       Примерно неделю спустя они теряют надежду на то, что Кевин узнает о происходящем, поэтому решают чуток пошалить.       Идут дни, в течение которых они обходятся друг с другом все более и более открыто и ждут, когда Кевин засомневается. Он хмурится, когда Нил кормит Эндрю ложкой мороженого, но молчит. Эндрю перетаскивает Нила с кресла на свои колени, а он по-прежнему молчит.       И увидев Нила и Эндрю, выходящих из комнаты последнего после часового сеанса поцелуев, вопит:       — Да что за хуета происходит?       И возмущенно пялится на них, когда Эндрю фыркает, а Нил безудержно хохочет. Вскоре, в недоумении и преданный, Кевин уходит на свидание с Тэей. ~       После всей этой комедии - то есть Кевин, узнавший о них, - они идут на кухню, чтобы приготовить ужин.       Готовка с Эндрю быстро стала одним из любимых занятий Нила. До встречи с ним кулинария определялась им как обязанность и мука, теперь же он с нетерпением каждый вечер ждал готовки ужина с Эндрю. Она стала рутиной, а еще весело, даже если на него это не оказывает такого же успокаивающего влияния, как на Эндрю.       — Мне нравится готовить с тобой, — тихо признался Нил, пока Эндрю жарил перцы, которые он ест, только если их готовит Эндрю. Когда Кевин жалуется, что Эндрю добавляет кучу масла, Нил напоминает, что он ест овощи хоть в каком-то виде, а не как прежде.       — Да прям.       Нил не смущает невозмутимый ответ Эндрю.       — Да. Мне нравится видеть тебя в кухонное зоне. Жаль только, что ты не в шапочке.       — Мечтай, Джостен.       Нил задумчиво вздохает.       — Ага.       Эндрю усмехается и возвращает внимание плите.       Когда уже идет в спальню, чтобы взять толстовку, Нил замечает шапочку, о которой ранее шла речь, висящую на дверной ручке — без сомнений — с тех пор, как он набросился на Эндрю с поцелуями, когда тот вернулся с работы.       Лыбясь, Нил натягивает толстовку и надевает дурацкую шапочку на голову. Увы, ее тулья не такая же длинно-воздушная, как в том мультфильме с крысой, который Мэтт заставил его посмотреть. Она более квадратной формы, закругленная по бокам и плоская сверху, но Нил все равно выглядит в ней нелепо.       Вернувшись на кухню, Нил ждет, пока Эндрю не заметит его, и лыбится, когда его руки замирают на середине движения. Он бросает взгляд на обжаренные перцы, выключает плиту и шагает к Нилу. Эндрю прижимает его к столешнице; палец играет с кудряшкой.       — Теперь я понимаю, — чеканит он, и Нил прыскает, наклоняется и прижимается губами к его губам.       Нил уверен, что никогда не устанет от этого — от пленяющих губ Эндрю, от сильных рук, без усилий сажающих его на столешницу. Нил прерывисто дышит, чувствуя руки, сначала скользящие по бедрам, затем забирающиеся под толстовку и слегка давящие на шрамы. Своими Нил сжимает бицепсы Эндрю, вечно такие притягивающие. Эндрю задевает пальцами его сосок. Слегка царапает лопатки — Нил тихо стонет.       Поцелуй прекращается. Эндрю, мягко отодвинув голову Нила в сторону за волосы, сцеловывает его шею, а оттянув воротник толстовки, плечи и ключицы. Нил хватается за голову Эндрю и стонет ему в ухо, пока Эндрю резко не отстраняется и ведет в спальню.       Нил охотно идет вслед, чувствуя извивающиеся глубоко в животе нервы. Они уже целовались в спальне, но еще не заходили дальше поцелуев, и Нил очень хочет, но перестать волноваться не может. Меньше всего он желает разочаровать Эндрю, и он наверняка будет отрицать, что разочаруется, но напоминание о собственной неопытности дает о себе знать, раздражая нервы сильнее.       Эндрю закрывает дверь; расстояние между ними — крошечное, когда он спрашивает:       — Нил. Да или нет?       — Да, Дрю, всегда да. Просто… я никогда… — Нил замолкает, когда Эндрю скидывает шапочку с его головы. Запускает пальцы в его кудри и вновь притягивает их лица друг к другу.       — Знаю, — Эндрю глубоко целует его, а потом ведет к кровати. — Я сделаю все как можно лучше для тебя, детка.       И, о, это самая горячая фраза из всех Нилом услышанных. Слова вызывают реакцию на все тело: спина покрывается мурашками. Эндрю подталкивает его на кровать.       — Я хочу, чтоб и для тебя все прошло хорошо, — возражает Нил, — не то чтобы я такой же… опытный, как и ты. Или вообще опытный.       Эндрю снимает майку через голову — Нил снова глазеет. Эндрю опускается — мышцы выпирают. Смотрит на него и заверяет:       — Мне будет хорошо. Потому что это ты.       А потом Нил исчезает, теряется в потоке — в Эндрю Миньярде, целующем, касающемся и раздевающем его. Нил ни о чем не думает, пока Эндрю входит в него, осторожно растягивает его, а затем наполняет. Прижимается к нему, когда Нил вскрикивает, ошеломленный и такой, такой упоенный ощущениями.       Нил лежит под Эндрю — там же, где лежали и многие другие. Тем не менее улыбается ему в шею, потому что уверен: этот раз — другой. Другой, потому что Эндрю явно дает ему знать, что это так, причем уже несколько месяцев.       Другой, потому что Эндрю нежен, ласково целует, на ухо похвалы шепчет, несказанно двигается и звуки из Нила извлекает.       Другой, потому что, когда Нил признается Эндрю в том, как он невероятен, какие потрясающие чувства вызывает, Эндрю краснеет; сладостно стонет, когда Нил просит большего, говорит, какой он красивый.       Эндрю прибавляет темп — Нил чуть не млеет от ощущений. Он толкается в самое чувствительное место, отчего Нил кричит. Чуть погодя зарывается ему в шею и кончает, проскулив: «Дрю!» Эндрю замедляется, бормоча имя Нила, и толкается бедрами в последний раз.       Нил снова скулит, почувствовав пустоту, и Эндрю, словно извиняясь, нежно целует его; глаза внимательно смотрят на Нила. Нил мычит, наблюдая за тем, как Эндрю избавляется от презерватива и ложится на бок лицом к нему.       — Да? — спрашивает Эндрю; подушечки пальцев проходятся по изгибу его бедра и талии и останавливаются на ягодицах. Нил вопросительно вскидывает брови, но Эндрю лишь сжимает его ладонь.       Нил улыбается ему.       — Да. Ты был невероятен, Дрю. Тебе было хорошо?       Эндрю возмущенно глазеет на него.       — Да.       Пару минут спустя Нил жалуется на неприятные ощущения, и Эндрю помогает ему встать с кровати и дойти в ванной, следя за тем, чтобы он не чувствовал дискомфорт. Нил ловит его изучающий взгляд под струями воды и, просто чтобы увидеть реакцию Эндрю, признается, говоря низким голосом:       — Мне нравится это ощущение — будто ты все еще внутри меня. Это срабатывает в его пользу: глаза Эндрю темнеют. Прежде чем Нил успевает продолжить, его поцелуют и прижимают к холодной плитке стены душевой. Эндрю опускается на колени и снова пробуждает тот комок чувств.       Нил пытается отплатить Эндрю тем же, но в итоге сильно давится и поскальзывается на ягодицах. Секундная неловкость стоит смеха Эндрю, его ямочек и покрасневших щек; волосы липнут ко лбу.       Эндрю все еще хихикает, когда Нил снова берет его в рот, но улыбка быстро сползает с его лица. ~       Позже они, сухие, согретые и довольные, лежат друг напротив друга на кровати Эндрю. Нил стащил пару боксеров и длиннющую футболку, сославшись на то, что не хочет вставать с постели, и проигнорил замечание Эндрю о том, что его комната находится буквально в трех метрах отсюда.       В конце концов Эндрю встает, чтобы принести ужин, оставленный без присмотра. Они едят в уютной тишине, и, когда заканчивают трапезничать, Эндрю относит тарелки в раковину и возвращается со знакомо выглядящим тюбиком крема от шрамов из ванной.       Эндрю протягивает его с вопросом:       — Да или нет?       — Да, — отвечает Нил.       Эндрю снимает его футболку, щедренько выдавливает на палец мази и точечно наносит ее на каждый шрам. Втирает мазь, массируя плотную кожу шрамов и покрывая поцелуями воспоминания об утюге, пуле и дорожной сыпи.       Закончив, передает крем Нилу; Эндрю снял повязки еще в душе и не надел их обратно. Он протягивает ему руки и, прежде чем Нил успевает задать вопрос, говорит: «Да». Слегка надавливая, Нил наносит крем на блеклые шрамы предплечий Эндрю.       — Да или нет? — спрашивает Нил и склоняет голову, чтобы прояснить свое намерение.       — Да.       Нил нежно целует тонкую кожу, и чувствует губами медленное биение пульса, и удивляется тому, что может иметь это.       — Правда за правду? — задает вопрос Эндрю, положив тюбик на тумбочку.       — Конечно.       — Тебя волнует, что я спал со многими?       Нил глядит на него, удивленный тревоге в его тоне. Прежде он не слышал Эндрю таким неуверенным.       — Нет, — честно отвечает Нил, — я понимаю почему. Тебе не нужно объясняться. Я знаю, что это что-то значит для тебя, и это самое важное.       Эндрю закрывает глаза. Чмокнув Нила в губы, открывает.       — О’кей.       Они вновь погружаются в уютную тишину, сидя на кровати лицом друг к другу и скрестив ноги. Нил без рубашки, Эндрю без повязок.       — Теперь можешь спросить у меня что-нибудь, — напоминает Эндрю.       Нил угукает и было говорит, что у него нет вопросов, как вспоминает кое-что. Эндрю хмурится, увидев на его лице ухмылку.       — Ты реально трахнул Кевина?       Нил хохочет оттого, как косо Эндрю смотрит на него.       — Когда он рассказал?       — Буквально до того, как я встретился с тобой.       Эндрю стенает и прячет голову в шее Нила, пока он хихикает.       — Он раскритиковал твою форму? — поддразнивает Нил. — Может, сделал презентацию, чтоб показать, как можно улучшить ее?       — Боже мой.       — Он похвалил твой режим тренировок?       — Я задушу тебя, Джостен.       Нил снова смеется, и Эндрю укладывает его на постель; голова — на его груди. Закрыв глаза, он слушает ровное дыхание Эндрю, пока сон не овладевает им. ~       На следующее утро Нил, удобно устроившийся и довольный, просыпается в объятьях Эндрю. Он чувствует, как тот жмется к его спине, блаженно вздыхает, вспомнив события прошлого вечера, и улыбается, ощущая обхватывающие руки.       — Утра, — хриплым голосом произносит Эндрю.       Нил поворачивается к нему лицом и ухмыляется, чувствуя, как руки опускаются и хватают его за ягодицы. Было отвечает, как слышит услышал оглушительный грохот откуда-то снаружи квартиры.       Эндрю и Нил вскакивают и быстро одеваются, чтобы понять происходящее. Они спускаются по лестнице к квартире Элисон и Рене, когда видят, как Элисон кричит в лицо огромному мужчине с татуировками и в кожаной куртке, а Рене и парочка других жильцов следят за этим.       — …знаешь, сколько он стоит? — кричит Элисон. Мужчина выглядит так, будто видит призрака; страх видимо читается в его теле.       Эндрю и Нил наблюдают за продолжающей кричать на мужчину Элисон; Рене подходит к ним.       — Похоже, этот мужик работает на тех, кто владел этим зданием, — объясняет она. — Годами он наживался на этом месте, держа аренду дешевой и способствуя тому, чтоб люди покупали дорогую технику и всякое такое, а это место зачищали.       Рене с улыбкой качает головой, когда Элисон, все еще крича, указывает на свою квартиру.       — Элисон заподозрила неладное, как только мы переехали. Она связалась с боссом этого мужика и пару месяцев спустя купила у него это здание. Этот же пропустил все мимо ушей. Он вломился в нашу квартиру и выбросил телек в окно.       Несколько минут спустя мужчина убегает поджав хвост; небольшая толпа рассеивается.       Элисон подходит к ним; она выглядит так, будто сошла с подиума, а не проснулась оттого, что в ее квартиру вломились. Вскидывает бровь, глядя на Нила и Эндрю.       — Приколдесные засосы.       Быстро обнимает Нила и заходит в квартиру, несомненно, собираясь позвонить адвокату и уничтожить жизнь мужика.       Рене остается на минутку, чтобы договориться с Эндрю о спарринге на этой неделе. Она посылает Эндрю многозначительный взгляд, когда сжимает его плечи на прощание, и машет Нилу, входя в квартиру за своей девушкой.       Нил глядит на Эндрю.       — Ты знал, что Элисон наша хозяйка?       Эндрю фыркает.       — Да. Хотя не удивлен, что я — единственный из нас, кто реально обращает внимание на то, кому платит.       В этот момент Кевин поднимается по лестнице; дорожная сумка перекинута через его плечо.       — А чего, вы двое, в коридоре? ~       Нил должен встретиться с Би, приемной матерью Эндрю, и его братом-близнецом одновременно. Видимо, семья Эндрю собирается вместе на ужин каждые несколько месяцев у нее дома. А в этот раз пригласили и Нила.       Нил более чем рад тому, что Эндрю считает их отношения настолько серьезными, что хочет, чтобы он увиделся с его семьей, хотя он и бесится оттого, что Эндрю ждет, пока они не будут ехать по шоссе, чтобы сказать о том, что Би — психолог. Мысль встретиться как с матерью, так и психотерапевткой одновременно более чем тревожная для кого-то вроде Нила, который, как ему сказали, нуждается и в одной, и в другой.       Они сидят в машине, половина пути пройдена, а Нил психует.       — Она же твоя мать! Она будет оценивать меня, потому что я встречаюсь с тобой. А теперь — по всем остальным причинам!       — Она не будет допытываться.       — Доктора нервируют меня.       — Возможно, не лучшее время упоминать это, но Аарон тоже доктор.       Нил стенает, ударившись головой о стекло, может, чуток агрессивно. Эндрю угукает без капельки сочувствия, но касается ладонью его ноги.       — С тобой все будет в порядке. Ты понравишься ей.       — А что насчет брата?       — Потерпит тебя, раз я терплю.       — Как обнадеживающе.       Эндрю снова угукает, стуча пальцами по его бедру. Нил берет его ладонь и переплетает их пальцы; оставшуюся дорогу они едут в таком положении.       К счастью, они приезжают последними. Ники и Эрик встречают их у двери и ведут в небольшую гостиную, где встречает уже Бетси. Она обнимает Эндрю, Нила — тоже. Он старается держаться непринужденно, но, кажется, с треском фейлит, судя по тихому фырканью Эндрю.       — Привет, Эндрю. И Нил, очень приятно наконец познакомиться с тобой.       — А мне — с вами.       Бетси тепло улыбается ему и уходит на кухню. Затем они здороваются с Аароном и его женой Кейтлин. Эндрю с братом кивают друг другу, Нил с Кейтлин — тоже.       — Привет, мальчики, — говорит Кейтлин. — Приятно познакомиться, Нил.       Она слегка тычет Аарона локтем, который, хмурясь, пялится на Нила. По ее побуждению откашливается и бурчит:       — Приятно познакомиться.       — И мне.       Они стоят в молчании, пока Кейтлин не волочет Аарона для помощи на кухне.       Пока ужин готовится, все по очереди помогают Би. Когда она доходит до Нила и Эндрю, последнего не подпускают к плите и велят сервировать стол, потому что иначе он перенимет готовку на себя.       Нил просит рассказать о юном Эндрю, и, оказывается, у него была эмо-фаза, космо-фаза и музыкально-театральная фаза за один год, когда Би усыновила близнецов-десятиклассников.       Они еще немного говорят. Когда ужин готов, общаются уже все, и все нормально. Приятно сидеть рядом с Эндрю и его семьей и узнавать его другие черты. Никто не спрашивает Нила о родителях и шрамах, и, сдается ему, Эндрю, наверное, повлиял на это.       Тайна Эндрю в отношении носков тоже раскрывается во время ужина. Би с увлечением рассказывает, что ей удалось найти ограниченную серию пар с фермерскими животными, чтобы он носил их дома. Нил держит руку Эндрю под столом. Когда приходит время уходить, Би не обнимает его, а пожимает руку.       — Рада, что он нашел тебя, Нил. Думаю, ты отлично впишешься к нам.       Эндрю обнимает мать, прощается с остальными, и они вдвоем снова оказываются в дороге. На пути домой.       Он чуть не вздрагивает от этой мысли. И задумывается, когда начал называть квартиру домом. Не помнит. Наверное, месяцы назад. Мысль больше не пугает. Кажется правильной.       У него есть Мэтт и Дэн, болеющие за него, Рене и Элисон, живущие этажом ниже. Кевин — постоянная в его жизни — лучший друг, всегда рядом, когда нужен (или, что чаще всего, наоборот). А теперь и семья Эндрю, которой, он, кажется, нравится настолько, что она снова пригласила его на ужин. И Эндрю.       Эндрю, сидящий рядом и тихо напевающий под классическую музыку, звучащую по радио; одна рука держит руку Нила на ручнике, другая — на руле.       Нил вспоминает себя шестимесячной давности, съезжающего из старой квартиры в поисках перемен. Вспоминает, что чувствовал, когда Эндрю вошел в его жизнь: волнение, восхищение, любопытство. Эндрю стал переменой, в которой он нуждался. И он не просил о большем.       Эндрю паркуется возле здания, выходит из машины и оглядывается на него; нежность в глазах, уголки рта приподняты, на щечках — ямочки.       — Нил? Идешь?       — Да, — отвечает Нил, — иду.