Просто отдохни

Алфедов никогда не был особенно эмоциональным. По большей части, он испытывал лишь безразличие. Изредка чувствуя нотки радости за своих друзей. Вся его вежливость, миролюбивость наигранны. Он подобно монстру скрывается средь обычных людей, из раза в раз надеясь, что того не вычислят. Только потому что так надо. Потому что невозможно быть иным. Снеговик давно смирился с его проклятием. Видя искренние эмоции существ вокруг, он только наблюдал, а позже, старался им подражать. Однако, еще ни разу у него не получилось познать то откровенное удивление или отчаяние. Тем не менее, хоть снежный и не мог толком ничего чувствовать, его можно было назвать хорошим эмпатом. Он без труда мог понять, что чувствует человек перед ним. Без особой сложности мог уловить, что тот взволнован по слегка дёргающемуся мизинцу или хвосту. Да, он давно заметил не совсем стандартное поведение Джаста рядом с ним. Его временами запинающаяся речь. Иное отношение. С ним он более чуткий и нежный, больше, чем черт бы хотел. Хотя снег не мог понять, что именно не так. В любом случае, это не его дело, что же так тревожит черта. Только вот, мистер Алфедов и сам не заметил, что в компании демона его поведение тоже становится нестандартным. Рядом с ним он не задумывается, какую эмоцию стоит применить. Что сказать и какие жесты задействовать. Снежный не был глупым, и поэтому быстро понял, что это было нечто большим, чем обычное, приятное времяпрепровождение. Только не знание не давало возможности хоть как-то проявлять любовь. Информация на подобные темы довольно размыта, из-за этого снег не имел представления, как ведут себя влюбленные. Он продолжал с ним общаться, все больше дивясь своей открытости рядом с чертом. А смущение и растерянность Джаста все нарастали. Некоторые майншилдовцы из близкого окружения тоже стали замечать необычное поведение некогда сурового и жестокого демона. Не лишаясь возможности время от времени пустить язвительные шутки в его сторону. От чего рогатый стал более нервным, но предпочитал и дальше игнорировать очевидные вещи. Однако, в скором времени ему пришлось серьезно обдумать причину насмешек. Очень серьезно. И как бы не хотелось, сделать выводы. — Я тут это.. — неуверенно начал Джаст. Он позвал снеговика для важного по его словам разговора. Не трудно догадаться, чего такого "важного" хочет обсудить черт. Они стояли на отшибе спавна, вечером. Это было не столь далеко от их баз. Снеговик даже оценил место, маловероятно, что здесь их кто-нибудь вообще потревожит. Демон старался держать руки по швам, но они то и дело старались спрятаться за спиной. Глаза его метались из стороны в сторону, старательно обходя белую фигуру перед ним. Собираясь с мыслями бес делал медленные, глубокие вдохи, в попытках успокоиться. Алфедов же чувствовал странную боль и покалывание в животе, будто его сейчас стошнит. Это было так необычно и по своему приятно. Будто сейчас происходит не признание в любви, а конец света. Он читал о подобных симптомах, так что смело предположил, что это — волнение. По телу прошел табун мурашек. Глаза мягко расслабились, выражая наслаждение. Как же было приятно что-либо ощущать, от чего Джаст становился все более желанным. Черт же в свою очередь бормотал какие-то слепки слов себе под нос, смущенно приклеив взгляд в асфальт, не решаясь поднять глаз. Его пальцы перемешались между собой, временами дергаясь. А Альфедов продолжал наслаждаться новыми ощущениями. Параллельно обдумывая, стоит ли ему взять инициативу. Но хотелось побольше насладиться необычным чувством. Поэтому снег решил повременить с этим. Слегка раскачиваясь, ведь ноги стали затекать и колоть. Демон продолжал глотать слова, пока его хвост бешено хлестал того по ногам. Пока шлепки эхом отдавались в ушах. Мешая сосредоточиться. — Мне нравится проводить с тобой время, в отличии от других. Рядом с тобой я чувствую себя счастливее.. — сердце снеговика стало биться быстрее. Господи, как же это ахуено! Во много раз лучше оргазма. Бес продолжал глядеть вниз, колотя руки друг об друга. — Дьявол.. Джаст снова стал запинаться, слегка сгибаясь, от желания провалиться под землю. У него появилась небольшая отдышка, в груди все сжималось. С небольшим вздохом, снежный понимает, что пора все брать в свои руки. Тот медленно подходит к ничего не подозвавшему черту и кончиками пальцев дотрагивается до его плеч. От неожиданности рогатый выпрямляется, слегка подрагивая. Смотря своими стеклянными глазами прямо в очи рогатого, он прошептал: — я тоже тебя люблю — сердце бешено застучало, вот оно! Это пиздецкое желание близости, даже во сне он не мог представить себе подобного! Снег с безумным наслаждением наблюдал, как глаза рогатого нелепо округлились, а волосы встали дыбом. Нервно улыбнувшись, его ноги стали неровно сгибаться. Тот присел на корточки, закрыв лицо руками. Временами испуская вздохи. — Дьявол.. Я не смог — он говорил это без злобы, с радостно-наигранным тоном и обидой одновременно. Снеговик лишь наблюдал, а позже присел рядом, слегка обняв. Поведение черта немного сбивало его с толку. Обычно, люди радуются когда их любовь оказывается взаимной. Но Джаст — черт. Неужели в этом все дело? — Что случилось? — приглушенно поинтересовался снег. Он производил небольшие, ритмичные движения по спине, как бы гладя его. Демон отрицательно покачал головой, монотонно вздыхая. — Я же столько готовился, но все пошло прахом.. — произнося эти слова с нервным, небольшим смешком. Чувствуя, насколько он жалок. Джаст сжался, изредка делая тяжелые вдохи, глотая воздух. Волнение Алфедова же продолжало пульсировать в глубине живота. Он встал, хватая черта за руки, тем самым побуждая сделать тоже самое. А после обнял, продолжая гладить по спине. Не столь уверенно, но демон ответил взаимностью на его объятия, стараясь не сильно сжимать снеговика. Они молчали, ведь Джаст не знал что сказать, а Альфедов понимал, что слова не нужны. Жаль, что этой идиллии суждено закончится. Но она может продолжаться до тех пор, пока беспокойные бабочки внутри живота не угаснут. Хоть они и были похожи на героев черно-белого кино. Однако, их жизнь заиграла совершенно новыми, яркими красками. Черт каждый раз горел в смущении, а снеговик с упоением за этим наблюдал. Ему нравилось смотреть за реакцией его тела на холодные прикосновения. Нравилось рассматривать, как уголки губ нервно поднимаются в улыбку. Видеть, как его хвост-кисточка довольно резвится. Подобные ситуации доставляли ему бесконечное удовольствие. Только вот. Совсем недавно он нашел для себя новое развлечение - трогать черта. А если точнее - прикасаться к его чувствительным местам. Попросту однажды он дотронулся до его рогов, после чего последовал странный, скомканный звук, и резкое напряжение. Снеговик никогда раньше не видел подобного и даже не читал о таком в книгах. Поэтому подобная реакция разогрела в нем дикий интерес. Конечно, только с согласием его партнера. Альфедов не был моральным уродом, он как никто другой понимал правила приличия и личного пространства. К его счастью Джаст не был против, он лишь неловко помялся, поджав губы. Сказал, что до этого он не позволял кому-либо прикасаться к ним, поэтому для него это тоже нестандартный опыт. — Какого это? — Что? — переспросил Джаст. Они сидели у него в гостях и смотрели фильм. За окном была глубокая, студеная ночь. А единственным освещением в комнате был телевизор, что стоял на комоде. — Целоваться. Хвост черта скромно задергался, а он сам поджал губы. Снеговик же как ни чем не бывало смотрел в экран, а после медленно перевел взгляд на демона. — По-своему приятно. — все таки ответил рогатый парень. Неловко уводя взгляд в сторону. И как бы задумываясь, почесывал пальцем подбородок. Снег воодушевился, снова это покалывание в ребрах. — Хочу попробовать. — Ты никогда этого не делал? Снеговик отрицательно покачал головой. Похоже, ему еще не приходилось кого-то любить до такой степени. Джаст слегка помедлил, а позже стремительно стал сокращать расстояние. Рогатый наклоняется ближе, аккуратно прикасаясь к чужим губам. Он завладевает процессом, целует его нежно и медленно. На что Алфедов лишь покорно поддается. Спустя секунды демон отдаляется, он не уверен, как долго стоит продолжать. Снеговик молчит, обдумывая события последних 2-ух минут. — Это волнительно, но интересно — делает умозаключение снег. Джаст же невольно смеется, приобнимая снежного. — Ты странный — снег сжался. Кинув косой взгляд на смирного демона. Но тут же расслабился, слегка углубившись в размышления. Что это было? Стараясь применить все свои знания на практике, снежный зависает, смотря в одну точку. Его отвлекает крик в экране, и довольный смех беса. Похоже он снова пропустил очередную шутку. Между потоков мыслей Алфедов переключил своё внимание на кончик хвоста. Тот ритмичными движениями бился из угла в угол. Иногда создавая посторонний шум И когда выдалась возможность, он невольно потянулся к нему, пытаясь схватить. На что сразу же последовала реакция. Кончик резко дернулся и отпрянул, заставляя хозяина встать в ступор. Черт быстро отвернулся сторону снежного. В его глазах так и читалось: «Какого хуя?» Снеговик понял, что-то не так. И лучше сразу умять конфликт. — Извини, — банально, но действенно. Джаст успокоился и кое-как расслабился. — Ничего.. Прошу, больше никогда его не трогай — без злобы, без обиды. Но максимально серьезно он сказал это, медленно облокачиваясь на спинку дивана. Это лишь больше разогрело интерес снежного, но он уважал чужое, личное пространство. Так что ему пришлось лишь с жадностью наблюдать, как хвост периодически дергался из стороны в сторону. Дразня снеговика. Ощущалось нечто странное. Дни утекали подобно воде. Снеговик испытывал все новые эмоции от озадачености до злости. И честно говоря, этому удивлялся больше Джаст, чем он. Никогда раньше бес не видел подобного поведения от снеговика. И честно говоря, ему очень даже льстит, что вещи такого рода происходят благодаря ему. Ещё больше ему нравилось болтать с Алфедовым на обыкновенные темы для него, но совершенно причудливые для другого. Снежный мог спрашивать о любых, интересующих его вещах, которые он не мог обсудить с кем-либо другим. Черт с радостью же ему отвечал. Иногда удивляясь и смеясь, что тот не знал о подобном. Однако, он заметил как снег прожигает его взглядом, пока наблюдает за его виляющим отростком. Снеговик на редкость оказался любопытным. Только это до ужаса смущало рогатого, похожего с ним еще не случалось. — Хей, почему ты так пристально наблюдал за моим хвостом? — это был спонтанный вопрос. Они сейчас работали над одним из проектов. Джаст чертил чертеж, а снеговик неподалеку разбирал шалкера. Так что якобы от скуки он решил начать беседу. И заодно разъяснить ситуацию. Снег повернул голову в его сторону, не прекращая работать. А после пары секунд непринужденно ответил: — Ты просил меня его не трогать. — Да но.. — черт понял, что снежный ничего плохого не делал. Понимая, как с̶т̶р̶а̶н̶н̶о̶ тот выглядит, бес замялся, пытаясь перевести тему. — Тебя это смущает. Почему? Демон продолжал запинаться, не зная, что ответить. Сжимая карандаш, его хвост снова начинает провоцировать снеговика. Беловолосый о подобном тоже читал. Зачастую людям трудно сказать, что не так. Многие предпочитают молчать, если им что-то не нравиться. Дабы не засмеяли или не обвинили в чем-либо. Чаще всего это касается личных чувств и переживаний. Быстро вспоминая заголовки очередной, прочитаной им книжки, снежный решает начать с нападения. — Тебе больно, когда его трогают? — черт лишь вздохнул, понимая, что не придется ещё пол века подбирать слова. Сдавливая карандаш ещё сильнее, тот выдохнул через нос. — Нет, просто.. появляется такое чувство как бы.. — он снова смутился, не желая продолжать. — Возбуждение? — закончил за него снеговик. В источнике говорилось делать любые предположения, пусть и самые бредовые. Ведь человек всеми силами попытается их опровергнуть, сказав в итоге правду. Джаст позорно молчал, надеясь провалиться под землю. — Блять, Алфедов.. — бормотал себе под нос демон. Закрыв лицо рукой. Его отросток стал бить того по ноге, что заводило снеговика. Белобрысый оставил шалкера, подходя к столу. — Прости — он чмокнул того в щеку. И быстро перевёл тему в другое, менее смущающее русло. Убирая со стола раздробленный карандаш. Небо было густо зашито пышными, серыми облаками, обещая явно не самую хорошую погоду. Идя по бесконечному полю, снеговик наблюдал, как колышется свежая трава и изредка небольшие бутоны цветов. Вся местность медленно обретала серые оттенки. Он искал одного чертëнка, тот написал, что его не будет какое-то время. Снег видел, что бес находился в замешательстве в последнее время. Но его попытки это обговорить не увенчались успехом. Он так же читал, что не стоит оставлять своего партнера в подавленном состоянии надолго. Ибо это может сказаться на ваших отношениях не в самую лучшую сторону, если не на нем самом. Демон иногда приводил его в это место. И всякий раз говорил, как ему здесь нравится. Ведь нет ни души, здесь он чувствовал себя в безопасности. И снеговичок разделял его чувства. В подобной обстановке его тело сразу же раслаблялось, а разум обретал безмятежный вид. Вдалеке он заметил до боли знакомый силуэт. Подойдя ближе, он увидел пожухлого Джаста, что сидел на мягкой, густой траве. Алфедов лишь расположился рядом, устремив свой взгляд в даль, прямо на горизонт. Тишина виснет дохлой мышью в холодильнике. Эту атмосферу разбавляет беспокойный ветер, создавая посторонний шум на фоне. А облака же продолжали сгущаться, намекая на скорый дождь. — Я стал мягче? Снеговик понял, тот был расстроен, или скорее разочарован? Беловолосый читал, что в подобных ситуациях лучше соврать, дабы приободрить друга. — Нет, ты такой, каковым был и до этого. Над ними повисло молчание, от чего шелест травы где-то сзади стал казаться ещё громче. — Мне сказали, что я стал мягче в последнее время — произнося это с небольшим вздохом и унынием в голосе, он поник. Опуская голову все ниже. — Разве это плохо? Джаст неуверенно сжался, сгорбившись еще сильнее. Ветер онизывал его волосы, сдувая ненужные мысли, от чего обдумать ответ было хоть немного, но легче. Алфедов же внимательно изучал его поведение. К его сожалению, он снова стал обдумывать свои последующие действия. Как поступить, что сказать? Но неожиданно для себя, решил все пустить на самотек. Попытаться говорить и делать первое, что в голову взбредет. — Ты боишься? — снежинка отвернулась в сторону, дабы не смущать рогатого. Тот в свою очередь еще сильнее съежился, уводя зрачки в сторону. — Ты боишься дать слабину. — это были мысли в слух. Снеговик не думал о возможных последствиях. Подобно настоящим людям. Но все же тот старался анализировать, делать выводы из своих наблюдений, знаний. И если подобная атмосфера доставляла ему спокойствие. В некоторых частях даже наслаждение. То черт был крайне напряжен. Он поджал ноги, обнимая их. А его хвост нервно вздрагивал подобно маятнику. Прячась в траве, и сливаясь с иным шумом. — Тебе страшно быть отвергнутым? Демон дергается с места, отодвигаясь от снеговика. Он смотрит на него глазами полными ужаса, страха и непонимания.

Почему

Природа резко затихла. От чего мир кажется ещё более пустым и бессмысленым чем до этого. Снеговик напрягся, слегка зажмурившись. Ему показалось, что далее должен последовать удар. Обычно так и происходило. Но похоже не в этот раз. И слава Неадаптеру. — Джаст, — говоря это с небывалой для себя нежностью, он подбирается ближе, крепко обнимая парня. Тот нервно дышит, следя за каждым движением со стороны Алфедова. Снег же смотрит в даль, продолжая свой монолог — Это нормально, страх - неотъемлемая часть человека. Не бывает бесстрашных людей — тот бросает кривой взгляд на хвост — или демонов. Черт вздыхает, закрывая лицо руками. Почему он слышит это? Почему снова дал слабину? Как тогда.. Снеговик продолжает гладить того по спине, постепенно поднимаясь, доходя до волос. Он трепает их, стараясь приободрить. Снежный ничего не чувствовал. Все же он надеялся, что разделит переживания своего партнера. О подобном много где пишут, рассказывают. Говорят, что это ощущение отличается от обычной скорби, нет, это нечто иное. Жаль, что ему не подвернулся шанс опробовать подобное на практике. Все его поступки – лишь имитация действий прочтенных из источников или наблюдавшиеся им на яву. Он снова обманывает. Из раза в раз. — Рядом со мной тебе не нужно быть сильным — продолжал свою песню бледный парень. Он знал где нужно надавить. Рогатый слегка подрагивает. Пока снеговик продолжает его ощупывать. Он хочет найти чувствительную точку, как же эгоистично с его стороны. Как смешаются два противоположных ощущения? Или они будут противостоять друг другу? Наконец, он находит на шее заветное местечко. От чего демон невольно, лестно выгибается. На секунду забывая о своих переживаниях. Прохладный ветер на мгновение стал сильнее, в виду чего по телу черного парнишки прошлись мурашки. — Алфедов ты.. — он не успевает договорить. Снежный берет инициативу и затаскивает демона во влажный поцелуй, не давая бесу взять верх. Он старается делать это нежно, лишь изредка покусывая рогатого за нижнюю губу. Снег так же резко отстраняется, и секунду спустя оказывается на земле. Ничего. Он ничего не чувствует. Еще никогда ему не было так одиноко, хотелось снова пережить то покалывание в груди. Снова ощутить хоть что-нибудь. Вместо этого он стал осязать только сожаление и опустошенность. Должно быть это — грусть. Люди ее испытывают, когда находятся подавленом состоянии. Неужели, ему плохо?.. Дни стали все более пустыми, и даже присутствие Джаста не сильно их окрашивали. По началу снеговик предпочитал этого не замечать, он всегда был таким, так что ничего необычного не происходило. Время как будто откатили назад. Первым забил тревогу черт. Он уже понимал, как распознавать фальшивость снега. И поэтому беспокоился за него. И за его эмоциональное состояние. — Алфедов, ты в порядке? — в очередной раз спрашивает демон. Снежный не в праве его винить, но подобные вопросы стали знатно надоедать. — Со мной все хорошо — стандартным тоном отвечает снег. Рогатый лишь огорчено мигает и подходит ближе. — Ты выглядишь грустнее обычного, — продолжает свою песню угольный демон. Снеговик же на секунду, задумывается. Стоит ли прислушаться к бесчисленным беспокойствам демона? Неужели ему действительно грустно? Но от чего? Помолчав на мгновение дольше, он продолжил заниматься рутиной работой. — Я всегда так выгляжу, Джаст. — Рогатый снова замешкался. Пока снежный продолжал мучаться над проектом. — Ты выглядишь иначе, — снег невольно сжался, нервозно стараясь продолжить работу. Он слегка вздохнул. Перекрывая глаза. — Я не понимаю, почему ты так беспокоишься. — он снова оставил все дела, желая разъяснить все здесь и сейчас. Демон же слегка помялся, думая, как опустить детали. Но пристальный взор снеговика сбивал его с толку. Прогоняет лишние, ненужные мысли и идеи. — Да, прости. Думаю я зря тревожусь.. — он так и не решился. Произнося те слова тихо и стыдливо он отворачивается. Уходя как можно быстрее, бес оставляет снежного наедине с монотонной работой. Было досадно снова ничего не чувствовать. Однако к пустоте добавился загадочный груз. Снежок стал все больше отстраняться от демона. Что последнего не радовало. Но бес все не решался завести разговор об этом. Да и поведению снеговика легко можно было найти оправдание. Тот был все время занят за проектами, планами, постройками. Последние дни были довольно бурными, от чего работы накопилось немало. В груди было тяжело, подобное не сравнится с буквами в книжке. Говорят, что это камень на душе. От чего поведение Алфедова стало ещё сильнее отличаться. Он стал отвечать сухо, даже без той обыденной фальшивости. Его стандартная улыбка стала нервной и неровной. Он все чаще стал летать в облаках, не слушая собеседника. Как бы ни было страшно. Но Джаст решился взять все в свои руки. Он зашел к нему вечером. Надеясь, увидеть того отдыхающим на кухне или в спальне. Но застать снеговика пришлось на рабочем месте, тот снова делал перерасчеты, планы построек, на стене висело куча пометок с чертежом одного из проектов. Вид у него был слегка взлохмаченый. Тот не успевал вздремнуть, но спокойно мог следить за гигиеной. На белоснежной коже под глазами виднелись два тёмных синяка. Тот сидел в кромешной тишине, делая заметки. Наконец он обратил внимание на посторонний шум. Вопросительно посмотрев на нежданного гостя, тот ждал ответа. Но демон внушил себе, что у него полное право беспокоиться, так или иначе они состоят в отношениях. — Ты снова не спал? Снеговик надменно прикрыл глаза. Не желая снова слышать пререкания рогатого. — Я в порядке — продолжал упрямиться снег. Стараясь говорить это медленно и успокаивающе. — Нет. У тебя достаточно времени. Но ты почему то работаешь 24/7. Своим безмолвием снежный напоминал куклу. Возможно он сам того не понимая, бежал от проблемы. — С тобой что-то странное — Пролепетал черт, размышляя вслух. На последних словах, снег неестественно дернулся, отодвигаясь назад. В ногах закололо, от чего он не смог встать. Держась руками за стол, он почувствовал, как его сердце ускорило темп. От этого ещё сильнее сгорбившись.

Что это?

Демон стоял напротив, не очень понимая, что происходит. Сделав пару шагов вперёд, тот попытался разузнать, что не так. — Ты..? — неуверенно начал он. — Не говори так.. — прошептал снег, все больше сгибаясь в гармошку. — Я нормальный.. — одной рукой он держался за стол, дабы не свалиться, а другой схватился за голову, взъерошивая волосы. — Я.. Нормальный.. — продолжал шептать он. Сжав руки сильней. Пока черт с лёгким испугом наблюдал за его самовнушением. Демон не сильно понимал, в чем дело. Но пришло время взять себя в руки. Или точнее его. Рогатый схватил снеговика за плечи. Опускаясь на его уровень. Тот дернулся в попытках убежать, но из хватки Джаста не так просто вырваться. Прерывисто, но так же спокойно дыша, он приклеил затуманенный взор в зрачки черта, проникая глубоко в душу. Тот в свою очередь крепко прижал снеговика, стараясь имитировать его умиротворенные, поглаживающие движения по спине. Снежный не спешил ответить на его объятия. Похоже он опять задумался. Ведь снег молчал, уставившись в одну точку. Похоже его главный козырь сработал и против него. — Я.. Странный? — внезапно спросил снег. Рогатый слегка отстранился, дабы видеть его лицо. — Нет. — Ты врешь. — Нет, я не считаю тебя странным. — с небольшим, умилительным вздохом спешит успокоить того бес. Снеговик ещё пару секунд пристально смотрит ему в лицо, стараясь что-то понять по мимике. Его лицо частично стало расслабляться, глаза закрываться. В груди снова начало тяжелеть. И дабы спрятаться о всей это ерунды. Снежок утыкается головой в грудь джаста, смотря в пол. — Что случилось? Джаст снова начинает гладить того по спине, ведь по сей видимости это очень даже помогает. Сделав слишком глубокий вдох, у снеговика начинается одышка. Резко и странно сводит скулы, начинают болеть глаза. А мгновение спустя там появляется солёная жидкость. Которая с морганием начинает падать под ноги. Снеговик резко дергается, выпрямляется, стараясь убрать странную воду с лица. Но слезы все продолжают течь, а снеговик всхлипывать. Две теплые ладони перехватывают его тощие кисти. Кое-как сдерживая порывы своеобразных эмоций. Он поднимает взор, видя весьма спокойного демона. Черт снова обнимает Алфедова. И на этот раз тот отвечает ему взаимностью. Молчание душило обоих. Алфедов действительно не понимал, что ему делать. Легко наблюдать и анализировать со стороны. Но самому идти на поводу у эмоций ему ещё не доводилось. — Все же было так хорошо.. — тише ветра стал шептать снег. Слегка подрагивая. — Почему я снова не ощущаю тех чувств?..— голос его звучал бесстрастно, с нотками усталости. Рассматривая пол, его взор зацепил давно знакомый ему хвост, что слегка ежился. Руки невольно хотели было потянутся за ним, но сразу же расслабились.

Как досадно

— Ты просто устал, — от этих слов весь мир резко упал.

Я способен на такое?

Снег стал бормотать себе под нос, похоже снова занудные термины из книг. — Знаешь, это не столь важно. Просто отдохни. Он подхватил снеговика. Что неуклюже стал болтаться в его руках. Алфедов чувствовал себя беззащитным. Было странно и неприятно не чувствовать тухлой земли под ногами. Из-за чего он нелепо ухватился за беса. — Мне это не сильно нравится. — Расслабься. Кое-как снег попробовал следовать его совету, но выходило по своему нелепо. Только.. Была такая лёгкость, будто все трудности ушли. От чего невольно клонит в сон. Но снеговик не мог позволить себе заснуть сейчас. Минуту спустя они оказались в спальне. Черт поставил того на пол возле кровати. — Тебе нужна ещё помощь? — Ты сделал более чем, — мягко ответил тот. Его голос снова был кривым, обеспокоенным и неестественным. Снеговик слегка заметался. Ноги уже расслабись, от чего не хотели держать хозяина. И тот был вынужден сесть на мягкую постель. Поэтому Джаст стоящий рядом казался выше и страшнее. — Убьешь меня? Черт скорчил недовольно-потерянную мину. И мгновение спустя присел рядом. — И от куда у тебя такие мысли? Вопрос не жаждущий ответа. Будто тот обратился к самой вселенной, ища знак. Секунды молчания стали перерастать в минуты, если не часы. Демон зевнул, и грохнулся на кровать, его ноги продолжали свисать. А под голову он запихнул обе ладони. — Не хочешь лечь спать? Снеговик отрицательно помотал головой. Черт еле слышно, крихтя поднялся обратно, — Я точно знаю, что ты работаешь как минимум двое суток без сна. Утвердительно забормотал рогатый. — Джаст, я снеговик, так что.. — Нет, — оборвал того на полуслове демон. — Всем нужно отдыхать. Я знаю твой режим, мистер Алфедов. После этого держать счастливую маску стало ещё тяжелее. Он согнулся, закрыв лицо руками, наконец, позволив себе расслабиться. Глаза стали болеть ещё сильнее. Так не хотелось ощущать подобный ужас. Было желание снова сбежать. Только намного дальше, туда где его не найдут. Спустя ещё тонны переговоров, Джаст все же уламывает снеговика пойти спать. Так же он настоял, что останется удостовериться, что тот уснет. Честно говоря, у снеговика не было сил даже на споры, будто бы чертик мигом забрал всю его энергию. Следуя своему хитрому плану. Алфедов солдатиком лежит в кровати, складывая руки на животе. Почему-то у него нет чувства удовлетворенности. И это мешало ему заснуть. От чего Алфедов ведёт бессмысленные разговоры с демоном. Они говорили о последних событиях, о мечтах, о планах. И как-то их беседа уплыла в совершенно другое русло. Речь зашла о дверях, замках, и как их вскрывать. Джаст рассказывал о недавнем происшествии, в котором его ради шутки закрыли в комнате из обсидиана. Но бес тут же дополнил, что безо всякого труда смог открыть дверь без ключа под рукой. И слегка посмеиваясь он добавил: — Мне в детстве часто приходилось замки вскрывать. — как бы хвалясь выдал черт. — Почему? Демон уже было хотел ответить. Но резко замер с открытым ртом. Его лицо помрачнело, тот стиснул зубы. Помолчав мгновение и отдышавшись бес поджал губы. — Ну, меня часто в кладовке запирали — с небольшим смешком все же ответил рогатый — приходилось выкручиваться. — Ты делал что-то плохое? Рогач нахмурил брови. Сжимая зубы ещё сильнее. Он сжал рукой стул, стараясь сдерживаться, дабы его не сломать. — Нет, просто им видите ли не нравилось, что я отличаюсь. Недовольно пролепетал Джаст, уводя взгляд в сторону. Кладя руки крестом, он бьется хвостом об ножку стула. Выражая явное недовольство и злость. Слыша шуршание перед собой уголек застаёт вставшего снеговика, что направляется к нему. Снег бархатно кладёт руки на плечи рогатого, утягивая того в мягкий поцелуй. Он был довольно вялым, так что черт быстро перехватил процесс, доминируя. Воздух стал заканчиваться. И снег был вынужден отстраниться. — Сейчас ты бы им все кости пересчитал, — пыхтя, пытается приободрить снег. — Все в порядке, иди спать. — Только с тобой — наконец, он понял в чем дело. Одиночество давно поглощало его, он не хочет снова ощущать то безразличие. Снежный стал зависим от Джаста. Теперь уж точно. — У меня одежда грязная. — Сними её. Слегка посмеиваясь с невозмутимости алфедова. Черт встает, снова подхватывая снежинку на руки. Укладывая спать. — Спи давай. Бес чмокнул бледного парнишу в лоб. Забирая все его лишние мысли, мешающие спокойно существовать. Теперь у него в голове лишь пустота. Такая мягкая и спокойная. Веки тяжелеют, дыхание выравнивается. Наконец проваливаясь в пушистые узы сна. Он может отдохнуть.