Спустя пять лет

За две недели до дня рождения принцессы лекции Нея подошли к концу. По этому случаю в университете организовали небольшой праздничный банкет, на который осталась и Лея. Она чувствовала себя странно опустошённой: лекции – а точнее, разговоры с Неем после них, – стали уже настолько привычной и важной частью её жизни, что было дико и странно понимать, что всё закончилось. Ей сделалось тоскливо при мысли, что теперь он уедет – возможно, навсегда, – и она снова потеряет эти разговоры. Потому что в Кармидер, конечно, её никогда не отпустят – нечего и спрашивать. «Но, может, он сможет приезжать хоть иногда?» – мелькнула в душе слабая надежда. Лея долго не решалась задать этот вопрос – Ней, к тому же, был занят оживлённым разговором с коллегами. Ей было странно видеть его таким; в её памяти хранился образ застенчивого мальчишки, не уверенного в себе и своих силах. И, хотя Ней внешне почти не изменился и выглядел всё тем же мальчишкой, он теперь совсем иначе держал себя. В нём чувствовалась уверенность человека, который нашёл своё дело, отдаёт ему все свои душевные силы и чувствует себя полностью довольным своей жизнью. В развороте его худых плеч чувствовалось достоинство, а гладковыбритое лицо выражало спокойную уверенность. Он свободно, но без расхлябанности жестикулировал, говорил живо, но не лихорадочно, улыбался открыто, но сдержанно. Он вызывал восхищение; он стал человеком, который сам создал своё имя и добился признания – а она… она была всего лишь скучной принцессой. Которая ничего толком не умела и ни к чему особо не стремилась. Вовлекаясь в его жизнь через разговор с ним, она сама начинала чувствовать себя частью этой жизни – и ей безумно нравилось это ощущение. Теперь же он уезжал… и она теряла это. – Ней… – наконец, набралась она решимости и подошла к нему, когда он ненадолго остался один. Он обернул к ней радостное и внимательное лицо. – Скажи… – она смутилась, но потом всё же выдавила из себя вопрос, который её мучил: – Ты… ты будешь ещё приезжать к нам? Он улыбнулся: – Конечно! На летних каникулах у меня будет достаточно времени! Она улыбнулась тоже; в сердце её радость соединилась с горечью и сожалением. До следующего лета ещё так долго! Целый бесконечный год! Она хотела было сказать, что будет очень его ждать; но тут же ей вспомнилось, что она уже обещала его ждать – и не дождалась. Эта мысль ножом резанула ей по сердцу. Потом она хотела было сказать, что будет писать ему – но тут же припомнила, чем заканчивались все её попытки написать ему раньше. Едва ли отец теперь будет более благосклонен к её желанию – а послать письмо так, чтобы её не засекла ни внутренняя, ни внешняя разведки… Она много чего хотела сказать, но не сказала в итоге ничего. Лицо её сделалось смурным и грустным, что от него не укрылось. Ему захотелось ободрить её: – Я приду на твой день рождения, помнишь? – утешающе коснулся он её руки. Она вздрогнула – на лекции она сняла перчатки, чтобы делать записи, и так и забыла их надеть, – и вцепилась в его руку раньше, чем успела осознать свой жест. – Я буду ждать! – пылко заверила она, и вдруг, осознав и жест, и фразу, резко смешалась и отпустила его руку. – До встречи! – ещё успел воскликнуть он ей вслед, когда она почти бегом направилась к выходу, пытаясь на ходу проглотить душившие её слёзы. Он дёрнулся было за ней, но его отвлёк кто-то из коллег, и, когда он обернулся, её уже не было. В слезах добравшись до своих покоев, Лея разрыдалась уже всерьёз, безудержно и болезненно. Ей было жаль, что он уезжает, и она снова его теряет. Ей было больно, что она не сдержала своего слова и забыла его, а он – он своё не забыл и сдержал, но не сказал ей и слова упрёка. Ей было невыносимо понимать, что отношения между ними совершенно невозможны – и добро невозможна любовь! – она согласилась бы довольствоваться и хотя бы дружбой, но и того им не было отмеряно. Лишь редкие формальные встречи, каждая из которых может стать последней. Ей было жалко той любви, что была у них в юности, и которую ей не удалось сберечь и сохранить. Ей было обидно, что она принцесса – что у неё есть всё, чего бы могла желать молодая девушка! – но нет права выстраивать свою жизнь так, как этого хотелось бы ей. Ей было завидно Нею – Нею, который был совсем свободен и волен творить со своей жизнью то, что пожелает, – и ведь творил! И его жизнь получалась такой красивой, яркой, интересной!.. В то время как её… что вообще было в её жизни, кроме парадной картинки под названием «младшая принцесса Райанци»? В таком жалком состоянии её и обнаружила взволнованная Рия – фрейлины принцессы, заподозрив неладное, не осмелились ослушаться приказа оставить её в покое, но хотя бы попросили помощи у её подруги. – Ого! – оценила Рия красные глаза принцессы, которая пыталась как-то привести себя в порядок, получив доклад о визите, но не преуспела. – Он точно просто старый друг? – тут же кинулась в атаку она. Лея отказывалась ей давать какие-то комментарии по поводу личности своего университетского знакомого, поэтому Рия изнывала не только от беспокойства за подругу, но и от любопытства. Личико Леи горестно скривилось. У неё не было теперь сил держать внутри то, что так её мучило, поэтому она жалко призналась: – Не совсем, – отчётливо понимая, что из неё сейчас всю душу вытрясут в поисках подробностей. Но ей, возможно, как раз и хотелось, чтобы кто-нибудь уже вытряс всё это из её души – слишком долго она молчала о своих переживаниях даже внутри себя самой. Рия не подвела. Усадив принцессу на софу, она позвонила слугам – велела подать чай – села рядом и торжественно провозгласила: – Рассказывай! И Лея рассказала. Как шесть лет назад Нея взяли к ним во дворец библиотекарем. Как они познакомились – она часто тогда забегала за книжками. Как он взялся объяснять ей непонятные места. Как разговоры их стали затягиваться и вышли далеко за пределы обсуждаемых книг. Как, наконец, у них зародились друг к другу чувства – и как Ней пытался держаться от неё на расстоянии, потому что она была принцессой, но она не позволила ему этого сделать. Как между ними завязались тайные отношения – и они даже стали целоваться… – Как! – воскликнула на этом месте поражённая Рия. – Все наши, значит, спорят, кого снежная принцесса Лея почтит своим первым поцелуем, а холодная и неприступная принцесса, меж тем… – она рассмеялась. – Лея, так вот почему ты со всеми такой льдинкой была!.. – Будешь дразниться – ничего больше не расскажу, – надулась принцесса, и Рия тут же подняла руки в знак капитуляции и нарисовала на лице самое серьёзное и постное выражение. Поздоровавшись взглядом с расписными плафонами на потолке, Лея продолжила рассказ: как их застукала за поцелуями королева, как недовольны были родители, как они решили отослать Нея учиться… – И тогда мы обменялись крестиками и поклялись хранить верность друг другу, – убитым голосом поведала она. Рия в восторге прижала ладошку ко рту. – Как романтично! – воскликнула она. Лицо её совершенно просияло от таких чудесных подробностей. Лия, напротив, совсем скисла. Из левого глаза её скатилась досужая слезинка, которую она поспешно стёрла. – Лея? – с тревогой взяла её подруга за руку. В глазах её плескалось живое беспокойство. Отвернувшись от этого тёплого дружеского взгляда, Лея куда-то в сторону тихо призналась: – Но я его не дождалась. Вопреки её ожиданиям, Рия ничего не ответила. Спустя минуту Лея отважилась на неё посмотреть, и обнаружила, что подруга о чём-то раздумывает со скептическим и недоверчивым видом. – Почему – не дождалась? – вдруг спросила она, взглянув на Лею внимательно и цепко. – Ты ведь так и не вышла замуж, и никого у тебя нет… Лея отняла у неё свою руку и спрятала лицо в ладонях. – Я перестала ждать, понимаешь? – глухо разъяснила оттуда она. – Я подумала, что он, верно, уже забыл меня, и что всё, так или иначе, кончено. – Но он не забыл! – в восторге провозгласила Рия, вскакивая от избытка чувства. – Он не забыл, и сразу приехал! Ах, Лея! – она даже закружилась от удовольствия по комнате. – Какая же ты счастливица! Опустив руки, Лея наблюдала за её кружением мертвенным пустым взглядом. Она себя счастливицей не считала. Пережив и приняв мысль о том, что у подруги есть такой романтичный воздыхатель, Рия перестала кружиться – и тут-то и обнаружила, что Лея выглядит совершенно убитой. – Их Величества по-прежнему против?.. – тихо уточнила она, осознав, в чём суть беды. Лея зябко передёрнула плечами. – Но он ведь теперь такой видный учёный! – протестующе воскликнула Рия, которой казалось ужасно несправедливым, что такая сказочная любовь будет задушена на корню из-за таких пустых и прагматичных соображений, как долг и статус. – Какая разница? – деланно безразличным тоном переспросила Лея. – Его судьба – в Кармидере, моя – здесь, при королевском дворе Райанци. Тут ничего не попишешь. Рия, однако, не была готова сдаться так просто. В конце концов, она не была принцессой, поэтому в выборе между чувством и долгом безоговорочно отдавала предпочтение первому. – Но нужно же что-то делать! – зарасхаживала она по гостиной, прищёлкивая пальцами. – Может… может, попросить заступничества у Роя? – припомнила она наследного принца. – Чтобы он из-за меня поссорился с родителями?! – ужаснулась Лея, которая, совершенно точно, не хотела разлада в семье. – Да и с чего ты взяла, – быстро добавила она, – что он будет на моей стороне? Он наследник престола, и ему должно… – Вот именно! – перебила её Рия. – Он наследник престола, и должен заботиться о международном престиже Райанци! А что может сыграть на этот престиж лучше, чем знаменитый учёный в зятьях? – лукаво улыбнулась она и со смешком спросила: – Как это Его Величество не сообразил ещё? Лея утомлённо возвела глаза к потолку. Оптимистичный настрой подруги только ещё больше угнетал её израненное переживаниями сердце. Ей определённо казалось, что в ситуации этой никакого выхода нет и быть не может. Они с Неем из разных миров – и тут никогда ничего не исправить. – Рия, – попыталась она донести до подруги свою точку зрения, – ты не понимаешь главного. Даже если бы каким-то чудом наш брак разрешили – это сделало бы Нея глубоко несчастным. Вся его жизнь теперь там, в Кармидере, на его кафедре, среди его друзей и единомышленников. Ты хочешь отнять у него это? Нахмурившись, Рия предположила: – Но у нас тоже хороший университет! Может, мы просто переманим всех, кто ему дорог, сюда? Лея смерила её скептическим взглядом. – Да, ты права, – поникла Рия, присаживаясь в кресло. Затем с негодованием воскликнула: – Это что же выходит! Ни его мы не можем забрать сюда, к тебе, ни тебя – отправить туда, к нему! Голос её потерял весёлость; она осознала серьёзность ситуации. – Просто нам не суждено быть вместе, – спокойно подвела итог своим размышлениям принцесса. – Что бы ни писали в книгах, любовь способна преодолеть далеко не все преграды. Несогласная с этим выводом Рия нахмурилась. Однако никаких идей касательно того, как преодолеть роковые противоречия, разлучающие Нея и Лею, у неё больше не появилось, поэтому дальше они пили чай в похоронном молчании.