Каждую часть

Арсений чувствует, что медленно сходит с ума. Но он должен оставаться сильным ради остальных, особенно ради Антона. Что происходит с этим парнем, он понял относительно недавно, но его догадки сегодня подтверждаются. Он правда любит Антона всего полностью, но всё же с убийствами не может смириться. Эта часть Антона определённо ему не безразлична, но он, наверное, не смог бы быть всегда именно с ней. Парень осознаёт, как важно заставить её ощутить себя нужной, и он это даёт. Сейчас Шастун в истерике, или это паническая атака, и Арсений пытается как-то помочь, он сжимает его ладони и шепчет что-то успокаивающее. А Антон продолжает повторять: — Я убийца… Это я сделал… Они убили ребёнка… Это неправильно… Это не может быть так… Я не хочу, — Попов его приобнимает, следя, опять же, чтобы не касаться повреждений. — Во-первых, это не ты, а твоя вторая личность, а во-вторых, они совершили куда большее преступление. — мягко говорит Попов. — А Дима… — стонет Антон, — Я обещал убить всю его семью. А Серёжу я убить пытался, потому что он причастен, но вдруг нет, ты же его хорошо знаешь, и он тебе дорог, — Антон сразу же начинает рыться в себе, и ему страшно, что он натворил за это время. — С Димой нужно обсудить, он поймёт, он вроде говорил, что его семья в отпуск уехала, так что ты бы не смог вред им всё равно причинить, а Серёжа, я не верю, что на такое способен, и если бы ты его убил, я не знаю, смог ли бы тебя простить. Мне нужно пообщаться с ним и всё выяснить, — Арсений вздыхает. — Прости, что принёс столько проблем, — извиняется Антон, и Попов мотает головой. Шастун не виноват в том, что это случилось, да и он сам выбрал эти отношения, хоть и понимал, что просто не будет. — Шаст, ты не приносишь мне проблемы, это всё лишь временные трудности, и мы с ними разберёмся. — он выдавливает улыбку, это заметно. Впереди столько всего надо сделать, но в данный момент даже мысли обо всём этом приводят в ужас, — Ты как? — спрашивает Арсений, — Пойдём домой? — Да, нормально, — Антон, вероятно, врёт, потому что сейчас он морщится даже при малейшем движении, и, непонятно, это от удара по голове или от стараний Матвиенко. С последним нужно обязательно связаться и выяснить всё, что ему известно о произошедшем, а ещё надо бы объясниться с Димой, сказать ему, что с Антоном. Попов понимает, что лезть в чужие дела плохо, и, вероятно, он только всё испортит, но всё же со своими благими намерениями он поделать ничего не может. — Арс, — вырывает его из мыслей парень, — почему ты сказал ему, что любишь? Этот вопрос Арсения загоняет в тупик, он не может сейчас просто сообщить, что этими словами старался втереться в доверие к убийце, да и не будет это правдой. — Мне показалось, что ему нужно это услышать, — Попов отчасти жалеет, что в этом признался, потому что слишком уж много внимания этим трём словам. И, похоже, они никогда не смогут выразить, что реально он чувствует. С начала их отношений проходит всего ничего, а кажется, будто Арсений рядом с этим человеком всё жизнь. Он привыкает, не может представить, что Антон в один миг резко уйдёт. Ему хорошо просыпаться утром в чужих объятьях, знать, что на него всегда обращён восхищённый и нежный взгляд, ему нравится чувствовать чужой запах на своих вещах, просто быть с другим человеком и доверять ему как себе, понимать, что его не бросят за какие-то проёбы и не будут осуждать. После опыта с родителями Арсений боится, что его выкинут из жизни, особенно — без объяснений, но он верит, что Антон так с ним не поступит. Родителей сейчас совершенно не хочется вспоминать. Ему похуй на их мнение, они для него теперь совершенно чужие люди, всё это с их подачи, Попов хочет быть счастливым без всего этого дерьма. Когда он видит сегодня на полу Антона, с кровью на голове и бледного, он на миг прокручивает в голове вариант, что тот уже мёртв, и такой исход событий пугает. Арсений не переживёт этого. Серёжа — его лучший друг, но если выбирать между ним и Антоном, он, честно, не знает, какой будет исход. Шастун ему слишком дорог, и эти чувства, непонятно откуда взявшиеся и вспыхнувшие с неимоверной силой, — намного больше всего остального. Попов помогает парню подняться, опереться на свою руку и доковылять до квартиры, именно арсеньевской, потому что Попов наконец-то хочет поставить в своём расследовании точку, а ещё он не собирается оставлять Антона без присмотра хоть на миг. Он боится за его безопасность. Арсений пишет имя убийцы, пишет мотив, пишет жертв, и всё складывается в общую картину. Неужели всё закончилось? Антон лежит в его комнате и приходит в себя. Попов обещает приготовить им ужин, но Шастун не дожидается, проваливаясь в сон. Арсений забирается рядом с ним, но успокоиться не может, в голове слишком много мыслей, он берёт телефон и выходит из комнаты. Сначала стоит поговорить с Матвиенко, дальше — с Позовым, и только потом можно будет спокойно выдохнуть. Серёжа снимает сразу после одного гудка и просто орёт. — Ты ёбнулся в конец что ли, Арс, что это вообще сегодня за представление было, — наезжает Матвиенко. — Тихо ты, Серый, ты своей силой ничего не добьешься, тебя вообще заказал убить другой человек и по достаточно весомой причине, — Арсений не знает, с какой стороны подойти к этой истории, которую поведал ему Антон. Серёже он верит, но мало ли вдруг тот всё же злодей, кажется, Попов их притягивает просто. — Чего, блять? — Матвиенко замолкает, дожидаясь продолжения, а Арсений старается доходчиво объяснить. — Я разговорил Антона, точнее его вторую личность, которая всё это делала… — ему не дают закончить. — Арс, это звучит как бред, он оправдывается шизой, а ты уши развесил и веришь ему. Влюблённый идиот. — Серёжа злится, это прекрасно понятно по голосу. — Выслушай меня, — продолжает Попов, не обращая внимания на его комментарии, — У Паши был ребёнок, и ты говорил про несчастный случай. Его убили, его похитили, шантажировали Пашу и убили, и те, кто к этому причастны, мертвы, ты пока что один остался. Я не хочу верить в то, что ты можешь такое сотворить, поэтому я тебе рассказываю, надеясь на пояснение, почему тебя считают виновным. Дальше в трубке опять тишина и только тяжёлое дыхание Серёжи, вероятно, он сейчас в ахуе, и Попов разделяет это состояние, он сам тоже, хотя отчасти он понимал, к чему всё идёт. — Я не знал про убийство, клянусь, Арс, — твёрдо говорит Матвиенко. — Я вообще далёк от этой темы и я бы никогда ничего подобного не сделал. Но кто в итоге убийца? — Имена дал Паша, но убивает Антон, не наш Антон, которого мы знаем, а его вторая личность, которая появилась из-за убийства ребёнка, у него возник мотив и желание убивать, и я очень хочу ему в этом помочь. Мы проработаем с ним всё с психиатром, я найду способ, чтобы избавить его от этого, я понимаю, что кровь на его руках, но я бы поступил точно также. — В это очень сложно поверить, Арс, кажется, что либо он тебя надурил, либо сейчас заставляет говорить это всё, но если это всё правда, то это пиздец, я просто без понятия, что делать, — Серёжа вздыхает, — Пашу жалко, но если он правда играет роль такого хорошего начальника, а потом убивает людей, то это меня заставляет усомниться в нашей системе правосудия. Ему пожизненное за такое светит, но, с другой стороны, Захарьину и Андрееву тоже светило, убийство ребёнка, да ещё и в корыстных целях. — Я верю, что ты не причастен, Серый, но нужно убедить в этом Пашу, а ещё сказать ему, что мы всё знаем. — намечает планы Попов, а потом стонет, — Чёрт! — есть одна деталь, о которой он совершенно умудрился забыть. — Что такое? — интересуется Матвиенко, прислушиваясь. — Ляйсан кто-то похитил же, это не Паша, точно не Антон, и если ты к этому не причастен, а Андреев и Захарьин мертвы, значит есть ещё кто-то, — выдвигает предположение Арсений. — Не факт, они это могли с Пашей разыграть, чтобы отвести подозрения, — говорит Серёжа, — Пожалуйста, не пытайся сейчас всё усложнить, Арс, тут и так пиздец полный творится. Я ничего пока что никому говорить не буду, а ты, пожалуйста, контролируй своего Шастуна, чтобы он меня не убил. С Пашей разберёмся завтра. Позвонишь Диме? Арсений стопорится. Он правда хочет это сделать, но не знает, как ему это получше бы рассказать, тем более хочется дать ещё Серёже шанс наладить с ним общение. — Можешь ты ему рассказать, пожалуйста, меня что-то Антон зовёт, — врёт Попов и отключается, он понимает, что Дима всё равно сейчас позвонит ему или Антону, но Арсений старается помирить их с Матвиенко, тем более они вроде пошли на сближение. Он остаётся на кухне и заваривает себе кофе. Его голову всё не оставляют мысли про похищение Ляйсан, и нужно с этим как-то разобраться, но в голове уже всё путается.

***

Серёжа матерится. Последнее, что он хочет, — звонить Диме. Им и так за этот день уже приходится работать вместе над ловушкой для Антона. Он Позова всё никак не может простить, и каждый взгляд на него напоминает Матвиенко об его утерянном счастье. — Не спишь, — он долго ждёт, прежде чем возьмут трубку. — Нет, — говорит Позов, — Просто стараюсь события сопоставить, что-то не сходится. — Как Катя? — задаёт волнующий его вопрос Матвиенко, это, наверное, одно из главных для него дел. — Хорошо, сейчас в отпуске с детьми и подругой, пришлось их отослать после слов Антона, — рассказывает Дима. — Кстати об Антоне, у него раздвоение личности, похоже, из-за какой-то психологической травмы, точнее убийства ребёнка Паши, — рассказывает Сергей. — Убийство ребёнка? — Позов сомневается, и Матвиенко отчасти с ним согласен, но он сам верит Арсению. — Поговори лучше с ним сам, я навряд ли смогу нормально объяснить, но всё, что я знаю, я сказал, — Серёжа вздыхает, — Мне кажется, нужно что-то с Пашей решить. По словам Арсения, именно он заказал все эти убийства и, в принципе, у него есть мотив — месть за ребёнка… — Подожди, — прерывает его Дима, — Ты реально думаешь, что Воля на такое способен? — А ты до того, как тебе Антон начал угрожать, думал, что он такое может сделать? — задаёт встречный вопрос Серёжа. Позов замолкает. Продолжает он только через время. — И что с этим делать, довериться убийце и влюблённому в него человеку и работать с ними? Или самим что-то выяснить? — интересуется Дима. — Можно я сейчас к тебе приеду? — спрашивает Матвиенко, получая удивлённое мычание и в итоге — положительный ответ.

***

Паша злится. Точнее злится до определенного момента, но, когда он практически переживает то же самое, что и было с ребёнком, он больше не может отстраняться от Ляйсан. Ляйсан он любит и не позволит чему-то или кому-то помешать их счастью. Он снова сближается с женой, не отходит от неё ни на шаг. Он старается понять её поступок, поддержать. Возможно, месть помогает, может, боль просто уходит со временем. Ляйсан кажется сильной, он тоже старается, но с ней не нужно держать маску, она всё равно видит его насквозь. — Паш, — сегодня жена чем-то обеспокоена, и он старается понять, что не так, хотя всё наверное очевидно, она знает, что с его подачи убивают людей, но пока что не говорит об этом, может, сейчас самое время. — Что случилось? — наверное, это наитупейший вопрос в таких ситуациях. — Я сегодня была у врача, — начинает Ляйсан, и что-то внутри Воли сжимается, он не выдержит, если с ней что-то сделали. — Я беременна, уже где-то полтора месяца. Паша поднимает на неё удивлённый взгляд. Он уверен, что ребёнок его, но почему опять между ними секреты и недосказанность. — Когда ты узнала? — спокойно спрашивает он. Он не хочет снова обижаться и отдаляться, не хочет эти эмоциональные качели, и ему в данный момент максимально хреново. Возможно, он этого заслуживает. — В день, когда мы поссорились, — отвечает женщина, — Мы не общались, и я не знала, что делать. Я имею в виду, наваливать на тебя ещё и эту новость казалось слишком плохой идеей. Во время похищения я боялась, что с ним что-то случится, поэтому не могла рассказать эти несколько дней, но сегодня я убедилась, что всё хорошо и у нас может быть ребёнок. Паша кивает и быстро прогоняет обиду, всё будет хорошо, всё будет прекрасно, у них есть шанс на счастье, он любит Ляйсан, и все эти секреты не сломают больше связь между ними. — Я люблю тебя, — Воля обнимает её и сквозь слёзы улыбается. Он знает, что должен уничтожить последнего человека, который сейчас, вероятнее всего, причастен к её похищению, и они смогут быть счастливы.

***

Арсений ломает голову над загадкой, кто же всё-таки злодей помимо тех, кого он уже знает, из мыслей его вырывает крик Антона. Попов на секунду замирает, прислушиваясь, а потом мчится в комнату. — Шаст… Шастун сидит на кровати, сжавшись, обняв колени руками, кажется, не обращая внимания на физическую боль. Арсений садится рядом, пытаясь не спугнуть. Антон выглядит таким беззащитным, Попов даже не догадывается, с какой стороны подойти. — Я убийца, — парень явно не может смириться. Он берёт его за руку, стараясь показать, что всегда будет рядом. Антон прячет лицо, крепче вцепляется в свои ноги и будто не понимает, что здесь кто-то есть. Арсений зовёт его ещё несколько раз, но это бесполезно. Он просто пристраивается сзади и обнимает, не собираясь отпускать. Никогда.