Поход по мирам: Три мира обмана

                           Яркий свет факелов огненными росчерками метался в руках азартно галдящих людей, выхватывал из мрака кряжистые стволы массивных деревьев да тёмные облачка густо разросшихся вдоль нехоженой дороги кустов. Почти два десятка деревенских мужиков, решивших заработать лёгкие деньги под предводительством не слишком умного, зато драчливого и агрессивного лидера, успешно преодолели горный склон и выбрались на дорогу к заброшенному храму, лишь чудом минув демонические ловушки и затаившуюся после недавнего сражения нежить. Лёгкий путь настроил мужчин на боевой лад, и они шумно двигались по дороге, галдя и подбадривая себя, поддакивая яростным выкрикам лидера:       – Схватим уродца, избавим людей от напасти! Схватим уродца, избавим людей от напасти! Награду поделим поровну!       Принц только и успел что горестно вздохнуть, про себя втайне посетовав на поразительную удачливость селян, сумевших обойти и волков, и бину, и кровавый лес, когда его, наконец-то заметили. Сперва мужики оторопело и пугано замерли, но, не ощутив немедленной угрозы, мелко зашептались, подбадривая друг друга, и осторожно направились к «невесте». Но принц не шевелился, мужики осмелели, браво загомонили и уже быстрым шагом подбежали к «незнакомке». Свет факелов упал на утончённое, мастерски накрашенное лицо и алые одеяния невесты, главарь банды сбавил шаг, а потом вовсе растерянно остановился.       – Девица! Это злой дух новобрачного похитил тебя и притащил сюда? — сперва осторожно, но всё наглее и скабрёзнее проговорил жилистый парень, щуря глаза и всматриваясь в миловидное лицо без тени узнавания. — Мы пришли, чтобы тебя спасти, можешь больше ни о чем не волноваться!       В храме Наньяна не нашлось зеркала, и принц не знал, как сейчас выглядит, но судя по реакции Сяо Пэна, мастерство девы Сяо Ин должно быть истинно велико, раз до сих пор никто не заподозрил в нём мужчину. Смущающая ситуация… Ещё и его «помощники» вернулись и теперь глазеют, стоя в густой тени мощного дерева.       Но вот мужики обратили внимание на массивный храм, понеслись испуганные и суеверные шепотки:       – Храм Мингуана?...       – Когда его здесь построили?       – Не знал, что здесь есть храм…       – Такой большой и заброшенный?       Люди потянулись к распахнутым воротам: любопытство, подогреваемое алчностью и отсутствием прямой угрозы, способствовали проявлению несуществующей храбрости. Пока они вместе, они считали себя непобедимыми.       – Стойте, не приближайтесь к храму! — устало, хоть и твёрдо произнёс Се Лянь в тщетной надежде, что к его словам прислушаются.       Мужики, все как один, повернулись на голос, застыли, а потом почти синхронно и дружно отпрянули от «спасённой красавицы», вдруг заговорившей звонким юношеским голосом. Лишь главарь банды вновь подсветил лучше «невесту» своим факелом и недоуменно моргая, и наконец-то признал:       – Да это же ты!       Се Лянь ничего не ответил, с достоинством выдерживая возмущённые шепотки и общую неловкость ситуации. Ему было важно другое:       – По дороге сюда вы не встречали ничего подозрительного?       – Подозрительного!? — с обиженной издёвкой ухмыльнулся главарь и встал в позу. — А с чего бы мне тебе докладывать? Мы ещё за прошлое не рассчитались!       Но не успел он закончить тираду, как совсем рядом послышался гулкий удар и скрип треснувшего дерева. Толпа испуганно подскочила на месте, свет факелов выхватил вовремя подоспевших к беседе двоих Небожителей. И дерево, которое мрачно ударил ладонью Нань Фень, поддав силы, нещадно трещащее и накренившееся.       Демонстрация силы резко сбила накал, а мрачные и недружелюбные рожи двоих вооружённых настоящим оружием парней охладили самых горячих и вернули вежливость из вожаку.       Се Лянь позволил себе улыбнуться и переспросил ещё раз, когда бравада главаря закончилась:       – По дороге сюда вы видели что-нибудь странное?       Народ продолжил тихо бухтеть, но уже без огонька. Странным они считали здесь всё, от внезапного заброшенного храма до мужика в бабской одежде, но это было не то, что интересовало принца. Нань Фень и Фу Яо тоже не могли припомнить ничего подозрительного после того, как увели своих людей в безопасное место. Дорога к храму была для них открыта как хорошо натоптанная тропа.       Ни следа сбежавшего духа.       Се Лянь устало вздохнул.       Будь здесь только Небожители, всё было б куда проще, но толпа пугливых и суеверных сельских мужиков, возомнивших себя героями, сильно мешала. Выгнать их не получится: они уже успели ощутить свою значимость, силу и безнаказанность, а алчность и природная подлость вынуждали искать те же качества в других.       Они не уйдут по-хорошему. А по-плохому выпроводить нельзя: негласные правила Небесной Столицы не позволят.       Бесспорно, принц не забыл мнение его новых друзей о негласных правилах, однако, он ещё не дошёл до того состояния, когда ему окончательно станет безразлично мнение обитателей Небесной Столицы. Доставлять проблемы его неожиданным и не самым желанным помощникам также не хотелось: его репутация стерпит всё, тогда как эти двое своей ещё дорожат.       Тихо вздохнув, принц перевёл уставший взгляд на парней.       – Я столкнулся с духом жениха в храме.       Нань Фэн нахмурился и помрачнел, Фу Яо удивлённо вскинул бровь.       – Я не видел его отчётливо: он улетел демоническим туманом, однако, этот демон не бесплотный дух.       Сказанное несколько упрощало дело в глазах юношей: сражаться с бесплотным существом сложнее и проблем он доставить может гораздо больше. Более того, слова принца сразу исключали одержимость, наиболее часто практикуемую такими лишёнными оболочки существами.       – Однако, дух покинул храм и ушёл куда-то в лес до того, как я встретил этих людей. — голос принца тёк ровно и спокойно, окрашенный задумчивостью и тревогой. — Поскольку этот дух по категории «свирепый», он способен менять внешность и может прятаться среди людей.       Мужики тут же загомонили, озираясь.       – Нань Фэн, оставайся здесь на страже, смотри, чтобы никто из этих людей не отходил от группы.       – Никому нельзя отходить?! Это ещё почему? Что за безобразие! — возмутился главарь, возмущённо стискивая кулаки.       Принц устало вздохнул и с привычным бесконечным терпением решил пояснить снова:       – Мне удалось схватиться с духом жениха, но он сбежал в последний момент куда-то во тьму. Мои помощники не встретили никого, когда шли сюда. Это значит, что наш «жених» сейчас может скрываться даже среди вас. Поэтому я прошу всех внимательно посмотреть друг на друга и убедиться, что среди вас нет незнакомых лиц.       Мягкий тон вечного юноши мужиков не убедил.       – Да тут каждый из нас живой человек! Я всех поимённо знаю! — вспылил снова главарь.       Но принц остался беспристрастен.       – Нань Фень, подсвети, — попросил Се Лянь.       Младший Небожитель отобрал у главаря факел и начал обходить толпу, внимательно рассматривая людей. Лица мужчин блестели от пота даже в такую прохладную ночь, они были живыми на эмоции, отражая то волнение, то недоумение, то тревогу, а то и откровенный страх. Все выглядели выразительно, живо, щурились от яркого огня, и Се Лянь не нашёл среди них то, что искал.       – Ну что! Видишь! Тут все свои, — уперев руки в бока, самодовольно выкрикнул главарь, больше стараясь свой авторитет не уронить в глазах других сельчан, чем реально пытаясь что-то доказать мрачным незнакомцам.       Нань Фен покосился на него как на заговорившее козье дерьмо. Фу Яо демонстративно игнорировал чужое недовольство, хмурясь и косясь то на принца, то на заброшенный храм.       – Эй? Вы слышали это?! — один из банды приметил какие-то шорохи и вошканье в кустах в темноте, мужики загомонили, крепче стискивая в потных руках дубины и вилы.       Сяо Пэн что-то злобно рыкнул себе под нос, сплюнул в дорожную пыль, подошёл к мрачному Нань Фэну и рывком выхватил у него факел, гордо вздёрнул острый нос и бросился к кустам, словно там мог прятаться не злой дух убийцы и мучителя, а сочный заяц, на которого орава охотилась полночи. Вскоре из кустов раздался испуганный женский возглас, а на свет огня главарь вытащил за руку сопротивляющуюся девушку.       – А ты что здесь делаешь!? — воскликнул мужчина, явно признав виновницу шума.       Се Лянь удивлённо вскинул вверх брови, поспешил за мужчиной и переспросил:       – Кто?       – Эта уродина! — злобно возмутился главарь, указывая факелом на жертву.       Девушка хмурилась от яркого света, прикрывала лицо, тщетно пытаясь закрыться от мужика, почти тыкающего ей горящий факел и лицо. Нань Фэн злобно дёрнул Сяо Пэна за оттопыренный локоть, оттаскивая от жертвы, и только тогда принц, наконец, смог рассмотреть лицо пойманной девушки: на него, щуря заплаканные и большие от страха глаза, умоляюще смотрела знакомая ему дева.       – Сяоин? — изумление плеснуло в мелодичном голосе юноши. — Что ты тут делаешь?       – Я… Я просто беспокоилась! И пришла посмотреть! — залепетала девушка под пристальным взглядом всей толпы.       Встретить одинокую девушку в глухом лесу у заброшенного проклятого храма… это было последнее, что мог предположить принц. На мгновение он даже заподозрил, что под личиной милой девы спряталась искомая тварь, но взгляд скользнул по аккуратно заштопанной юбке, зацепился за небольшой скромный узелок-талисман, который он ей сплёл в благодарность за помощь, пока дева перешивала найденное платье под его фигуру, и от подозрений вынужденно отказался.       – Выходит, она пришла с нами?... — растерянно переспросил Фу Яо, у которого от изумления даже голос осел.       – Не помню! — крикнул кто-то из толпы.       – Когда мы шли по лесу, её с нами не было! — высказался другой мужик.       – Я её точно не видел! — подтвердил трений.       – И я не видел!       Девушку уже обступили с факелами, не давая ей утаить лишнего жеста. Но она не пыталась ни бежать, ни прятаться.       – Я тайком за вами проследила, — тихо оправдалась Сяоин, стыдливо обхватив себя за плечи. — По кустам.       – А зачем ты за нами следила?! — с наездом навис над ней главарь банды. — Вдруг ты и есть тот дух жениха?!       – Нет-нет, господин! Я Сяоин! — запричитала девушка и замотала головой. После чего она приметила из толпы принца и с надеждой обратилась к нему, — Та самая, Сяоин, которая помогала вам подшивать платье и наносить макияж!       Мужики вокруг растерянно замолчали, уставившись на Се Ляня, которого от стыдливых румян в этой неловкой ситуации спасала только ночная темнота.       – Ну и наклонности, — зашептались где-то в дальних рядах.       – Это работа, — нашёлся принц и попытался небрежно отмахнуться. — Я не мог подвергнуть опасности невинную деву и использовать как приманку для духа или демона.       Упоминание демона вновь вызвало волну шушуканий и бурчания: слово было страшное, да и попадаться таким тварям мужикам было боязно То ли дело какого-то непонятного безобидного чудака гонять.       Спас ситуацию внезапный мужской голос, раздавшийся от входа в храм:       – Эй! Сюда! Тут все невесты!!       Принц негодующе повернулся к своим небесным помощникам, которые как-то умудрились упустить из вида разбежавшихся людей. Фу Яо лишь развёл руками, будто вовсе не собирался быть для них надзирателем, Нань Фэн мрачно скрестил руки на груди, всем видом демонстрируя, что он не нанимался быть пастухом для деревенских идиотов. Хотят сдохнуть от свирепого духа, не ему их спасать или останавливать.       – Вот значит как! Одурить нас решили! — взорвался главарь, тыча пальцем в Се Ляня. — Чтобы всю награду себе забрать?! Ха! Так не пойдёт! Вперёд, друзья!       И первым смело отправился в храм, забирая с собой всю толпу. Се Лянь не успел ни о чем предупредить, просто отойдя вынужденно в сторону и потерев пальцами лоб.       Ничто не уберегает людей от опасности, если впереди они видят награду.       – Кучка дураков… — проворчал себе под нос Нань Фэн потирая кулак, но Се Лянь притормозил его, положив ладонь на плечо.       – Оставь их. Если ударишь смертного и об этом прознают на Небесах, и тогда расположения к себе не вернёшь…       Небожитель вздохнул и вынужденно согласился. Они втроём ничего не могли сделать банде. Только останавливать их словесно, предупреждать и просить не лезть в опасности. Благо, злой дух жениха как раз исчез где-то на улице, и Се Лянь надеялся, что мужчины в Храме будут в безопасности.              А в помещении тем временем началась суета.       Вбежавшие в храм мужики, после того как смогли прочихаться от невыносимой вони, густым облаком смрада стоящей в просторном зале, живо обнаружили молчаливых дев, замерших двумя рядами. Самые смелые обошли девушек, кто-то даже набрался смелости приподнять край свадебного покрывала и заглянуть в восковое неживое лицо. Кто-то отшатнулся, а кто-то продолжил глазеть, заворожённый красотой мёртвого лица.       – Они все мертвы! — наконец, раздался полный суеверного ужаса вскрик.       Главарь, до того жадно глазевший на богатое убранство храма, тускло блестящее золотом богатой посуды и оформления статуи божества, всполошился, подбежал к трясущемуся как лист соратнику.       – Мертвы?       – Все! — пискнул мужичок и в страхе отступил от неподвижно стоящей красотки в роскошной, хоть уже и порядком истлевшей одежде.       – Вот эта, похоже, умерла несколько десятилетий назад, почему же её труп всё ещё не сгнил? — в страхе загомонил второй, рослый мужик с короткими черными волосами, отступая от улыбающейся не особо красивой девы в бедной одежде.       В храм вбежали Небожители и запыхавшаяся девушка. Сяоин тихонько вскрикнула, прижала ладошки ко рту.       – Возьми. — принц подал ей своей покрывало. — Вонь слишком сильная: мертвецы стоят здесь давно, храм не проветривается. Тебе лучше покинуть это место: здесь много трупного яда в воздухе.       Но скоро Сяо Пэн тихие слова юноши в бабской одежде проигнорировал, жадно глазея на молчаливых девушек.       – Умерли, и ладно. Унесём тела невест вниз с горы, их родные наверняка захотят выкупить трупы за хорошие деньги.       Кто-то горько вздохнул, кто-то зашептался, а кто-то даже обрадовался.       – Быстрее, нам нужно выбрать трупы посвежее. — Сяо Пэн потёр ладони. — Если труп уже старый, возможно, и семья этой девушки уже давно отправилась на тот свет следом за ней, так что не стоит тратить силы и тащить её с горы.       От услышанного пренебрежения и неуважения к мёртвым Се Лянь даже на миг оцепенел и утратил дар речи. Он просто бессильно стоял и смотрел, как беззащитным бедняжкам, словно на рынке заглядывают под фату, выбирая тех, кто краше лицом. Мало им было испытать на себе страшную смерть и сгинуть, объятые ужасом, так ещё после смерти им не спешили оказывать уважения. Для толпы они были просто товар… который даже не зазорно лапать, и над которым можно даже пожурить и насмехаться. Пусть и смех этот людской на грани нервной истерики, который не даёт живым поддаться ужасу.       Но чутье Небожителя резко выдернуло Се Ляня из ступора, когда очередная фата невесомой шёлковой тканью упала на каменный пол. Едва уловимый холодок коснулся его души, и Принц встрепенулся от знакомого чувства, словно его ошпарило.       – Не трогайте покрывала на их головах! Сейчас они выступают барьером между трупной Ци и энергией Янь. Вас столь много, что энергия Янь так и клокочет; если невесты почувствуют это, неизвестно, что тогда может случиться.       Но кто уже его слушал?       Мужчины сдёргивали покрывала с трупов, чтобы выбрать кого посвежее. Се Лянь и Нань Фэн переглянулись и покачали головой. Они прекрасно понимали, что не в силах воспрепятствовать этим людям. Даже избиение их до кровавых соплей и лишение возможности двигаться — не лучшая идея, ведь тогда, произойди что-то, покалеченные не смогут даже сбежать! И если принц смотрел на творящееся непотребство потерянно и в растерянности, то оба юноши мрачнели на глазах, а более вспыльчивый Нань Фэн злобно стискивал кулаки.       Очень хотелось набить смертным паскудные рожи, но… статус служителя Средних Небес словно путы удерживал его от необдуманных действий.       Неожиданно какой-то здоровяк, сдёрнув покрывало с невесты, воскликнул:       – До чего же красива… — восторженно шепнул тот, вглядываясь в застывшее будто восковое спокойное лицо невесты. Она словно спала стоя, не шевелясь и никак не реагируя на мужской азарт. — Даже жаль, что мертва.       Остальные тут же окружили красавицу и загалдели: «Даже замуж не вышла, и вот так померла, как же досадно», «Платье немного порвалось, но среди всех эта самая красивая!»       Девушка эта, судя по всему, умерла недавно, кожа на её лице сохраняла упругость, кто-то даже осмелился сказать:       – Можно потрогать её?       А Сяо Пэн воскликнул:       – Отчего же нельзя?       Под скользкие хохотки, главарь обтёр ладонь об одежду и, потянувшись к девушке, погладил её по щеке. На миг народ вокруг затаился, словно боялся, что что-то случится, но красавица не шелохнулась, оставаясь как статуя, не мешая наглому мужику лапать себя уже без всякого стыда.       Се Лянь уже не мог этого выносить и собирался остановить непотребство, как вперёд него выбежала Сяоин с криком:       – Перестань!       Сяо Пэн оттолкнул девушку, прикрикнув:       – Не вмешивайся в мужские дела!       Но Сяоин вновь повисла на нём и заголосила:       – Вы навлечёте на всех нас гнев Небес!       Но в следующий миг звонко шлёпнул звук пощёчины, деревенская девушка, вскрикнула и пошатнулась.       – Как же ты меня достала! — наорал на неё главарь и хотел ударить ещё раз, но Се Лянь загородил Сяоин собой, помогая ей устоять. — Одни беды от этих уродов!       В порыве гнева главарь замахнулся и на принца, но что-то вдруг свистнуло в воздухе. Се Лянь успел отпрянуть, когда главарь вскрикнул, схватился за лоб, а по полу проскакал увесистый, брошенный кем-то, камень.       – Кто посмел?! — заорал мужчина. — Кто это кинул!?       Среди банды прошла короткая тихая суета, а главарь, как разбуженный от спячки злобный зверь, вертелся на месте в поисках виноватого. И только Се Лянь заметил, как девушка затихла и вела себя на редкость спокойно, пока остальные рыскали по залу Храма.       – Вон он!! Там! Хватай уродца! — вдруг приметив за окном едва заметную макушку, Сяо Пэн схватил факел у ближайшего подельника и первым ломанулся вслед. Даже Принц не обратил внимания, что на улице за Храмом наблюдает кто-то ещё: так растерялся он от человеческого бесстыдства.       – Но это не дух жениха! Оставьте его! — бессильно закричала вслед кинувшей на улицу толпе.       Однако, её никто не слушал.       Мужчины ломанулись напрямик через окно, лишь бы поймать убегающую в тёмный лес невысокую фигуру. Се Лянь не мог позволить себе упустить ситуацию из-под контроля и, передав девушку в надёжные руки младшим Небожителям, выбежал следом за бандой на улицу. И хоть ему слабо верилось, что настоящий дух жениха будет убегать от кучки необученных военному делу людей, он должен был присмотреть за ними, чтобы не случилось какой беды.              И уже подбегая к непроглядному лесу, где по тропе убежали вперёд мужчины, Принц почувствовал странное. Будто запах, донесённый до него ветерком, был очень знаком. В чем-то густой, в чем-то приторный. Се Лянь в погоне даже не сразу присмотрелся к окружению и после петляний вокруг Храма в темноте не разглядел особо тропы.       Но когда главарь банды и мужчины за ним вбежали в густой лес, Принца будто придержало наитие, и он остановился, не заходя под кроны.       – Там опасно! Остановитесь! — попытался предупредить он убежавших, но мужчины лишь злостно гаркнули в ответ, и свет их факелов начал теряться в тенях.       Позади Се Ляня послышали шаги, и он обернулся. Ещё несколько крепких мужчин и парней из банды неспешно догнали его и тоже замерли с факелами перед входом в лес, раздумывая, бежать ли им следом за главарём или нет. Вроде бы их помощь не требовалась и, не иначе как из предосторожностей, самовольно бежать в темноту им не хотелось. Вскоре подоспели Фу Яо и Нань Фэн, но принц остановил их рукой.       У него до сих пор оставались странные предчувствия…       Как вдруг…       Из темноты леса донеслись крики от страха. Вопли ужаса один за другим прорезал тишину в ночи, и все, кто остановился перед деревьями вздрогнули, силясь вглядеться в даль и начали отступать. Кроме Се Ляня и Небожителей, которые насторожились, готовясь принять удар страшного духа.       Однако из темноты начали выбегать деревенские мужчины. Потеряв в лесу факелы, они кричали от ужаса, отряхивали одежду и бежали на свет без оглядки. Лишь под тусклыми факелами все разглядели, что их одежда вымазана в крови. Кровь была и на их головах и отдельными каплями стекала по лицам. От жуткой картины едва не бросились к Храму все остальные мужчины, но Се Лянь вовремя остановил всех.       – Это не их кровь!       Его голос подействовал отрезвляюще.       Напуганный главарь замер под светом факела, тяжело дыша после быстрой пробежки. И хоть ужас почти отпустил его, парень пытался стряхнуть с себя капли, словно смертельные метки.       – Дайте мне факел… — Принц протянул руку, и один крепкий перепуганный тип без промедлений охотно вручил ему свой.       Но даже с факелом Се Лянь не намеревался заходить в лес. Ему нужно было убедиться…       Размахнувшись, он кинул факел вперёд на дорогу, и огонь щедро подсветил жуткие кроны деревьев. Блестящие от влаги, крючковатые и лысые от опавшей вдоль дороги листвы, ветки деревьев склонялись над тропой как крючковатые пальцы, на которых кем-то были щедро развешаны трупы. Алые от крови, подвешенные вниз головой, кто-то в целой одёжке, на ком-то она едва оставалась. Свежие и не очень тела щедро орошали кровью ветви и дорогу, отчего та собиралась в ямках большими лужами. В одну из таких луж и упал брошенный факел, тихо чавкнув вдалеке, бросив последний свет и погаснув.       Народ за спиной принца на разные голоса охнул от ужаса, и кто-то бесстыдно побежал обратно под прикрытие Храма.       – Неожиданно свирепый дух жениха оказался связан с Лазурным Фонарём. — мрачно, но с долей привычного небожительского спокойствия изрёк Нань Фэн. — Это всё усложняет.       Конечно, даже Небожителям Средних Небес доводилось видеть и не такие жуткие вещи как лес, увешанный трупами.       – Вы о ком? — переспросил Се Лянь, с осторожностью поглядывая в темноту, но голос помощника его немного успокоил.       – Лазурный Фонарь — таково прозвище демона близкого по силе к Непревзойдённому. — сложив руки на груди, менторски пояснил Фу Яо. — Лес с трупами — его любимая забава.       – Когда мы разделились после нападения бину, то пошли разной дорогой, а значит Ваше Высочество должен был пройти этой. — бесстрашно и непредвзято заметил Нань Фэн. — Неужели вы ничего не заметили, когда проходили здесь?       Се Лянь задумчиво потёр подбородок, вспоминая свой путь и понимая, что выглядит сейчас действительно странно. Ведь он действительно проходил здесь, и даже чувствовал запах. Ни с чем не сравнимый густой и тяжёлый запах крови… И все эти тёмные лужи на земле, которые он обходил… ведомый сильной бледной рукой…       – Когда я ждал в паланкине, я встретил мужчину. — признался юноша, понимая, что с этих слов дальше придётся рассказать им всё.       Рассказать про то, как это незнакомец вёл его через лес. Как он не спешил снимать с него свадебное покрывало и шёл неспешно, подстраиваясь под шаг и не проявляя дурных намерений. Принц вынужден был поведать и дальше, как незнакомец открыл зонт, уберегая их обоих, как теперь понял Се Лянь, от капающей с деревьев крови. Как раздавил магический череп.       – То есть он просто так взял и растоптал ядро магического барьера? — с недоумением спросил Фу Яо.       – Да. — согласился принц. — Может быть, это и был упомянутый вами Лазурный Фонарь?       – Рано судить, — качнул головой Нань Фэн. — Были ли у него какие-то отличительные черты?       – Серебряные бабочки, — без колебаний и сомнений ответил Се Лянь.       – Какие именно? — внезапно вздрогнув, спросил ранее невозмутимый Нань Фэн.       – Блестящие… белые… будто из хрусталя или серебра, — попробовал лучше подобрать описание принц и, к своему удивлению, заметил, как оба помощника будто в струну вытянулись от страха.       – Нужно уходить! — выйдя из оцепенения сообщил Фу Яо, который до того казался верхом благоразумия. — Сейчас же!       Небожитель выглядел ненормально напуганным. Даже безмозглые бину, нападающие волной, не вызывали у него такого страха, как простой рассказ о бабочках.       – Но мы не можем бросить людей. — Се Лянь даже не сдвинулся с места. — В чём причина?       – Ты не понимаешь, ситуация становится намного серьёзней! — под его словами Нань Фэн тоже будто бы колебался с выбором, бежать или остаться с принцем.       Но принц и правда не понимал причин столько необоснованной паники.       – Почему?       – Потому что дух жениха всего лишь «свирепый». Лазурный Фонарь тоже ненамного сильней. А владелец бабочек, он… ох, долго объяснять! Нужно доложить о ситуации на Небеса. — тревожно сообщил Фу Яо.       – Тогда иди. — с лёгким сердцем отпустил его Се Лянь, и младший Небожитель растерянно вздрогнул, словно эти слова резанули ему чем-то личным. — Сообщи о произошедшем и приведи помощь, если считаешь нужным, а я останусь здесь.       Фу Яо медлил несколько мгновений, разрываясь между решениями. Неожиданное предложение бежать на Небеса вдруг почти обернулось против него, едва не выворачивая его действия постыдным страхом. Но логика и здравомыслие Фу Яо победили, и он пообещал обязательно вернуться с подмогой. Кто-то должен был это сделать. И если Нань Фэн готов был упорствовать и долбиться головой в опасность, не щадя себя, то кто-то другой должен был позаботиться о безопасности для небесных коллег.       Так, убедив себя в ответственном деле, Фу Яо вскоре растворился во тьме.       Се Лянь проводил его взглядом без единой тяжёлой мысли на душе, как вдруг позади из леса послышались голоса.       – Мы поймали его!... Загадочного жениха!!       Звонко-каркающий самодовольный смех приближался, и из окровавленных зарослей вскоре привиделся почти потухший и чахлый огонёк факела. Толпа перед лесом оживилась, услышав знакомый одного из их банды, и кто-то даже осмелел и побежал ему навстречу. Из тьмы вскоре донеслись новые звуки лёгкой борьбы, жалостливое мычание, грубый голос и несколько хлёстких ударов.       Под ажиотаж и вновь зажжённое бесстрашие толпы из леса вскоре выбрался крепкий тип, его двое подельников и тощий мальчишка, которого пихнули под свет так сильно, что он повалился кубарем и упал наземь, поджав колени.       – Награда будет в наших руках!! — оживился главарь банды, потирая руки, когда мальчишку хорошенько пнули, заставив его перевернуться и убрать руки от перебинтованного лица.       – Оставьте его!! Не трогайте! Он не загадочный жених! — спотыкаясь о кочки в темноте, подхватив юбку, к ним торопилась деревенская девушка.       Но на сей раз жалостливый писк девушки уже никто из банды не слушал.       – Интересно, что за рожа у него такая, если он её скрывает, — гоготал главарь, пока его жертва затравленно сжималась на земле, вздрагивая от нависающей над ней фигуры. — Страсть как хочется посмотреть!       Худощавый подросток протестующе замычал и замахал руками, пытаясь скрыть голову и не дать мужчинам дотянуться до бинтов. Девушка уже боялась влезать под руку, плакала, бессильно упрашивая остановиться. Банда вокруг жертвы радостно хохотала, спуская на парне нервное напряжение и пиная, когда он отползал к их ногам.       Се Лянь не выдержал и ухватился за запястье главаря, да так, будто сковал крепкую вроде бы руку в тиски.       – Довольно. — прервал он издевательства, и главарь даже не мог пошевелиться, пока принц не отпустил его руку.       Неожиданная сила смазливого, раскрашенного под девку пацана испугала, как и мрачный взгляд удивительно-ясных золотых глаз. Воспользовавшись паузой, девушка проскользнула мимо мужчин и рухнула перед Се Лянем на колени, сложив руки в умоляющем жесте.       – Молодой господин! Помогите нам! Это не загадочный жених. Я могу за него поручиться!       Пока Нань Фэн находился поблизости и зорко присматривал за бандой, никто не смел поднять на Се Ляня руку и противиться ему. Сам же принц оторопел от просящей его помощи девушки и застыл, когда встретился взглядом с напуганным юношей. Забитым, худым, с замотанным бинтами лицом и полным слез, обиды и страха глазами… Он уже видел подобное. Встречал множество лет назад. И этот жалостливый взгляд невинной жертвы отнюдь не принадлежал убийце невест.       – Это не тот, кого мы ищем, — изрёк чуть севшим голосом принц. — Это не загадочный жених.       Но будто бы его слова могли переубедить жадных до наживы людей…       – А-а-а..! Я всё понял! — злостно и едко заметил главарь, потирая запястье. — Да вы просто в сговоре! Хотите забрать себе всю награду и потому не пускали нас в Храм! Вам нужны невесты, а вы… — он неприлично ткнул пальцем в девушку на земле, прикрывающую парня, — …специально путались у нас под ногами! Прикрывались борьбой за справедливость, а сами хотели богатства! А может вы вообще губите чужие жизни! Сегодня я раз и навсегда…       …закончить слова он не смог: тонкая белая лента хлёстко взвилась в воздух и наотмашь ударила мужчину по голове, вырубая его с одного удара. Не сильно, чтобы не травмировать человека, но достаточно, чтобы тот замолчал и упал без сознания.       Едва ли люди вокруг успели увидеть этот стремительный выпад ленты, которая стегнула быстрее, чем бросок змеи. В замешательстве народ отступил и заметил только как послушная лента вновь свилась кольцами на запястье Се Ляня. Холодное лицо юноши не выражало ничего. Ни злости, ни презрения, ни даже усталости. Бесподобная выдержка сковала загримированное лицо, как маска, под которой крылось лишь здравомыслие.       «Довольно», — решил уже принц. И даже когда Нань Фэн вышел вперёд, разминая ладони в ответ на ощерившуюся толпу, он не пошевелился.       Пусть будет что будет.       Порой, люди заслуживают долгожданной кары, раз не ценят чужое добро.       Но промозглый ночной ветер, тёмный лес и сгустившаяся энергия массовых смертей, холодком пробравшая до души, сделали своё дело. Словно вечно голодная сущность, проснувшаяся на яркие эмоции, коварная энергия потянулась к живым, и едва огрызнувшаяся толпа в страхе отпрянула. Тогда как принц, привычный за свою жизнь ко всякому, лишь убедился, что место это для обычных смертных действительно гиблое, и как бы жадны и грязны ни были помыслы собравшихся здесь деревенских мужчин, они всё равно остаются людьми. Смертными. Теми, кого он, как Небожитель и идущий по тропе Самосовершенствования обязан защищать.       – Идёмте отсюда. — тихо сказал он, пока народ вновь начал жаться друг к другу. — Здесь нельзя долго находиться.       Спокойный и уверенный тон подействовал отрезвляюще, и толпа невольно послушалась, забирая с собой подальше от леса бессознательного главаря.       Се Лянь позволил себе незаметно и тихо выдохнуть, когда вокруг наступила благодатная тишина. И хоть принц понимал, что это ненадолго, он мог на время забыть про напуганных и послушных мужчин, зная, что они не доставят проблем, пока их заводила в беспамятстве.       Мелькнула мелочная и недостойная мысль, что, возможно, следовало раньше использовать столь приземлённые методы приведения к послушанию.       Возможно, его новые друзья правы, и он слишком далеко зашёл на пути самозапретов в слепой вере в благодетель. В голове сами собой всплывали обрывочные фразы, высказанные его рыжеволосым другом и статным Генералом, на пороге чьего осквернённого храма они находились. А следом мелькнула ранее крамольная мысль: «Возможно, ему не зря сделали подобный подарок? Возможно, его новые друзья предполагали, что он столкнётся с трудностями?»       Взгляд скользнул по заплаканной доброй девушке, столь во многом оказавшей ему бескорыстную помощь, по испуганному несчастному нищему мальчонке, тощему от голода, жмущемуся к доброй и сострадательной деве. Она набралась смелости защищать мальчика даже перед рослыми и крепкими мужчинами, она пренебрегла собственной безопасностью. Да и мальчик защищал её, бросив камень в обидчика.       Есть те, кого следует защищать.       Есть те, кто олицетворял тот свет, что некогда удержал его от тёмного пути, кто удержал его на обрыве своей добротой. Мнимой, как он понял после…       Вновь всплыли в памяти жестокие слова Генерала Мингуан: «Поведайте мне, принц, что для вас важнее: спасти жизни людей или остаться верным своей клятве? Полагаю, данной в запале или в тяжёлых чувствах.», которые он не мог забыть и привычно выкинуть из головы. Они жгли ему рассудок каждый раз, когда пальцы касались подаренного ему меча. Страшнее были лишь ещё более беспощадные слова: «Сяньлэ. Вам или придётся нарушить клятву и убить, или допустить чужую смерть».       Глядя на жмущих друг к другу несчастных смертных, девушку и юношу, он раз за разом задавал себе эти два простых и ужасных вопроса. Что для него важнее? Их жизнь или не поднять меч на их защиту?       Девушка защищала мальчонку как могла. Рисковала, направившись в одиночку в лес. Без оружия. Без сил. На упрямстве и желании защитить.       Неужели он, принц Сяньлэ, Бог Войны, не встанет на их защиту при нужде?       – Нам стоит вернуться в храм. — едва совладав со своими сомнениями принц крепко стиснул пальцами рукоять укрытого алой юбкой меча. — Это место опасно для людей.       – Спасибо вам за помощь, молодой господин! — благодарно сложила перед собой руки девушка, когда заметила принца. — Простите за неудобство.       – Как вы? Не ранены? — заботливо и мягко спросил Се Лянь, кивая на моргающего на него из-под бинтов парня.       – Благодаря вам, ничего серьёзного, — отозвалась девушка и парень охотно закивал, лишь потирая ушибленные конечности.       Серьёзного… Се Лянь не понаслышке понимал, что это очень мягкое определение для синяков, полученных от чужих хлёстких пинков. Но переломов на парне действительно не было, что уже упрощало ситуацию.       Принц тепло улыбнулся, и понимая, что ему предстоит задавать сложные вопросы, добродушно склонился чуть ниже, словно перед ним был не щуплый подросток, а напуганный ребёнок.       – Можешь ли ты поведать мне о развешанных трупах в лесу? Расскажи, это важно, — спросил Се Лянь без тени обвинений в голосе, но парень от его вопроса лишь вновь задрожал и спрятался за хрупким плечом девушки.       – Не знаю, что происходит, но он точно не при чем, — за него ответила Сяо Ин.       – Но кто же тогда этот ребёнок? — спросил Се Лянь уже из личного любопытства, не представляя, как такой пугливый подросток мог при этом скрываться в таком жутком лесу.       Сяо Ин виновато опустила глаза и тихо вздохнула, будто её поймали за чем-то неправильным. Но выбора не было, и правда неохотно полилась с её слов:       – Прежде он жил на горе Юйцзюнь, и если был голоден, то спускался и воровал еду. Однажды он и мой дом обокрал, но мне стало его жаль. Да и скверна на его лице проступила. Я помогла ему обработать лицо и забинтовала. С виду он правда уродлив, как говорят, да и с речью не в ладах. Односельчане его боятся. Завидев — колотят и гонят палками. Мне пришлось отослать его обратно в горы и приходить к нему, изредка принося немного еды. Когда я узнала, что вы идёте на гору, то забеспокоилась о нем, и проследовала за вами. Все в селе говорят, что это он загадочный жених, и никакого духа нет. Но я знаю, что это не так. Он не способен причинить вред другим. Молодой господин, поверьте мне! — девушка снова сложила руки в мольбе, но принц взял девушку под руки и мягко поднял с колен.       Он не сомневался в её словах: мальчик действительно не являлся тем существом, которое он спугнул в храме. Просто несчастный ребёнок, из-за уродства или болезни брошенный людьми на произвол.       – Дева Сяоин, вы всегда жили в окрестностях горы Юйцзюнь? — произнёс принц, глядя в искренние глаза девушки.       Девушка растерянно заморгала, не понимая причину подобного вопроса.       – Да. Я всегда жила здесь. И я могу поклясться, что он никогда не творил здесь ничего дурного.       Се Лянь покачал головой.       – Нет, я хочу спросить вас кое о чём другом. Вокруг горы Юйцзюнь когда-нибудь строились другие храмы Мингуана, кроме этого?       Сяоин замерла от неожиданного вопроса.       – Кроме этого…       И как он ожидал, Сяо Ин опять затравленно отвела взгляд. Но признавшись один раз, она уже не видела надобности недоговаривать чужаку, спасшему её от бед.       – Прежде… здесь были другие храмы… Но не знаю почему, они все сгорали. Поговаривали даже, что Генерал Мингуан не желает защищать эти земли… Кто-то из людей испугался. Другие разгневались. Но теперь здесь уже давно только храмы Наньяна.       Се Лянь слушал это, не меняясь в лице, но эти последние откровения будто бы дополняли его картину о произошедшем. Не было ни одного противоречия. Ни единой причины подумать иначе…       Принц слегка нахмурился, кивнул и поблагодарил девушку за правду.       – Барышня Сяо Ин, оставайтесь здесь в безопасности и никуда не уходите. Я скоро вернусь…       Оставалось только подтвердить свои догадки и дальше расправиться со злым духом.       – Нань Фэн, — обратился принц, поднимая ладонь. — Одолжи немного магических сил.       Младший Небожитель не стал отказывать, коснулся ладони, но позволил себе спросить:       – Что ты собрался делать?       – Позже объясню, — чувствуя, как сила наполняет его, отозвался принц. — Сейчас отправляемся в храм.       Нань Фэн непонимающе нахмурился, но принц уже выдвинулся стремительным шагом к воротам Храма, ловко обойдя столпившихся мужчин. Младший Небожитель поспешил за ним, но банда словно опомнилась и преградила ему дорогу.       – Молодой господин! Куда вы! Не оставляйте нас одних! Тут опасно!       Нань Фэн оторопело отпрянул, но для оживившейся толпы у него мигом нашёлся ответ. Пара лёгких отрезвительных ударов быстро привели мужиков в чувство и напомнили, что у них права голоса уже не осталось.       Догнал принца Нань Фэн уже внутри на территории Храма за главными воротами. Се Лянь шёл напряженно, будто к чему-то прислушивался, хотя из здания не доносилось никаких звуков.       – Зачем мы снова идём в храм? — спросил младший Небожитель, по мнению которого все проблемы были снаружи.       – Чтобы удержать внутри восемнадцать невест, — хмуро ответил принц.       Младший Небожитель оторопело моргнул.       – Разве их не семнадцать? — опомнился на оговорку Нань Фень, поспевая за принцем.       – Семнадцать было сначала, — сумрачно отозвался Се Лянь, поднимаясь по небольшой лестнице в темноту здания. — Теперь их больше.       – Что!? — остановился перед ступенями Небожитель, и принц пояснил без тени сомнения:       – Одна из них и есть Загадочный Жених.       После чего Се Лянь более без промедлений ступил во тьму храма. Тишина напрягала его всё сильнее. Потому как убегая отсюда, он помнил прекрасно, как оставил здесь почти половину всей банды и, обойдя статую Генерала, он убедился в худшем… Ни людей, ни невест в Храме более не оказалось. Лишь тёмные тряпицы свадебных покрывал валялись на полу, брошенные похитителями, как ненужный элемент.       – Дело дрянь… — вырвалось из уст Нань Фэня, когда он догнал принца.       Чем грозит похищение пропитанных смертью невест, младший Небожитель хорошо понимал. Но поскольку по дороге к храму им никто не встретился, значит похитители успели уже скрыться в лесу. Бежать за ними бессмысленно. Можно потратить время, не догнав никого по тропе. Если уж на то пошло, скоро должен вернуться Фу Яо с подмогой и тогда они…       – Ваше Высочество, я никак не возьму в толк, откуда взялась ещё одна невеста? — позволил себе прямо спросить Нань Фэн, пока Се Лянь хмурился, подбирая с пола упавшие покрывала.       – Когда мы попросили селян оглядеть друг друга, чужаков они не выведали. Вы с Фу Яо обыскали окрестности, но следов загадочного жениха не нашли. Если юноша в бинтах не наш загадочных жених, то куда же он делся? — повторял свой ход мысли вслух наследный принц.       – Неужто… — встрепенулся Нань Фэн, зло стиснув в кулаке одну из подобранных тряпиц.       – Да… — согласился Се Лянь, мрачно глянув на помощника. — Скорее всего он и не покидал храм, а всегда прятался в нём, и я погнался лишь за черным туманом.       – Вот оно что… — встревоженно шепнул Небожитель, а принц продолжил догадки:       – Скорее всего, когда я вошёл в Храм, он попросту затаился среди невест и не сразу был обнаружен. То же самое случилось, когда селяне не смогли распознать его среди невест. Так же Сяо Ин сказала, что раньше здесь были другие храмы Мингуана, но они все сгорали. Совпадения исключаются, над ними работал поджигатель. Но вопрос в том, кому нужно поджигать божественные храмы. Самая распространённая причина подобного — ненависть. — прикрыв глаза, заключил принц, припоминая подобные случаи на своей жизни. — Остался здесь на горе остался один отлично сохранившийся Храм, запечатанный магическим барьером. К тому же образ божества высечен в нём крайне искусно.       Нань Фэн слушал, затаив дыхание, будто уже сам приближаясь к догадке, но Се Лянь закончил свою мысль, стройно вписывающуюся в полотно истины:       – И недопустимо женщине в свадебном наряде проезжать через гору Юйцзюнь с улыбкой на лице. Разве это не зависть счастью других невест? Если связать всё воедино, то версия только одна. Зависть… Собственничество… Ненависть…       – Хочешь сказать, что загадочный жених, вовсе не жених? — твёрдо вторил Нань Фэн, сам пробуя эту идею на слух. — А не обрётшая желаемого, чья любовь обратилась в ненависть… женщина?       Принц лишь прикрыл глаза. Ему нечего было добавить к выводам Небожителя.       – Более того. Все эти девушки были безвинно убиты демоницей. Ими овладеет злоба. Особенно сейчас, когда они учуют живую энергию.       Нань Фэн мелко дрогнул, хмуро поджал губы, мрачно глядя на принца.       – И что…       Юноша не договорил: в ночной тиши отчётливо донеслись полные паники и искреннего ужаса крики. Глаза принца широко распахнулись, он непроизвольно стиснул в пальцах черное в ночи свадебное покрывало, рывком вскочил на ноги.       – Снаружи!              На улице в ужасе орали мужчины.       Крики бегущих людей приближались, и когда принц выскочил из Храма, несколько сельчан уже забегали в панике через ворота. Кто-то спотыкался и едва не падал, поскальзываясь на ровной земле. Кто-то тут же рванул к воротам. Но самое страшное в них была не паника и животный ужас в глазах, а то, что кто-то прижимал к груди израненную руку, а кто-то держался за окровавленный бок.       – Скорее! Закрывайте ворота!       – Но там же наши!       – Плевать!       Несколько селян в надежде кинулись к Небожителям, и Се Лянь уже собрался отдать им команды, чтоб защитить, как вдруг первая быстрая тень мелькнула в воротах Храма и стремительным прыжком свалила наземь крепкого мужика.       Принц даже на мгновение оторопел от увиденного и растерялся, бессмысленно скомкав в руках подобранные тряпицы фаты.       Этот мертвец по проворности и скорости не шёл ни в какое сравнение с бину в лесу. Быстрая, ловкая бывшая невеста безмолвно драла когтями орущего рослого мужчину с маниакально-застывшей приклеенной улыбкой. А стоило ему, наконец, поймать её за руки и оттянуть от себя, с хрустом выламывая костяшки тонких бледных пальчиков, как мёртвая дева склонилась и попросту вгрызлась ему в лицо. Жуткий вопль разнёсся по двору храма, надрывный, визжащий, а в следующий миг алый всплеск живой крови с выдранной мужской щеки смешался с алыми шелками невесты.       Это произошло так быстро, что Се Лянь не успел среагировать. А даже если бы успел и кинулся вперёд, то… что? Что бы он сделал, чтобы защитить этого человека? Безвинного, всего лишь пытавшегося заработать… пусть и столь недостойным образом.       – Нань Фэн! — опомнился принц и вскинул руку, указывая в сторону криков.       Но младший служащий и сам уже понял, что нужно делать. Сейчас в округе только они могли спасти людей, и самое безопасное место на горе было, как ни странно, рядом с ними. Никакое дерево, никакая возвышенность или яма не спасёт людей от проснувшихся из вечного сна мёртвых. Только защита Небожителей и тот бой, который они могут дать, пока Фу Яо не прибудет с помощью.       У принца была ещё слабая надежда, что мёртвые не так страшны, как ему виделось. Возможно, мужику попросту не повезло… Но на его стремительный прыжок невеста отреагировала мгновенно, вскинув голову и вперив безумно-голодный и пустой взгляд. Замершие глаза уставились на принца, словно два поднятых копья, готовые принять его на острия. И только в последний миг, когда принц почти коснулся мёртвой девы, та пригнулась, проворно уворачиваясь от руки, и стремительно отпрыгнула в сторону.       Се Лянь легко оттолкнулся от каменных плит, извернулся следом за невестой и быстрым движением накинул ей на голову полупрозрачную фату. Мёртвая дева, притормозив, зашипела. Это был странный хриплый звук, словно из лёгких выталкивался последний воздух, чтобы затем сипло втянуть его через приоткрытый рот. Не по надобности — по привычке и на остаточной памяти, что так надо.       Быстрый план принца почти даже сработал. Невеста остановилась, её движения замедлились и растерянная от слабой видимости, она глуповато вытянула вперёд руки, будто намеревалась далеко перед собой подцепить тонкую вуаль. Се Лянь облегчённо выдохнул: решить проблему оказалось на диво легко…       Как вдруг раздались близкие крики, и сразу несколько селян устремились из ночной темноты к воротам. Мужчины, не видя беды, пробежали мимо принца. А стоило громким голосам и живой энергии приблизиться, как почти оцепеневшая невеста вскинулась и новым прыжком понеслась за добычей. Ей не мешала вуаль: она чуяла жизнь, ей не надо было видеть отчётливо, чтобы знать, где находится её добыча. Её никак не останавливала простая тряпица, накинутая на голову. Она лишь добавляла мелкие неудобства и пока эти неудобства мелкие, мёртвая не пыталась избавиться от мешающей тряпки.       Но настоящая беда прибыла вслед за мужчинами.       Почти с десяток невест бежали следом. Кто на четвереньках подобно дикому зверю, кто ещё на двоих ногах, лишь изредка припадая на руку, а кто-то из дев нёсся, выставив вперёд окровавленные пальцы. На бледных искажённых оскалом лицах — приклеенные посмертные улыбки.       Но хуже было иное: некоторые из людей были ранены и истекали кровью. Свежей, живой, тёплой кровью, они источали страх и были как маяк в глухой безлунной ночи для разбуженных оголодавших мертвецов, чья опасность приблизилась к статусу «свирепый» или даже превысила его. Линвэнь оказалась права: тварь на горе действительно «свирепая», вот только она не одна! И если созданные этой тварью мёртвые девы столь опасны, то настоящий их убийца может оказаться «лютым» демоном! Если это так, то служащие Средних небес ему не помощники. Хуже, что те, кто не прошёл Вознесение самостоятельно, остаются так же уязвимы к когтям и клыкам лютой твари, как и простые смертные!       – Нань Фэн. — голос принца был глух и едва слышен в криках боли и ужаса.       Юноша растерянно перевёл на него взгляд.       – Собери людей и оставайся в защитном круге. — коротко приказал Се Лянь удивительно спокойным голосом, а с его запястье белой лентой сорвалась Жое.       Его единственный защитник и в чем-то даже друг подобно белому воздушному змею потекла по воздуху, свернулась кольцом на всю свою длину и легла на присыпанную грязью и листвой брусчатку храмового двора.       – Нань Фэн! — в ещё недавно мягком голосе тяжело звякнула сталь приказа.       Повторять не пришлось: юноша растерянно моргнул, а потом спохватился и побежал исполнять приказ. Под его крики и призывы выжившие люди забегали в сияющее кольцо обережного круга. Кого-то небесный юноша затаскивал самолично. Ему помогала добросердечная дева и странный пацан, тогда как испуганные взрослые мужики жались в центре и только могли что следить за вёрткими тварями.       Принц судорожно стискивал пальцы на рукояти меча, на мгновение зажмурившись до пятен в глазах в последнем и самом мучительном выборе.       – Быстрее! — крик Нань Фэня доносился как сквозь вату. — В круг! Они не смогут попасть внутрь!       Но не всем везло, да и не все прислушивались к словам, ведь в ушах пульсировала кровь, а паника била в голову: рослый мужик с невнятным криком пытался отмахиваться от хрупкой некрасивой девушки в бедном порванном платье, истерично приговаривая: «Прочь! Прочь, тварь!» и размахивая сучковатой дубиной. Другой пухлый мужичёк с истеричным криком убегал от миловидной красотки с роскошной Короной Феникса на голове, и лишь подвёрнутая из-за съехавшего башмачка нога не позволяла мертвецу догнать его быстро. Но вот под ногу селянину попала ветка, он споткнулся и рухнул навзничь на ледяной камень, а хрипящая мёртвая дева с разбегу напрыгнула ему на спину, вцепилась в куцый хвостик жиденьких волос, задирая голову, и вгрызлась в потную шею.       «…что для вас важнее: спасти жизни людей или остаться верным своей клятве?»       Ор пожираемого заживо человека прервался бульканьем и визгом, в котором почти потонул отчаянный крик «Спасите».       «…что важнее…»       С этим криком что-то сломалось в принце. Как тонкая нить, некогда бывшая прочнее каната, она лопнула в криках чужой боли, в агонии и бульканье умирающего человека.       Беззащитного и безоружного. Которого уже не спасти… из-за его колебаний.       – Спасите!!!       Паникующий визг тощего мужика, лишь чудом удерживающего за плечи рвущуюся к нему мёртвую деву, всверлился в разум, пробуждая от ступора. Остановившийся взгляд медовых глаз вернул живость, наливая гневом. Сильные пальцы разжали судорожную хватку, легко скользнули по витой рукояти. Принц сорвался с места подобно молнии, вспышкой блеснул клинок, и голова несчастной девы с глухим стуком упала на камень брусчатки. Оживлённое чужой злобой тело сделало ещё несколько шагов, растерянно шаря руками по воздуху.       – Иди в круг. — холодно произнёс юноша, на мгновение замирая перед испуганным человеком и тактично не обращая внимание на расплывающееся тёмное пятно на грязных штанах.       И сорвался с места стремительным рывком, не дожидаясь реакции от некогда такого смелого человека. Смелого, пока настоящее зло не отозвалось на их непочтительность к мёртвым!       Небеса призвали его вновь вопреки его желаниям и деяниям, и не ему, принцу давно погибшего королевства, спорить с их Волей, раз он не смог отказать другу и пришёл сюда с оружием в руках ради спасения жизней людей и для того, чтобы покарать несущую смерть тварь. А обнажив меч, бессмысленно оправдываться и отстраняться от ратного дела, если от криков умирающих людей звенит ночная тьма.              Юноша двигался словно молния, кружась со стремительными мёртвыми девами в танце смерти. Мелькал серебряный меч, острые когти высекали искры от столкновения с небесным металлом, мертвецы шипели и визжали, яростно атакуя бессмертного юношу, но… не могли ни коснуться его, ни достать защищаемых им людей. А он отводил их в сторону. Дальше от жмущихся под защитой Жое смертных и заворожено, растерянно смотрящего на него Нань Фэня.       В какой-то момент юноша остановился у границы защитного круга, опустив мягко мерцающий меч, запятнанный черной в ночи кровью невинно убиенных дев. Лицо — подобно безмятежной маске божества, алые свадебные одежды не тронуты ни каплей крови, ни пылью, глаза же исполнены гнева и затаённой боли.       – Нань Фэн. Ты умеешь проводить обряды упокоения и чертить печати?       Небожитель мелко моргнул и коротко ответил:       – Да, Ваше Высочество.       Люди хоть и жались к центру обережного круга, но ни слова не прошло мимо жадных до сплетен ушей. «Принц?» Едва слышные шушуканья и гомон. «Он сказал Ваше Высочество?»       – Проведи обряды на теми девами, которые неспособны оказать сопротивление. Меч хоть и лишает их опасности, но не дарует покоя.       Парень вышел из круга, хмурясь, сжимая в руке меч и мелко зыркая в ночную тьму.       – Нань Фэн, — вновь обратился принц, поднимая ладонь. — Одолжи немного магических сил.       Тот спорить не стал, послушно поднял ладонь, позволяя проклятому принцу отобрать немного силы, а Се Лянь, хмурясь и мрачнея, приложил пальцы к виску и произнёс про себя нужную фразу. Генерал ответил незамедлительно, словно ждал этого вызова:       – «Принц Сяньлэ?»       Дабы не тратить бесценную заёмную силу на лишнее словоблудие, юноша сразу перешёл к делу, хоть подобное начало разговора было верхом нетактичности:       – «Генерал Мингуан, прошу прощения за бестактный и деликатный вопрос… это нужно для дела, я не буду…»       – «Спрашивайте, принц.» — спокойный тон генерала звякнул сталью.       – «Была ли у вас…, — тут юноша всё же запнулся, но заставил себя произнести бестактные слова: — близкая женщина, ревнивица и собственница с неким увечьем на ногах?»       Последнее уточнение принц высказал на озарении, очень ярко вспомнив странный звук шагов демоницы, словно она… шла на коленях, гулко волоча за собой ноги. Однако, невесты в храме стояли. Все. Возможно, он ошибся, возможно — нет. Генерал сможет подсказать точнее.       Медовые глаза юноши бегло скользили по крышам храмового комплекса, всматривались во тьму. От его меча полегло много мёртвых дев, однако, не все. И, что хуже, та, кто их обратила, до сих пор скрывается в ночном мраке.       – «Была одна.» — голос Генерала был холоден и сух. — «Сюань Цзи. Генерал вражеской армии, встреченная мною при смертной жизни. Наш роман был недолговечен, ведь шла война, однако, она…,» — мужчина запнулся. — «Я расскажу вам эту историю позже, принц, но если вы ищете женщину с увечьями ног, то это Генерал Сюань Цзы: она своими руками искалечила себя из ревности и жажды единолично обладать мною…»       Было что-то в голосе Пэй Мина мрачного и тяжёлого, отчего юноша неловко замер.       – «Вы полагаете, принц, в этих смертях замешана она?» — холодно и жёстко уточнил Генерал.       – «Прямых доказательств нет.» — признался Се Лянь.       Принц присматривал за своим небесным помощником, поглощённым работой с мёртвыми. Если женщина, ставшая демоном, нападёт… он будет беззащитен перед ней. И что хуже, где-то остались ещё шесть неупокоенных дев.       – «Будьте осторожнее, принц. Сюань Цзи при жизни была прекрасным бойцом.» — глухой голос Небожителя казался безмятежным: настолько был велик самоконтроль. — «Однако, она всегда была гневлива, вспыльчива и жестока в своей мстительности. Если она стала демоном после смерти, она попытается вам отомстить за вмешательство и ударит в сла…»       Голос Генерала Мингуана прервался: заёмные силы истощились и связь пропала. Однако, самое важное он узнал: имя обиженной красавицы. Не давало покоя отдельное упоминание её военного мастерства и мстительности. Демоны и без того исполнены тёмных чувств, но если человек и при жизни был вспыльчивым и склонным к злым деяниям, то после смерти…       Вдалеке раздался новый вопль, перешедший на визг и бульканье. Се Лянь мелко вздрогнул, крепче сжал рукоять меча, но не двинулся с места: пока демоница не показала себя, он не может оставить людей и помощника без присмотра. Жое на многое способна, она очень сильна, однако, лента не сможет противостоять лютому демону. Не удержит озлобленное, жаждущее крови существо. И если его не будет рядом, они все погибнут. Те же, кто остался снаружи и станет жертвой шестерых мертвецов…       Принц стиснул зубы, мучительно делая выбор: идти на помощь в ночной лес или остаться в Храме. Одни жизни против других. И если эти люди пока ещё в безопасности, то другие…       Тихий глухой парный удар «бум-бум» прервал метания мыслей.       Двери Храма гулко хлопнули, словно резкий порыв ветра распахнул их настежь, ударяя о богато украшенные резьбой стены. Жемчужный свет полной низкой луны освещал как просторный двор, так и внутренние залы роскошного храма, мягко очерчивая тонкую женскую фигурку, тенью замершую на входе.       Принц застыл статуей, затихли и напуганные люди, а его помощник лишь гневливо поджимал губы, но не мог отвлекаться от работы: возвращение демоницы словно добавило сил мёртвым невестам и обезглавленное тело под рукой небесного юноши отчаянно заскребло переломанными пальцами по стылой брусчатке.       Тонкая изящная, но низкорослая фигурка двинулась вперёд, тяжело припадая на колени покалеченных ног. Она двигалась рывками, как-то… по-змеиному, вскидывая голову, увенчанную роскошной золотой Короной Феникса. Сложная богатая причёска почти не растрепалась за века, золото и каменья не утратили своё богатство, а роскошные одежды лишь на подоле изорвались в лохмотья.       – Сюань Цзи? — тихо спросил принц, настороженно следя за демоницей.       Женщина замерла, прикипела к принцу взглядом, прелестные губы растянулись в безумной заискивающей улыбке.       – Это он послал тебя за мной? — вкрадчиво, с безумной, истеричной надеждой пропела женщина, заглядывая в глаза юноши.       Се Лянь промолчал, не рискуя лгать демону, но… ей и не требовался от него ответ. Стремительной проворной тенью она метнулась обратно в храм, разом пролетев и ступени, и внутренний зал, прильнула к прекрасной статуе Бога Войны, обняв её за ноги.       – Почему он не приходит ко мне? — жалобный, полный отчаяния и боли голос заметался под сводами. — Почему?!!       Последнее слово в гневливой истерике зазвенел в ночи.       Принц осторожно приблизился к Храму, стараясь двигаться мягко и ровно, не провоцируя её. Но давно мёртвая женщина смотрела не на него, а в прекрасное лицо статуи.       – Милый мой, ненаглядный Пэй! Ради тебя я предала родную страну, бросила всё, что у меня было, стала такой. Почему же ты не приходишь ко мне? — женщина вцепилась в свои же волосы, оттягивая длинные черные пряди, голос сорвался в надрывный крик: — Неужели твоё сердце сделано из камня?!!       Принц хмурился, лишь краем мысли дозволяя себе обдумать сказанное демоном. Слова Генерала Мингуан всплыли в памяти: «она своими руками искалечила себя из ревности и жажды единолично обладать мною». Страстная, яркая, жадная до внимания собственница… решила надавить на совесть и честь Генерала? Но это… низко. Стать обузой, вечным чувством вины? Такова была её любовь? Или такова её жажда обладания?       Юноша хмурился, но молчал, опасаясь спугнуть исполненную ненависти и яркой ревности демоницу, льнущую к статуе Бога. Но тут… словно насмешка несправедливых небес, раздался истошный женский крик: «Помогите!» демоница с рычанием отшатнулась от статуи, резко развернулась, блеснув алыми сияющими глазами.       Посреди храмового двор крепкий жилистый мужчина пытался, бранясь, вытащить перемотанного бинтами юношу из сияющего защитного круга, а дева Сяоин вцепилась напавшему в ноги и изо-всех сил пыталась ему помешать.       Видать, Сяопэн, провалявшись какое-то время без сознания, очнулся. Увидев вокруг слабо копошащиеся мёртвые тела покалеченных дев, он сперва испугался, а потом понял, что так невесты уже не причинят вреда, а злой, но сильный вооружённый юноша копается с телами почти у стены, далеко от защитного круга. Чего он добивался, вытаскивая мальчишку из круга и покинув сам защищённое место — принц не понял, однако… вмешалась дева Сяоин и подняла крик, надеясь на помощь.       – Пошла прочь, дура! — Сяопэн пнул девушку, пытаясь отцепить её от ноги. — Своими криками ты привлечёшь демонов!       Демоница растянула губы в коварной алчной улыбке, сощурила пылающие ненавистью и жаждой убийства глаза.       – Пусть! Ты хуже злого духа и демона! — выкрикнула девушка, вжимая голову в плечи, чтобы пинок разъярённого мужика не пришёлся в лицо.       Сюань Цзы неожиданно расхохоталась, запрокинув голову. Злой, истеричный, обезумевший каркающий смех взлетел в ночные небеса к холодной луне.       – Нет! Не надо! — пронзительный вскрик девушки погас в рычании демоницы.       Давно умершая некогда гордая женщина распалась черным туманом и стремительной волной понеслась на крики жертв, огибая принца. Сяопэн увидел несущийся к нему поток черной тьмы, попытался отшатнуться, споткнулся о висящую на нём девушку, заполошно взмахнул рукой, заваливаясь на спину. Но некая сила рывком остановила его, не позволяя упасть.       Пальцы демоницы схватили его за затылок, крепко, до кости вогнав когти в мясо, почти сдирая скальп. Давно мёртвая женщина истерично рассмеялась, запрокинув голову, резко вздрогнула, втянула воздух, словно принюхиваясь, злобно рыкнула. Левая рука поднялась и ласкающим жестом огладила мелко дрожащего от страха и скулящего от боли мужчину по щеке. Так же, как он гладил её тогда, в храме её молчащего Бога. Прекрасное лицо на мгновение стало почти милым: точёные бровки взлетели в умилении, губки растянулись в томной улыбке… ласковой, понимающей, доброй… а в следующее мгновение прекрасное лицо перекосила гримаса ненависти и ярости, сильные пальцы вонзили когти в щеку молодого сельского буяна, разом вырывая клок мяса вместе с куском лица. Сяопэн взвизгнул, булькая кровью. Сюань Цзы расхохоталась и одним резким рывком… оторвала голову мужику, похотливо лапавшего её в Храме её единственного Бога.       Взвизгнула Сяоин, схватила мальчишку за руку и потащила в круг.       Очнулись от ступора селяне, заголосили, жмясь в центре защитного круга.       Вскочил на ноги Нань Фэнь, сжимая меч.       Демоница расхохоталась: весело, радостно, безумно, счастливо, крутясь на месте, широко расставив руки, словно танцевала под светом луны. Но краткий всплеск радости от чужой смерти промелькнул подобно волне на реке, сменившись злобой, и мёртвая женщина с силой ударила по сияющему кругу.       Жое устояла, а принц сорвался с места, отводя для удара клинок, но демоница ловко отскочила от круга, оскалилась и вновь рассмеялась.       – Генерал! Достаточно убийств! — принц ещё пытался дозваться до женщины, безобразно оттягивая время и давая шанс Фу Яо привести помощь.       Сюань Цзи словно не услышала его: запрокинув голову и прижимая окровавленные руки к груди, она смотрела на безучастную луну.       – Я сжигаю твои храмы… — пропела она, вновь обращаясь к Богу Войны, — навожу смуту на твоих землях! И всё ради того, чтобы ты пришёл. — тон демоницы стал просящим и воркующим. — Я жду тебя так много лет! А ты всё не идёшь!       Взгляд пылающих алых глаз метнулся к статуе Бога, темнеющей в недрах загубленного Храма.       – Это потому, что ты знаешь: ты виноват передо мной? — безумный смех полоснул по нервам как ржавая пила, но пости сразу утонул в горьких рыданиях. — Посмотри на мои ноги! Посмотри, какой я стала! — голос сорвался на надсадный крик: — Я сделала это всё ради тебя!! Неужели и правда твоё сердце сделано из камня?!!!       Принц слушал откровения и плач обезумевшей демоницы и молчал, опасаясь привлечь её внимание: она действительно давно перешагнула силу просто свирепого демона, став по-настоящему лютым. Любая ошибка, и пострадает не только он сам, но и его помощник Нань Фэнь, и, конечно же, обычные люди. Жое сможет сдержать ярость демоницы лишь ненадолго, а ей некуда спешить и силы мёртвой женщины лишь усиливаются от убийств и пролитой собственноручно крови.       – Пэй! — надсадный крик унёсся в небеса, Сюань Цзи пронзительно взвыла, рвано дёрнулась всем телом и… рывком развернулась, перенеся внимание на принца. — Может, ему будет угодна твоя смерть? Если я убью тебя… он отзовётся?       Демоница взрыкнула, оскалилась, припала перед рывком…       Бом-м-м!!!       Сюань Цзи пронзительно взвизгнула, схватившись за голову.       Бом-м-м-м!!!       Люди без чувств рухнули на землю вповалку. Принц поморщился, прижал ладонь ко лбу: удар колокола отдался в голове набатом и тяжестью.       БОМ-М-М-М!!!       Новый удар колокола расколол мрак и яркий золотой солнечный свет прорезал ночную темноту. Копошившиеся под силой демоницы мёртвые бессильно обмякли и более не шевелились, демоница кричала, стиснув голову, люди упали в обморок и даже Жое бессильной лентой легла на камни брусчатки.       Принц пошатнулся, но подбежавший Нань Фень поддержал его.       – Что это?       – Помощь. — тихо отозвался юноша, переводя взгляд на вход в Храм.       Словно жгучий солнечный ветер смёл сор и саженцы зла, затаившиеся в щелях некогда великого Храма, беспощадно высветив каждую щёлочку и трещинку, уничтожая тёмный демонический туман и следы злой энергии.       Сияние разверзшихся Небес угасло, небо вновь вернуло призрачную ночную тьму, свет полной серебряной луны после сияния Небес казался едва заметным, однако… его хватило, чтобы прибывших было видно: двенадцать воинов в одинаковых серебристых доспехах встали почётным караулом у дверей Храма, а по лестнице, заложив руки за спину, печатая шаг, спускался Генерал Мингуан.