Feelings under a icecrust

Громкий топот ваших ног, казалось, заполнял всю Облачную переправу, хотя на самом деле заглушался переполохом непрерывной работы разгрузочного грота. Яньцин упрямо волочил тебя за запястье, несмотря на твои возмущения и просьбы идти помедленнее. Хотя он и затеял всё это ради тебя, но со стороны можно было сказать, что именно он больше всего торопился и горел энтузиазмом. Дело в том, что сегодня в чайной на Авеню Звездочётов проводилось особенное событие. Раз в год здесь можно абсолютно бесплатно попробовать некоторые новые или редкие сорта чая, привезённые из разных миров, и ты как большой ценитель изысканного вкуса горячего напитка очень хотела бы бывать там каждый раз. Для жителей Лофу это можно даже назвать небольшим праздником, ведь на Сяньчжоу очень много чайных знатоков. Но ты не могла в этот раз посетить это событие. И в том году тоже, и в предыдущем — ты вечно работаешь. Конечно, поток товаров через Облачную переправу неиссякаем, а соответственно объем работы немалый, и ты неизбежно застряла здесь. Поэтому Яньцин решил взять всё в свои руки и хотя бы разок вытянуть тебя оттуда. Если уйдешь пораньше, ничего страшного не случится — напишешь объяснительную и всего-то. Возможно в этом суматошном месте твоё отсутствие даже и не заметят. Вы прямо сейчас сядете на звёздный ялик и успеете до закрытия чайной. Не отпуская твоей руки, парень первым запрыгнул на борт ялика, легко развернулся полубоком на каблуке и принял твою вторую ручку, помогая взобраться на судно, а точнее нетерпеливо втягивая тебя в него. Каюта ялика закрылась. Вы расположились друг напротив друга, и теперь ты могла перевести дух. Беспокоиться о прибытии в пункт назначения не нужно было: помимо ручного управления в большинстве яликов есть и автопилот, но воспользоваться им можно только в случае, если заданный маршрут востребован. И всё равно это удобно. Ты обожала Сяньчжоу за то, как он в меру сочетает в себе прогрессивность и консерватизм. Постоянно совершенствуясь и разрастаясь, Альянс веками и тысячелетиями остаётся самим собой. Было ли тому причиной, что любое место создаёт не окружение, а его люди — в данном случае долгожители, обречённые столь долго влачить существование, что смена поколений на Сяньчжоу практически отсутствует. Но не будем долго об этом рассуждать. Сейчас вы готовы отправляться — маршрут уже выбран и звёздный ялик начал своё движение. Эти судна сделали настолько комфортными, а их передвижения настолько плавными, что ты даже не задумывалась о том, что под твоими ногами вовсе не твердая поверхность, а километры пропасти… Ровно до того момента, как вас резко тряхнуло, наклонило вперед, а затем вернуло в прежнее положение. Теряя равновесие, единственное что ты успела — напугаться и зажмуриться. — Ты в порядке? — послышалось совсем рядом, и ты распахнула глаза. На тебя обеспокоенно глядел твой спутник, и чем дольше молчание затягивалось, тем больше ты приходила в себя и осознавала произошедшее. Хотя и больно не было, но ты была порядком ошарашена. Кстати говоря, почему боли ты почти не почувствовала? Если сконцентрироваться на ощущениях, то под твою голову явно была подложена рука. Ты бы соврала, если бы сказала, что это было мягко — Яньцин носил митенки из довольно плотного материала, но это в тысячу раз менее грубо, чем стукнуться головой об корпус судна. Тебя в последнюю секунду спасли от сотрясения, но вот парня никто не защитил. Ты резко приняла сидячее положение, чем даже напугала юношу, и обхватила его щёки ладонями, когда он поднялся вслед за тобой. — Ты ударился, Яньцин? — Не-а, — он показал тебе свои белоснежные зубы. — Я умею группироваться. Вы поднялись на ноги. Ты молча наблюдала, как Яньцин подошёл к входной двери и, опробовав пару кнопок на терминале, вынес вердикт: — Есть хорошая новость и плохая. — Давай начнём с хорошей, — ты прекрасно знала что он скажет, но не прерывать же диалог на этом. — Поломки яликов крайне редкая вещь, — хорошая новость, как ты и ожидала, оказалась просто констатацией факта. — Кроме того, местоположение каждого постоянно фиксируется Комиссией по полётам, поэтому там очень быстро поймут, что здесь что-то не так. — А плохая? — Мы заперты, — заключил парень. — Ясно, — тяжело вздохнув, ты опустилась на сиденье ялика. Сначала ты думала, что тебе только кажется, но сейчас уже отчётливо ощущала тошноту. — Ты расстроена, что твой бесплатный чай тебя не дождётся? — Яньцин сел рядом с тобой, пытаясь вглядеться в твоё опущённое вниз лицо. — Нет, мы можем сходить и в следующем году, — ты помотала головой и пожалела об этом: тебе становилось хуже. — Тогда почему такая поникшая, — указательным пальцем парень легонько поднял твоё лицо за подбородок. — И бледная, — уже встревоженно добавил он. — Просто мне немного не по себе от того, что мы зависли в воздухе, — нервно улыбнулась ты. — Ты живешь на огромной космической станции, вечно висящей в пространстве, — также нервно посмеялся он. — Извини, я не знаю, что на меня нашло, — твои пальцы судорожно теребили край юбки, пока ты старалась удерживать дыхание ровным. — Я же просто пошутил, — тебя ненавязчиво притянули к себе, уложив твою головку боком на плечо. — Не нужно извиняться. Ты почувствовала лёгкие ритмичные похлопывания по плечу, какими обычно убаюкивают детей. Счёт времени был потерян, когда ты выслушала истории о том, как генерал Цзин Юань снова задремал за столом, игнорируя две стопки документов, любезно присланных представителями Комиссий из всех уголков Лофу и собранных Яньцином в общую колонну; или о том, как госпожа Сушан в очередной раз нелепо размахивала своим неподъемным мечом; или о новом визите Яньцина на Звёздный экспресс и о восхищении лейтенанта маленькой и милой, но ловкой и разносторонней проводницей Пом-Пом. Пару раз ты тихо засмеялась или даже отдала парочку комментариев, позабыв о недавнем плохом самочувствии. Пока Янь рассказывал о своих новых друзьях Безымянных, ты решила сменить положение, чтобы размять затёкшую шею — опираясь ладонью на другое плечо парня, ты приподняла голову, ненароком выдыхая на часть его шеи, непрекрытую воротом рубашки, носом слегка касаясь его нижней челюсти. Ты почувствовала, как он замер и чуть напрягся. Едва ты осознала, что сделала, как и сама смущённо застыла. Ваши взгляды встретились: два мягких светлых янтаря была погружены в два сверкающих чёрных обсидиана. От смешанной с вашим дыханием тишины и поглощающей сознание игры в гляделки на тебя снова накатывало волнение, твои пальцы настороженно сжали ткань его верхней одежды, что усугубляло ситуацию. — Извини, — заливаясь персиковым румянцем, ты прервала зрительный контакт. — Не нужно, — ты чувствовала умопомрачительную смесь жара и холода в миллиметре от себя. — извиняться… Этот нежный и сладкий жар охватил тебя полностью, когда ваши губы бережно соприкоснулись. На затылок легла рука, отрубавшая возможность отстраниться. Но ты и не собиралась! Непроизвольно твои ресницы медленно опускались, и последнее что ты видела — расплавленный янтарь. Ты чувствовала этот янтарный вкус на губах: тягучий, приторный мёд, в котором ты желала захлебнуться. Невозможно было сдержаться, чтобы не прижиматься ближе, неумело целуя в ответ. По мере того, как росла его уверенность, когда он сминал твои губы и прижимал тебя к себе за талию, ты крепче хваталась за его плечи, задыхаясь. Милостивые Эоны, если это продолжится, то он сведёт тебя с ума. Хотя перспектива быть сумасшедшей сейчас нисколько не пугала, лишь бы только это поглощающее и дурманящее чувство не исчезало. Пожалуйста, пусть время остановится, и они останутся так на все те века, что им суждено прожить. Но ни время, ни пространство не желало останавливаться. Обострёные и разгорячённые, вы отчётливо ощутили поток прохладного воздуха — дверь звёздного ялика открылась. — Я помешала? — прикрывая лукавую улыбку ладонью, воскликнула посланница Комиссии по полётам. — Кажется, уважаемые пассажиры остались довольны нашим обслуживанием, даже несмотря на причинённые неудобства. Ехидно дёргая ушами, лисица наблюдала за тем, как твоё лицо вспыхнуло от подбородка до кончиков ушей, и, закрывая его руками, ты со всей силы врезалась в грудь Яньцина, а тот болезненно шикнул и принялся успокаивать тебя, позабыв о собственном смущении.