И шрамы исчезают

Дима идёт по лесу. Темно, холодно, и в целом ужасно. На нём лишь тонкая чёрная кофта, которая совсем не греет промёрзшее тело. Пальцы трясутся, зубы стучат, а со спины не сползают мурашки. По затылку бьёт противный холодок. Матвеев греет свои ладони дыханием, но это не помогает хотя бы чуть-чуть согреться. Начинается дождь. «Только этого ещё не хватало», — думает парень. Провести ритуал не получается. Огонь потухает, как бы Дима не пытался его защитить руками от влаги. Хотя он даже сел под большое дерево, скрывающее его от дождя. Ветер нещадно бьёт по щекам, хилому телу, чуть ли не сдвигая с места. Ещё совсем немного побольше силы, и чернокнижник упадёт назад. Этого даже хотелось, просто опрокинуться, ударяясь затылком о ствол дерева, теряя сознание. Так станет проще. Дима сильно прикусывает губы, до крови, вытирает её пальцем, слизывает языком. Желудок сводит от боли. Хочется есть. В помутневшем сознании раздаётся отчётливое: «беги». Перед глазами мелькает тёмный силуэт, протягивающий цепкие руки к парню. Дима подрывается с места, оставляет вещи, начинает бежать сквозь листья, кусты и деревья. Под ногами как будто вырастают корни, замедляя движение, постоянно заставляя спотыкаться и падать. Джинсы на коленках разорвались. Коленки зудят, кажется, на них появилась кровь. Дыхание распирает от нехватки воздуха, чернокнижник несётся с открытым ртом, каждую секунду думая, что сейчас упадёт и больше не встанет. Лёгкие расширяются, пытаются захватить побольше кислорода, но ничего не получается. В голове противно пульсирует, она буквально раскалывается при каждом быстром шаге. Ноги подкашиваются. Дима падает на землю, утыкаясь лицом в склизкую грязь. Нос начинает сильно болеть. Из комнаты раздаётся странный звук. — Чё это? — спрашивает демон, сидя за столом. Пока они успели только мельком оглядеть квартиру, решив остаться на кухне — самой отдалённой комнате. — А я почём знаю? Коридор донёс до ушей бесов очередной стон. — Бля, ну чё это? — Да не знаю я, — махнул рукой инкуб, — слетай, посмотри. Если вдруг Димка так дрочет громко, позови меня. Демон фыркнул, но всё же отправился к парню в комнату. Уже через секунду до инкуба дошло: — Ебать, ты только глянь на него! Рогатый тотчас оказался рядом, вглядываясь в чернокнижника. — Нихуя, как он метается по кровати! — инкуб сразу нашёл подпитку для себя в виде дикого страха парня. — Вот что значит «в тихом омуте черти водятся». Казался таким милым мальчишкой-обаяшкой, а на деле… Дима сильно вспотел, в темноте даже было видно нездоровый блеск лба. Его трясло, сквозь плотно сжатые губы слышался скулёж. Очевидно, парень ещё находился где-то в другой, устрашающей реальности. Простыни были вывернуты на кровати, одеяло валялось на полу. Да и подушка находилась на середине постели, никак не под головой Матвеева. — Разбудим? — Сам подскочет. Чернокнижник хрипел, схватившись за горло, будто его кто-то душит. На щеках появились дорожки от слёз. Парень не понимал, что душит самого себя. В комнате повисла давящая атмосфера, от Димы исходил панический страх и ужас. Кислорода в лёгких почти что не осталось. — Да давай разбудим! А то он сейчас откинется сам. Демон хмыкнул, но резко притронулся к рукам Матвеева, отдирая их от горла. Дима ошарашенно сел на кровати, и, видя бесов, резко начал читать заговор дрожащим голосом. Он ничего не чувствовал кроме дикого холода и отдаленного страха, который остался с ним после кошмара. — Эй, эй, не кипишуй, блять, — демон выставил перед собой руки. — Забыл что ли? Ты сам нас припёр к себе. Дима смотрел перед собой непонимающим взглядом, ему было странно слышать всё это. Тем более видеть неизвестных бесов в своей комнате. Они же не могли выйти из сна? — Ты только заново, блять, не отключайся. Второй раз поднимать тебя не буду. Дима начал приходить в себя, осторожными движениями похлопывая по щекам. — Спасибо конечно за страх, было очень вкусно, — поблагодарил инкуб, отходя в сторону. Только в этот момент Матвеев вспомнил, откуда эти бесы, почему они вообще были с ним. Правда ему показалось странным, что они сидят на кровати. — Ты так и будешь молчать? Ау? Го́лоса что ль лишился? — Нормально всё, — сбивчиво прошептал чернокнижник. — Ебать, а это что? Шорты Димы были задраны вверх, открывая на вид бедро с порезами от лезвия. Раны уже чуть прижились, но всё равно было видно, что их сделали не так давно. — Не похоже, что ты так какой-то ритуал проводил. Режешься что ли ещё? Ответом послужило молчание. — Нихуя нам с тобой страдалец выпал, — красноглазый посмотрел на инкуба, сверкая зрачками. — Можешь описать весь спектр своих проблем? — Ой, иди нахуй, не до тебя сейчас, — держась за голову, пробубнил Матвеев, пытаясь сделать серьёзный вид. — А ладно, сам пойму, — демон закатил глаза, когда ему не захотели ответить. — Кошмары, физическое недомогание, порезы, судя по худому телу и холодильнику, в котором даже крысе не на что вешаться — анорексия какая-нибудь, непринятие себя. Ну и вдобавок ко всему, если смотреть на коробки с таблетками — панические атаки. Мне продолжить? — Не сто́ит, — отозвался Дима, замечая, что в комнате почему-то холодно. Затем он увидел, что одеяло валяется на полу. — Ваши проделки? — Конечно блять, — с явным сарказмом ответил инкуб, — делать нам как будто больше нечего. Только тебя по ночам раздевать. Дима поджал губы, начиная потирать шею. Почему-то она сильно горела. — Там, кстати, тебе какой-то Олег написывал. Глаза мигом приобрели хоть какой-то живой оттенок. Дима перестал дрожать. — Он тебя поёбывает что ли? — демон заметил перемены на лице парня. — Никто меня не поёбывает, — спешно ответил Матвеев. — А жизнь имеет, — хмыкнул инкуб. От такого сравнения даже Дима не смог подавить в себе смешок. Бесы переглянулись. — Класс, ему ещё и чёрный юмор нравится. — Да ну вас, — чернокнижник начал сползать с кровати, чувствуя лёгкое головокружение. Такое всегда было после сна, точнее, после кошмаров, когда Дима слишком резко просыпался. Парень подтянул шорты, которые сползали с худых ног, поправил футболку, и когда понял, что она промокла, сморщившись, стянул её, решив отнести в стирку. — Ты и постель-то перемени. А то как обоссался, — заметил демон. Матвеев выдохнул, а затем как-то неопределенно махнул рукой, мол, убирайтесь. Он всё же снял с постели мокрую простынь, наволочку, одеяло решил оставить. Всё равно оно валялось на полу. Собрав все вещи в один комок, Дима прошёл в ванную, забросив их в стиральную машину. Простирает утром. В темноте не хотелось слушать какие-то громкие звуки. Вообще чернокнижник хотел помыться, потому что мокрым и каким-то липким себя было не очень приятно чувствовать, но сначала Дима поспешил проверить телефон, точнее, сообщения на нём. Мобильник заряжался на кухне, Матвеев включил его и убедился, что бесы не врали — Олег и правда написал ему. Кстати сейчас эти двое куда-то пропали. В принципе Диме было не очень важно, где сейчас находятся демон с инкубом главное, чтобы его не доставали. Олег Шепс 23:48 Привет, ты как? Олег Шепс 23:48 Как испытание? Олег Шепс 23:49 Не сильно устал? Всё хорошо? Олег Шепс 23:49 Нам уже материалы прислали, завтра буду смотреть)

Дима Матвеев 2:44

Привет, всё норм)

Дима Матвеев 2:44

Как посмотришь, напиши, как тебе.

А то спойлер, — наши мнения разошлись

Чернокнижник чувствовал, как где-то из-за спины, в полной темноте за ним подсматривали бесы. — Да ладно уже, хватит вам прятаться, выходите. Инкуб появился на противоположном стуле, а демон встал совсем рядом, всё же держа очень маленькую дистанцию. Наверное, он питался. Ведь сейчас Дима испытывал, если можно так сказать, душевный подъем и в переносном смысле возбуждение, а это было очень лакомой пищей для дьявольщины. — Я надеялся, что ты попросишь его тебя трахнуть. — Я не гей, — поперхнулся Дима. — Пизди больше. Гей, не гей — какая хуй разница, суть в том, что он тебе нравится. Чернокнижник решил не спорить, когда понял, что это бесполезно. — Молчание — знак согласия, — смеясь, проговорил инкуб. — Чем сейчас планируешь заняться? — Вам это так интересно? — А почему бы и нет? Просто спать ты точно не планируешь. Это не в твоих позициях. — Почему? — Да потому что бля ты умираешь изнутри, — принялся объяснять демон. — Из-за всех этих твоих мозгоебств ты только хуже себе делаешь, когда закуриваешь голод и пичкаешь себя таблетками, чтобы не смыкать глаз. — Зато благодаря этим таблеткам я не вижу кошмаров, — Матвеев вздохнул. — Так, всё, я устал с вами разговаривать, уж извините. Пойду помоюсь. Только в душ уж не заходите, пожалуйста. Помылся Дима спокойно. Он решил искупаться не в душе, а принять полноценную ванну. Кстати делал он это посреди ночи далеко не в первый раз. Затем парень перебрался с мокрой головой поближе к балкону, открыл дверь, становясь, можно сказать, на улице. Лицо обдавало диким холодом, похожим на тот, что был в лесу, но только сейчас Дима чувствовал себя в безопасности. Парень выкурил две сигареты, а затем пошел выпить кофе. Хватило только на одну кружку, но этого было достаточно. Ещё несколько часов Матвеев убил за просмотром какого-то рандомного сериала, пока телефон не оповестил его о новом уведомлении.

Олег Шепс 6:53 Ты чего это не спал? :/

Дима Матвеев 6:53

Не спалось

Олег Шепс 6:54 Опять кошмар?

Дима Матвеев 6:54

Просто устал после испытания

Олег Шепс 6:54 Не ври, Дим Олег Шепс 6:54 Я переживаю за твое состояние, поэтому и спрашиваю

Дима Матвеев 6:55

Всё нормально, не волнуйся)

Я не спал просто из-за бессоницы после испытания

Олег Шепс 6:55 Я не верю тебе, Дим Дальше переписка не продолжилась.