Глава 16 Домой
14 июня 2023 г., 15:22
Увидев серьезное выражение лица Пэй Чжаочжоу, когда он вышел, Си Хуайси подумал, что состояние Пэй Чжаочжоу очень серьезное, поэтому он напрягся и сказал: "В чем дело? Что доктор сказал о результатах обследования?"
Пэй Чжаочжоу нахмурился и подумал об отчете в своём кармане. В конце концов, Си Хуайси был биологическим отцом ребенка, поэтому его следует проинформировать, несмотря ни на что.
Но когда он уже собирался говорить, его прервал тревожный голос.
"Уйдите с дороги!! Уйдите с дороги-!!!"
"Доктор, пациентка — немолодая беременная женщина, которая находится в критическом состоянии из-за автомобильной аварии и остро нуждается в переливании крови!"
"Готовьтесь к операции. Операцию нужно делать немедленно. Жизнь плода под вопросом, но жизнь пациентке спасти нужно!"
Врач и медсестра положили беременную женщину с большим животом на больничную каталку на бегу и разговаривая с очень серьезным выражением лица, крича на прохожих, чтобы они убирались с дороги.
Пэй Чжаочжоу и Си Хуайси поспешили прочь.
Мелькнуло бледное лицо беременной, белоснежные простыни под её животом были залиты кровью, капающей на чистый пол больницы.
Не смотря на своё состояние, беременная еще сохраняла кусочек сознания, всхлипывая и слабо умоляя врача: "Этот ребенок... Пожалуйста, сохраните его, это посмертный сын моего покойного мужа, без него у меня нет воли к жизни..."
У доктора было горькое выражение лица: "Пациент, вам нужно сделать операцию."
Слабая ладонь беременной неожиданно стала сильной, схватив руку доктора, ее слабые глаза были тверды: "Пожалуйста… спасите…"
Врачи и медсестры переглянулись, а люди вокруг них заговорили.
"Эта беременная женщина очень несчастна. В ранние годы она страдала от физических проблем. В конце концов она забеременела, но ее муж ушел в армию и погиб. Теперь и она попала в автокатастрофу, увы, это жизнь!"
В глазах Си Хуайси вспыхнула боль, он подошел к беременной женщине с красными глазами и сказал: "У тебя тоже есть жизнь! Тебе не нужно жертвовать ею ни для кого, особенно для своего ребенка! Оставить его одного, и думать, что это ради него? Нет! Если ты умрешь, твой ребенок будет сиротой при рождении! Или сиротой, который выжил только благодаря жертве своих родителей! Он будет чувствовать себя только крайне виноватым и одиноким! Только если ты будешь жить, твой ребенок будет счастлив!"
Выражение лица Си Хуайси было ненормально взволнованным, совсем не таким, как обычно, врачи и медсестры сердились и хотели оттащить его прочь.
Но беременная женщина, попавшая в автомобильную аварию, нежно улыбнулась материнской улыбкой и с бесконечным ожиданием и нежностью к будущему ребенку во взгляде сказала: "Но я люблю его, даже если врачи, медсестры и все остальные от него откажутся, я единственная, кто любит его и никогда от него не откажется. Что бы ни случилось в конце, кто-то обязательно скажет ему, что есть кто-то, кто когда-то любил его безоговорочно и никогда не бросит, и он будет счастлив."
Глаза Си Хуайси на мгновение застыли, и он медленно сказал: "... Поэтому ты оставишь его одного?"
Врач и медсестра пытались оттолкнуть Си Хуайси, но он, выглядевший худым, был на удивление сильным, и несколько человек не смогли отпихнуть его, они настолько волновались, что доктор вызвал охрану.
Но Си Хуайси вдруг пришел в себя, посмотрел на беременную женщину сложными глазами, взял ее за руку и тихо сказал: "Тогда живи, живи долго."
Беременная женщина смотрела на странного мальчика пустым взглядом, боль в животе мешала ей открыть рот.
Но вдруг она почувствовала какую-то жизненную энергию от рук этого странного мальчика, растекающуюся, словно теплое солнце, по всему телу, боль от столкновения после автокатастрофы и кровоизлияния в живот после касания пары нежных рук постепенно ослабла, а тело немного восстановило силы.
Беременная женщина тупо смотрела на странного мальчика, лицо которого постепенно становилось бледным и бескровным, и, наконец, охранники оттащили его.
Глядя на странного мальчика, чье тело ослабло, беременная женщина вдруг что-то поняла и открыла рот, чтобы молча сказать «спасибо».
Но в это время ее втолкнули в операционную врачи и медсестры.
Охранник сильно толкнул Си Хуайси, но мальчик, который только что был бледным, выпрямился, посмотрел на него холодно, как будто наставил чрезвычайно холодный клинок, и хрипло сказал: "Тебе не нужно толкаться, я пойду сам."
Охранник ушел, ругаясь, определенно не потому, что только что испугался холодного взгляда.
Си Хуайси посмотрел на Пэй Чжаочжоу глубокими глазами и сказал настойчивым и строгим тоном, словно маленький молоток ударил Пэй Чжаочжоу по сердцу: "Брат Пэй, ты можешь показать мне отчет об осмотре?"
Тон вроде бы переговорный, но на самом деле ему нельзя возразить.
Пэй Чжаочжоу был необъяснимо насторожен, глядя в холодные глаза Си Хуайси, которые, казалось, были наполнены морем опасного ледяного тумана, в котором подстерегала опасность, и если он не будет осторожен, то наступит на тонкий слой льда и упадет в глубокое море.
Сердце Пэй Чжаочжоу бешено колотилось, руки невольно напряглись, он сжал отчет об осмотре сквозь одежду, понизил дрожащий голос и спросил: "Почему ты только что сказал это той беременной женщине?"
Си Хуайси слегка нахмурился, слегка опустил глаза и спросил: "Что?"
Увидев, что он не признается в этом, Пэй Чжаочжоу прямо сказал: "Ты тот, кто убеждал беременную женщину отказаться от будущего ребенка!"
Си Хуайси поджал нижнюю губу: "Разве так не должно быть? Зачем жертвовать собой, чтобы спасти нерожденную жизнь, даже если это твой собственный ребенок?"
Пэй Чжаочжоу смотрел безучастно, со смешанными чувствами в сердце, каким-то образом он мог думать с точки зрения беременной женщины, если бы это был он... он бы не сдался, даже если бы это было опасно...
"Так не должно быть... такова жизнь, если это твой ребенок..."
Си Хуайси: "Если бы это был мой ребенок, я бы от него отказался. Это поставило бы под угрозу жизнь моего супруга. Даже если бы мой супруг захотел его родить, я бы убедил его отказаться от него."
Пэй Чжаочжоу расстроился, думая, что его ребенка этот жестокий биологический отец тоже бросит, его сердце сжалось, глаза мгновенно покраснели, и он взволнованно сказал: "Ты! Ты не имеешь права решать за свою супругу!"
Си Хуайси подозрительно посмотрел на Пэй Чжаочжоу: "Почему ты так зол, брат Пэй? Речь ведь не о тебе."
Пей Чжаочжоу задохнулся: "Я! Не злюсь!"
Си Хуайси внезапно сменил тему и искренне сказал: "Брат Пей считает меня жестоким? Если я ребенок, выживший благодаря жертве моих родителей, то я желаю, чтобы я не родился! Из-за меня никто не умрет!"
Пэй Чжаочжоу застыл, увидев, что Си Хуайси внезапно криво улыбнулся, в его голубых глазах была глубокая печаль, он сказал: "Брат Пей, ты понимаешь, я не то чтобы хочу быть жестоким, но дети, пережившие такое одиночество и чувство вины, не будут счастливы."
Пэй Чжаочжоу был расстроен, но не хотел сдаваться, даже если врач сказал, что это будет опасно, нет полной уверенности, что он умрёт.
Тон Пэй Чжаочжоу был неизбежно немного нетерпеливым, и он сказал Си Хуайси: "Это не обязательно может быть опасно, может быть ..."
"Возможно," — взгляд Си Хуайси заострился, — "если это произойдет, как бы сильно я ни хотел ребенка, я никогда не позволю ему поставить под угрозу жизнь моего супруга."
Пэй Чжаочжоу возразил: "Но ведь это тоже жизнь!"
В глазах Си Хуайси мелькнула тень холода: "Нерожденный ребенок — это не жизнь в полном смысле этого слова, как он может сравниться с человеком, который действительно его вынашивает."
Пэй Чжаочжоу посмотрел на Си Хуайси, который внезапно стал незнакомым для него, и почувствовал холодок в сердце.
Он не мог изменить упрямое мышление Си Хуайси. Если бы он узнал, что беременность этим ребенком будет угрожать его жизни, Си Хуайси безжалостно убедил бы его отказаться от ребенка.
Но... как это сделать.
Взгляд Пэй Чжаочжоу был тверд, он скорее порвет отчет об осмотре, чем скажет Си Хуайси, что беременен.
Но доктор сказал ему наладить близость с Си Хуайси, одного его феромона было недостаточно для обеспечения потребностей развития плода, поэтому его должен был обеспечить другой кровный отец плода, то есть Си Хуайси.
Взгляд Пэй Чжаочжоу были запутанными и сложными, но Си Хуайси заметил, что настроение Пэй Чжаочжоу было не в порядке, и тихо спросил: "Брат Пэй, что сказал доктор? Тебе нужно какое-нибудь лекарство? Я пойду за ним с тобою, и покажи мне результат осмотра."
Услышав об этом, Пэй Чжаочжоу внезапно проснулся и сказал с холодным лицом: "Со мною всё нормально, это просто хроническая желудочно-кишечная проблема, просто нужно подольше отдохнуть."
Си Хуайси задумался: "Только что ты хотел сказать мне что-то очень важное, что именно?"
Пэй Чжаочжоу опустил глаза и на мгновение задумался, а затем сказал: "О, вот почему, я хочу пойти к тебе домой, чтобы отдохнуть, ты не против?"
Взгляд Си Хуайси был немного ошарашенным: "Эй, брат Пэй, почему так внезапно?"
Пей Чжаочжоу: "Ничего страшного, просто мне холодно, когда я возвращаюсь домой. Я хочу найти кого-то, кого хорошо знаю. Я чувствую себя немного неловко, когда болею."
После того, как Си Хуайси услышал об этом, он посмотрел на брата Пэй, который всегда был сильным и решительным из-за болезни, как дикий котенок, убирающий когти, его янтарно-золотые глаза были влажными, показывая следы хрупкости после болезни.
Сердце Си Хуайси было тронуто, он почувствовал, как его сердце набухло, и его охватила волна бесконечной любви и жалости, и он изо всех сил хотел бы передать Пэй Чжаочжоу через свои объятия, что позаботится о нем.
С легким движением пальцев глаза Си Хуайси стали немного спокойными, и он пристально посмотрел на Пэй Чжаочжоу с оттенком мягкого света в глазах и с ухмылкой сказал: "Хорошо, брат Пей, пошли ко мне домой."
Услышав утвердительный ответ Си Хуайси, Пэй Чжаочжоу почувствовал облегчение, но через некоторое время снова почувствовал себя виноватым, и его глаза замерцали.
—— На самом деле он не обманывал Си Хуайси, но он хотел сблизиться с ним, желательно в одной комнате, спать на одной кровати, вдыхать его запах, разве он один виноват в том, что случилось? Он был беременным ребенком Си Хуайси , так что этот жестокий отец должен быть привлечен к ответственности!
Си Хуайси ведь сказал, что в случае беременности он возьмёт на себя ответственность! Теперь... Теперь он просто убивает двух зайцев одним выстрелом, он может приблизиться к Си Хуайси и позволить ему позаботиться о ребенке.
Настроение Пэй Чжаочжоу менялось по пути, и его брови были нахмурены в замешательстве.
Действительно проследовав за Си Хуайси до дверей его дома, Пэй Чжаочжоу поджал губы и вдруг робко сказал: "Может, мне всё-таки не стоит тебя беспокоить."
Си Хуайси смотрел и улыбался, как теплое солнце: "Брат Пей, не бойся, я ничего тебе не сделаю."
Затем он крепко взял Пэй Чжаочжоу за руку и вошел в дверь.
Пэй Чжаочжоу: "..."
——Значит, это не его вина.
Он дал Си Хуайси шанс, так как он вошел в эту дверь, чего теперь ему следует опасаться, так это того, что Си Хуайси ничего с ним не сделает.
