Пожалуйста, приснись мне...

Персональный пляж абсолютно пуст. Дженсен окидывает взглядом золотистый песок и вопросительно смотрит на Мишу: — Ну и от кого ты тут маскировался, агент 007? Тут же ни души. Как это возможно? Миша скидывает шляпу, забрасывает её, как летающую тарелку на куст и хлопает себя ладошкой по лбу: — Вот я кретин! Я совсем забыл, что тут пляж индивидуальный и никто, кроме обслуживающего персонала хижины и «дворца бракосочетания» сюда не войдёт. Кстати, вот и хозяин. К ним подходит высокий мужчина в цветастых шортах и ковбойской шляпе. — Доброе утро! — он улыбается и протягивает руку для рукопожатия. — Мистер Новак, простите, что прерываю Ваш отдых, но мне необходимо уточнить. Вы сьезжаете сегодня или останетесь до завтра? Если Вы остаётесь, то бронь необходимо продлить и оплатить дополнительный день. — Доброе! — Миша улыбается в ответ и пожимает руку. — Сайрус, мы останемся до завтра. И, конечно, я все оплачу. При выезде. Вы посчитаете, и мы сделаем чек-аут. Хорошо? Сайрус согласно кивает и, вежливо поклонившись, удаляется. Дженс смущается: — Миш, давай счёт погашу я. Это как-то неправильно. Я приехал сюда работать. Между прочим, за приличную сумму. А ты все это устроил для нас и платишь. Где логика? — Не ищи её, Дженси. Её нет. Я хотел устроить для нас эту «свадьбу» и «медовый месяц». Я устроил. Но если тебя настолько смущает финансовая составляющая, то мы поступим вот как. В следующий раз, на уик-энд, оплачивать наш разгул будешь ты, хорошо? Но учти, мой котик, место выберу я. Дженс шутливо возмущается: — Почему ты? Между прочим, это место я не выбирал. Режиссёр назначил место для съёмок. В его кармане настойчиво завибрировал мобильник. Посмотрев на экран, Эклс чертыхнулся: — А вот, кстати, и он. Да, Джонни. Нет, ещё не уехал. И да, прекрасно отдыхаю. Ах, вот оно что! Заказчик желает? Ну, слово заказчика — закон. Ок! Через час я буду у гостиницы, присылай машину. Он зло засовывает мобильник в карман. — Вот ведь зараза! Заказчику, видишь ли, ну прям позарез нужна в ролике ещё одна сцена. Не поверишь, Миш. Ему надо видеть страсть! И знаешь, как он её себе представляет? Я должен пить этот, как его там, «Страйтер», и обнимать и целовать девушку. Типа, напиток, пробуждающий желания! Во как! Ни больше, ни меньше. И теперь я вынужден вернуться в отель и катить на место съёмок, чтобы там, перед камерами, изображать страсть. Боже! Ну что за бред?! Он с силой притягивает к себе Мишу, и прижимаясь губами к шее, тихо шепчет: — Ну почему, мне нельзя целовать тебя? Ей-богу! Мне бы даже изображать ничего не пришлось, потому что ты, мой синеглазый ангел, заводишь похлеще любой бабы. Миша, подставляя шею поцелуями, тихо смеётся: — О, Дженси. Как ты себе это представляешь? Да нас кастрируют за пропаганду гомосексуализма! И что мы тогда будем делать? Жить без яиц? Нет уж, увольте! Я к этому не готов. Давай-ка ты собирайся и езжай предаваться страсти с девкой, которую тебе подсунут для ролика. А я… Я приеду тихо, спрячусь в тени пальм и буду наблюдать за тобой. — он поворачивает голову и мурлычет прямо в ухо. — Знаешь, котик, это очень возбуждает. Видеть, как ты охаживаешь девочку, как она стонет в твоих руках. Ммм, Дженс. Найди во всем положительные моменты. Представь, что это такая игра, где ты соблазняешь меня. Вот так. На расстоянии. Как тогда, на балконе, помнишь? Эклс взвизгивает: — Мишка! Ты, чёртов извращенец! Вуайерист. Возбуждает тебя? Хорошо. Но учти. Я представлю себе тебя и устрою ей такие ласки, что ты у меня взвоешь в тени пальм. А потом, мы вернёмся сюда, и я повторю все это с тобой. Только гораздо глубже. Ей, так и быть, достанутся ласки и поцелуи. Но тебе, Касси, так просто не отвертеться! Ты знаешь, что я с тобой сделаю? Я боюсь, что твоя задница после этого будет гореть не только внутри, но и снаружи. Миша вцепляется в его плечи. — О, да, мой охотник. Я уже в предвкушении. Поехали. — он ищет губами губы и, найдя, жадно целует их. — Я не понимаю, Эклс. Ты что, заколдованный что-ли? Вот стоило только мне чуть-чуть это представить. И что? — он берет руку Дженса и подводит её к ширинке. А там… Дженс смеется, прижимая прилично так окрепший член Миши к его животу. — Вот это да! Коллинз, походу тебя не зря называют в кулуарах сексуально озабоченным. Да ты ж как пионер, всегда готов! Маньячело. Ой. — он вдруг чувствует, как рука Миши поглаживает его, тоже уже так прилично приподнятое хозяйство. — И чья бы корова мычала, Эклс! — Миша одергивает руку. — Сам то. Так. Надо срочно ехать, иначе мы сейчас зайдём слишком далеко. И я, боюсь, просто не удержусь до вечера. Пошептавшись с Сайрусом, Миша пальцем зовёт Дженсена, и они идут через лесок к дороге. Там их уже ждёт машина. Вскоре они паркуются у здания отеля, где проживал Джен. — Миш, я поехал. Машина уже ждёт. А ты подъезжай, место ты знаешь. — он наклояется у уху Коллинза и, легонько лизнув, шепчет. — Я буду очень ласков с девочкой, мой ангел. Ты все увидишь… И, запрыгнув в машину, он уезжает. Миша, снова сев в авто, на котором они приехали, едет в свой отель. Пожалуй, надо собрать вещи и сдать номер. Вряд ли он вернётся сюда. Сегодня их ждёт ещё одна ночь в хижине, а завтра уже лететь домой. Дженсен прибыл на место съёмки за 15 минут до назначенного времени. Увидев в толпе Джонни, он быстрым шагом подошёл к нему. — Привет! Ну и? Что у нас ещё за страсти на пляже? Режиссёр пожал протянутую для приветствия руку и усмехнулся: — Да понимаешь, Дженс. Заказчик, чтоб его. Посмотрел наш ролик и решил, что твоя страсть на мотоцикле не должна пропадать впустую. Поэтому, в твоём распоряжении пять девочек. Выбирай, кто из них удостоится чести побывать в объятиях Дженсена Эклса. Ну а дальше… Я думаю, не мне тебя учить, что с девочками делать. Эклс поглядел на предложенные кандидатуры. Честно говоря, ему было глубоко фиолетово, с кем изображать бурную страсть, они его все-равно не возбуждали. Но должна же она быть хотя бы приятной. Взгляд его остановился на красивой брюнетке с пухлыми губами и синими глазами. Дженсен минуту всматривался в эти глаза. Они чем-то напомнили Мишины. Может цветом? Или необычным, слегка печальным разрезом? — Ты! Как зовут? — он поманил девушку пальцем. — Сможешь как следует изобразить дикий восторг от употребления сей безалкогольный бурды? Девушка, легко ступая босыми ногами по песку, подошла к нему, положила руки на плечи и, широко распахнув синие глаза, призывно облизала губы. — Я — Зоуи. И, да. Конечно, я смогу. Не волнуйся, Дженсен. Я тебе выдам на камеру такую страсть, что, боюсь, тебе захочется продолжить съёмки в индивидуальном порядке. — А ты дерзкая, Зоуи! Хорошо. Джонни! Берём эту. Поехали. Готовность 5 минут. Я только переоденусь — он быстро прошёл в передвижной фургон, служивший гримеркой и переоделся в кожаный костюм. Усевшись на Харлей, он окинул взглядом толпу зевак. А вот и Миша! Он снова замаскировался под шляпой и очками. Дженс подмигнул ему и настроился на съёмку. Ну Миша, держись! В течение следующих двух часов он только и делал, что пил напиток, смачно ерзал по сидению мотоцикла и обнимал и целовал Зоуи. И, надо сказать, весьма увлёкся этой процедурой. Потому как девочка старалась от души. Её томные взгляды, сладкие вздохи и соблазнительные движения бёдрами подбадривали Дженса. Но вот что странно. Если раньше он бы завёлся с полпинка, держа в руках такую огненную красотку, то сейчас он был вполне спокоен. И как-то особой страсти в кадре не было. — Дженс, ты не выспался?! — к нему подошёл Джонни. — Ну что это такое, Дженси? Ты же сам её выбрал, а сейчас держишь в руках, как бревно, чесслово! Ну где страсть? И правда, где? А нет её! Потому что Зоуи, как бы она не была красива, и как бы её глаза не напоминали любимые синие озера, не смогла завести его до такой степени, чтоб он заполыхал. Дженсен задумался. Этак можно бесконечно снимать, а толку чуть. И тут он увидел, как Миша из своего укрытия легонько поманил его пальцем. Он понял, как надо действовать. Ему просто нужен его личный наркотик, его стимулятор, его персональная Виагра! — Джонни. Давай прервемся минут на десять. Мне нужно слегка принять душ. Я весь взмок в этой аммуниции — он подергал кожаную куртку. — Между прочим, здесь +35, и я чувствую себя курицей в кляре. Он быстро направился к установленной переносной кабинке. Проходя мимо Миши, он подмигнул ему и показал пальцем на кабинку. Убедившись, что никто не видит, Миша легко прошмыгнул туда. Дженс вошёл следом и запер дверь. — Мишка, черт побери! Я не могу изображать страсть с этой девкой. Мне нужен ты. Да ты и сам, верно, все видел. Помоги мне. Иначе я никогда не закончу эти долбаные съёмки. — он прижал Мишу к стенке кабины и прильнул к его губам. Миша выкрутился из поцелуя. — Дженс. Ты хотел искупаться. А то кто-то очень удивиться, что ты пошёл в душ, а вышел сухим. Раздевайся. И учти. Я лишь немного помогу тебе, иначе ты нормально съёмки не закончишь. Ты тупо устроишь им порнорекламу, вместо обычной. — он засмеялся, но тут-же прикрыл себе рот ладошкой. — Миш, не умничай. У меня всего 10 минут. Иди сюда немедленно. О, чеееерт! МИШКА. Мой сумасшедший ангел! — он быстро покрывает поцелуями лицо. Руки скользят по телу под одеждой. Дико хочется раздеть его и прямо тут припечатать к стенке кабинки, поднять и насадить на член. Возбуждение накрывало с головой. — Миша. Боже! Ну почему ты так действуешь на меня? Миша открывается этим ласкам, стараясь максимально соприкоснуться обнаженными кусочками тела. Он чувствует, как уже прилично окрепший член Джена втирается в его пах. А там, скрытый шортами, ему уже отвечает его собственный прибор. В моментально плывущей голове проскальзывает мысль: «Надо остановиться. Это не закончится так просто, если не прекратить. И тогда они точно устроит незабываемую сессию. Потому что хрупкая кабинка тупо не выдержит этого цунами». К счастью, это же понимает и Дженсен. — Все. Стоп. Остановись, бестия! Иначе, я за себя не отвечаю. Он отстранился и вскочил под струю ледяной воды. Обрушившись на восставшую плоть, струя, моментально успокоила эррекцию. Встряхнувшись, как собака, выскочившая на берег, он легко обтерся полотенцем и снова впихался в кожу. Его взгляд упал на Мишу. Тот стоял, опираясь на стенку кабины и, тяжело дыша, пытался прийти в себя. Он улыбнулся и кивком показал на душ. — Все, мой ангел! Я побежал, пока меня не покинуло вдохновение. Выходи аккуратно, чтоб тебя не видели. Я привлеку сейчас все внимание на себя, а ты выбирайся. — он быстро чмокул Мишу в щеку. — Спасибо, моя Муза! Ты вернул мне страсть. Теперь смотри, что будет. И Дженс важно вышел из кабины. — Джонни! — он направился в другую сторону, чтобы перевести внимание на себя, отключив его от кабинки. — Слушай, Джон. У меня тут мысль возникла. Мотоцикл — это, конечно, хорошо. Но может мы с Зоуи немного пошалим в волнах? Режиссер воздел глаза к небу. — О, Чак всемогущий! Дженс, скажи мне. У нас в душе течет волшебная вода, несущая вдохновение? Ну почему ты раньше это не предложил? И мы бы не дрочились тут два часа, изображая «пожар на Харлее». Зоуи, переодевайся в купальник и в воду. Дженс, скидывай к ебеням это кожаное барахло. Ты будешь только в плавках. Хотя, нет. Стоп. В шортах. Нам совсем не надо, чтоб на экране мелькали явные признаки твоего желания. — и он засмеялся и указал взглядом на пах Джена. — Ты думаешь, я не в состоянии держать в узде свои инстинкты, Джонни? — Эклс захохотал. — Ну, это ты зря. Но, наверное, шорты будут правильным решением. А вдруг эта синеглазая бестия выведет меня из себя. И сейчас он имел ввиду явно не Зоуи. Мишка. Это он способен сорвать все тормоза. Это от воспоминания о его глазах бешено колошматится сердце. Это от его поцелуев и прикосновений член рвет плавки. Держись, мой ангелочек. Сейчас будет шоу! Дженс медленно вошёл в воду. — Стоп! — заорал Джонни. — Дженс, ты выходишь из воды и пьешь напиток. Зоуи смотрит на тебя, подходит и отбирает у тебя бутылку. Пьет из нее. Ну дальше, действуй, Эклс! Хватай ее, вали на песок, целуй. Ну, не мне тебя учить. Джен кивнул. Он проделал все, что велел режиссер, и вот они уже на песке, утопают в волнах. Дженс закрывает глаза и видит Мишу. Он стонет и впивается в губы Зоуи. Руки гладят спину, губы целуют шею, спускаясь ниже. Но не ее он сейчас сжимает в объятиях. «Миша! — стонет воспалённый мозг. — Мой Ангел. I want you.» Он горит и полыхает в этом костре страсти. И Зоуи полыхает с ним. Съёмочная команда замерла в восторге. Да это не просто страсть, это огонь! Дженс открывает глаза и посылает свой туманный взгляд туда, в тень пальм. Ему. И он ловит этот взгляд. Два разряда электричества, ломая расстояния, несутся навстречу друг другу и сталкиваются в воздухе. Дженс шумно выдыхает, не сводя глаз с Миши. Зоуи секунду смотрит на него, потом переводит взгляд туда и улыбается. — Значит, это правда, Дженсен? И фанаты не придумывают. Истории Дестиэль рождаются не на пустом месте. Я знала. Знала всегда, что это не может быть просто плодом коллективного воображения. Она поворачивается к режиссеру. — Джонни, надеюсь мы закончили. И лучше тебе ответить положительно, Джон. Иначе мы рискуем столкнуться с грозой. — она смотрит на внезапно нахмурившееся небо. Но имеет ввиду она другую грозу. Ту, которую не видно невнимательно у человеку. Ту, которая понятна лишь тем, кто верит в эту любовь. — Дженс, иди к нему. Вы слишком нужны друг другу, чтобы тратить время на глупости. Эклс выныривает из цепкого захвата Мишиного взгляда. — Джони. Мы все? Правда, гроза надвигается. Режиссер согласно кивает головой и велит команде сворачиваться. — Иди, Дженс. Билеты на самолёт только на завтра. Оттянись сегодня вечером. Тут можно неплохо потусить. Он с благодарностью смотрит на девушку: — Спасибо, Зоуи. И…прости. Ты же понимаешь… Она согласно кивает и улыбается. Дженс быстро направляется к пальмам. Миши уже нет, но он знает точно, что он уже ждёт его в машине. И этот вечер они проведут только вдвоем. Нужно только уладить формальности. — Дэннил, не волнуйся. Все хорошо. — его голос слегка дрожит, а рука нервно сжимает телефон. Он опять врёт жене. Походу, это теперь войдёт в привычку. — Тут шторм, поэтому я еду в гостиницу. Выпью пива и отдохну. Целую тебя. Плюхнувшись на сиденье авто, он рывком притягивает к себе Мишу и жадно целует. — Поехали. — он стучит в стекло водителю. Голос хрипит, срываясь на гласных. Он захлопывает стекло. Глаза в глаза. Руки дрожат, гладя крепкую спину. — Мой… Ты МОЙ! Пусть, только одну ночь. Но я тебя не отпущу ни на минуту. Слышишь? Миша кивает. — Твой, Дженси. Только твой. Так будет всегда. «Люблю… — Одновременно. Шепотом. Не отводя глаз. — Люблю тебя». У них ещё вся ночь впереди… Их ночь. Так пусть будет пожар!