Спаси меня от самой себя

«Хогвартс-Экспресс» — блестящий красный паровоз — выпускал клубы пара, в которых фигуры на плат­форме виделись смутными тенями. Сыч расшумелся еще громче, отвечая уханью множества сов через ту­ман. Гарри, Рон и Гермиона пошли искать свободные места и скоро погрузили свой багаж в купе в середине состава, потом вновь спрыгнули на платформу попро­щаться с семьёй Уизли. Гермионе, казалось, будто не было этих 6 лет, не было войны. Волан-Де-Морт мерт, мы победили, но осадок от потери близких все же присутствовал. Мы больше не услышим теплых речей профессора Дамболдора, Рон до сих пор не оправился от потери Фреда, стал более замкнутым, но также не потерял себя. Гарри, бедный Гарри, он так много потерял из-за Волан-Де-Морта: родители, Сириус, Римус, Добби, Грюм и детство. Вме мы были слишком молоды для войны, но все закончилось. Гермиона настолько погрузилась в свои мысли, что даже не заметила, как Хогвартс-Экспресс остановился. — Гермиона! ГЕРМИОНА! — Гарри пытался дозваться до неё уже минут 5. Гермиона чуть ли не подпрыгнула от испуга — Гарри! Ты меня напугал! — Извини, ты так задумалась, о чем думала? — Да ничего важного — Ладно, пойдем, мы уже приехали. — сказала Гарри и мы вышли из поезда, Рон ушел раньше и уже сидел в карете с фестралами. Гарри и Гермиона пришли почти последними, осталась всего одна карета. Они сели и вдруг к ним присоединились Малфой и Забини. Они не удивились, сейчас чистота крови не так важна, как раньше и сейчас многие слизеринцы общаются с гриффиндорцами, но после долговременной вражды, между Гарри, Гермионой и Драко было неловкое напряжение, хоть они и пытались это скрыть, все же это было видно. После суда, когда миссис Малфой и Драко оправдали, благодаря словам Гарри и Гермионы, Драко поблагодарил их и даже извинился. Они понимали его, он просто хотел защитить свою семью и выжить, к тому же благодаря лжи Нарциссы Малфой, Гарри победил, поэтому они не держали зла на него, не считая Рона. Всю дорогу до Хогвартса они сидели молча и так же молча пошли в Большой зал. Гермиона села за стол рядом с Гарри и Роном, все было как и всегда, только теперь профессор МакГонагалл стала деректором, первокурсников распределили по факультетам, после все спокойно поели и расходились по комнатам, единственно, что изменилось это Рон, весь ужин он просидел молча, толко ничего не съев, Гарри пытался с ним заговорить, но Хогвартс навевал на Рона воспоминания о Фреде, после нескольких попыток, Гарри прекратил попытки и оставил Рона в покое. Гермиона ушла раньше мальчиков, по пути она зашла в заброшенный талет плаксы Миртл, проверив, что здесь никого нет, кинула сумку на пол и зашла в кабинку. Она опустилась на колени перед унитазом, собрала волосы в хвост и засунула два пальца в рот, для неё это было настолько привычным, что она делала это на автомате. Её вырвало, голро саднило, по лицу давно текли слезы. Она вытерла рот рукавом мантии и выйдя из кабинки, она оперлась руками о раковину и опустив голову пыталась отдышаться, слёзы все ещё текли, она подняла голову и посмотрела в зеркало. В зеркале на неё смотрела бледная девушка, с впалыми щеками и синяками под глазами, с безразличным взглядом. Она набрала в руки воды, умылась и прополаскала рот. Приведя себя в порядок, она подняла сумку с пола и вышла незамеченной, она так думала. Как же она тогда ошибалась…