Пожалуйста, приснись мне...

Войдя в кабину лифта, они секунду смотрели друг на друга. А потом Миша просто прижал Джена к стенке, припечатывая горячий поцелуй, и, не глядя, нажал кнопку этажа. — Ко мне? — он отстранился, порывисто дыша. — Без разницы… — затуманенный взгляд зелёных глаз цеплялся за губы. — Хотя. наверное, да! Вряд ли у меня успели починить душ. — И теперь ты намерен сломать его у меня? — Миша хохотнул и рывком задрал рубашку Дженса. Пальцы побежали по бокам, оглаживая переливающиеся под их прикосновениями мышцы. — Руки, Дженс! Сегодня я буду делать с тобой все, что захочу. И попробуй только мне отказать! — Я подумаю, Коллинз! — противоречивая натура включала режим «бунт», но глаза смотрели с покорностью: «Да, Миша! Делай, что хочешь. Я не буду сопротивляться». — Это будет зависеть только от тебя. Губы жадно вцепились в шею. Выдох. Поцелуй. Жракий, страстный. Ярко-розовый засос остаётся на нежной коже, как знак обладания. Да! Обладания! Потому что сегодня Мишка будет его! Миша рычит, как голодный зверь, яростно сжимая пальцами кожу на спине. — Не смей! — он запрокидывает голову, открывая шею. Пальцы дрожат. Шумное дыхание, перемешанное со стоном вылетает изо рта. — Джеенсс. О, черт! Ты нарушаешь всю схему. Я.я хочу тебя! Боже, как я тебя ХОЧУ! Ты даже не представляешь себе, как далеко простираются мои мечты. Ты! Совершенство, которые хочется боготворить, ублажать, ласкать и одновременно с этим просто трахать. Жёстко, чтоб ты стонал и умирал в экстазе. Бляя, Дженс! Тебе конец! Он нетерпеливо рвет ремень на джинсах. Пуговица, молния на ширинке… Ещё немного. Дженс не отпускает шею. Быстрые поцелуи несутся то вверх, то вниз. Хриплый стон оглушает. — Мииш… Черт, Мишка! — руки сжимают лицо. Глаза в глаза. Губы, едва касаясь, порхают по лицу, обцеловывая каждый сантиметр. — Мишка. Хочу тебя! Оказывается, произносить эти слова так легко, когда просто перестаешь сопротивляться сам себе! Раздается сухой щелчок, свидельствующий о том, что лифт прибыл на нужный этаж. Двери открываются. Парни, не разрывая объятий, вываливаются в коридор. — Может, всё-таки, не здесь? Упс. — Миша прикрывает ладошкой рот, пытаясь сдержать смех, потому что штаны Дженса сползают до самых щиколоток. Не зря он сегодня надел джинсы посвободнее. Дженс слегка тушуется и быстро наклоняется, чтоб поднять их. Но тут, его взгляд натыкается на ширинку Миши, которая без слов говорит о его состоянии. Тихо охнув, он опускается на колени и начинает расстёгивать пряжку ремня. Руки действуют быстрее, чем мозг. И вот уже штаны спущены до колен. Дженс впивается зубами в набухший член прямо через боксеры. Вот он — его сон! — Дженс, не надо… Не здесь. Только не здесь… — Миша хватается руками за стенку, пытаясь устоять на ногах. — А почему? — игриво мурлычет Эклс, поднимая глаза. — Бля, а трахать я тебя прямо тут буду?! Какое счастье для папарацци. — Мишу вдруг разбирает хохот. Дженс на минуту застывает, представив себе эти картинки. О, утром интернет будет ссаться от восторга, смакуя сенсационную новость. А фотки… И тут до него доходит смысл сказанного. Трахать?! Бляяя! Да ведь он за этим сейчас и идёт в номер Миши. Эта чертова бестия Коллинз! Удивительное, совершенно невозможное сочетание Доминанта и Сабмиссива. Врзрывоопасная смесь. Колдовское зелье, совершенно непонятным образом заставляющее страстно желать одновременно пасть пред ним и покорить его. Как это вообще возможно? Но это так. Сейчас Дженс хочет двух вещей — чтобы Мишка, наплевав на все, отодрал его и потом сдался. Встал на колени. Грозный Доминант, который будет мурлыкать как котенок в его руках, стонать под ним и отдаваться ему. У Эклса закружилась голова. От обилия картинок, переполнявших его мозг, он внезапно побелел. Его слишком больная фантазия уже в красках расписала ему все. И, черт, побери, Мишка тысячу раз прав. Очень бы не хотелось, чтоб это «кино» стало достоянием общественности. Дженс быстро подскакивает и натягивает штаны. То же делает и Миша. Они смотрят друг на друга и начинают хохотать. Громко. Истерично. В это время открывается лифт, и на площадку выходит парочка. Они недоуменно пялятся на них и уходят в номер. «I'm your biggest fan I'll follow you until you love me Papa-Paparazzi Baby, there's no other superstar You know that I'll be your Papa-Paparazzi» — вдруг запевает Дженс, не переставая истерично хохотать. «Promise I'll be kind But I won't stop until that boy is mine Baby, you'll be famous Chase you down until you love me Papa-Paparazzi» — подхватывает Миша, тоже сгибаясь от хохота. Отдышавшись они смотрят друг на друга. — Миш, а ведь не смешно получится, если такие фотки вдруг всплывут в интернете. — Дженсен на секунду представляет себе лицо жены, увидевшей, как ее благоверный, стоя на коленях, со щенячьим восторгом на лице обрабатывает член друга. Да ее Кондратий хватит! — Нда. Не смешно. — с улыбкой смотрит на него Миша, увидев всю эту смену эмоций на лице Дженса. Он сам по этому поводу не особо переживает. Вики только поржет, увидев такого рода фото. Ее уже давно не смущает факт наличия бисексуального мужа. А уж что он неровно дышит на Дженсена, она итак знает. Но. они друзья. Со своей женой. Хорошие друзья, которые делят друг с другом радости, горести, дом а иногда (хоть и очень редко) постель. Однако, смущало Мишу не это. Для его фанатов (во всяком случае половины из них точно) он должен выглядеть типичным гетеросексуалом. Хотя другая половина просто будет кипятком ссать от восторга, узнав, что их теория Коклс — не вымысел и не плод больного воображения коллективного разума. А что они там ещё себе воображают? О, Миша читал фанфики, и это лишь распаляло его. Он мечтал опробовать все, что эти люди описывали в своих фантазиях. Наверное, пришло время это сделать. Коллинз хватает за руку Эклса и тянет его за собой. В номер. Едва открыв дверь номера, он влетает внутрь, буквально вытаскивая Дженса за собой, и пинком захлопывает дверь. — Это было смешно, Дженси. Но это не отменяет моей главной цели. — он прищуриваться и плотоядно облизывается. — Ммм, детка. Надеюсь, ты не передумал? Иди ко мне. Дженс решительно стягивает рубашку и делает шаг по направлению к Мише. В его глазах горит уверенность. Скрутив руки Миши за спиной, Дженс кидает его на кожаный диван. Конечно, он знает итог. Однако, не намерен нарушать свои планы. Его сны должны стать реальностью! — Я знаю, Миш, чего ты хочешь. И не собираюсь возражать. Но сначала… — он снова стягивает штаны с Миши, на этот раз сразу с боксерами. — А ты, значит, успел успокоится? Ничего. Я это поправлю. Дженс опускается на колени прямо между широко расставлеными ногами Коллинза. Он смотрит в глаза. Пальцы, легко скользя, бегут по внутренней поверхности бедер, заставляя чувствительную кожу покрываться мурашками. Они бегут выше, оглаживая бедра, живот, поднимаясь вверх. Заныривают под рубашку. Миша злится и начинает расстёгивать ее. Стремительно выкарабкавщись из ненужной одежды, он предоставляет себя этим рукам. Дженс, стоя на коленях, ложиться на него и, дотянувшись губами до соска, слегка прикусывает его. Влажный язык описывает на нем круги, а руки, меж тем, сдирают с себя штаны и боксеры, чтобы остаться обнаженным. Он ложиться ещё выше, впиваясь в такой желанный рот, и движет бедрами, буквально втирая твердый ствол в живот Миши. — Вообще-то, Джен, это должен делать я. — стонет Коллинз, подаваясь навстречу этим движениям. — А ты и будешь делать. Не сомневайся. Но должен же я попробовать, каков ты на вкус. А заодно и возбудить тебя… Чтоб тебе было, чем осуществить свои «угрозы». Дженс медленно стекает все ниже, окутывая тело Миши, тёплыми волнами блаженства. Пока не добирается губами до уже налившегося до предела члена. Он покачивается перед глазами. Головка крупная, четкая, сочиться смазкой. Ну что? Первая проба? — Походу «угроза» серьезная, Миша. Я даже представить себе боюсь масштабы бедствия, которые меня ждут. Но я всё-таки рискну… Он аккуратно, едва касаясь, дотрагивается до нее кончиком языка. Это рождает странные ощущения. Разряд тока, как статическое электричество, резко бьёт, вызывая практически мгновенное повышенное слюноотделение. Язык становиться смелее. Он уже легко облизывает уздечку, описывает полный круг и полностью накрывает маленькое отверстие, из которого выползла капелька предэякулята. Дженс поднимает глаза на Мишу. Тот смотрит не отрываясь. Глаза расширены, зрачки полностью перекрыли темную от возбуждения радужку, губы приоткрыты, ноздри слегка подрагивают, нервно втягивая воздух. — Я правильно делаю? — голос Джена хриплый, и в то же время томный. — Я не умею этого. Как-то виновато. — Продолжай. У тебя великолепно получается. — скрежещущая сталь в голосе, вздох, стон, и вот уже голос плывет мягкой карамелью, облизывая взъерошенные нервные окончания. — Хочешь, я буду давать тебе команды, что делать? «Команды? О, черт! Это же просто очешуенно!» — Дженс на секунду представил, как Миша приказывает ему, что делать. Мягко, но настойчиво управляя голосом. — Да, говори, что мне надо делать… Мой …Господин! — Он это правда сказал?! Господин?! Господин… Как это сексуально звучит. Миша удивлённо приподнимает бровь. — О, детка. Do you want play master & servant? Oh, eh, baby! — он двумя пальцами прихватывает подбородок Дженса и, смотря прямо в глаза, проводит пальцем по губам. — Какие губы, Дженс! Оближи их. А теперь обхвати губами головку. Полностью. Сжимай. Сильнее. Умница. Расслабь. Просто погладь губами. Не забывай двигать языком. Отлично, мальчик! Ну а теперь обхватывай и погружай глубже. Так. ещё глубже. Максимально. Насколько сможешь. О, да, малыш! Дженс втягивает член в горло и тут-же закашливается и давится. Непривычные для его горла ощущения вмиг вызывают рвотный рефлекс. Миша выдергивает ствол изо рта. — Спокойно. Это нормально. Нужно просто привыкнуть. Давай, Дженси. — он снова заходит в рот. — Так, детка. А теперь… дыши со мной. Вдох. Выдох. Ещё, ещё. Двигайся. О, черт! Эклс, я так не выдержу. Но Дженс не намерен останавливаться. Он хочет попробовать Мишу на вкус. Какой он? Коллинз вдруг просекает его маневр. — Дженсен, сейчас надо остановиться. Я обещаю, я дам тебе попробовать меня. Но сейчас… — он отстраняет Джена и выскальзывает из-под него. Встав, он резко утыкает его головой в подушку дивана и встаёт сзади него на колени. — Сейчас, мой котик, я сделаю с тобой то, чего ты хотел. Чего я хотел. Что мы хотели оба! Он наклоняется. Поцелуи бегут по пояснице, спускаются ниже, язык скользит по упругим ягодицам, описывая странные рисунки. Он подбирается к самому эпицентру. Руки раздвигают ягодицы и… Дженс вздрагивает и нервно вцепляется зубами в свою руку, чувствуя влажные прикосновения к сжатому колечку. Они настолько нежные! Да и сама мысль, что язык Миши сейчас сладострастно вылизывает его задницу, моментально срывает все шаблоны. Дженс далеко не паинька, но даже он не проделывал такого! И, как он сейчас явно ощущает, зря. Не успевает он привыкнуть к этим ощущениям, как его сносят новые. Палец, нежно пробежавшись сверху, аккуратно входит внутрь. — Подожди, малыш. Ты очень напряжен. Я помогу. — Миша на мгновение теряется из поля зрения и тут-же появляется вновь. Дженс ждёт. Ему страшно, если честно. Но желание сейчас сильнее всех страхов. Рядом с ним на диван падает тюбик с любрикантом. Дженс усмехается про себя. Ну Миша! У него даже такие штучки есть? Сам Дженс этими приблудами не пользовался. Наверное потому, что всегда трахал женщин, и не было необходимости в дополнительной смазке. А сейчас. Черт, сейчас будут трахать его самого. Двоякое чувство. Но, черт побери, дико возбуждающее. Ведь это будет Миша. Дженс повернул голову и тихо охнул — сбоку от него, прямо рядом с диваном, почти на всю стену было огромное зеркало. Хрена ж себе интерьер номера! В его номере такого не было. Но не в этом дело. То, что он сейчас видел в зеркале, просто сорвало башню. Он застонал и резко вильнул задницей. — Миш, ну давай уже. — глаза горят, пальцы вцепляются в кожу дивана. Он на коленях. А сзади… Охуеть. Мишка. Этот чертяка, смазав как следует здоровенный прибор, подставляет его прямо к его заднице. — Бляяя! Мишка, сука! Не мучай! Я не могу больше. Черт, трахни меня сейчас же! Нетерпение и возбуждение вышибают из равновесия. Однако, есть Миша. Он знает, что делать. Им совершенно никчему ненужные боль, дискомфорт и прочие неприятные ощущения. Легкий щепок по заднице. — Расслабься, малыш. Нетерпеливый, непослушный мальчик. — Палец вторгается внутрь, вырывая вскрик. А потом, почти сразу, второй уже буравит тесное пространство. Они гладят мягкие стеночки, легко скользят, поступательно двигаясь, расходятся, расширяя. Движения становятся все быстрее. — Тебе не больно? Дженс смотрит на себя в зеркале. Больно? Да, бля! Больно. Но это такая охуенно приятная боль. Он сглатывает слезы. — Плевать. Мииииш. Это охуенно! Сильнее, прошу тебя. — он сам движется в ритм с пальцами. — Хочу тебя, Мишка. Не могу. Ооо! Ебать! Он смотрит прямо в глаза. В отражении зеркала. — Я выдержу, Миш. Давай. Или я сейчас кончу просто от одной мысли, что ты со мной делаешь. — Ложись. Просто ложись и вытянись. Так будет менее болезненно. — Миша гладит вдоль всего тела, заставляя Дженса пластом растянуться на диване. Дженс вздрагивает, понимая, что его член сейчас попадает в жёсткий капкан его собственного живота и холодной кожи диванных подушек. Это лишь добавляет ощущений. Он слегка приподнимает бедра, не нарушая этот капкан, но, в то же время, давая возможность Мишиным пальцам свободно растягивать его. Миша усмехается и, вынув пальцы, подставляет член. — Ну чтож, детка. Иди сюда. — головка входит в тесное пространство, и Дженс не в силах сдержать крик, интуитивно отстраняется от источника боли. Но Миша готов к этому. Обхватив его поперек живота, он удерживает напряжённое тело, упорно продвигаясь глубже. — Дыши. Спокойно. Дыши со мной. Губы целуют спину, стараясь успокоить. Дженсен замирает на секунду. Он дышит. Часто и поверхностно. Боль отступает, сменяясь каким-то нереальным кайфом. Миша двигается. Медленно. Головка достигает простаты. Лёгкие вибрации ударяют по ней, заставляя Дженса не просто стонать. Он хрипло рычит, впиваясь зубами в подушку дивана. Дикий неконтролируемый азарт вбивает его сознание в шок. Он сам начинает искать глубину. Надо! Сейчас надо больше, глубже сильнее! — Мииииш, Мииишккаа. О, черт! Мииииша. Ещё. Ещё! ЕЩЕ! — он видит в отражении, как Коллинз, запрокинув голову, буквально захлебываясь в экстазе, сейчас в прямом смысле слова долбит его задницу. И это начисто сносит крышу. Даже не успев понять, что произошло, Дженс содрогается, сшибаемый мощной волной оргазма. Его член, зажатый между его животом и диваном, энергично дёргается, выплескивая прямо в подушки фонтанчики спермы. В голове взрываются тысячи петард. Уши закладывает. — Мииишшш, я… — слезы градинами капают на диван. Всхлип и… Он рыдает в голос. Истерично, с воем и стоном. — Мишка, любимый! Люблю тебя… ЛЮБЛЮ ТЕБЯ! Сознание уходит в нокдаун. Снова белые облака и…синие, как небо глаза. Дженс очнулся от ласковых прикосновений. Теплые руки гладили его спину. Он лежал на диване и его качало, как на волнах. — С возвращением, котик. — нежные губы легко пробегают по его губам. — Тебе было хорошо? Дженс с трудом сфокусировал взгляд. — Миш, бля! Прости. Я… А как же ты? Ты опять заставил меня кончить, а сам… И да! Мне было хорошо. Мне было охуенно! Миш, я не… Не знаю, чего я там тебе наговорил. Видимо мозг отключился. Ты не обращай внимания. — Дженс, не стоит. Все хорошо. И твой мозг не отключился. Он как раз сделал наоборот. Ты сказал то, что прятал. От себя. И от меня. — синие глаза смотрели не отрываясь. Проникая в душу. — В такой момент, говоришь не ты. А твое подсознание. Это «Дзен». Так что, Дженси, ты можешь не обманывать ни меня, ни себя. Это твоя правда. И я не боюсь ее. Потому что я тоже тебя люблю. И он приник к губам, даря нежность и уверенность. — Миш. А что нам делать с этой правдой? — голова Дженса лежала на его груди. — Что нам вообще с этим делать? Миша чмокает его в макушку. — Не думай об этом сейчас. У нас ещё почти вся ночь впереди. Ты же хотел узнать, каков я на вкус? Или может ты хочешь узнать, каков я внутри? Эклс поднимает на него зелёные глаза. — Хочу, Миш. Очень хочу. Хочу трахнуть тебя. Жестко, сильно. Отодрать так, чтоб ты извивался и стонал в моих руках. Пока не запросишь пощады. Пока не кончишь. Хочу видеть твой кайф. Хочу видеть твой «Дзен»! — Так чего мы ждём? Перекур. И продолжим. — улыбается Миша. — В душ. А потом… О! Потом ты будешь моим Господином, Дженсен Эклс! И я готов склонить перед тобой голову. Я покажу тебе мой «Дзен»! Дженс обнимает его, нежно целуя в лоб. — В ванну, Мишенька! Тебе предстоит нелегкое испытание! Потому что я затрахаю тебя до потери сознания! Они смеются и идут в ванну.