Каждую часть

Антон в ахуе, настоящий Антон внутри чуть ли не плачет, что признание в любви досталось не ему, а убийца шокирован. Тут какая-то ошибка, другой человек не должен его любить, ведь он сам причиняет только боль. — Ты не можешь… — начинает Антон, но Попов его прерывает. — Я люблю тебя, — повторяет он и морщится, — А теперь оставь меня, пожалуйста, одного, мне нужно очистить себя от твоей спермы. Вещи, которые говорит Арсений, так не сочетаются. Антону хочется обсудить его чувства, рассказать правду, но он боится, что после такого всё развалится, поэтому остаётся принимать не предназначавшуюся ему любовь и молчать. — Я могу тебя вылизать, — предлагает он. Попов качает головой и чуть ли не силой выпихивает его за дверь, Шастун еле успевает застегнуть штаны. Он не уходит. Не хочет даже думать об этом. Сейчас нужно выяснить всё с Поповым, а потом идти и покончить с Матвиенко, Паша сказал, что тот причастен к смерти его ребёнка, и Антон не может злодеев оставить безнаказанными. Он сам становится злодеем, но ничего не в силах с этим поделать. Он себя ненавидит. Нужно сбежать и отстать от Арсения, чтобы не причинять ему больше вред, Попов достоин кого-то лучше. Но Антон остаётся, этот человек его, и делить Арса с кем-то он не собирается. Тот выходит через несколько минут и внимательно на него смотрит. — Давай обсудим всё дома у меня или у тебя, — просит он, Антон соглашается, здесь они и правда не смогут нормально поговорить, только вот дома — там уже будет настоящий Шастун, и, вероятно, он изо всех сил постарается не впустить в себя убийцу. Арсений возвращается к работе, а Антон ждёт, когда Матвиенко останется один, но тот пока что держится то с Арсом, то с Позом. Шастун понимает, что сам себя уже подставил, когда отослал Попову письмо, когда пригрозил Диме, все в курсе, кто убийца, и скоро его поймают, но он этого и хочет. Он не видит смысла жить здесь с постоянным желанием убивать. Нет, вину он не чувствует, они заслужили, но он осознаёт, что после расправы над всеми причастными жажда мести никуда не испарится и ему будет хотеться лишать людей жизни снова, и снова, и снова, и снова, это просто так никуда не исчезнет. — Шаст, — Антон вздрагивает, Арсений сейчас перед ним близко-близко, он слишком задумался. Они уже в офисе, но почему-то рядом никого нет, блять, он упустил Матвиенко. Шастун не понимает, чего Попов от него хочет, но тот придвигается и быстро целует, — Шаст, расслабься. Не получается. Настоящий Антон уже почти вырывается наружу, но убийца допустить этого не может, сегодня он должен всё закончить, хотя после этого Арсений его возненавидит. — Мне нужно выйти, — Шастун быстро отстраняется, для вида берёт сигареты. Нужно найти Серёжу и забыть об этом кошмаре, но всё, похоже, только начинается. Антон видит, что время рабочего дня уже почти закончилось. Стас, походу, уже свалил, Арсений сейчас тоже пойдёт, вещи Матвиенко ещё на своих местах, вероятно, он у Паши. Шастун подходит к кабинету, по голосу определяет, что его предположения верны, осталось дождаться. Они договорились сегодня с Волей, что тот запустит на камеры вирус, как обычно, так что улик не будет и он может сделать это в любом месте участка. Антон сегодня без оружия, решает действовать по ситуации, это тупо, но нож он больше сюда таскать не собирается. Вообще, в последнее время очень сложно сосредоточиться нормально и делать всё аккуратно, мозг забит не тем, там двадцать четыре на семь крутятся мысли об Арсении, не зависимо от собственной сущности. Этот человек сводит с ума, его слишком много в голове и слишком мало в реальности. Это не просто любовь, это какая-то болезнь. Попов делает его слабым, Попову он готов рассказать всё что угодно, Попов определённо станет причиной его плохого конца. Антон не может объяснить эту помешанность, он уверен, что никто настолько сильно ни в ком не нуждается, это только у него подобный сдвиг, да, если честно, у него всё сдвинуто, поэтому такое может считаться нормой. А ещё Шастун не может дать себе ответ на вопрос, почему именно он, почему Арсений? Серёжа выходит стремительным шагом и направляется к туалетам, не замечая стоящего у стены Антона. Тот осторожно следует за ним, если они и правда сейчас останутся наедине, то это шанс. Он проходит за Матвиенко, быстро анализирует, чем можно его убить. Шастун видит зарядку, на которой сейчас стоит чей-то телефон, времени заметить, что это не Серёжин, не остаётся, он хватает провод и подходит к коллеге со спины, резко накидывая шнур ему на горло, и затягивает сзади. Матвиенко смотрит со страхом, они сейчас перед зеркалом, поэтому Антон прекрасно его взгляд видит, так же как и видит, что дверь одной из кабинок распахивается и Позов, спрыгивая с унитаза, вооружённый какой-то вазой, в два шага подбегает к нему и бьёт по голове. Руки Антона ослабевают, в глазах у него темнеет, кажется, на него организовали ловушку. Дальше Шастун видит только какие-то обрывки, он чувствует, что удар сильный, вероятно, у него сотрясение. Дима хватает за руку Серёжу. — Ты в норме? — вопрос, как будто он и правда волнуется. Матвиенко хмурится и наклоняется к Антону. — Ну ты мразь, конечно, — он разочарован, — Убить тебя будет мало, ещё, блять, и Арсения бедного соблазнил, — Шастун чувствует, как ему прилетает под дых. Дышать становится тяжело, из горла вырывается кашель. — Ты ужасный человек, Антон, — Дима не бьёт, но его слова это делают намного сильнее, а Серёжа, кажется, входит в раж и желает за всё отыграться. Шастун знает, что вершить самосуд никто из них не посмеет и его всё же сдадут Паше, только вот в каком состоянии — это вопрос. Антон видит, как дверь открывается и входит Арсений. Он тоже причастен к этой засаде? Даже если нет, парень понимает, что сейчас ему расскажут и тот его возненавидит. Попов бросается к нему, смотрит с беспокойством. — Он убийца, — тихо говорит Позов. — Он меня только что пытался задушить, Арс, я знаю, что в такое не хочется верить, но он монстр, он убийца, — Серёжа снова замахивается и Шастун готовится к боли, хотя в данном состоянии он её особо и не чувствует. — Он грохнул Захарьина и Андреева. И хочет это сделать со всеми нами. Попов останавливает ногу Матвиенко, не позволяя ударить Антона, сам он даже в лице не меняется. — Я знаю, — твёрдо говорит Арсений, он сейчас выглядит слишком спокойно, — На это есть причины, и это не Антон, которого вы все знаете. Дима округляет глаза, Серёжа матерится. — Ты с ним, блять, что ли? — Матвиенко смотрит с осуждением, а Попов касается ладони Антона, будто успокаивая его. — Его нужно в тюрьму посадить, — говорит Дима, кивая на Шастуна. — Нет, — Арсений продолжает гнуть своё, — Вы его больше и пальцем не тронете, я всё это беру на себя. — Ебанутый, — Серёжа говорит не сколько осуждающе, сколько с волнением. — Но… — Дима хочет что-то возразить, но Попов не даёт это сделать. — Убирайтесь, — приказывает он. И Антону от такого тона становится даже страшнее, чем от того, что с ним могли сделать коллеги. — Шаст, ты меня слышишь? — обращается Арсений уже к нему. Парень открывает рот, но ничего нормального произнести не удаётся, оттуда вырывается лишь стон. Наверное, он сейчас выглядит таким жалким. — Так, я тебя осторожно приподниму и постараемся добраться до медпункта, он сегодня закрыт, но я возьму ключи. Боюсь, что если ты попадёшь сейчас в больницу, то нам всем тут пиздец будет. — говорит Попов, — Хотя если совсем хреново, то нужен врач. Арсений пристально смотрит, видно, что ему сложно принять какое-либо решение. — Не надо в больницу. — хрипит Антон. — У тебя кровь идёт из головы. Попов осторожно касается его макушки, отодвигая окровавленные волосы, Антон слышит, как он выдыхает и резюмирует: — Тут небольшая ссадина, я так понимаю, тебя кто-то вазой этой ударил, и удар был скорее оглушающим, я не врач, но я постараюсь помочь тебе всё обработать, и всё же потом нужно будет провериться, — Арсений подлезает под его тело руками и приподнимает его. Шастун тут же к Попову жмётся и старается не потерять от боли сознание. Голова кружится. Он закрывает глаза. Когда открывает, он уже лежит на жестковатой койке, а Арсений осторожно промокает его рану перекисью, он чувствует её запах, и это уже хорошо. Настоящий Антон внутри паникует, а убийце тоже следует паниковать, но в данный момент нужно собраться. Потому что Арсений знает. Что именно и насколько много — пока неизвестно, но он знает и почему-то всё равно остаётся рядом. Шастун поднимает руку, перехватывая запястье Попова, стараясь привлечь его внимание. — Шаст, не дёргайся, — просит он и присаживается на корточки, — Лучше скажи, что с тобой всё в порядке. — Нормально, — Антон морщится, когда Арсений касается его живота, чтобы поправить рубашку. Такая реакция не остаётся незамеченной, и он расстёгивает пуговицы, замечая оставленные Серёжей синяки. — Так, я сейчас какую-то мазь найду, — сообщает Попов и отходит. Шастун всё ещё не может понять, почему о нём, об убийце, заботятся. Он смотрит на Арсения, когда тот возвращается с тюбиком и осторожно распределяет лекарство по повреждениям. — Проговорим? — интересуется парень. Антон понимает, что отказаться сейчас он не может, всё равно всё скоро выйдет наружу, а Попов продолжает его шокировать, — Ты же не Антон? — этот вопрос повергает парня в полнейший шок. Как? — Твой взгляд, — поясняет Арсений, — И твоё поведение — они другие, ты смелее и наглее и ты не Антон. Шастун зажмуривается и признаётся. — Я хочу их убить, — он надеется, что любимый человек не будет сейчас в нём копаться, а просто отправит или в полицию, или в психушку, не хочется ворошить прошлое и заново снова всё это переживать. Арсений разувается и садится на койку, она не особо широкая, но он умудряется лечь рядом, практически вплотную. Он соприкасается с Антоном почти всем телом, но не давит на повреждения. Шастун не понимает, зачем это сделано, ждёт объяснений. — Я доверяю тебе, — Арсений переплетает их руки, — Я всё ещё здесь, и то, что я сказал сегодня, оно относится и к тебе тоже. Пожалуйста, расскажи мне всё, и мы вместе решим, что с этим делать. — Попов поворачивает голову, касаясь губами чужого виска. И Шастун просто не может больше держать всё в себе. Почему к нему, к монстру, так хорошо относятся? Он не может рассказывать секрет Паши, но нести это бремя одному, кажется, уже невозможно. — Ты должен меня ненавидеть, — Антон отворачивается и старается закрыться. — Шаст, ты мне дорог, я хочу тебе помочь, — продолжает его уговаривать Арсений. — Почему Серёжа, зачем ты их убиваешь? Шастун до сих пор не понимает, почему Попов так спокойно относится к убийствам. Это же ненормально, тут или кроется какая-то подстава, или Арсений так сильно влюблён, но это на него не похоже. — Они заслуживают этого, — Антон решает пойти навстречу. — Почему? Расскажи, — продолжает просить парень. И Шастун сдаётся. — Три года назад у Паши похитили ребёнка, это были они, он вычислил тех, кто это сделал. Его шантажировали, и он всё выполнил, но, когда мы с ним приехали на место обмена, он уже был мёртв. Антон этого не помнит, для него это слишком, для меня — нет, я хочу уничтожить всех, кто к этому причастен, — Антон замолкает. Арсений молчит тоже, только сильнее сжимает его ладонь. Ему, определённо, переварить это всё сложно. — Арс? — Шастун больше не может терпеть, тишина на него давит. — Мне жаль, что тебе пришлось через это пройти, — честно говорит Попов, — Я понимаю, что Паша многое пережил, но он зачинатель убийств, и ему нужно со всем этим разбираться, Шаст, а ты, точнее Антон, он же вообще ни при чём. — А я при чём и я ненавижу себя за это, но желание убивать — его никуда не деть. — парень тяжело вздыхает, — Может, от меня можно как-нибудь избавиться, — шепчет он. — Я думаю, это нужно проработать с психотерапевтом, ты же всё же часть Антона с выкрученным на максимум желанием убивать. — Попов замолкает, — Я не хочу тебя оправдывать, Шаст, убийства — это ужасно, но я никогда не переживал того, что пережил ты. — Я монстр. — Шастун это знает, — Я постараюсь больше не появляться и предоставить уже все разборки полиции, но я очень хочу кое-что узнать, — говорит Антон. — Что ты чувствуешь к нему и ко мне? Ты же нас различаешь? Арсений молчит, парень знает, что задал ему очень сложный вопрос, так как честный ответ лежит где-то слишком глубоко внутри. — Я различаю, Антон, но чувства — с ними всё сложнее: я люблю, в этом я уже признался, люблю того человека, который добивался меня все эти годы, который был так нежен и осторожен и ценил мои чувства и предпочтения, — Попов на секунду замолкает, а дальше следует самое интересное, — но я люблю и того, кто появлялся в какие-то моменты и даже пугал своей настойчивостью, но, я знаю, ни за что бы не причинил мне вреда. Я люблю тебя. Попов отстраняется и хочет посмотреть ему в глаза, но там уже его настоящий Антон, который беспомощно зовёт: — Арс, — Шастун приподнимается, стонет от боли, но старается притянуть к себе ноги и сжаться, — Я всё вспомнил, я убийца, я… — парень сбивается, в горле застревает ком, а ему чертовски страшно и он не понимает, что делать со всей этой информацией. Кажется, он не выдержит. — Мы справимся, — раздаётся шёпот ему на ухо, но Антон почему-то не верит. Слишком много всего случилось, слишком много всего он натворил, и если один человек его понимает и поддерживает, то это не компенсирует ненависть всех остальных и желание засадить его в тюрьму или убить.