Я всегда тебе рада

–Снова отец? Парень молчал, опустив голову вниз. Алина вздохнула, и пустила парня на порог своей квартиры, которая раньше была обшарпанной коммуналкой. Он относительно недавно стал приходить к ней в гости каждый раз, когда его отец срывался на него. И каждый раз Алина пускала его. Они сидели за одной школьной партой на протяжении нескольких лет, начиная с первого класса. За это время их дружба крепла, и дом Алины для Стëпы стал уже родным. Мать девушки постоянно была на работе, иногда беря ночные смены. Отца Слободкина практически не видела. Слишком часто он в командировках. Начались такие побеги в семье Козыревых в четвëртом классе. Сначала Стëпа просто звал Алину гулять, и постепенно он стал оставаться у неë дома. Слободкина называла его ласково Степашкой, на что он всегда хмурил свои брови, сжигая у себя мысль о том, что ему нравится такая форма своего имени. Сам же Слободкину он никак не называл. Подростковая неуверенность и стыд перед девушкой не давали ему покоя. Он, почему-то стыдился как-то ласково называть Алину, а потому только сократил еë имя до Лины. Проведя Стëпу в свою комнату, будучи даже одной дома, Алина закрыла за собой дверь. Парень уселся в мягкое, но скрипучее кресло. Подойдя к новому магнитофону, который мать купила за бешеные деньги, Алина включила его. Внутри проигрывателя стояла кассета, с любимым альбомом группы Кино, которую друзья любили вместе слушать. В комнате было жарко, несмотря на то, что на улице далеко не лето. Взяв с деревянного журнального столика резинку, Алина перевязала свои рыжие короткие волосы в маленький хвост, из которого торчали в разные стороны смешные короткие прядки. Чëлка сосульками лезла на лоб, несмотря на то, что Слободкина мыла голову буквально сегодня утром. Заколов заколками чëлку, Алина села на кровать, выжидающе смотря на парня. –Так, что на этот раз? Стëпа ещë пару минут помолчал, прежде чем дать ответ. Тишину друзей заполняла песня Алюминевые огурцы, мелодия которого ударялась о стенки стерео-колонок магнитофона. Достаточно атмосферная песня, и одна из любимых Алининых песен. Голос исполнителя приятно смешивался с мелодией, даря лëгкие мурашки по телу. –Он.. Снова... Парень поднял голову на девушку, что внимательно смотрела на него. В глазах Стëпы можно было увидеть собирающиеся слезинки. От такой картины сердце невольно кольнуло, но Алина молчала, выслушивая друга. Тот сидел и нервно трогал свои ладони, беззвучно ломая красивые пальцы. –Он стал рыться в моих вещах и искать порно открытки.. Совсем уже с ума сошëл на своей работе. Не давая волю эмоциям, Козырев потëр глаза и шмыгнул носом. Мальчик мой, картинки это не беда. Хуже то, что его отец не умеет различать где работа, а где семья с сыном. Почти каждый день он срывался на Стëпу. Очень редко доходило до ремня, но всë же бывало. Вот это самые худшие их конфликты. Алина подошла к креслу и села на мягкий подлокотник, чуть не потеряв баланс и не падая прямо на Стëпу. Алина погладила Козырева по спине, стараясь успокоить его. Она никогда не умела поддерживать. Вся еë поддержка заканчивалась на словах "Вот кретин; Мудозвон!". А такое Стëпе явно не было нужно. Редко когда получалось подобрать стоящие речи. Козырев продолжал всхлипывать, не давая ни одной слезе упасть на спортивные штаны. Алина прижала его за голову к себе, целуя в макушку. –Иногда стоит дать волю эмоциям.. Не стесняйся плакать. Как и последовало далее, после этих слов парень уже не сдерживал себя. Он завыл в голос, плечи его содрогались в истерике. –Я устал. Мне надоело так жить. Стëпа поднял красные глаза на Алину, ища в ней спасение. Но она и так была его спасением, последней надеждой на то, что этот мир не сгнил окончательно. Он каждый раз прижимался к девушке, чуть ли не душа еë в объятиях. Она лишь молчала, гладя парня то по рукам, то по спине. Сидеть в кресле стало неудобно. Так как комната была достаточно большая, в ней стоял и огромный шкаф, и плюсом раскладной диван, на котором спал Стëпа. Взяв его аккуратно за плечи, Алина пересадила Козырева на диван, и теперь музыка стала звучать громче. Из щели дивана Алина достала пачку сигарет, которую ей толкнул старшак в школьном туалете. Достав сигарету из пачки, Алина взяла зажигалку, лежащую рядом с магнитофоном, и подожгла конец. –Будешь? Слободкина протянула горящую палочку Стëпе, предлагая тому закурить. Он отрицательно покачал головой, смотря на Алину как на преступницу. Ему не нравилось то, что она курила. Но в глубине души он и сам иногда хотел попробовать эту дрянь. –Я не умею... –А я тебя научу. Передав сигарету в руки Стëпе, Лина села напротив него. Стëпа разглядывал сигарету, словно видел перед собой шприц, или что-то ещë запрещëнное. Чувство правильности боролось в нëм с чувством эйфории, которое он получит вместе с первой затяжкой. –Смотри, ничего сложного нет. Просто ставишь в рот и вдыхаешь, но не сильно. Парень ничего не понял, но попытался сделать всë, как сказала девушка. Затянув едкий дым, Стëпа стал кашлять, ибо вдохнул слишком сильно. –Не, нахрен. Парень передал сигарету обратно, всë ещë кашляя. Алина заботливо постучала по спине и улыбнулась. –Ну что ж ты так сразу бросаешь. Всë потихоньку. Я так же по началу задыхалась. Девичий смех заполнил комнату. Стëпа улыбнулся краешком рта. Наконец-то слëзы прекратились. Словно тучи на небе рассеялись и появилось яркое солнышко. На дворе стоял поздний вечер, а Козырев всë не собирался идти домой. Да и Алина его не отпускала. Всë это время они лежали и смотрели телевизор, который стоял в гостинной. А не отпускала она по причине возникновения у них нового маньяка, убивавшего бедных мальчиков. Относительно недавно, когда началась вся эта херня с Фишером, Слободкина строго-настрого запретила Стëпе покидать квартиру после комендантского часа. Но кто она такая, чтобы он еë слушал, правда? Нет. Она значила для него многое, чем кто-то мог предположить. У них столько общих тем для обсуждений: от надоедливых одноклассников, до самой смешной истории из жизни. Стëпа каждый раз вздрагивал, когда Алина обнимала его, и уж тем более целовала. –Завтра в школу. А я даже с собой ничего не взял.. Стëпа лежал на груди Алины и смотрел куда-то в стену. Ему нравилось с ней обниматься, от неë такое тепло веет, как от мамы. –Завтра встанем пораньше и заскочим к тебе домой. Твой отец уже на работу уйдëт к тому времени. Алина перебирала волосы Стëпы, думая о чëм-то своëм. Она снова не пустила Козырева домой, опасаясь за его жизнь. Вот так всегда, стоило ей в новостях услышать имя даже задержанного преступника, как сразу в голове была мысль о Стëпе и тревога за него. Сам парень не так сильно волновался за Алину. Нет, он тоже боялся еë отпускать куда-то ночью, поэтому провожал. Да даже после школы он не бывал спокоен, пока не довëл бы Слободкину прямо до квартиры. Даже не став раскладывать диван, пара уснула прямо так, в кровати Алины, не переодеваясь во что-либо. Спящий Степашка выглядел очень умиротворëнным. Он, слегка приоткрыл рот сопел на плече Алины, не выпуская ту из объятий. Иногда Слободкина просыпалась от слабых пинков Козырева. Судя по всему, ему снился кошмар. Сонное сознание не понимало, что творит, ибо как Алине могло прийти в голову поцеловать Стëпу прямо в уголок губ. Видимо, находясь в полудрëме мозг не до конца осознавал действия. Зато парень больше не дëргался.