Пролог
6 июня 2023 г., 18:00
Когда он получил запрос, ему пришлось дважды перечитать пергамент, прежде чем он поверил написанному на нем. В самой форме не было ничего необычного, с тех пор как он стал работать за столом, он выходил из темной подземной пещеры, которую называл офисом, только когда гоблинам требовались его навыки. За эти годы он стал своего рода экспертом в области древнеегипетских заклятий и проклятий, и чем больше времени он проводил за работой над находками, которые выкупали другие разрушители проклятий, тем больше он мог совершенствовать свои навыки и знания, исследуя проклятия и заклятия, с которыми он сталкивался.
Это привело к тому, что на протяжении многих лет его просили оказать помощь в некоторых местах. Все эти путешествия не давали ему скучать за письменным столом, а Флер получала возможность продемонстрировать свои навыки, потому что он всегда брал ее и Виктуар с собой. Это, конечно, приносило деньги, и гоблины очень хорошо относились к тому, что давали ему бонусы за любую работу, в которой ему удавалось пробиться.
За годы работы он стал самым лучшим экспертом Гринготтса по Древнему Египту. Так почему же его отправили в Китай? Сбитый с толку, он запер керамический кувшин, над которым работал, взял свою палочку и записку и отправился на поиски своего начальника в надежде, что они смогут прояснить ситуацию, прежде чем он окажется в чужой стране, где он никому не будет нужен.
Через двадцать минут он уже ехал домой, чтобы сообщить семье очень странную новость. Его встреча с Хагноком прошла не так, как он ожидал. Никакой ошибки не было; в документах было написано именно то, что должно было быть. Компании "Гринготтс" требовался эксперт по Древнему Египту на одном из объектов в Хунане, Китай. Зачем им понадобился эксперт по Египту, было загадкой, все, что смог сказать Хагнок, это то, что они нашли что-то интересное и направляют в этот район несколько разных экспертов.
Выходя из офиса, он прошел мимо Элоизы Драмманд, которая выглядела такой же растерянной, как и он, и держала в руках аналогичную просьбу о помощи. Элоиза была их постоянным экспертом по Древнему Вавилону и Месопотамии.
— Они вызвали Старого Реджа с пенсии, — сказала она ему шепотом. — Происходит что-то важное, а они об этом не говорят.
Билл высказал свою мысль, что гоблины не делятся информацией, потому что ничего не знают. Элоиза немного засомневалась, но не стала спорить, потому что, как и Билл, хорошо знала, что гоблины обычно гораздо более откровенны с информацией. О, они никогда не делились всем, что знали, но они твердо верили в то, что дадут своим Разрушителям Проклятий любую информацию, какую только смогут, надеясь, что если они будут знать все факты, то смогут получить все золото.
Если они не делились информацией о чем-то, что требовало такого количества экспертов, то это было потому, что у них просто не было больше специалистов.
Маленький приморский коттедж, который он называл своим домом, был уютным, идеального размера для семьи из трех человек. Морской воздух всегда был свежим, и дошло до того, что ему стало трудно заснуть, если ночью не было слышно волн. Фред всегда шутил, что у него пропало обоняние, если он не считает, что запах водорослей сильнее свежего морского воздуха.
Флер встретила его у дверей кухни теплым поцелуем, от которого Виктуар вскрикнула от отвращения, когда помогала матери готовить ужин и накрывать на стол.
— Как работа, папа? — Его дочь, хотя и говорила на беглом французском, всегда говорила по-английски с идеальным акцентом. Это раздражало ее бабушку, но служило бесконечным источником веселья для всех остальных. Флер гордилась тем, что ее дочь могла говорить по-английски и как уроженка Франции, когда у нее появлялось настроение.
— Было немного странно, — признался он с самого начала. — Я получил еще одну просьбу о помощи.
— Оооо, еще один праздник! — с восторгом воскликнула Виктуар. — Куда мы поедем на этот раз, папа? В Долину Королей? Гиза? Куда-нибудь в новое и неизведанное магглами место?
Флер поставила тарелки на стол и пригласила их обоих сесть в кресла. Ей, как и ее дочери, было интересно узнать, куда они отправятся дальше.
— Хунань, — произнес Билл, стараясь, чтобы в его голосе было столько же неверия, сколько и уверенности.
Его маленькая семья была ошеломлена.
— Но это же в Китае! — Неверие Виктуар, если такое возможно, превзошло первоначальную реакцию ее отца. Билл, со своей стороны, был просто поражен, что она вообще знает, где находится Хунань. Возможно, идея Гермионы о раннем обучении волшебников была не такой уж странной, в конце концов.
— Так и есть, — согласился Билл, позволяя дочери увидеть его собственное замешательство по поводу этой идеи. — Произошло открытие, и они вызывают всевозможных экспертов. Старика Реджа вернули с пенсии, он занимается мезоамериканскими проклятиями.
Эта новость была встречена с восторгом его дочерью, которая считала, что любой повод отправиться в новое место стоит неудобств, связанных с тем, что ее отец оказался совершенно не в своей тарелке, и с подозрением Флер, которая так и не смогла преодолеть свою тревогу по поводу всего необычного со времен последней войны.
— Это не повод для беспокойства, — заверил он ее позже, когда Виктуар ушла спать, а они вдвоем сидели у камина и слушали WWN. — Вероятно, это просто что-то относительно новое, что какой-то молодой волшебник решил защитить, применив творческий подход.
Флер все еще не выглядела успокоенной, но она оставила этот вопрос без внимания, не было смысла беспокоиться о чем-то настолько глупом. Война была уже давно позади, а Волдеморта больше не было. Странные проклятия и артефакты теперь были просто частью работы, они не были чем-то опасным, что Темный Лорд пытался использовать против них.
И вот, неделю спустя, эту семью Уизли можно было найти стоящей возле старого пыльного бюро путешествий в какой-то отдаленной части здания Гринготтса, широко зевая и обложившись багажом в ожидании появления Элоизы, чтобы они могли взять портключ до места в Хунане. Старый Редж опирался на корявую трость; голова его клевала вперед, когда он погружался в сон. В тот момент, когда его равновесие начинало нарушаться, старый разрушитель проклятий резко просыпался, и все начиналось сначала.
Билл понятия не имел, почему портключи всегда уходят в такие ужасно ранние или поздние часы, но он полагал, что не должен жаловаться. Все это было приключением для Виктуар, а ему нужно было иногда отдохнуть от кабинета. Элоиза ничем не отличалась от других. Травма, полученная в результате неудачного проклятия, не позволяла ей работать на месте, как раньше, и она наслаждалась случайными прогулками, но не превращала их в семейное дело. Все ее дети выросли и разъехались по своим семьям.
Билл с ужасом ждал того дня, когда Виктуар уедет в Хогвартс; он не был готов думать о том времени, когда она начнет создавать свою собственную семью.
Элоиза прибыла, когда до прибытия оставалось всего тридцать секунд, и все они быстро собрались в центре комнаты, протягивая руки, чтобы крепко ухватить пластиковое кольцо от детской игры. Билл крепко сжимал Виктуар другой рукой; то самое старое беспокойство, что она может как-то выскользнуть и потерять хватку, овладело им, несмотря на то, что подсказывала ему логика. Быть отцом обычной ведьмы было достаточно страшно; он не представлял, как Гарри удавалось не получить сердечный приступ каждый раз, когда одна из его девочек совершала что-то безумное.
Внезапное, резкое толчок за пупком пронзил Билла, и мир вокруг него помутнел. Международные путешествия всегда занимали немного больше времени, и ощущение, что его тянут по длинному и исключительно узкому туннелю, не доставляло ему удовольствия. Наконец, он почувствовал, что его ноги ступили на твердую землю, и машинально подтянулся, чтобы не упасть.
Только его хватка на дочери не позволила ей упасть на землю.
Билл огляделся, внимательно изучая окружающую обстановку, пока Флер помогала старому Регу подняться на ноги, а Элоиза приводила себя в порядок. Они стояли посреди пыльной дороги; единственным источником света для них были звезды, сияющие над головой, и тусклый свет масляной лампы, которую держал в руках невысокий пожилой волшебник, опиравшийся на трость. Его длинная белая борода могла бы сравниться с бородой покойного Альбуса Дамблдора, а дорожная мантия была поношенной и пыльной. Его взгляд оглядывал их с острым умом, хотя в нем было тепло, которое смягчало его интенсивность.
— Идемте, — сказал он и повернулся, чтобы повести их по узкой тропинке, которую он загораживал от Билла.
Билл обменялся взглядами с остальными, но, пожав плечами, последовал за маленьким стариком. Это не значит, что он не вытащил свою палочку и не зажег кончик, чтобы пролить немного больше света на тропинку. Он шел впереди, Виктуар держалась за его джемпер, Элоиза помогала старику Реджу, а Флер шла сзади. Старые привычки были ещё живы, и он знал, что Флер будет идти в ногу с ними, держа палочку наготове и высматривая любые признаки неприятностей. Такие мелочи показывали, что война никогда не оставит их по-настоящему. Он точно знал, что Рон до сих пор спит с палочкой под подушкой, а Стефани имеет склонность проклинать любого, кто ее напугает.
Билл просто надеялся, что их детям никогда не придется испытать это чувство ужаса.
Они шли уже минут двадцать, когда по тропинке к ним направился шум голосов. Насколько Билл мог судить, голосов было не менее пятнадцати, и звучали они спокойно и дружелюбно — веселые тона людей, рано начавших день. Билл был готов ко сну. День предстоял долгий, это было ясно. И все же, когда они вышли из-за деревьев, их встретил довольно просторный лагерь. Палатки окружали поляну, несколько небольших, очевидно, предназначенных для сна, и более крупные для работы - не то чтобы размер снаружи говорил о внутреннем состоянии палатки.
Несколько человек, сидевших у костра, поприветствовали своего проводника, а затем вернулись к своему завтраку. Пока их вели по лагерю, Билл хорошо рассмотрел сидящих у костра. Все они были местными жителями, к тому же молодыми, что говорило о том, что все началось как своего рода исследование для местного министерства, а затем закрутилось, когда их открытия стали гораздо интереснее.
Или опаснее. Вполне вероятно, что Гринготтс вызвали, когда ситуация стала опасной, потому что у них была репутация людей, способных справиться с тем, что не под силу большинству волшебных заведений. Это был бонус работы на таких безжалостных гоблинов, как те, что возглавляли банк. Немного работы, куча опасностей и много золота.
Флер отнесла Виктуар и их вещи в отведенную им палатку, пока Билл, Элоиза и Старый Редж приступили к работе. Чем больше им рассказывали и чем больше они видели сами, тем больше понимали, зачем они все здесь. Была найдена гробница, которая содержала множество слоев проклятий от культур всего мира. Внешний слой было достаточно легко пробить, он был составлен и скреплен с помощью рун и формулировок, характерных для древних китайских заклятий.
Следующий слой, однако, был сформирован из магии Японии. Их они смогли пробить, потому что у них был специалист по снятию проклятий, одолженный у японского министерства, а третий слой был связан с помощью сложных индийских заклинаний, о которых Билл даже не слышал. Слой за слоем раскрывался, пока, наконец, они не смогли определить только культуру, ответственную за защиту. Тогда они обратились в Гринготтс, чтобы позаимствовать некоторые из их разрушителей проклятий.
Это было увлекательно, и Билл погрузился в работу, ему, как и исследователям истории, было любопытно узнать, что же защищали такие замысловатые обереги. Шли дни, и слои заклятий снимались, атмосфера в лагере накалялась от волнения, пока, наконец, на шестой день пребывания в лагере им не удалось взломать последнее, самое сложное заклятие.
Когда последние чары рухнули, не было никаких признаков, никаких указаний на то, что что-то не так. Не было ни большого мигающего знака, ни резких знаков, ни гневных предупреждений, чтобы подготовить их к тому, что должно произойти.
Ничего не произошло, чтобы предупредить их о том, что они не прорвались сквозь заслоны, предназначенные для защиты какого-то великого сокровища. Ничто не говорило им, что их дети скоро познают ужас войны.
Билл Уизли не узнает, пока не станет слишком поздно, что они неосознанно открыли миру.
