Маски сброшены, масок больше нет

Шампанское кружило голову. В этот момент Драко казалось, что он может охватить своей любовью весь мир: и толкающихся разодетых в маскарадные костюмы участников научной конференции, на которую он приехал; и внезапно к вечеру испортившуюся погоду из-за которой его темный «под Зорро» наряд казался невесомой и совсем не греющей тряпицей; и Барри Дэниэлса. Несмотря на маскарад, Драко признал в подошедшем к нему симпатичном «английском офицере» — при парике и в красном мундире — своего нового знакомого. С утра Драко вдоволь насмотрелся на загорелое лицо волшебника из Техаса и его яркие лучащиеся насмешкой голубые глаза. Вряд ли на торжественном вечере, куда доступ имелся только у волшебников-участников этого международного мероприятия, кто-то еще мог похвастаться такой запоминающийся внешностью. Воспользовавшись передышкой в виде нескончаемых лекций, дискуссий и прогулкой по небольшой выставке книжных новинок, Драко упорно гнал мысли о Дэниэлсе. Благо они ни разу не пересекались даже во время небольших перерывов. Но сейчас все было по-другому. После всех впечатлений, расслабляясь от легкого напитка, он вспомнил о новом знакомом, пусть Драко все еще не был уверен, насколько их предпочтения совпадают. Когда к нему подошел этот похожий на Барри «офицер» и приветственно улыбнулся, волшебные пузырьки шампанского окончательно вскружили голову. Музыка становилась громче, танцующие все активнее двигались, пытаясь попасть в такт, словно специально сближая его и Барри. Ритмичные прикосновения и горящий озорным огоньком взгляд сделали свое дело: Драко чувствовал, что несмотря на все свои сомнения и попытки сбросить возникшее наваждение, член у него уже стоит. Барри провоцировал его, как будто случайно касаясь то бедра, то плеча. Легкие едва уловимые движения. Заводящая своим волшебством древняя сексуальная магия. Драко бросило в жар: не сложно было представить, как он выглядит сейчас, залитый краской. Он смущался еще сильнее, понимая как выглядит со стороны, каким его видит Барри. Да по его лицу сейчас любой смог бы понять о тех мыслях, которые упорно лезли в голову, дразня воображение. Безуспешно пытаясь вспомнить что-то совершенно омерзительное, он не заметил, как рука Дэниэлса легким движением прошлась по его ширинке и как предательски дернулся ей навстречу возбужденный скованный тканью узких брюк член. Драко широко распахнул глаза и встретился взглядом с Барри, чувствуя, как сердце, ухая, падает куда-то вниз. Взгляд, полный похоти, сводил с ума. И пусть Драко чувствовал себя банальной жертвой, попавшейся в простую издревле известную ловушку, пусть это выглядело простым шаблоном, именно сейчас хотелось отключить сознание и пуститься во все тяжкие. — Кивни, если хочешь, — наклонившись к нему, громко сказал «офицер», пытаясь перекричать музыку. Не успевая толком осознать, о чем его спрашивают, Драко судорожно кивнул. Схватив его за руку, Дэниэлс широко улыбнулся и аппарировал. Воронка вынесла их на какую-то широкую мраморную лестницу. Драко она даже показалась смутно знакомой: кажется, он видел ее во время прогулки. Барри сорвал с лица мешающую маску, помог ему избавиться от своей, и впился в губы жадным поцелуем. Драко почувствовал, что «поплыл». И пусть все было как в дешевом романе. Почему он так долго гнал это от себя, делая вид, что он не такой и ему чужды безумные поступки? Драко понимал, что ничего не может с собой поделать. Возбуждение отключало возможность что-либо анализировать. Барри просто «брал» его, сцеловывая любые сомнения с его горящих желанием губ. Он уверенно сжимал, гладил, шарил руками по разгоряченному телу. И Драко ликовал, понимая, что его интерес к Дэниэлсу оказался взаимным. Несмотря на то, что он никогда не бывал снизу, сейчас хотелось подставляться под эту настойчивую ласку, хотелось отдаваться возбужденному любовнику. Барри быстро избавил его от одежды, оставив только брюки болтаться на щиколотках. Словно стреноженный ими, Драко почти не шевелился. Он только зачарованно отмечал каждое прикосновение жаждущих губ, распаляющих его все сильнее. Член изнывал, пачкая смазкой руки Барри, когда тот легкой едва уловимой лаской касался его. Но Драко готов был взвыть — этого было слишком много и невыносимо мало. До боли хотелось большего. Вездесущие руки Барри принялись ласкать его ягодицы, прижимая Драко к свему паху. Он будто не замечал, как между ними пульсировали зажатые в плене двух тел члены. С трудом превозмогая парализующую истому, Драко прошептал: — Я ни разу… я не был снизу. Ему послышалось, или Барри действительно рассмеялся в ответ, но не дав ему больше ничего сказать, быстро ответил: — Тогда, детка, сегодня снизу я, только чуть позже, — и развернул его, вынуждая сделать шаг и взойти на ступеньку выше. Брюки все еще мешали, но Драко послушно шагнул наверх, и ему стало наплевать на все, когда Барри наклонил его и заставил выгнуться. Воздух в легких будто исчез, заставляя открывать рот в попытке вздохнуть. Драко зашелся в немом крике, когда Барри со стоном принялся прикусывать и осыпать его ягодицы жалящими поцелуями. — Ммм… Если бы я знал, какая у тебя задница, Драко… — едва слышный шепот вместе с характерными звуками были сейчас громче выстрела. Каждое движение Дэниэлса убивало остатки робости и сомнений. Барри высунул язык и широкими движениями прошелся внутри ложбинки: от самого верха и до потяжелевшей мошонки. Он обхватил налитый член Драко, направляя себе в рот, и жадно втянул его, смыкая губы у основания. Драко чувствовал себя на пределе. Задыхаясь от ощущений, он вскрикнул. Полный удовольствия стон сорвался с его губ, и Драко еще сильнее выгнул спину, подставляясь. Немыслимость ситуации на мгновение пронеслась полуосозннанным всполохом в расплавленном похотью сознании, но сейчас все было бесполезно. Драко проиграл и выиграл одновременно. Он просто потерялся в ощущениях. Если бы Барри оказался сторонником Темного лорда и планировал его третье пришествие, даже это не смогло бы остановить Драко от животного возбуждения. Член плавился в жаркой глубине этого развратного рта, задница горела огнем от умелых ласк, и Драко стонал, как заправская шлюха, мечтая и трахать, и подставляться. Резко прервав свое восхитительное занятие, Барри с пошлым звуком выпустил его член и выпрямился. Одним широким шагом становясь на ступень выше Драко, он скинул штаны, выгибая поясницу и прошептав какие-то заклинания. Бледная аппетитная задница на фоне загорелой кожи будто манила в полутьме лестницы. Барри схватился за декоративную колонну, прогибаясь еще сильнее. Драко хрипло застонал, все еще с трудом веря в происходящее, сжал его ягодицы, принимаясь с восторгом жадно ласкать их. Он прикусил губу, когда дрожащими от нетерпения пальцами, проходясь по ложбинке почувствовал, какой мокрой она была. Барри сильнее выгнулся, и Драко увидел поблескивающее смазкой колечко мышц. Пройдясь по нему ладонью, Драко внезапно понял, что больше не может сдерживаться, да и Барри, судя по дрожи, не был настроен на долгие прелюдии. Рвано вздохнув, Драко вставил сразу два пальца, с восторгом слушая ответнвй стон одобрения. Барри на мгновение сжал их, глубоко дыша, а затем сильнее насадился. — Вставь мне уже, — коротко сказал он. Не прося и не приказывая, просто озвучил пульсирующую в голове Драко мысль. Член разрывало от желания. Драко сжал рукой его основание и, наплевав на осторожность, ворвался одним широким движением почти во всю длину. Барри ломал его представление о собранности, о постоянном контроле своих действий. Но сейчас каждая частичка Драко будто ликовала от естественности и свободы, с которыми они доставляли друг другу такие острые ощущения. Ему было даже страшно хоть как-то разрушить чистый восторг, окутавший его. Драко глухо застонал, почувствовав, как Барри тут же двинул бедрами ему навстречу. Безумие развивалось по венам вместе с эйфорией. Драко поймал себя на мысли, что никогда не трахался с таким упоением, не чувствовал, что парень, впускающий его в свою задницу, настолько сильно желает быть взятым. Вгоняя член до основания, он с восторгом слушал хлюпающие звуки от переполненной смазкой дырки и характерные шлепки от резкого столкновения двух тел. Мысль, что их могут застать в таком месте, увидеть, как его член таранит тело этого мужчины, услышать все эти звуки и стоны, стала последней каплей, катализатором. Драко наклонился, вынуждая Барри сложиться почти пополам, и обхватил его член. Одобрительное мычание сквозь стиснутые зубы стало подтверждением, что его любовник тоже близок к концу. Отрывисто вгоняя член в горячее нутро, Драко думал, что сейчас умрет от избытка ощущений. Барри резко застонал, кончая и сжимая его внутренними мышцами. В полутьме Драко едва различил, скорее почувствовал, как вязкие капли упали на мраморные ступени, и окончательно улетел. Сделав еще пару судорожных движений, он обильно излился. Удовольствие было оглушающим. Едва держась на ногах, он сдвинулся, позволяя все еще неопустившемуся члену с пошлым чавкающим звуком выйти из покрасневшей задницы. Драко завороженно посмотрел вниз, наблюдая, как собственная сперма вместе со смазкой вытекала из все еще приоткрытой дырки. — Ты убьешь меня, Драко, — простонал Барри не своим голосом, поворачиваясь к нему. Сквозь послеоргазменную истому Драко почувствовал неладное. Он вскинулся, вглядываясь вверх. По лицу Барри шла рябь, как по гладкой поверхности озера. Драко не мог спутать это ни с чем другим: мужчина, с которым у него только что был самый оглушительный в жизни секс, был под маскировочными чарами, которые должны были вот-вот спать. Лже-Барри нависал над ним, стоя на ступеньке выше. Драко с сожалением подумал, что палочка осталась в ворохе одежды, валяющимся на лестнице. — Это не то, что ты подумал, — сказал он, миролюбиво поднимая руки. — И трахнул меня ты, — напомнил он, видимо правильно истолковывая поведение Драко. Злость ударила в голову. И хотя еще несколько мгновений назад в ней было пусто после пережитого урагана ощущений, сейчас гулким пульсом била по нервам жгучая ненависть. Как в замедленной съемке, Драко внезапно присел, наклоняясь к одежде и шаря рукой. По счастью, почти сразу пальцы нащупали деревянную поверхность палочки. Лже-Барри попытался помешать ему, но резкое движение вызвало у него болезненный стон, и он снова выпрямился. Драко начал поднимать палочку, еще не зная, что хочет произнести. В это мгновение его любовник также неожиданно крутанулся, исчезая в аппарационной воронке. С ужасом понимая, что пялится в темноту, Драко тяжело поднялся, чувствуя, как в жилах стынет кровь. Он знал только двух волшебников, обладающих таким уровнем магии, чтобы аппарировать с помощью беспалочковой. Один был убит 5 лет назад. Убит вторым, имя которому — Гарри Поттер. И Драко не знал, кого он сейчас предпочел бы…