366

Который это по счету? Третий, скорее всего. Да, я запутался, и что с того? Я жду триста шестьдесят шестой Нет, вы не правы, я не святой.

Проснувшись в холодном поту, Дима ещё несколько минут пытался прийти в себя. В комнате царила тишина и мрак. Очень странно, что ни бесов, ни других звуков не было. Тишь да гладь, толькина благодать. Посмотрев на будильник, первое, что увидел парень — это цифры. 20:45. — Хорошо поспал, ничего не сказать. — Но и ничего не ответить, — голос был знакомым, но искаженным до такой степени, что переливался несколькими интонациями. Дима потер переносицу. Только такого счастья ему не хватало. — Какая красивая комната, точнее студия, — обладатель голоса «расхаживал» то туда, то сюда, не обращая внимания на владельца помещения. Матвеев, глубоко вздохнув, направился на кухню. Подойдя к его излюбленному месту, он медленно, но уверенно налил воду из барьера. И под колкости и замечания нежданного гостя, закатывая глаза, недовольно цедил воду в стакан. -… я тебя так люблю, никто мне не нужен кроме тебя! — голос был предельно честен, и положив руки на кровь крестом, улыбаясь, повернул голову на сто восемьдесят градусов. Прыснув водой и закашляв от этих неожиданных слов, парень во все глаза уставился на «лицо» оппонента. Друг в свою очередь окаменел от вида паренька. — Ахуеть. Мы теперь братья! — это счастливое выражение на физиономии названого брата заставило передернуться. Тот подбежал, стал трогать маленькие рожки, лезть в рот, проверяя, есть ли клыки и лишь когда первый стал раздевать парня, чтобы проверить на наличие хвоста и крыльев, последний пришёл в себя. — Толян, еб твоего Владислава на лево, отстань! — голос граничил с истерикой и смехом. Толик радостно начал прыгать по всем поверхностям и так сильно визжал от радости, что в дверь кто-то постучал. Устало вздохнув, парень пошёл к двери. *Сколько раз я повторял это действие за сегодня? Уже сбился со счета…* Открыв её, Дима увидел, что на пороге опять стояла эта бабуська. — Сынок, хватит шуметь! Я из-за тебя не могу посмотреть Дом2, я конечно понимаю что ты ещё молодой, но пожалей меня… Дальше Дима перестал её слушать и лишь мотал головой, когда та делала пометки в своей тетради. Толик, стоя за спиной парня, достал попкорн, жрал его, сладко причмокивая и облизывая кончики пальцев. Эта ахинея продолжалась более пятнадцати минут, и у Матвеева дико разболелась голова. При виде такого усталого парня бабка все же решила прекратить свою речь. -… что за молодёжь пошла, ничего не слушают! Ещё одно замечание и я вызову полицию из-за такого шума! А если и это сойдёт с рук, то вызову эк. Эра. Эксро. Экросексов! Они тебя точно приструнят. Толик который все ещё стоял за спиной засмеялся как бесноватый. Бабуська ушла, демон ржёт как конь, голова трещит, а свои демоны хуй знает где! Просто отлично, нет А.Х.У. Е.Н.Н.О! — Толь, где мои чертилы? — уставшим голосом спросил паренёк. Демон от такого обращения расцвет как акация. — Сегодня пятница тринадцатое, день открытых дверей, все ушли гулять на кладбище, там такой движ… — сладким голосом ответил Толик. В очередной раз потерев переносицу, парень спросил волнующий его вопрос. — Брат мой названый, скажи мне вот что, почему эта старая женщина не увидела это недоразумение? — под «этим недоразумение» он имел в виду рога, но решив уточнить указал на его новый аксессуар рукой. — Все просто, это эффект от использования сильной демонической связи или злая шутка твоих дружков. Обычные смертные их не видят, не боись. — Бляяя. Недавно проснувшийся парень настолько устал за эти несколько часов, что выключил свет и вновь лёг на кровать. Толик рядом что-то увлечённо рассказывал. Под этот занимательный монолог чернокнижник и уснул.