И шрамы исчезают

Дима так и не рассказал Олегу, почему начал резаться, но как бы это по-детски не звучало, обещал больше так не делать. Шепс проконтролировал бы его, однако понимал, что это тяжело. В тот же день медиум просто забрал лезвия с собой, положив в карман. Внимательно осмотрел квартиру, пытаясь заметить что-то ещё, чем можно сделать порезы. Предметов была масса: и ножи, которые могли использоваться при проведении ритуалов, обычные кухонные, канцелярский нож, ножницы… Понятное дело, что Олег не стал бы забирать всё это. Тем не менее он прикасался к вещам, закрывал глаза, пытаясь при помощи своих сил понять, была ли на них когда-то человеческая кровь или нет. — Ты у меня и скарификаторы заберёшь? — усмехаясь, поинтересовался Дима. — Если надо, заберу, — кивнул Шепс. Олег ушёл домой, но они ещё долго стояли с Матвеевым в объятиях друг друга, когда младший не прекращал говорить о том, что всегда может выслушать, помочь, и совсем не обязательно в тяжёлую минуту брать лезвие или ещё что-то острое. Неделя протекла быстро и без каких-то потрясений. Ребята встречались каждый день, и Матвеев заметил за собой, что непозволительно близко осматривает Олега. Его лицо, глаза и губы, особенно когда они смеются. Дима чувствовал себя полностью защищённым, когда находился рядом с медиумом, он старался быть ближе к нему и на прогулках, и на съёмках под смешки бесов. Хотя, сам Олег тоже хотел быть ближе. И спокойно делал это. Другие экстрасенсы начали замечать, что парни стали очень тесно общаться. Отнеслись к этому легко, но конечно без шуток и подколов не обошлось — было больше всего от Влада. Дима пытался пропускать их мимо ушей, но по итогу эти самые уши краснели. Ребята приходили друг к другу домой, много гуляли. Шепс следил за тем, чтобы Дима начал есть. Раз в сутки парень действительно стал съедать хоть какую-то здоровую порцию пищи, правда совсем чуть-чуть, чтобы не вырвало. Вроде как, ему становилось лучше. Матвеев, наверное, был рад этому.

***

— Будь осторожен на испытании, — Саша отдал брату сумку, в которую парень сложил свои атрибуты, необходимые для работы. — Конечно, — Олег едва улыбнулся, а затем, выдохнул, собирая все свои мысли в кучу. — Послушай… Я об этом раньше не сказал, но всё же хочу попросить тебя сделать кое-что. Саша удивлённо вскинул бровь. — Можешь присмотреть за Димой, пока меня не будет? — быстро выдал медиум. — Да, я понимаю, что это звучит странно. Он же не ребенок, чтобы за ним смотреть. Но я просто волнуюсь… — Хорошо, Олеж. Я прослежу, чтобы с ним всё было нормально, — в лёгкую согласился Саша. И младший Шепс со спокойной душой уехал. Полет длился два с половиной часа, он был вечерний. Олег сел ближе к окну, рядом с ним Костя, затем Надежда. Все были немного уставшие, понимали, что нужно выспаться перед испытанием. Поэтому решили начать делать это в самолёте. Медиум достал наушники, включил плейлист на телефоне, следил через окно за тем, как они отрываются от земли. И задумался. Олег гадал, что могло привести Матвеева в то состояние, в котором он находится сейчас. Становилось понятно, что это произошло в те три года, проведённые в Китае. Но Китай же не меняет людей? Людей меняют люди: хорошие и плохие. С какими столкнулся Дима, было ясно. Олегу было очень жаль Матвеева. Ну правда, у него столько неуверенности и боязни в собственных действиях, что страшно становится. Страшно и непонятно, а на душе кошки скребут. Шепс уверен: Дима считает себя слабым. Но парень считает иначе. Олег уже не раз задумывался о том, что он бы навряд ли перенёс столько всего в своей жизни: панические атаки, кошмары, проблемы с едой, стресс… А Дима как-то живёт со всем этим, помогает окружающим. Олег очень сильно хочет помочь чернокнижнику. Хочет, чтобы он преодолел свои травмы, но Шепс стал сомневаться, что обойдётся без походов к психологам и психиатрам — разницу в них он не видел. Хотя, раз Дима постоянно пьёт специальные лекарства, значит он уже обследовался у такого специалиста. Неизвестно, к чему это привело. Олегу очень нравится Дима. Не только как друг, но и как парень. Он очень интересный человек, понимающий, добрый, несмотря на всё дерьмо в его жизни. Дима красивый до невозможности. Медиум не может перестать то и дело разглядывать его татуировки, думать, какие ещё рисунки скрываются на бледной коже под слоями одежды. Олег бы и рад сделать первый шаг, рассказать о своих чувствах, но пока медлит — не до того сейчас. Для начала ему нужно вернуть парня в нормальное человеческое состояние. А на это, скорее всего, понадобится время. Думая обо всём этом, Олег не заметил, как начал проваливаться в сон. Полуприкрытыми глазами он ещё смотрел на небо перед своим лицом, а потом всё же закрыл их окончательно, впадая на полтора часа в спокойствие.

***

А вот у Димы этого спокойствия не было. Он сидел на кухне в два часа ночи, перемешивал ложкой пустой чай: в нём не было ни сахара, ни мёда. Только сама заварка. Но Матвеев перемешивал её, лишь бы чем-то занять свои руки. Свет был приглушён, на плите стояла сковорода, на которой парень готовил сегодня в обед яичницу. Есть больше не хотелось. Он сделал глоток уже остывшего чая и посмотрел в окно. Темно. Хотя чего ещё он ждал от ночи? — Ну и чё ты грустишь? — грубовато спросил демон. Инкуб порядком заебал его за последние несколько часов, когда они вдвоём страдали какой-то хуйнёй. Даже Диму отвлекать не хотелось. Тот просто играл на гитаре. — Не грущу, а отдыхаю. — Отдыхать надо в кровати. Знаешь, людишки обычно спят в такое время, которое сейчас на часах. Не бодрствуют, — отозвался инкуб. — Я пока не хочу спать, — фыркнул Дима, встряхивая свою чёлку. Телефон загорелся от входящего сообщения. Матвеев перешёл на переписку. Олег Шепс 2:18 Мы приземлились — А ну всё ясно, — усмехнулся красноглазый.

Дима Матвеев 2:18 Хорошо, напиши, как в гостиницу приедете

Олег Шепс 2:18 Окей. Ты почему не спишь?

Дима Матвеев 2:19 Встал воды попить. А ты тут пишешь.

— А врать не хорошо, малыш, — инкуб сидел совсем рядом, всматриваясь в экран телефона. — Я не вру. Я же лежал на кровати, но захотел пить. А когда пришёл сюда, понял, что хочу чай, а не воду. — Но ты не спал нихуя. Матвеев вздохнул. С чего бы бесам стало интересно его физическое и моральное состояние? Олег Шепс 2:19 Тогда больше не отвлекаю) Ложись спать

Дима Матвеев 2:19 И вы на долгое время не растягивайте заезд в номер

Олег Шепс 2:20 Как пойдёт Чернокнижник не стал отвечать на это сообщение, выключив мобильник, чтобы создавать иллюзию того, что он ложится спать. — Хули ты ему не скажешь, что сохнешь по нему? Матвеев подавился чаем. Всё-то эти бесы знали. Они то точно замечали, когда у Димы лишний раз начинали потеть ладони и учащаться сердцебиение, когда он видел Олега, когда говорил с ним, стоял в его объятиях. Они постоянно шептали на ухо всякие пошлости, когда эти двое вместе прогуливались или играли в приставку. Короче они прекрасно понимали, что чернокнижник, кажется, влюбился в своего друга и товарища по съемкам. — Думаешь, это так просто сделать? — фыркнул Матвеев. — А чё нет-то? Подошёл, сказал, поцеловал, потрахал, отошёл в сторону. — Хотя в данном случае ебать скорее будут тебя. Бесы залились в хохоте, но чернокнижнику стало не до смеха. К горлу начала подкатывать тошнота, голова закружилась, а пространство начало сжиматься около тела. Дима понял — это паническая атака. Он почти упал со стула, сползая с него, прижался спиной к стене. Приподнял голову и закрыл глаза, начал ровно дышать. Считал про себя «один, два три… один, два, три». Перед глазами мелькали образы прошлых лет — обнажённое подкаченное тело, тату на животе. Грубые руки, рычание, запах крепкого алкоголя. Прозвище «сладкий», произнесённое слишком кислыми губами. Ладонь, сжимающая пах, синяки по всей коже, противный запах пота, головка члена около задницы и боль-боль-боль. Под пальцами оказалась упаковка лекарства. Дима дрожащими ладонями достал таблетку, подложил её под язык, поворачиваясь на бок, поджал под себя ноги. Тело обдало резким холодом, но Матвеев начал успокаиваться. Дыхание приходило в норму, становилось легче. — Открой глаза уже, блять, — услышал чернокнижник через какую-то пелену. Открыл. Демон сидел рядом с ним. — Малыш, ты хоть предупреждай, когда собираешься так падать. Это же пиздец. Дима более осознанно посмотрел, возвращаясь в сидячее положение. — Чё-то ты нам не договариваешь… Паничка с нихуя не начинается. — А сейчас… началась, — глубоко вздохнул ртом чернокнижник. — Иди спать, блять. Пока ещё сам отрубиться можешь. Чернокнижник не стал спорить, поднялся на дрожащие ноги, дабы добраться до кровати. Стянул с себя футболку, оставаясь лишь в шортах, надел кулон Олега — он и правда помогал засыпать. Провалился в глубокий чёрный сон, без всяких кошмаров и нехороших видений. Проснулся Дима в десять утра. Чувствовал себя лучше, чем ночью, правда немного уставшим. В последнее время силы уходили непонятно куда. Парень потянулся за телефоном и с удивлением заметил, что ему написал старший Шепс. Саша Шепс 8:34 Привет Не хочешь сегодня ко мне в приставку порубиться? :)

Дима Матвеев 10:12 Хочешь потом обыграть Олега?)

Саша Шепс 10:14 Я его всегда обыгрываю Интересно, смогу ли тебя победить. А то братик жаловался, что ты тоже часто побеждаешь

Дима Матвеев 10:14 Есть такое. Тогда во сколько встретимся?

Саша Шепс 10:14 Приезжай ко мне часов в 12

Дима Матвеев 10:15 Ок

***

Чернокнижник переступал порог знакомой квартиры в отмеченное время. Саша встретил его с мягкой улыбкой на лице, немного взъерошенный, как будто только проснулся. Он приобнял его, помог повесить верхнюю одежду и первым пропустил в свою спальню, где находился телевизор с подключенной приставкой. — Ебать, а второй Швепсик тоже ничего такой, заботливый. — Этот инкуб за тобой увязался прям конкретно, — вдруг сказал Саша, смотря на беса, что тащился около Димы. — Ты видишь его? — Да. Инкуб остановился, выпучив глаза. — Вот блять. Он чё нахуй? Демон засмеялся, отлетая дальше. — Он что-то говорит, но я не понимаю что, — продолжил старший. — Вероятнее всего, он мне не рад. — Ещё как, сука. — Пока, Сашенька, — демон схватил приятеля за руку, заставляя его исчезнуть. — Пропали, — заметил Шепс. А Дима впервые за долгое время почувствовал себя свободно. В голове не переплетались чужие мысли, он мог более ровно дышать. В данный момент никто не питался им. — Походу они реально слишком сильно привязались, — облегченно выдохнул парень. — Ты бледный, — нахмурился Шепс. — Они из тебя много сил выкачивают. Это не хорошо. — У меня с ними уговор. Что они проваливают с того дома, я забираю их с собой и они спокойно питаются мной, когда хотят. — Хуевый договор, Дим. Чернокнижник хмыкнул, когда услышал мат от Саши. — Да ладно, всё в порядке. Они сели около телека, медиум принялся настраивать игру. — Кушать будешь? — Нет, спасибо. Я утром поел. Саша, если и верил Диме на этот счёт, то не на все сто процентов. — Может, хоть чай выпьешь? — Попозже немного. Давай поиграем. — Окей. Они рубились в приставку полтора часа, пока не затекли спины. Старший всё же пошёл на кухню, чтобы поставить чайник на плиту. А когда он вернулся назад в комнату, чернокнижник неуверенно покусывал губы. — Что-то случилось? — обеспокоенно поинтересовался Саша. — Вроде бы нет… Просто… Олег попросил тебя за мной присмотреть? — Я хочу провести с тобой время, — пожал плечами старший. — И, думаю, приставка — это отличный вариант. Олег ничего такого не просил. — Просто в последнее время он от меня не отходит, — заметил юноша. — Тебе не нравится это? — Наверное, наоборот… но… Блин, извини, что я вываливаю на тебя всё это. — Я могу тебя выслушать, — Саша сел рядом на кровать, — если ты хочешь что-то сказать — скажи. — Тогда придётся ещё очень много рассказывать, а я не хочу тебя нагружать, — Дима отвернулся к окну. — Он… — Матвеев покраснел, — заботится обо мне. Саша начал улыбаться. — Я не знаю, как это воспринимать. — Спокойно. Олег очень добрый, любит помогать, так что забота от него — вполне нормально… Он хочет, чтобы тебе было лучше… Знаешь, мы об этом не говорим, но все экстрасенсы заметили, что ты… выматываешься сильно. А с Олегом тебе становится легче. Ты очень важен для него, поэтому он старается помочь тебе. Сердце Матвеева пропустило сильный удар. Саша увидел его смятение. — И я рад, что он делает это. Ты хороший парень, Дим. Но… у нас у всех тяжёлое прошлое и у тебя есть что-то своё. Чернокнижник не стал спорить, когда услышал это, но на самом деле ему даже как-то легче стало. — Спасибо, Саш. — Да не за что, — мужчина услышал, как чайник закипел. — Пойдём перекусим? — Пошли. Дима был даже не против поесть.