Руководство Лань Чжаня о том, как быть родителем-одиночкой

Имена имеют значение, даже если не все понимают их причины

      Годы пролетели слишком быстро. Лань Чжань посмотрел на своего сына, маленького подростка. Сегодня был особенный день. Происходили две вещи. Лань Юань получит свое вежливое имя и свой меч. Ему не составило труда придумать имя для своего сына. Это было у него в голове долгое время. С того момента, как ему пришлось забрать маленького и больного А-Юаня и привезти его домой. Тринадцатилетний мальчик подошел к нему. — Папа. — тихо позвал он, не желая привлекать внимание старших в комнате. — А-Юань. — поприветствовал он, на его лице появилась легкая улыбка. Взгляд смягчился, когда он увидел, как выглядит его сын. На его лице была улыбка, которая напомнила ему о Вэй Ине. Все его озорство было от Вэй Ина, его чувство справедливости было от Вэй Ина. Хотя Лань Юань на самом деле не помнил своего Сянь-гэгэ. Были времена, когда он это делал, небольшие мимолетные моменты, когда Лань Юань упоминал что-то, что произошло, когда он жил в Курганах с Вэй Ином и Вэнями. — Я нервничаю. — признался он. — Тебе не обязательно быть здесь, я буду рядом с тобой, не забывай об этом. — сказал он ему, кладя руку ему на голову, осторожно, чтобы не взъерошить волосы. — Я знаю. — он кивнул, — чего-то… — он огляделся вокруг, — как будто чего-то не хватает. — закончил он, взглянув на своего отца.       Сердце Лань Чжаня сжалось: — Я понимаю. — Ты тоже это чувствуешь? — спросил он с надеждой в голосе. — Да. — кивнул он с печалью в глазах, — Есть кто-то, кто должен быть здесь с нами в этот день, но я знаю, где бы он ни был, он наблюдает и рад за нас.       Лань Юань кивнул, в глазах блестели слезы. В его сердце всегда была пустота там, где кто-то должен быть. Там, где, по его мнению, должно быть несколько человек. Но он никогда не понимал. В тот момент он понял, что, кто бы это ни был, его отец скучал по ним. — Вы оба готовы? — спросил Лань Сичэнь, подходя к ним.       Отец и сын кивают. Им нужно было только стоять там, пока Лань Сичэнь представлял их старейшинам секты, а затем, чтобы Лань Чжань назвал его вежливым именем. Они прошли в центр зала. Все старейшины собрались по местам, когда Лань Сичэнь занял свое собственное место.       Лань Сичэнь перевел взгляд со своего брата на племянника и улыбнулся: — Добро пожаловать, Лань Юань. — поприветствовал он подростка, вышедшего на середину комнаты. Его отец шагал позади него. — Лань Юань приветствует лидера секты Лань и уважаемых старейшин нашего клана. — он поклонился должным образом, прежде чем подняться через несколько секунд. — Лань Юань, — сказал старейшина, выходя вперед, — Ты не совершеннолетний, молодой ученик нашего клана, и тот, кто заставил нас гордиться тем, как усердно ты работал. В этот день мы просим твоего отца дать тебе вежливое имя, под которым тебя будет знать мир. — Лань Ванцзи, Второй Мастер Лань, известный в нашем мире как Ханьгуан-цзюнь, какое имя вы даруете своему сыну в этот день? — спросил другой старейшина, делая шаг из полукруга позади Лань Сичэня.       Лань Чжань выступил вперед: — Лань Юань, сын моего сердца. — сказал он, когда его сын повернулся к нему лицом, — В нашей жизни мы часто встречаем и теряем тех, кого любим. За это я называю тебя Сычжуй. — Я принимаю имя, отец. — поклонился он. Повернувшись к старейшинам, он сказал. — Этого зовут Лань Юань, вежливое имя Сычжуй, сын Лань Ванцзи.       Сердце Лань Чжаня заныло, когда Лань Юань заговорил. Это должен быть не просто сын Лань Ванцзи, он такой же сын Вэй Усяня. Часть его хотела заявить об этом, чтобы мир узнал, что этот ребенок был не просто его сыном. Что был другой родитель, которого любил его сын, и который любил и обожал его сына. — Добро пожаловать, Лань Сычжуй. — улыбнулся Лань Сичэнь. Раздался хор приветствий от старших, когда они теперь начали использовать вежливое имя Лань Юаня.       Это было немного позже, когда зал был в основном пуст. Теперь в зале была только семья, Лань Чжань подошел к столу, который находился в одной стороне комнаты. Под ним был предмет, покрытый тканью. Он поднял его и подошел к своему сыну. — Отец. — сказал он, чувствуя, что не должен называть его сейчас папой. — Я сделал для тебя меч. — сказал он мягким голосом, когда подошел и протянул предмет в чехле. Лань Юань посмотрел на своего отца, получив кивок. Он снял с него ткань и увидел красивый синий с серебром меч. — Для меня? — спросил он. — Да, тебе остается только назвать его. — сказал ему Лань Чжань. Его дядя и брат стоят в стороне, наблюдая за ними, но ничего не говоря.       Лань Юань поднял меч, вытаскивая его из красивых ножен и рассматривая прекрасное лезвие. Он прижал пальцы к металлу. — Хуэйи. — пробормотал он. — Воспоминание. — объяснил он, глядя на своего отца. — Всегда помнить и беречь воспоминания, которые у меня есть. Так же, как мое имя. — добавил он.       Лань Чжань кивнул: — Я увижу, как это проявиться. — сказал он.       Лань Юань убрал меч, взялся за него должным образом, а затем крепко обнял своего отца. — Спасибо тебе, папа. — сказал он, не в силах сдержаться. Лань Чжань крепко обнял его, закрыв глаза. — Сычжуй. — прошептал Лань Сичэнь, — Вспоминать и тосковать. — Он все еще желает его. — тихо выплюнул Лань Цижень. — Сердце Лань полюбит только один раз. — напомнил ему Лань Сичэнь. Он сделал шаг к своему брату. — Ванцзи, мы с дядей сейчас уходим, ты можешь поесть у себя дома.       Лань Чжань кивнул своему брату: — Спасибо.       После этого они остались вдвоем, прошло еще несколько минут, прежде чем они покинули зал и вернулись в Цзинши, хотя это была последняя ночь, которую Лань Юань мог провести там, он навсегда переезжал в общежитие для учеников. В отличие от того, что было раньше, когда он проводил там только отдельные ночи.

-/-

Урок Лань Чжаня. Имя имеет много значений не только для человека, которого назвали, но и для того, кто его выбрал.