Маски сброшены, масок больше нет

Драко с трудом оделся и уставился на ворох одежды, оставленной Лже-Барри. Называть его по-другому сейчас было морально тяжело. Среди вещей нашлась и палочка его недавнего любовника. Простая, неприметная. Драко не помнил, как выглядит палочка Того-о-ком-нельзя-думать, но почему-то казалось, что этот идиот вполне мог выбрать себе что-то такое… по-плебейски простое. Драко выругался и заклинанием аккуратно сложил и уменьшил вещи, пряча чужую палочку во внутреннем кармане рядом со своей. Дорога к отелю прошла как в тумане. Драко не понимал мотивов, которые могли толкнуть кое-кого на использование маскировочных чар и всего, что они натворили… Сожаления неприятной горечью кололи язык. Драко усмехнулся, понимая, что, сам того не зная, наткнулся на величайший парадокс. Парадокс, не снившийся ни одному из великих ученых: у него был лучший в мире секс с человеком, к которому, пусть и влекло уже давно, но с кем невозможно было быть вместе. Подходя к отелю, Драко поднял голову, вглядываясь в яркие звезды, раскинувшиеся по небосводу, будто кто-то щедро рассыпал их, предлагая окунуться в предсказания. Но тут не помогла бы даже Кассандра, хотя Драко внезапно себя чувствовал просто Трелони. И в небесном орнаменте чудилось ему только плохое: боль, страдания и разговор с Поттером. Поднимаясь по ступенькам, Драко резко выдохнул, как перед прыжком в воду. Больше оттягивать неизбежное было нельзя. Одинокий менеджер скучал за стойкой, когда встревоженный приближением постояльца, он резко встал и улыбнулся чуть сонной улыбкой: — Чем я могу помочь вам, сэр? — обратился он к Драко. — Я хотел бы узнать, в каком номере поселился мой коллега. Он забыл кое-какие вещи сегодня на конференции, мне нужно отдать их. Завтра с утра они могут ему понадобиться, — объяснение звучало неубедительно, хотя он и пытался придать голосу легкую небрежность. — Меня интересует, в каком номере остановился Гарри Поттер. — Но мистер… — Малфой, — представился Драко. — Мистер Малфой, — продолжил менеджер отеля, — К сожалению, я не могу предоставить вам эту информацию. Мы не даем подобные данные, как бы мне ни хотелось помочь вам и мистеру Поттеру. Драко в ответ побледнел, судорожно придумывая аргументы. — Возможно, вы были бы не против оставить эти вещи у нас? — предложил вышколенный молодой человек. — Я? Нет, я не могу оставить их, — замялся Драко, — Может быть, вы могли бы передать мистеру Поттеру, что я принес… — Не нужно передавать, Драко. Я здесь, — знакомый голос раздался за его спиной. Менеджер улыбнулся, чуть склонив голову, тут же отвлекаясь на раздавшийся звонок. Подняв телефонную трубку, он заговорил на итальянском, полностью отвлекаясь от недавнего разговора с Драко. Делать было нечего: пауза затягивалась и нужно было обернуться. Никогда еще ему не было так тяжело сделать это небольшое движение. Собрав волю в кулак, Драко медленно повернулся. — Привет, Поттер, — только и смог он сказать, когда наконец увидел его. — Мы можем поговорить? — игнорируя приветствие, спросил Гарри. Чуть склонив голову набок, он внимательно наблюдал за Драко. Ожидая увидеть усмешку, тот с удивлением заметил совсем другое: в знакомых глазах читалось скорее сожаление. Хотя и это сейчас было болезненно. Драко чувствовал себя ужасно глупо. Он не просто обнажился перед Поттером, он почти обнажил душу. Было ужасно стыдно за эту слабость. Но еще тяжелее было осознавать, что тот сожалел обо всем… Поттер шагнул ближе, понижая голос: — Пойдем ко мне, или ты хочешь нарушить все возможные правила и начать разбираться прямо здесь? — строго сказал он, как будто только что зачитал приговор Визенгамота, вынуждая отступить на шаг. Драко сглотнул, ругая себя за реакцию. Но не признавать правоту Поттера сейчас было абсолютно бессмысленно. Поэтому Драко кивнул, последовав за ним. Войдя в пустой лифт, Поттер быстро положил руку ему на плечо и аппарировал их. Драко огляделся — судя по всему, он оказался в номере, в котором жил герой всея магической Британии: в центре комнаты стояла двуспальная кровать, накрытая таким же покрывалом, как и в его номере, на кресле была разбросана одежда, а из окна была видна колокольня Джотто. — Куда ты дел Барри? — невозмутимо спросил Драко, вынимая уменьшенную одежду и чужую палочку. Поттер забрал их, не глядя бросил на кресло. Возвратившись к Драко, он подошел вплотную, заглядывая в глаза. — А ты не понял? — и, дождавшись, когда Драко отрицательно покачал головой, пояснил: — Барри не было. Я был им с самого начала. Драко не верил собственным ушам. Он готов был к объяснению, что Поттер куда-то спрятал улыбчивого техасца и, придумав какое-то изощренное издевательство, решил так зло подшутить над ним. Но осознать, что его новый знакомый оказался абсолютной фикцией, и именно с Поттером Драко так прекрасно провел время на прогулке, было невозможно. — Один вопрос: зачем? — после паузы только и смог выдавить из себя Драко. Поттер вздохнул, проводя раскрытой ладонью по небрежно лежащей знакомой шевелюре. Драко неосознанно отметил про себя, что по цвету у Барри была такая же, только в отличае от поттеровской, она лежала ровными чуть отросшими прядями. — Я не смог устоять. Услышал болтовню твоих подружек на ресепшне. Они назвали твое имя, и я понял, что не смогу подойти к тебе как Гарри Поттер, — рвано объяснил он. — Испугался меня? — вытаращился на него Драко. И хотя объяснение было корявым, почему-то внезапно больше верилось, что Поттер мог просто по-идиотски затупить, чем придумать коварный план. Это было в его духе: пройтись по самому сокровенному неуклюжей поступью и остаться невинным героем. — После заседания, когда я хотел поговорить… Ты так на меня посмотрел. Я просто не мог подойти, хотя за эти годы и хотел найти тебя. И не раз, — глухо продолжил признания Гарри, опуская взгляд куда-то вниз. — Я идиот, прости меня, пожалуйста. — Да, Поттер, — ответил Драко. — Ты прощаешь? — Гарри удивленно посмотрел на него, робко улыбаясь, словно искал подтверждение в его глазах. — Нет, я имел в виду — да, ты идиот, — усмехнувшись, объяснил Драко. Глупо было скрывать: после признания злость куда-то пропала. Хотя ему все еще было болезненно стыдно вспоминать то, что между ними произошло, Поттер перестал вызывать жгучее желание приложить его чем-то непростительным. — Драко, я бы хотел продолжить, — сказал он, делая шаг навстречу и разрушая почти воцарившееся в душе Драко спокойствие. — Что? — вскинулся тот, отступая, как недавно внизу у стойки. — Что ты сказал? — Я хочу продолжить. Ты и я. У нас может получиться, — спокойно выдерживая его взгляд, ответил Поттер. Драко казалось, что кто-то сошел с ума. Пятьдесят на пятьдесят, что это он. — Ты понимаешь, что несешь? — жгуче хотелось дать в морду, чтобы стереть это невозмутимое выражение. — Издеваешься, Поттер? Ты и я? — Поклянись, что для тебя это был просто секс. Что не хочешь повторить. Что ебал меня в задницу и ничего не чувствовал, — Гарри быстро выпалил ему в лицо и уставился на него, ожидая ответа. На первый взгляд Поттер был невозмутим. Но привыкший ещё в Хогвартсе наблюдать за своим наваждением, Драко замечал все: и напряженные плечи, и упрямо вздернутый подбородок, и чуть подрагивающие руки. Знакомые глаза потемнели, и он понял, что как бы Гарри ни пытался скрыть, сейчас он с трудом сдерживал свои чувства. И среди них не было ненависти или, наоборот, холода презрения. Маска героя спала. Перед ним стоял просто человек: тот, кто никогда не был ему безразличен, тот, кто его хотел и добровольно отдавал ему себя. И стало понятно, что ответить нечего. Драко развел руки, сокрушенно подыскивая слова. Но Поттер не дал ему сообразить, просто преодолел расстояние между ними и поцеловал. Можно ли было сопротивляться ему? Губы были другими, но они так знакомо сминали, терзали, умоляли раскрыться, что Драко понял, что просто не хочет сопротивляться. Отпуская себя, он провел языком по ворвавшемуся в рот захватчику и обрадовался раздавшемуся стону. Гарри притянул его, потираясь возбуждением и Драко понял, что его последняя защита капитулировала. Маски спали, масок больше не осталось. Опрокинув его на кровать, Поттер бесцеремонно стаскивал одежду, сталкиваясь с ним пальцами. Они смеялись, ударяясь и раздевая друг друга. Но смех застрял в горле у Драко, когда Поттер припал к основанию его шеи и начал рваными короткими поцелуями спускаться вниз. — Ты доверяешь мне? — коротко спросил он, не прекращая движение. Внизу у Драко все пылало. Гарри склонился к его паху, тяжело дыша. Драко почувствовал, как прямо через последнюю оставшуюся преграду, от которой его не успел избавить Поттер, тот припадает губами к налитому возбуждением члену. Втягивая запах размазанного по белью предсемени, Гарри потерся носом у основания, очерчивая им силуэт мошонки и вызывая дрожь во всем теле. Драко горел, понимая, что не в силах сдерживаться. Широко разводя колени, он мечтал лишь о том, чтобы Поттер не останавливался. — Да, да, еще… — застонав, попросил он, — Трахни меня! — Боялся, что ты не попросишь, — раздевая его полностью, прошептал Гарри и захлебнулся, разглядывая его. — Что? — с трудом понимая, что происходит, спросил Драко, пытаясь проследить за взглядом Поттера. — Ты совершенен, — серьезно ответил тот. — Я совершенно свихнусь, если ты не продолжишь, — Драко с трудом нашел в себе силы простонать. И он продолжил. Словно сработало волшебное заклятие, Поттер внезапно приподнял его бедра, укладывая под поясницу подушку, делая его позу еще более раскрытой и доступной для себя. И Драко ахнул, когда почувствовал, как горячий язык начал хозяйничать и сводить его с ума: проходясь по поджавшимся яичкам, очерчивая горящую возбуждением мошонку, пробираясь вверх по пачкающему живот члену. На головке блестело прозрачной слезой предсемени подтверждение умелости его крышесносных ласк. Но этого будто было мало. Поттер положил горячие ладони ему на бедра, чуть развел в сторону, и Драко почувствовал, как ануса касается его горячее дыхание и проворный язык. Почему никто не говорил ему, как это огненно — ощущать ласки желанного человека именно там? Не просто желанного — Драко искренне хотел тех магглов, с которыми занимался сексом во Франции. Может дело было в том, что так изощренно дарил ему удовольствие именно Поттер? Драко выгнуло, когда кончик языка настойчиво ткнулся в расслабленное от необычайно приятных ощущений и дрожащее в предвкушении отверстие. — Давай, — на выдохе прошептал он, молясь, чтобы Поттер услышал. — Рано, — коротко ответил тот, почти не отрывая губ. — Га-ари, — протянул Драко, понимая, что у него не осталось слов. В ответ тот только прошептал что-то, вставляя палец. Внутри было мокро, и Драко понял, что Поттер опять применял невербальную беспалочковую. Но сейчас было плевать, его интересовало только, как тот «колдует» над его задницей. Драко глухо застонал, пряча лицо в изгибе локтя. Поттер добавил еще один палец, начиная более активно готовить его. — К дракклу все, — Драко не узнал свой голос, настолько сипло он звучал. Он резко насадился на пальцы, показывая, что готов принять поттеровский член. Поттер застонал и наконец навалился на него, скользнул внутрь, помогая себе рукой. Головка вошла на одном движении и от неожиданных ощущений Драко распахнул глаза. — Больно? — прошептал Гарри, делая небольшое движение бедрами. Несмотря на тлеющую боль, член Гарри так невыносимо сладко распирал его изнутри. — Не-а, — качнул головой Драко и вскинул свои бедра, пропуская Поттера глубже. От острых ощущений он глухо простонал и прикусил распухшую губу. — Тогда держись, — пробормотал теряющий выдержку Гарри и начал двигаться в нем. Чувство торжества над его терпением теплой волной затопило сознание Драко. Он обнял Гарри, приподнимая бедра и обхватывая ногами его за талию. В ответ тот что-то невнятно простонал, убыстряя темп. С какой-то обреченностью, Гарри раз за разом входил в Драко до конца, словно ныряя в глубину разделяемого на двоих наслаждения. Выбивая обжигающий воздух вместе со стоном из припухших губ, он резко двигался в противоположном направлении, и Драко чувствовал, как его горячая головка почти выходит из саднящего колечка мышц. Можно было только сжимать этот горячий член и подмахивать на каждое размашистое движение, слушая словно музыку знакомые шлепки двух разгоряченных тел. Его вело от ощущений, от осознания, что Поттер также теряется в этих чувствах, что в этот раз они оба и победили, и проиграли. Гарри припал к его губам, хаотично целуя и чуть покусывая. Сипло постанывая, он все глубже и глубже вбивался, заставляя Драко рвано дышать в такт с ним. Дышать становилось все слаще и все сложнее. Они делили ставший прянным от запахов возбуждения воздух, проваливаясь в ощущения эйфории, словно в кроличью нору. И когда воздуха стало катастрофически не хватать, Драко взглянул на Поттера, задохнувшись от увиденной чистой красоты. На него смотрели полные искреннего восторга глаза любимого мужчины. — Дра-ако, — выстонал Гарри, вжимаясь в него. Драко поймал губами его стон и кончил, пачкая живот себе и ему. Внутри разливалось вязкое семя. Драко прикрыл глаза, думая, что это конец.