Неспешное путешествие (рабочее)

Утром вчерашней усталости, как не бывало. Сегодня меня ждут Большое Богдо, озеро Баскунчак и снежный человек. Последний, подозреваю, вовсе не, но было бы интересно встретиться. Или не очень. Если судить по ужастикам, которых мы с тобой пересмотрели сотни километров, дружелюбными их никто не представляет. Хотя местные легенды ничего кровожадного не рассказывают, только сухая констатация факта, мол, видели, да, живёт, тут, поблизости. Поезд мчит меня к селу Нижний Баскунчак. На моё счастье там есть даже в межсезонье работающий отель. Всё выглядит очень прилично. Бросаю вещи и спешу посмотреть на солёное озеро. Здесь снега нет, как и воды. Только соль. Нет, наверное, вода тоже есть, но сейчас до неё не добраться. Тут бы здорово пригодились болотные сапоги, желательно по пояс. У меня таких нет, поэтому я уныло брожу по берегу. Немного осмотревшись, обнаруживаю железную дорогу. По ней можно пройти немного глубже. Всё-таки добираюсь до воды. Небо отражается в неподвижной солёной глади, создавая ощущение, будто стоишь на облаках. Мне нравится невероятно. Наверное, я могла бы там бродить целый день, но меня прогоняют. Суровый бородатый дядька кричит, что нельзя находиться близко к соледобывающей машине, и я только сейчас замечаю, как далеко ушла от берега. С сожалением возвращаюсь, но иду не в гостиницу, а продолжаю брести по берегу, в надежде добраться сегодня и до горы. Глазомер меня позорно подводит. Это только кажется, что тут пара километров, на самом деле идти прилично. Я уже тяжко вздыхаю, готовая смириться, и вернуться в номер, отложив загадочное Богдо на завтра, как рядом тормозит УАЗик, заляпанный грязью по самые окна. - Вы в заповедник? Подвезти? Поворачиваюсь, и растерянно зависаю. Хрипловатый голос принадлежит белозубо улыбающемуся молодому мужчине. Тёмные чуть раскосые глаза искрятся азартом, видимо, готов уговаривать меня до победного. Но сопротивляться и отказываться я и не думаю. На улице холодно, а идти я уже подустала. Поэтому согласно киваю, и топаю к машине. Мужчина перегибается через сиденье и распахивает передо мной дверь. - Осторожно, тут не очень чисто, - смущённо трёт он небольшую горбинку на носу. Я, всё так же молча, перевожу взгляд на свои заляпанные джинсы и белеющие разводами от подсохшей соли ботинки, и пожимаю плечами. - Ещё неизвестно, кто кого больше запачкает, - улыбаюсь водителю. - Тогда добро пожаловать. Лев, - представляется мужчина и с улыбкой протягивает мне руку. Таращусь на него, автоматически подавая свою. Он несильно сжимает мою ладонь и отпускает. - А можно просто царь? - наконец отмираю я. Он моргает и по-мальчишески заливается смехом. - Лучше просто Лев, - отсмеявшись, выдаёт в ответ. - Очень приятно, Лев. Ева. - Как красиво. Очень приятно. Машина взрыкивает и трогается с места. Лев следит за ухабами, а я исподтишка его разглядываю. Лёгкая небритость, собранные в короткий хвост тёмные ровные волосы, высокий лоб, нос с едва заметной горбинкой. Чуть раскосые глаза и широкие скулы выдают примесь местной крови. - Путешествуете? – перехватывает водитель мой взгляд. Смущённо туплю глаза в колени. - Да, можно так сказать, - тихо отвечаю и отворачиваюсь к окну. - Ночлег уже нашли? – продолжает попытки разговорить меня мужчина. - Да, тут очень приятная гостиница. Молчим. Лев сосредоточен на дороге, я на своих мыслях. Вокруг степь. Горка, что возвышалась над озером давно осталась позади. А машина всё мчится вперёд, поднимая столбы пыли. - Долго ещё ехать? Мне казалось, тут совсем рядом, - решаюсь я нарушить тишину. - Нет, немного осталось. Вы хотите пешую прогулку или будете забираться на самый верх? Наверху сейчас не очень интересно, туда обычно едут в надежде увидеть геккончиков. Но сейчас они в спячке. А видовые хороши и с другой стороны. В растерянности молчу. Этот момент я не продумала. - Если всё-таки хотите наверх, я вас подвезу, там пешком тоже не близко. - Лев, а вы тоже путешествуете? – спохватываюсь я. - Не совсем, - смеётся мужчина, - я тут вроде как по работе. - А вам дальше куда? На видовые или ловить геккончиков? – пытаюсь выяснить, чтобы простроить свой маршрут не слишком испытывая доброту мужчины, и подобраться поближе к желанной горе. - Мне и туда, и туда, - смеётся Лев и в глазах опять проскальзывают озорные искры. - И мне можно с вами? – осторожно уточняю. - Конечно можно. Я даже готов провести вам экскурсию. Только давайте на «ты», а то что-то мне неуютно, когда мне выкают. - Договорились. Подъезжаем к шлагбауму, который посреди голой степи выглядит до невозможности нелепо. Я с интересом оглядываюсь. Чуть в стороне от дороги, стоит стенд с вывеской заповедника, дальше одинокий домик, видимо касса, и больше ничего. - Сиди, я сейчас вернусь. Сквозь запылённое окно наблюдаю, как Лев здоровается с выскочившим из домика невысоким круглолицым мужичком, забирает у него папку, чему-то хмурится, становясь похожим на недовольного кота, и идёт к машине. Параллельно отмечаю, что мой случайный водитель высок и хорошо сложён, но тут же заталкиваю непрошенные мысли поглубже. У меня есть цель. Конечно, случайных знакомств не избежать, и я не собираюсь шарахаться от людей, особенно, когда они предлагают помощь. Но из однодневного общения всё равно не получится ничего серьёзного, поэтому все лишние мысли долой. Лев с улыбкой забирается в машину, кидает папку на заднее сиденье и заводит мотор. Мужичок отвязывает верёвку на шлагбауме, и машина с рёвом и пылью двигается в гору. Всего минут через десять Лев тормозит и поворачивается ко мне: - У тебя есть шарф или что-то ещё тёплое? Шапка? Киваю. - Надевай. Там страшный дубак. Послушно лезу в рюкзак, напяливаю шапку с детским бубоном и шарф с котиками. Красоваться и выпендриваться мне не перед кем, а мёрзнуть я не люблю. Вопросительно смотрю на мужчину. Он удовлетворённо кивает и сам застёгивается, накидывая на голову капюшон. Выбираемся из машины. На вершине действительно жуткий ветер. Я лезу в карман и выуживаю перчатки, тут же натягивая их на руки. Лев меня не ждёт, сразу направляясь к деревянным мосткам, которыми покрыта тропинка. Топаю за ним. На видовой мужчина пытается что-то рассказать про знаменитого местного геккончика, но из-за ветра говорить трудно, и я практически ничего не слышу, поэтому дальше молчим. Я смотрю на огромное солёное озеро, по которому медленно ползет машинка с буром. Рельсы смотрятся сюрреалистично, будто рисованные картинки из аниме. В другую сторону открывается вид на равнину. Только впечатление обманчиво, она, как норами сусликов, изрыта вертикальными пещерами. Достаю мобилу и делаю несколько снимков. Лев явно мёрзнет, но смиренно ждёт. - Пойдём, - кричу мужчине, направляясь вниз. Он догоняет меня на полдороги, и, склоняясь к самому уху, громко проговаривает: - Иди в машину, я сейчас подойду. Удивлённо смотрю на него, но послушно топаю по настилу. Уже забравшись в тёплое нутро автомобиля, наблюдаю, как мужчина периодически сходя с деревянной тропинки, шарит в кустах. - Ты решил всё-таки поймать неуловимую ящерку? Лев забирается в машину и, отчётливо стуча зубами, включает мотор, на полную выкручивая печку. - Нет, - яростно растирая руки над поддувалом, с улыбкой отвечает мужчина. – Поправлял фотоловушки. Киваю, хоть и не совсем понимаю, о чём речь. На спуске останавливаемся ещё несколько раз, пока снова не оказываемся в равнинной степи. Петляем по пересекающимся дорогам, поднимая колёсами клубы пыли. Я удивлённо кручу головой. С одной стороны сухая пегая степь, с другой начинаются красные скалы. Не верю глазам. - Как так? – вырывается у меня вслух. - Завораживает, правда? - с улыбкой спрашивает Лев. - Невероятно! А можно здесь остановиться? Хочу это сфотографировать. - Потерпи, дальше будет лучше. - Да нет же, это удивительно! – пытаюсь я убедить мужчину, что мне срочно нужно выйти прямо тут, совершенно не веря, что может быть что-то лучше уже увиденного. - Терпи! – смеётся над моими порывами выскочить прямо на ходу Лев. – Если то, что ты увидишь дальше, тебе не понравится, на обратном пути я буду останавливаться каждые два метра, чтобы ты всё тут сфотографировала. Честное слово. Недоверчиво смотрю на него, но стараюсь успокоиться. И правда, надо вести себя прилично. Пытаюсь уговорить себя, но пейзаж за окном становится всё более невероятным, и усидеть на месте совершенно нереально. На счастье впереди показывается парковка. Как только машина останавливается, я выскакиваю и восхищённо оглядываюсь. - Как так? Кругом степь, а тут! Тут марсианские горы! У меня не хватает слов выразить переполняющие эмоции. - Идём, там дальше тоже интересно. Торопливо догоняю мужчину, щёлкая всё вокруг. Лучше потом удалю лишнее, чем буду расстраиваться, что что-то упустила. Горы вокруг не просто красные, они полосатые. От алого к светло-розовому, белому и даже зелёному. У подножия скульптура Белого старца. Мужчина останавливается перед ним и кланяется. Я, неосознанно, повторяю за ним. И сразу как-то успокаиваюсь. Меня наполняет уверенность, что я без суеты всё успею. Дальше я хожу медленно, стараюсь напитаться необычной красотой. Мы поднимаемся на видовые, я снова любуюсь озером, но взгляд постоянно возвращается к красным горам. Мужчина, видимо, оценив моё состояние, оставляет меня наслаждаться видами, сам отправляется к своим ловушкам. - Если надоест тут торчать раньше, чем я вернусь, или замёрзнешь, иди к машине и хорошенько пни её по колесу. Сработает сигнализация, и я приду. Скептически смотрю в ответ. - Разве такое может надоесть? - Я должен был предупредить, что ты можешь так сделать, - смеётся Лев и скрывается за красными скалками. А я заворожённо смотрю на горы. Тут, у подножия, совсем не холодно, пронизывающий ветер остался на вершине. Больше не хочется никуда бежать, только расслабленно впитывать эту красоту. Устраиваюсь на деревянном настиле, скручивая ноги в лотос. Глядя на этот чужеродный пейзаж, невольно веришь в легенду о пилигримах, донёсших священный камень со склонов Тянь-Шаня. И даже в силу молитв святых калмыков, которые могли принести целую гору с берегов Урала. - Жаль, что ты этого не видишь, - тихо шепчу, и чувствую, как по щекам текут слёзы. – Помню, я обещала не плакать, - смахиваю влагу, честно пытаясь успокоиться, но ничего не выходит, и я просто жду, когда жгучая боль отпустит. – Не представляешь, как мне тебя не хватает. Сижу и беззвучно реву, выпуская своё горе наружу. На плечо ложится рука и в первое мгновение мне кажется, что это ты. Резко разворачиваюсь, встречаясь с встревоженным взглядом мужчины. - Прости, - тихо говорит он, и убирает руку, – не хотел мешать. Я звал, но ты не откликнулась, вот и подошёл. Я прячу глаза, быстро смахиваю слёзы и, поднимаюсь, поворачиваясь к нему. Стараюсь улыбнуться, но судя по его обеспокоенному взгляду, выходит у меня не очень. - Всё хорошо. Ты уже закончил с работой? - Да. Но ты можешь побыть тут ещё, если хочешь. Торопиться некуда. Прислушиваюсь к себе. Да, я определённо хочу побыть тут ещё. Вернее, приехать сюда ещё. Весной. Когда степь оденется в зелень. Я хочу ощутить возрождение природы именно тут. - Спасибо, Лев, мы можем ехать. Он внимательно смотрит на меня, но ничего не говорит. Обратно мы идём другой дорогой. Тут вид на горы снова меняется. Появляются скалы, которые выглядят как куски сыра с огромными дырками. Я уже не фотографирую, просто стараюсь запомнить. В машине молчим. Я ухожу в свои мысли, не замечая ничего вокруг. Мужчина, видя моё состояние, с разговорами не лезет. Прихожу в себя только когда УАЗик останавливается. Оглядываюсь по сторонам, соображая, что мы уже в деревне. Небо потемнело, и на улицах зажглись фонари. - Спасибо тебе огромное, Лев. Без твоей помощи я бы всё ещё топала к горе, - с улыбкой благодарю мужчину. – Прости, что тебе попалась такая скучная попутчица. - Каждый реагирует на Священную гору по-своему. И мне в любом случае было приятно твоё общество. - Спасибо, - искренне благодарю, и выбираюсь из машины. – Доброй ночи. Ответ не слушаю, моментально вычёркивая нового знакомца из жизни. Иду в гостиницу. Кафешек тут не предусмотрено. По крайней мере сейчас мне ничего не попадается, поэтому бегу в единственный ещё работающий магазинчик. Беру молока, пару булок и довольная ползу в номер. - Совсем забыла спросить про снежного человека, - бормочу себе под нос, вяло жуя. – Значит весной. Перед глазами всплывает картинка из нэтика с шерстяным монстром, и я проваливаюсь в сон.