Каждую часть

Арсений пытается привести дыхание в норму. Он ненавидит себя за такую реакцию, потому что сейчас понимает: он влип. Антон стал для него не просто коллегой, он впустил Антона в своё сердце, как бы клишированно это не звучало. Попов только не осознаёт, когда успел настолько сильно привязаться к человеку, даже толком его не зная. Может быть, это всё чужие подкаты, или небольшие подарки, оставленные на его столе, а может просто сам Антон, с его весёлой улыбкой, неуклюжестью, милыми кудряшками, зелёными пронзительными глазами, с украшениями на пальцах и внимательными взглядами в его сторону. Сейчас хочется позвонить Антону, а ещё лучше — приехать к нему, чтобы убедиться в безопасности этого человека, но Арсений запрещает себе показывать чувства. Он вспоминает, что всё ещё висит на проводе у Серёжи. — Паша нас собирает или завтра утром объявит? — спрашивает Попов, вновь балансируя между желанием увидеть Антона, его Антона, единственного оставшегося теперь в их отделе Антона, и усталостью. — Воля не изверг, завтра утром всё скажет и, возможно, расследование начнёт. Это убийство, достаточно жестокое. — информирует его Матвиенко. — Ты откуда узнал? — интересуется Арсений и сразу же жалеет об этом. — Я его нашёл. У Попова возникает много вопросов. Почему Серёжа был в офисе такое время? А не станет ли его друг подозреваемым? И что вообще происходит? Кому понадобилось убить их коллегу? Является ли убийцей кто-то из ближайшего окружения, или это какой-то наёмник? Арсений мучается догадками. — Мне очень жаль, — он никому бы не пожелал увидеть убийство или труп своими глазами, они, как «бумажный» отдел, пока что рассматривают преступления только по фотографиям, и то некоторые бывают слишком пугающими. Попов не знает, как ещё поддержать Матвиенко. — Всё нормально, Арс, я в порядке. Конечно, это пиздец, что творится, но тут уже приехали люди разбираться, меня немного поспрашивали и отправили домой. Воля сказал сообщить всем аккуратно, чтобы завтра не шокировать. Может, позвонишь, тогда, Шасту и Андрею, а я Стасу. — просит Серёжа. Попов на автомате кивает, а потом понимает, что его не видят. — Хорошо, а Позу? — Арсений всегда старается следить за точностью формулировок начальства, чтобы не получить потом разочарованный взгляд Паши. — Пусть ему Антон передаст, я этому имбецилу звонить не собираюсь. — Матвиенко тяжело вздыхает. Попову очень хочется выяснить, почему же между ними такая ненависть, но он уже который месяц откладывает этот разговор, сейчас точно не время. — Выпей валерьянки и пустырника, — советует Арсений, — И отоспись. Завтра всё будет лучше. — Хорошо, мам, — хмыкает Серёжа и завершает вызов. Попов в растерянности. Первым набирает Андрея и трёх слов достаточно, чтобы объяснить ситуацию. Тому, кажись, вообще похуй на происходящее. С Антоном сложнее, он человек эмпатичный, разговорчивый, а ещё очень впечатлительный и чувствительный. — Привет, — Шастун говорит немного взволнованно. — Привет, извини, что так поздно. — Попов начинает ощущать себя неловко. — Арс, всего лишь одиннадцать, всё норм, — отвечает Антон. — У меня есть очень плохая новость, — аккуратно начинает Арсений, и его прерывают. — Ты про Захарьина? — уточняет Шастун. — Откуда ты знаешь? — удивляется Попов. Сам он в голове уже строит логическую цепочку, но дальше Димы его предположения не заходят. — Поз звонил, сказал, а ему Серый инфу слил. — быстро объясняет Антон. И Арсению в данный момент почему-то в разговор Димы и Серёжи верится меньше, чем в убийство. — Ты как? — Попов не может оставить Шастуна разбираться со своими эмоциями. — Я в ахуе, пусть мы его плохо знали, но он наш коллега всё же, и страшно, что кто-то его убил, прям в нашем офисе. — Антон старается говорить спокойно, но в его голосе звучит надрыв, и Арсений очень хочет видеть сейчас его эмоции, но нельзя. Нельзя ещё больше привязываться. — Ты как? — Испугался тоже, — признаётся Попов, благоразумно не договаривая «что это ты». — Мне кажется, нам нужно перенести свидание на более удачное время. — говорит Арсений. — Конечно, когда всё это уляжется, — Антон волнуется, вероятно, за него, и это очень умиляет. — Спасибо, — он благодарен Шастуну за эту заботу и за то, что тот идёт навстречу, к сожалению, в жизни Попова это редкость. — Арс, пока не за что. Но я могу выслушать, если тебе нужно, или поговорить о чём-то. — предлагает помощь Антон. — Можно завтра лично, — Арсению всё же легче общаться с людьми тет-а-тет. — Конечно, когда удобно. Спокойной ночи, Арс, — разговор начинает становиться неловким, и Попов очень рад, что его собеседник догадывается поставить точку. — Спокойной, до завтра, — за время этого общения он умудряется забыть об убийстве. А теперь вновь погружается в раздумья и тревогу. А что если бы это был Антон Шастун? Арсений даже не хочет рассматривать такой вариант, а ещё больше его страшит перспектива, что, сблизившись с этим человеком, он привяжется к нему ещё сильнее. Он ненавидит быть слабым и зависимым, легче ни к кому ничего не чувствовать и строить из себя непробиваемого. Но это всё ложь, в его жизни есть важные люди, например, Серёжа, Паша, Антон. Семьи у Попова нет, родители умерли, точнее умерли для него, когда в восемнадцать лет выставили за дверь и даже не объяснили, почему не хотят его больше видеть. Но Арсения это и не волнует, он справился. Парень пытается жить как нормальный, у него была девушка, которой он хотел сделать предложение, но они разошлись, и Попов, понимая, что он тот человек, который не может отпускать от себя людей, слишком сильно к ним привязывается, решает, что не будет больше вступать в отношения. Это даёт сбой, потому попробовать с Антоном он не против, хотя и держался до этого больше года, но сейчас внутри что-то ломается и он желает рискнуть, а вдруг он тоже достоин счастья? Арсений не может заснуть, убийство не даёт ему покоя, ещё больше его волнует то, что у убийцы имеется мотив, и что Захарьин может быть не последним. Возможно, даже на работу сейчас ходить опасно. Но Попов пытается взять себя в руки, всё должно быть хорошо, их там будет много и они теперь будут держаться вместе. Арсений наконец закрывает глаза и он очень рад, что снится ему не какой-то ужастик с убийцей, а Антон, свидание с ним, такое идеальное и сказочное. Попов понимает, что в жизни такого быть не может, в реальности будут видны недостатки и они станут его бесить и раздражать. А после всего Шастун его целует, и Арсению хочется повторить, повторять каждый грёбаный день, потому что это самое лучшее. Антон одним поцелуем умудряется показать, какие у него сильные чувства, как Арсений важен и нужен. Попов открывает глаза, стараясь прийти в себя. Он не верит во всё происходящее: в то, что случилось вчера, все его мысли крутятся вокруг сна и он старается справиться с сидящим внутри страхом. Просто хочется увидеть Антона, услышать от него, что всё будет нормально, и побыть наедине. Наверное, на работе Попова многие видят, как неприступного лучшего сотрудника, но он совсем не такой, он всегда пытается быть лучшим, но это не делает его счастливым. Иногда хочется просто довериться и открыться кому-то, получить внимание, поддержку и заботу. Но он не позволяет себе даже думать о таком. Арсений подходит к офису, а сердце уходит в пятки, потому что тут непривычно тихо. Только позже он осознаёт, что сегодня вообще суббота, а об общем сборе им ещё не писали, но Серёжа вроде говорил, что Паша всех соберёт. Попов выходит на улицу, доставая телефон и проверяя сообщения. Он видит информацию о сборе в десять и понимает, что лоханулся, сейчас полдевятого, он пришёл как обычно на работу. Арсений решает вернуться домой, дорога до него займёт минут двадцать и там он сможет побыть почти час, но его планы быстро меняются, когда на горизонте появляется долговязая фигура. Антон зевает, не замечая ничего вокруг, идёт к двери и чуть не врезается в него. — Доброе утро, — Шастун подпрыгивает на месте и оборачивается, тут же расплываясь в улыбке. — Привет, — он тянется то ли для рукопожатия, то ли для объятий, но быстро одёргивает себя, знает, что Арсений не особо тактильный. Сейчас Попов не против даже второго, но он не показывает этого, а кивает на время. — Мы пришли на полтора часа раньше. — спокойно говорит он. Антон округляет глаза и проверяет телефон, открывая сообщения с обречённым. — Суууукаааа, — Шастун достаёт сигарету, чтобы хоть как-то занять время. — Может, пойдём в кафе посидим пока, не как свидание, а просто чтобы дождаться, и ты можешь выговориться, — предлагает он. Арсений кивает, а потом следит, как чужие тонкие пальцы подносят сигарету к губам, как Антон вдыхает, как дёргается его кадык, когда он сглатывает. Почему он раньше не замечал всех этих деталей и того, насколько они красивые? — Дашь? — он тянется к сигарете Шастуна, кажется, сегодня ЗОЖ отправляется нахуй, конечно, когда такое творится, а что ещё делать? Антон очень выразительно приподнимает бровь, но спокойно даёт пару раз затянуться, так же пристально изучая его взглядом. — Ты думаешь, кто это сделал? — спрашивает Шастун, совершенно нетактично, заставляя Попова закашляться. — Не знаю, меня больше интересует, был ли у убийцы мотив, или убийство было спонтанным. — Арсений возвращает ему сигарету и тяжело вздыхает. — Мне кажется, мотив был, убийца вырубил камеры и сделал всё незаметно, будто он планировал это долгое время. — Антон ловит на себе недоумевающий взгляд. — Серёжа подслушал то, что говорили те, кто начал это расследовать, и он достаточно подробно рассказал Диме, а он мне. — Как он рассказал Диме? — удивляется Арсений, — Он мне прямым текстом сказал, что этому имбецилу звонить не будет и попросил меня, чтобы я попросил тебя ему передать. — Значит нас наебали, — пожимает плечами Антон, — только нужно понять, кто именно. — Может кто-то из них убийца? — осторожно предполагает Попов. И Шастун заливается смехом. — Сорян, я просто представил, как Матвиенко со своим спокойным лицом и сумасшедшей улыбкой убивает его. Или Поз: «извини, не мог бы ты приподнять одежду, я тебя аккуратно разрежу». — Арсений тоже усмехается, это предположение кажется бредовым, их друзья и правда слишком спокойные и адекватные. Но в тихом омуте черти водятся. — Орудие убийства — нож? — уточняет Попов, хватаясь за формулировку. — В душе не ебу, — честно признаётся Антон, — Поз сказал, кровищи дохрена и тело в разрезах, вероятнее всего нож, — Шастун выбрасывает окурок, затушив его и кивает в сторону ближайшего кафе, но этим планам не суждено сбыться, перед ними будто из-под земли вырастает Паша. — О, парни, вы что-то рано, — бодрым голосом, совершенно не сочетающимся с его внешним видом, говорит он. — Но это хорошо, сейчас коротко введу вас в курс дела и расскажу, чем мы будем заниматься в ближайшее время. — Его правда Серёжа нашёл? — Арсений хочет понять по словам Воли, насколько тяжело его другу. — Да, Матвиенко задержался в офисе, потому что исправлял отчёты, я предложил взять ему их на дом и принести в воскресенье, так как мне тоже нужно было уйти раньше, но он решил доделать всё, а через двадцать минут позвонил мне, кажется, только отойдя от истерики и сообщил. Мне пришлось связаться с коллегами из других отделов и поехать на место преступления. — Добровольский рассказывает всё с каменным лицом, — Время смерти было на пару часов раньше, так что в офисе ещё были все и подозревать будут всех. Ещё и записи кто-то стёр. Я, конечно, ребят, в вас уверен, но с большой вероятностью это кто-то из наших. Арсений не понимает, зачем Воля говорит сейчас всё это, или это какая-то проверка, чтобы они расслабились, и если кто-то из них убийца, то его легче вычислили бы. — Серёже точно не нужно к психологу? У нас же предусматривается специальная психологическая помощь? — Арсений знает, что Матвиенко один из самых спокойных людей в его окружении, но то, что рассказывает Паша, очень напрягает. — Я предлагал вчера, он меня послал, — пожимает плечами Воля. Они заходят в офис и начальник быстро рассказывает, какой отдел занимается этим делом и что пока что известно. — В чём наша задача? — подаёт голос Антон. — Восстановить вчерашнюю хронологию событий. Пишите сейчас отчёт, что делали вчера весь рабочий день, ориентируясь по времени. Кое-какие записи камер сохранились, поэтому я вам их сейчас отправлю, с ними можно свериться. Возможно, потом вас всех ещё и на допросы гонять будут, поэтому сейчас чётко по памяти восстановите, что делали вчера. — Добровольский смотрит внимательно на Антона, замечая его постоянные переглядки с Арсением. Тот более спокоен, но по слишком прямой осанке и сжатым зубам, можно понять, что это неплохая актёрская игра. — Это сегодня всё сделаете, а с понедельника уже будет делить дела вашего коллеги и пытаться продолжать работать в нужном темпе, после похорон. Шастун кивает, Арсений говорит «хорошо» и направляется к своему столу. Через несколько секунд к нему подкатывается Антон. — Ты как? — аккуратно спрашивает он. — Всё нормально, — Попов берёт бланк и начинает писать, Шастун не думает перебираться к себе, тянется за ручкой и листком и повторяет его действия. Молчание начинает давить, и наконец Арсений, исписав полтора листа, изложив почти все свои действия, отодвигает отчёт, наблюдая, как Антон, сосредоточенно высунув язык, немного неряшливом почерком завершает уже второй. Шастун, видимо, чувствует на себе взгляд и поднимает глаза. А Арсений понимает, что он решится или сейчас, или уже никогда, и тянется вперёд, касаясь чужих губ.