Пожалуйста, приснись мне...

Очередная серия конвенций. Это же здорово! Новые впечатления, города, люди, эмоции. Да и из цепких объятий Дэннил вырваться точно не помешает. Иногда это полезно. Откинувшись в кресле самолёта Дженс задумался. «Да будь же честен с собой! Люди, города…все это мелочи. Попутные удовольствия. Ты ждёшь не этого, Дженс! Ты ждёшь, когда снова сможешь почувствовать ЭТО! Невероятное, накрывающее с головой ощущение. Когда Миша снова прикоснется, шутливо поцелует в щеку, подхватит в танце или просто поговорит. Господи! Как же хочется вновь все это ощутить!» Прибыв в Рим, Дженс заселился в гостиницу. Сегодня вечером они будут веселить толпу, фотографироваться с фанатами, раздавать автографы. Программа кона, как всегда, насыщенная. — Миш, ты уже прибыл? — Эклс набрал друга. Он был спокоен. Но услышав в трубке этот манящий голос с мягким придыханием, замер, ловя каждое слово. — Оф кхос, Дженс! — Коллинз засмеялся в трубку. — Заселился. Кстати, ты где? Я почему-то тебя слышу совсем не в телефоне. Дженс был весьма удивлен, ведь он тоже слышал Мишу. И гораздо явственне и ближе, чем мог передать телефон. — Я на балконе. Любуюсь видами Рима. А ты? — И я. Красиво. Постой, мне кажется, или мы с тобой на соседних балконах? — Миша вдруг заливисто захохотал. — Ой, Эклс! Уж не твоя ли загорелая рука с кожаным браслетом сейчас свисает с перил соседнего балкона? И из-за стены показалась взъерошенная голова Миши. Он просиял своей фирменной улыбкой. Дженсен в ответ тоже улыбнулся и протянул руку для рукопожатия. Крепкая рука сжала его ладонь, и от кончиков пальцев понеслись микротоки. Эклс широко распахнул зелёные глаза и, как-то автоматически потрясая руку Миши, судорожно вздохнул. Эти токи неслись по всему телу, рождая странные ощущения. Теплая волна с шумом нахлынула в голову, в ушах зазвенело. Морозная свежесть окутала сердце, спускаясь все ниже. Туда, вниз живота. И разлилась там мятным сиропом, вспугнув всех бабочек одновременно. А потом…жаркий прилив крови, туда, к члену. И вот уже тугие джинсы с трудом сдерживают прилично так окрепший прибор. Дженс испугался этой реакции и быстро отпустил Мишину руку. Они не виделись уже два месяца, лишь иногда перезваниваясь. Наверное, он просто соскучился по другу? О, Боже! Соскучился? Да он тосковал! Это правда! — Дженс? Все в порядке? — взгляд Коллинза пронзал насквозь. Он лёгким бризом витал по лицу друга. Казалось, он сейчас взглядом ощупывает его. Дженсен физически ощущал, как этот нереальный взгляд погладил слегка небритую щеку, прошёлся по четкой линии скул, поцеловал веснушки на носу и нежно коснулся губ, лаская и проникая вглубь. Потом побежал по линии подбородка, спустился по шее ниже, прикоснулся к кадыку и поцеловал колотящуюся жилку. — Ты плохо перенес перелет? — Ннн — нормально. — совершенно неожиданно Эклс стал заикаться. Обаяние Миши было просто убийственным, и Дженс не мог ему сопротивляться. — Я плохо спал ночью. Устал. Пожалуй, сейчас вырублюсь на часок. Увидимся вечером, Миша. — Давай, до вечера! — Миша улыбнулся уголком рта. Реакция друга на его взгляд очень позабавила. О, этот мужчина умел кидать взгляды, от которых можно было распластаться сладкой патокой. Его бешеная харизма била из всех щелей. Ему достаточно было, слегка приподняв подбородок и приоткрыв идеально красивые губы, сделать томный взгляд, чтобы его визави чувствовал себя кроликом, добровольно идущим в пасть к удаву. Ну а уж если он вдохновенно создавал взгляд доминанты, то тот, кому он был адресован, готов был моментально рухнуть к его ногам, не в состоянии сопротивляться этой силе. — Кстати, у меня есть идеи для кона. Конечно, все будет зависеть от вопросов из зала, но, ты ж знаешь, не один кон не обойдется без каверзы. Иди спи, а то будешь вечером сонный и усталый. Дженс кивнул и ушел с балкона. Так! Остыть. Срочно остыть! Холодный душ отлично решит сразу две проблемы: взбодрит и уберет этот чертов стояк. Встав в кабинку, Дженс резко крутанул барашек, пустив холодную воду на полную, и тут же взвизгнул и выскочил из-под струи. Черт! Это определенно перебор. Зато помогло. Бунтующая плоть разом успокоилась. Отлично, теперь можно и потеплее. Приняв душ, он прошлепал в номер и плюхнулся на кровать. Поспать. Ещё прилично времени, чтобы можно было отлично выспаться. Дженс закрыл глаза и представил себе Мишу. — Приснись мне, пожалуйста. Просто приснись… — прошептал он и вырубился. Проснулся он через пару часов. Вернее, не проснулся, а вскочил, как ошпаренный. «Дженс! А ведь и правда, мысли материальны. Хотел увидеть его во сне. Увидел. Бля, аккуратнее надо с такими желаниями.» Сон был слишком ярким и чертовски возбуждающим. Дженс стоял на балконе. Сзади на плечи легли крепкие руки. Они были нежными и настойчивыми одновременно. Дженс и сам не понял, как оказался развернут. Секунда, и губы Миши впиваются жёстким поцелуем, не спрашивая разрешения, просто беря. Язык раскрывает губы, не давая ни малейшего шанса к сопротивлению. И вот он уже внутри. Дженс стонет. Его вышибает этот напор и власть. А руки Миши уже нетерпеливо срывают рубашку, наплевав на пуговицы. Они, как пули, летят в разные стороны, рикошетя от стены, перил и пола. Ткань трещит, расползаясь на ворсинки. Тонкие пальцы уже оглаживают торс. Но долго они там не задерживаются. Уже через минуту, они рвут ремень, и, расстегнув ширинку, тянут вниз джинсы и боксеры. Член, тяжёлый и наполненный, вырывается наружу. Пальцы Миши охватывают его, несколько раз проводя вверх и вниз. Губы отрываются ото рта. Синие глаза полыхают желанием. — Хочешь меня, Дженс? — убийственный повелительный полушепот разрывает хрупкий кокон кайфа, расколов все очарование. — Я знаю, что ты хочешь меня! Утвердительно. Без тени сомнения. Как факт. Миша опускается на колени и обхватывает горячими губами член. Сначала ласково, нежно. Потом сильнее, с напором, будто пытаясь обозначить свое право собственности. Его губы, сжимая, пробегают по всей длине ствола, язык внутри выписывает невероятные пируэты, а горло плотно сжимает. Дженс, судорожно сжимая ледяными пальцами перила, движет бедрами ему навстречу. Он пытается рукой прижать голову Миши ещё сильнее, но получает лёгкий шлепок по заднице. — Давай я сам решу, как мне двигаться, ладно? Просто насладись. Поверь, я знаю, что делаю. — губы вновь возвращаются к члену, синие глаза внимательно всматриваются в лицо. — Я понял. Черт, Миш, я понял. — рука вновь вцепляется в перила. Ласки все сильнее. Эклс чувствует, что ещё немного, и он рассыплется на сотни фрагментов. Он уже готов. — Ещё, Миииш, ещё. — он подается бедрами вперёд, буквально врываясь в глубину горла. Но. Миша вдруг прекращает. Он выпускает член изо рта и поднимается. Дженса трясет. В зелёных глазах светится: «Почему? Почему ты остановился?» Коллинз усмехается. — Это слишком просто, Дженсен. А ведь ты не любишь, когда слишком просто. Усложним? — он стягивает с себя брюки и белье. — Иди сюда. Попробуй. Ты же не знаешь, как это охуенно. Твои губы становятся сплошной эрогенной зоной. Ты кайфуешь от ощущения члена в твоём горле. Хочешь это узнать? Дженс кивает и опускается на колени. Он открывает рот и неуверенно проводит языком по головке. Необычно. Нежная кожа дарит приятные покалывания на кончике языка. Губы охватывают, скользят по всей длине. Чуть глубже. Рвотный рефлекс срабатывает моментально, выталкивая член наружу. — Подожди. Дыши. Просто дыши. Это пройдет. — Миша кладет ладонь на подбородок и тянет за него. — Давай. Не бойся. Дженсен снова захватывает член, пропуская глубоко в горло. Он дышит. Часто-часто. И вот уже горло привыкло к вторжению. С каждым движением, с каждым вздохом он все больше погружается в эту атмосферу. Он начинает реально ловить кайф. От импульсов, искрящихся во рту и мозге, от мысли, что его вот так сейчас запросто трахает в рот Миша. И ему, бля, это нравиться! Настолько нравится, что его собственный член буквально выкручивает и распирает от возбуждения. Он тихонько, чтоб не заметил Коллинз, начинает поглаживать себя, легонько обхватив ладонью. Но скрыть это от Миши невозможно. — Я вижу, тебе нравится. Не надо это скрывать. Тебя возбуждает? — Миша приподнимает его лицо за волосы и смотрит в глаза. В них явно горит ответ «да» — Тогда, не стесняйся! Продолжай. Давай, Дженс! Эклс с глубоким гортанным стоном обхватывает свой член ещё сильнее и начинает дрочить. При этом рот его не останавливается ни на минуту. Чувствуя, что уже на грани, он сжимается сильнее и… Просыпается. Одеяло на полу, стоящий колом член зажат в руке. Он истекает смазкой, подрагивая от возбуждения. Губы красные и горят. Он замирает на секунду, проводит еще раз по члену и, изогнувшись, кончает. — Миишшшша — шипит от и падает в подушку. Из сладкой неги его выдергивает звонок мобильника. — Дженс. Вставай. Через час начало. — мягкий тенор Коллинза бередит его плывущий в экстазе могз. — Нам ещё доехать надо. Машина через 20 минут. Эклс сползает с постели: — Да, конечно. Сейчас соберусь. Он обхватывает руками голову. Дожили! Теперь он не просто мечтает о нем, он теперь ещё и дрочить на него будет! Пиздец! Он идёт в ванну, быстро приводит себя в порядок и смотрится в зеркало. Щеки пылают, глаза блестят изумрудами, губы влажные, красные и опухшие. Хера себе видок! Одевшись, он выходит в холл гостиницы и сталкивается с Коллинзом. Тот протягивает руку. — Ну ты и спать! Так все самое интересное проспишь. — он улыбается очаровательной улыбкой. Если бы… Все самое интересное он, как раз увидел во сне. Дженс жмёт руку и тоже улыбается. — Да уж! Вырубило меня знатно. Миша внимательно смотрит в его глаза. Кажется он видит все, что пытается скрыть Эклс. — Пошли. Машина прибыла. Вон уже и фанаточки толпятся. Готов, Джен? — он хитро прищуриваться. — Не бойся. Не надо это скрывать. Продолжай, Дженс! Эклс стонет и прикусывает губу. Черт! Прямо как в его сне. Долбаный «ангелочек»! Они выходят из здания и быстро запрыгивают в машину. Оба. На заднее сиденье. Миша аккуратно берет его пальцы, сжимает их и, проникновенно глядя в глаза, тихо шепчет: — Не надо боятся своих желаний, Дженс! Эклс чертыхается, и выдрав пальцы из захвата, отодвигается подальше. Хватит ему впечатлений. Сейчас надо отыграть конвенцию. А потом нажраться. Ещё одного такого сна он не переживёт.