Ландскнехт. Плохая война

      Генрих фон Раушвильд              Когда солнце поднялось над башнями городской стены Ольнабраука, город был полностью захвачен. Друэлла не стала тратить силы на то, чтобы залить его полностью демонической энергией. Вместо этого она создала небольшое пространство рядом с собором Верховной богини и помогла открыть портал прямо в главный лагерь моей небольшой армии в Лескатии.        Прошедшие через портал подкрепления первым делом отправились за стены, чтобы не дать убежать жителям посада. Отдельные роты заняли бастионы на случай внезапного контрудара Ордена. Но самое главное — через портал пришли трофейные команды.       Грабеж города — это дело очень сложное. Армия легко и быстро может превратиться в неуправляемую толпу мародеров, насилующую всех подряд, режущую друг друга из-за добычи и уничтожающую все, что не получается сожрать, выпить или забрать с собой.       Поэтому свой полк я с самого начала учил правильно грабить захваченные города. Первым делом — охрана. Отборные бойцы должны встать на страже, чтобы никто не застал нас врасплох. Потом город надо разделить на сектора и выставить кордоны и патрули, чтобы не позволить местным жителям перебегать со своим золотом с одной части города на другую и обратно.       И в третьих, назначить всем участвующим доли от добычи в зависимости от их вклада в захват города. Ландскнехты с самого начала знали, что основная часть добычи пойдет в общую казну полка, а затем будет потрачена на их же жалование. Поэтому никто не будет косо смотреть на сундуки с золотом, выносимые из здания городского совета.       Меньшая часть также уйдет в общий котел, а затем её поделят между всеми участниками похода, даже если они отлеживались после ранения. Особенно, если получили ранения в бою. Такая система гарантировала то, что никто не попытается положить себе в карман золотое ожерелье — это ведь воровство у своих. За такое сразу или расправа на месте или суд у профоса. В моей армии, конечно, вешать никого на суку не буду, но Таис может придумать наказания и похуже. А еще никогда не возникало споров между теми, кто грабит, и теми, кто стоит на страже. Какая разница, кто, чем занят, если добычу все равно по честному будут делить?       В этот раз все было точно также. Одни роты оцепляли перекрестки, а другие заходили на улицу за улицей и шли, поочередно выгребая из каждого дома все ценные вещи, включая хозяев. И так, как надолго задерживаться в Ольнабрауке мы не собирались, то всем мамоно мы разрешили свободную охоту.       Склады Ордена были настоящей находкой. Связки арбалетных стрел, башмаки, плащи, палатки, колеса для обозных телег, седла, лошадиная упряжь, подковы, ткань и кожа на одежду, пики, порох, пули, ядра для пушек и много другого военного снаряжения досталось нам. Я сразу же приказал все вывозить через портал в наш лагерь.       А вот в городской казне, увы, на этот раз меня ждало большое разочарование. В ратуше мы нашли вместо золота одни лишь чеки и бухгалтерские книги. Оказалось, что все золото и серебро из приграничных городов вывезли еще полгода назад, заменив расписками. Строгий учет позволял местным жителям расплачиваться этими расписками так, словно бы у них золотой было на руках. Ну а мы могли их разве что в камине вместо растопки использовать.       В банке нас ждала точно такая же история, как и в соборе Верховной богини. Орден ввел строгие правила, чтобы драгоценные металлы даже при внезапно прорыве монстров не попали им в руки. В общей сложности мы и сотни серебряных монет не смогли собрать. Это серьезно осложняло нам возможности для грабежа. Разозлившись, я с группой доппельзольднеров и мамоно решил лично зайти в гости к местным богачам.       Первый же трехэтажный дом встретил нас плотно закрытыми дверьми. Тратить время на уговоры не хотелось, поэтому мы с ребятами их просто высадили, перебив топорами петли.       — Добрый день, господа. Вы не против, если мы с друзьями осмотрим ваш замечательный дом?       Полтора десятка слуг с крепкими палками в руках испуганно попятились назад. Хозяева особняка, надо отдать им должное, показали себя лучше.       — Берите, что хотите, только не трогайте мою семью! — резко заявил упитанный мужчина в дорогом костюме.       Он стоял на каменной лестнице, застеленной красным ковром. За его спиной прятались женщина и дочь, парень лет семнадцати стоял чуть впереди с обнаженной шпагой.       — Спасибо за любезное предложение, но я возьму все, что захочу, включая вашу семью, — любезно объяснил я. — Вперед, ребята. Берите все, что хотите, и кого хотите…       Дважды предлагать не пришлось. Слуги не продержались и мгновения. Двух крепких мужчин мамоно тут же оттащили в сторону и принялись насиловать. Остальных просто уложили поспать.       — Мразь!       Парень со шпагой наголо бросился вниз по ступеням лестницы на меня, но дорогу ему преградила темнокожая демонесса с кнутом в руках, одна из моих телохранительниц.       — Какой храбрый мальчик, — улыбаясь, проговорила Шилар. — Сможешь меня поцарапать, и я разрешу тебе меня наказать как следует.       Демонесса, изогнулась, демонстрируя идеальное тело, прикрытое только кожаными лентами и жалким подобием набедренной повязки, как у каких-нибудь языческих дикарей. Паренек, ожидаемо разъярился от такого предложения и вида мамоно, а вот его отец вспотел, сглотнул и как-то неловко поправил одежду ниже пояса.       Что-то зло прошипев себе под нос, парень быстрым и хлестким ударом попытался попасть по ничем не прикрытому животу Шилар, но демонесса красивым танцующим движением ушла от атаки.       — Первая попытка, — Шилар обворожительно улыбнулась.       Ландскнехты и мамоно тем временем разошлись в стороны, давая им место для поединка. Взяв себя в руки, парень спустился с лестницы и встал в правильную стойку. Видно, занимался фехтованием с хорошим наставником.       Видя, что нападать парень не спешит атаковать, Шилар провела языком по губе и обнажила одну грудь, сжав пальцами темный сосок.       — Ну же, — подбодрила она его. — Я же вижу, что ты хочешь поцеловать мою грудь…       Потемнев от злости, парень вновь кинулся в атаку. И вновь Шилар играючи ускользнула в сторону, а шпага со свистом рассекла воздух там, где демонессы уже не было.       — Вторая попытка… но за старание… держи награду.       Шилар, нагло улыбаясь, полностью обнажила грудь. Двигалась демонесса удивительно красиво и грациозно. Несколько ландскнехтов залюбовались, да так, что один получил в бок чувствительный удар от жены.       — Лучше уходи в оборону, парень, — посоветовал я. — Тебе её не достать.       — Мне не нужны советы предателя!       — Как знаешь, — я развел руками.       На третий раз Шилар не стала уходить в сторону, а кнутом перехватила шпагу и выдернула её из руки парня.       — Вот и третью попытку ты потратил зря… Теперь моя очередь.       Первый удар кнута ювелирно разорвал рубашку, обнажив грудь парня, не задев кожу. Второй также порвал штаны. А третьим ударом демонесса ловко подцепила его за щиколотку и рывком повалила на пол.       — Седрик! — отчаянно крикнула девушка, не сдержавшись.       — Так тебя зовут Седрик? — демонесса уже уселась на парня сверху. — Ты проиграл, а значит, станешь моей игрушкой…       Дальше уже ничего интересного не было. Шилар легко разорвала остатки одежды на парне, ну а сама она уже и так почти голой была. Отпустив несколько ехидных комментариев и дав пару советов, мамоно и ландскнехты начали расходиться по комнатам.       — Прошу наверх, господа, — я жестом предложил благородному семейству подняться на второй этаж. — Не будем мешать новобрачным…       — Я… нет… слезь с меня… тварь…       — Какой бойкий мальчик! Всегда о таком мечтала!       — Ты… — девушка, видимо сестра Седрика со слезами на глазах хотела что-то сказать мне, но отец и мать не дали ей этого сделать и поспешно потащили наверх.       — Да, конечно, только молю вас, не трогайте нашу дочь! Пожалуйста!       Второй этаж особняка меня порадовал просторными и богато украшенными комнатами. Конечно, до роскоши замка в Сальварионе или дворца в столице Лескатии было далеко, но на время разместиться можно было. Поэтому я тут же приказал не портить комнаты и не трогать мебель.       А вот разговор с хозяином особняка меня не порадовал. Мужчина представился главой городского совета Ольнабраука и, возможно обидевшись из-за сына, решительно отказался пойти на сотрудничество. Он раз за разом твердил, что все его деньги лежат в банке в Равенсбурге, столице королевства. А на руках у него только векселя.       — Я прошу прощения, но я ничего не могу сделать, — в очередной раз заявил мужчина.       — Ловко придумано. То есть я пришел за золотом, а золота нет? — я вздохнул и покатал по шелковой скатерти пустой хрустальный бокал. — То есть, теперь нет никакого смысла грабить приграничные города?       Мужчина промолчал.       — Подвесить бы тебя на балке, да развести небольшой костер под ногами, чтобы пламя едва-едва лизало твои пятки… — грустно вздохнул я, вспоминая старые времена. — Взятки ты, морда, тоже векселями берешь, которые через всю бухгалтерию проходят? А за темные делишки платишь строго по всей отчетности, которую королевские чиновники проверяют? Ты меня совсем за идиота, держишь?!       Разъярившись, я бросил бокал в стену. Жена владельца вздрогнула, но он сам лишь опять начал повторять, что у него есть лишь немного серебра и меди для текущих расходов…       Дочь, сидевшая на края дивана, перестала плакать и только иногда аккуратно касалась глаз сложенным в несколько раз белоснежным платочком. В старые добрые времена, когда я бродил с ландскнехтами по дорогам империи, её бы в первую очередь по кругу пустили. Сначала, разумеется, командир, а потом все остальные. Рано или поздно девушка, не выдержав насилия, потеряла бы сознание, а может быть даже и умерла бы. Но пьяных солдат в первые часы это бы не особо смутило… главное, что бесплатно, в отличие от шлюх в лагере.       Но инкубы не насиловали женщин. Ну, за прям редким, очень редким исключением. Зачем, когда есть несколько жен-монстродев? Поэтому она изначально, в отличие от своего брата, была в полной безопасности. Семьи мамоно старались не разлучать. Бывало, конечно всякое, но пока был выбор, мамоно в сторону женатого мужчины смотреть не будут. Либо постараются сразу и его жену обратить.       Поэтому владелец тоже, в общем-то, был в безопасности. Убивать его не будут. Пытать тоже. Насиловать — вряд ли. Даже на рынке женихов его продавать будут строго вместе с женой. Так что мне даже особо напугать его было нечем.       — Хм… — я вновь задумчиво посмотрел на девушку. — Подойди ко мне.       Девушка лишь гордо вздернула прелестный носик. Усмехнувшись, я сам встал и прошел через комнату к ней. Мужчина дернулся было вслед за мной, но его остановили. Взяв девушку за подбородок, я развернул её к себе и посмотрел в голубые глаза.       — А ты красивая… да еще и отец богатый. Небось, у тебя и всякие воспитательницы с детства были. Этикет, музыка и прочая ерунда…       — Господин, молю, не трогайте мою дочь.       — Лицо красивое, фигура изящная, кожа белая, чистая… хорошая партия… была бы, — я усмехнулся. — Хотя, может быть тебя, такую всю красивую и хрупкую, за какого-нибудь старика выдали б. Политика. Расчет.       Ресницы у девушки чуть дрогнули. Она тоже об этом не раз думала.       — Не бойся. Это тебе теперь точно не грозит.       Несколько секунд я всерьёз думал о том, чтобы лично все сделать, но представив лицо Друэллы и Таис… упаси Господь.       — Кому нужна молодая женушка? За ней богатое приданное будет, верно ведь, — я подмигнул главе совета.       — Вы…       — Довольно! Ты уже все сказал. Не хочешь мне отдавать золото — твое право. Пытать я тебя не могу. Но вместо золота мы возьмем твою дочь.       Сразу три ландскнехта вышли вперед, но одного сразу же за шкирку жена — ламия — затащила обратно. Оставшиеся двое прямо на столе бросили кости. Проигравший пожал плечами, а победитель, усмехнувшись, начал раздеваться.       До девушки только сейчас дошло, о чем идет речь. Закричав, она бросилась из комнаты, но её ловко перехватила красивая суккуба, уже успевшая сбросить с себя одежду. Ну, вернее то, что суккубы называли одеждой.       — Тихо, девочка, — проворковала суккуба. — Не бойся. Будешь мне младшей сестричкой. А муж у меня сильный, его на четверых хватит.       Ландскнехт и его жена приступили к делу с такой сноровкой, что словно всю жизнь этим занимались. Юная девушка отчаянно сопротивлялась, но её быстро раздели донага и повалили на кровать. Суккуба закрыла ей рот поцелуем, а рослый инкуб умело ласкал самые чувствительные места девушки. Вскоре она уже не кричала, а тихо стонала и инстинктивно выгибалась навстречу ласкам. Но для её родителей это все равно выглядело как настоящее изнасилование.       — Ну и что дальше?       — Ты… — мужчина смотрел на меня с бессильной ненавистью и пытался сжать кулаки. Кого-то, возможно, это и напугало, но меня этот тюфяк с толстыми пальцами мог только рассмешить.       Его жена тихо плакала, отвернувшись к стене.       — Да, я, Генрих фон Раушвильд, — подойдя ближе, я нагнулся к нему и негромко сказал: — следующей будет твоя жена. А потом… ты знаешь, кто такие мозгохлестки?       Две крепкие орчихи без труда выломили доски из стены в подвале. За ними в тайнике нашлись три увесистых сундучка. В одном, маленьком, лежали аккуратно сложенные в столбцы золотые монеты, второй, побольше, был набит серебром, а в третьем лежали долговые расписки и драгоценности, в основном женские.       — Это все в казну армии, — приказал я. — Хозяина особняка и его жену к остальным пленным. Всё, дом проверили? Тогда к следующему!       Самое интересное то, что многие мамоно даже и не поняли, насколько жесток я сейчас был. С их точки зрения юноша обрел свое счастье и жену, а девушка — тоже обрела свое счастье, не только став мамоно, но и сразу получив себе хорошего мужа.       С моей точки зрения это все тоже было ерундой, которую и не сравнить с тем, что творили ландскнехты в захваченном городе. Но на местных жителях, не знакомых с настоящими монстрами, это срабатывало безотказно.              Клод              Пока ландскнехты планомерно прочесывали город, прибывшие через портал мамоно занялись свободной охотой. Их было не так много. В поход в основном пошли опытные мамоно, побывавшие не в одной передряге, а они практически все давно были замужем. Но жители Ольнабраука не думали, что им повезло, потому что сравнивать им было не с чем. Для них словно наступил конец света.       Отвратительно развратные монстры с головами неправдоподобно прекрасных женщин и телами чудовищ с хохотом и воплями носились над крышами домов. Любой, кто рисковал выглянуть наружу, мог стать их добычей. Они без разбору ловили молодых, юношей, крепких мужчин и даже стариков, чтобы сорвать с них одежду и надругаться прямо на улице.       Женщины тоже не были в безопасности. Монстры ловили их, заставляли плясать на улице, раздеваться и нашептывали на уши вещи, от которых содрогалось небо! Они говорили, что женщины не обязаны жить в затворничестве и скрывать свою красоту! Что женщины должны быть красивыми! Должны сами ловить мужчин! Что мужчины не имеют права бить своих жен!       Жители Ольнабраука со страхом прислушивались к крикам снаружи и прятались за наглухо закрытыми дверями и окнами. Клод тоже очень хотел куда-нибудь спрятаться, но не мог этого сделать. Он не мог даже пошевелиться, несмотря на то, что холод легко проникал под ветхую одежду и вытягивал остатки тепла из тела.       Клод на коленях просил пощады, но хозяин лишь от души врезал ему в челюсть, выбив несколько зубов. Двое его сыновей быстро привязали Клода к крыльцу и убежали прятаться в доме.       Придя в себя, Клод поначалу боялся монстров и вздрагивал, когда по улице проносились тени, от пролетавших гарпий, суккуб и демонесс. Он также, как и остальные со страхом прислушивался к крикам, воплям и смеху. Но постепенно холод вытеснял все другие мысли. Поэтому когда послышались приближающееся хлопанье крыльев, Клод даже не пошевелился. Ему просто очень хотелось спать.       — Эй, не вздумай засыпать!       От звонкой пощечины Клод вздрогнул. В голове немного прояснилось.       — Почему он привязан?       — А ты как думаешь? Его тут оставили для нас!       — Ха! Кажется, сестра, нас ждет веселье!       — Сначала поможем ему.       Волна странного тепла окутала тело Клода и боль быстро ушла. Подняв голову, Клод разглядел двух стройных и красивых девушек, смотревших на него с сочувствием.       — Ты крепостной? — прямо спросила одна из них.       — Да, госпожа.       — Нет, я не госпожа, а ты больше не раб, — серьезно произнесла девушка.       Лишь сейчас Клод разглядел её рога и крылья за спиной. Но, как ни странно, это его не испугало. Вторая девушка достала нож и перерезала веревки, освободив Клода.       — Мы тебя отправим к остальным пленным, но не бойся. Ты не раб. И тебе ничего там не угрожает. Тебя не будут бить, наказывать или морить голодом. Никогда!       Клод не поверил. Не бывает такого, чтобы его не били или кормили досыта. Но спорить с девушками он не стал и послушно дал им увести себя.              Генрих фон Раушвильд              Праздничный ужин мы устроили в особняке главы городского совета Ольнабраука. Из всех богатых домов именно этот мне и моим женам приглянулся больше всего. В подвалах хватало еды и вина, а за столом в неплохо украшенном зале поместились все приглашенные гости: Ева Мистив, Юна Сирава, Эри, Шеллахет и несколько отличившихся в бою капитанов рот.       После того, как я лично побеседовал с богатейшими жителями города, настроение у меня поднялось. Орден очень постарался, чтобы золото и серебро не утекало к монстрам из стран, подконтрольных ему, но, слава Богу, честные люди среди купцов, советников и чиновников в этих землях встречались так же часто, как девственницы в борделе. Все они придерживали золото у себя, а не отправляли в банк, как полагалось.       Новости приходили тоже хорошие. Эльт перехватил несколько отрядов Ордена. Захваченных пленных уже гнали к нам вместе с жителями захваченных деревень. Эри со своими «Синими хвостами» устроила несколько хороших диверсий и вывела из строя переправы поблизости.       — Учитывая панику у Ордена, мы можем закрепиться здесь, — задумчиво проговорила Ева Мистив.       Своим замечанием главный стратег Лескатии перевела обычный разговор в военный совет.       — Интересное предложение, — медленно произнесла Друэлла, отвлекаясь от беседы с Таис.       — И неожиданное, — добавила Элара.       — Мне это в голову пришло только сейчас. Просто как подумаю о том, насколько хорошо укреплен город… отдавать его Ордену.       — Да, второй раз мы его так легко не захватим.       — Второй раз его захватывать и не придется, — вмешался я. — Заложим порох у ворот и в башнях — и взорвём, а дома просто подпалим. Здесь останется только груда обгоревших развалин.       — Но если занять все бастионы вокруг города, возвести постоянный портал, то мы получим надежную крепость прямо в тылу у Ордена. Им придется выделить значительные силы для того, чтобы блокировать её. А мы сможем вылазками тревожить их.       — Хорошая идея, — согласился я. — Но нужны силы. Я своих ландскнехтов уведу на отдых. Нам нужно готовиться к новой компании.       — Тебя мы и не будем привлекать к этому, — успокоила меня Друэлла. — Но Ева права, терять такой город глупо. Надо серьезно подумать о том, чтобы закрепиться здесь.       — Без стабильной работы портала — не выйдет.       — Что ж, все мы знаем, что для этого нам потребуется демоническая энергия, а значит, — весело воскликнула Элара.       — Всем нам нужно как следует постараться ночью с мужьями! — продолжила Шармаль, поднимая кубок.       Мамоно… мысленно вздохнул я. Даже война у них через одно место идет.              Капитан «Серых плащей» Асвинд              Город Равенсбург, столица королевства Карсен, встретил отряд Асвинда серым небом, холодным ветром и неприятными новостями. Проигнорировав приглашение из королевского дворца, Асвинд сразу помчался в штаб Ордена.       Выслушав новости, Асвинд помрачнел и потребовал принести ему мяса и вина.       — Если я не поем, я сейчас кого-нибудь тут без суда казню…       Офицеры, переглянулись и благоразумно промолчали.       — Так, еще раз. Крупный отряд монстров появился у нас в тылу и просто захватил хорошо укрепленный город. Это все вот именно так? Это мне не снится?       — Господин, — генерал, командующий войсками Ордена в королевстве, выпрямился. — Всё именно так. Мы пытаемся выяснить подробности, но никакой связи нет. Несколько групп разведчиков выдвинулись к Ольнабраука, но им еще только предстоит добраться до города.       — Как это вообще могло произойти?! — Асвинд рявкнул и ударил кулаком по столу. — Тыловой город! Важнейший узел обороны и с резервными складами! Как, я вас спрашиваю?!       — Не могу знать, — скрипнув зубами, ответил генерал. — Мы получили только три магических сообщения. В первом говорилось о большой группе монстров в округе. Командир округа решил отправить войска к границе, чтобы перехватить врага. Но спустя всего пять часов пришло еще два сообщения, оба с сильными помехами. Одно пришло за подписью командира округа полковника Райвинда Карлтхайра. Он сообщил, что крупная группа предателей напала прямо на казармы его сил. Он не сообщил, как они могли оказаться прямо в городе. Но…       — Договаривайте!       — Маг, принявший сообщение, доложил, что не смог внятно разобрать, но в сообщении точно упоминалось имя Раушвильда.       Асвинд задумался, потирая рукой подбородок. Генерал немного помолчал и, не дождавшись никакой реакции, продолжил:       — В другом сообщении подписи не было, но, вероятно, его отправил один из городских магов. Он сообщал, что Ольнабраук пал и, скорей всего, спастись из города никому не удастся. Это сообщение тоже пришло с большими помехами, но в нем несколько раз повторялась фраза «Белая сука».       — Значит, Раушвильд и Белая сука, — пробормотал Асвинд. — У Ольнабраука не было и шанса. Тыловой город, не готовый к нападению…       В зал прошел офицер и поставил рядом с Асвиндом тарелку с холодным мясом и бокал с вином, но капитан гвардии на еду и не взглянул. Вместо этого он встал и склонился над картой на столе.       — Что ж. Надо думать, как мы парируем этот удар. Вряд ли они уйдут и оставят нам город, а сил для полноценной осады у нас нет…       Асвинд замолчал и поднял голову, взглянув на офицеров с явным безумством во взгляде. Офицеры, включая генерала, невольно поежились.       — Друэлла и Раушвильд в Ольнабрауке… в городе, который далеко от фронта. С небольшими силами. В нашем тылу. Вы понимаете, что это означает?       Через несколько секунд дошло и до генерала.       — Мы же можем…       — Поднять всех!!! — заорал Асвинд. — Моим именем — вскрыть резервы маны!!! Всех магов мобилизовать!!! Немедленно!!! Порталы должны работать круглосуточно!!!