Кофейная горечь

      «Это все ради Нахиды, это все ради Нахиды, это все ради…»       Легкое прикосновение чужой руки к его плечу выдернуло парня из мыслей, заставив чуть вздрогнуть, вынуждая обратить внимание на уже изрядно взволновавшегося друга, который не одну минуту буравил Скарамуччу взглядом своих тёмно-синих глаз.       — Скар, ты же знаешь, что не обязан устраиваться именно сюда, и мы можем подыскать тебе работу, кхм, попроще, — Тарталья улыбнулся темноволосому, убирая руку и пряча ее обратно в карман.       — Скажи это моему дерьмовому резюме с нулем опыта. Ах, да, и еще той куче отказов с милой припиской: «извините, вы нам не подходите» — Скарамучча фальшиво улыбнулся, натянуто вежливо растягивая слова в пародии. — Сюда я могу устроиться хотя бы по связям, да и… — парень перевел взгляд вниз, расфокусировано рассматривая белоснежную плитку на полу, вспоминая недавний разговор с Нахидой. — Платят неплохо.       — Раньше тебя не очень-то волновал финансовый вопрос, — вздохнув, рыжеволосый сдался, отчасти догадываясь, почему его лучший друг принял предложение устроиться на работу именно сюда.       Начиная с самого очевидного: Тарталья работает в «Archons Paradise» уже несколько лет и его другу будет легче адаптироваться, пребывая в окружении (и попечении) близкого человека, к мельтешению которого в своей жизни он привык, попутно обучаясь у него всем основам в легкой и непринужденной обстановке. Наверное, поэтому Скара выбрал именно этот вариант? Хотя, почему не раньше, ведь без работы он сидит уже второй месяц…       Ладно, с первым выводом Тарталья немножечко погорячился. Скарамучча ненавидит людей и прекрасно демонстрирует это каждому, кто хоть немного переступит его зону комфорта. Видимо, для Муччи это была крайняя мера. И для него, черт возьми, загадка, что это за крайняя мера, почему тот вообще согласился устроиться на столь стрессовую и некомфортную для себя работу? Бариста. В кафе. Из кофе предпочитая только адски-крепкий эспрессо, а не «подкрашенное сладенькое молочко», которое любил Тарталья.       Нахида. Он уверен, что это ее работа. Приемная мама Скарамуччи, мудрая и заботливая женщина (хотя по ней и не скажешь, ведь она такая кроха), которая помогла ему начать жизнь с чистого листа. Тарталья был уверен, что это одна из ее попыток хоть немного, но социализировать своего отстранённого, и, отчасти, намеренно избегающего общества сына; что именно она посадила в его сердце это маленькое зернышко, надеясь, что в этот раз (а попыток было немало) оно хоть немного, но прорастет и явит миру свои прекрасные зеленые листочки.       И конечно же Тарталья ей в этом поможет, аккуратно действуя со стороны, как самый лучший и заботливый друг.       — Я не хочу докучать Нахиде, сидя на ее шее, — Скарамучча поднял взгляд, чуть нахмурившись, будто выйдя из транса. — Я и так слишком многим ей обязан.       — Не думаю, что ей это в тягость, Мучча. Да и «платы» она от тебя никакой не ждет.       Скара показушно скривился от прозвища, хмурясь сильнее. Отвернувшись от друга и направляясь к лавочке неподалеку, тот слегка нервно выудил телефон из кармана джинсов, бегло взглянув на время и тяжело вздохнув. Они торчали в торговом центре уже около получаса из-за Тартальи, который вытащил его из дома заранее. Сильно заранее. Видимо, чтобы уж точно не опоздать на собеседование, до которого еще минут двадцать с носом. Скарамучча нервно стучал ноготками по экрану, всеми силами стараясь хоть немного заглушить тревожную какофонию в своей голове; уже привычная маска из обжигающего холода и безразличия едва ли справлялась с языком тела. Тела, которое больше походило на натянутую струну.       Сдув выбившуюся прядь темно-синих волос со лба, Скарамучча вернулся к экрану телефона, перечитывая недавно отправленную Нахидой смс-ку с поддержкой, нелепо, но это внушало немного уверенности. Заприметив, что друг сел на лавочку рядышком, парень молча уложил голову на его плечо, устало прикрывая глаза. Момент маленькой уязвимости, которую он мог продемонстрировать только ему.       Чуть улыбнувшись, Тарталья принялся рассматривать вывески небольших бутиков и магазинчиков, стараясь не двигаться, чтобы не спугнуть маленькое уязвимое создание, которое сейчас больше походило на кота, нежели человека. Знаете, того самого, который старательно избегает близости и кусается, стоит тебе протянуть ладонь к его ушкам, или, не дай бог, пузику! А потом, как ни в чем не бывало, жмется к тебе бочком, когда нуждается в близости и тепле. Тарталье немного льстило, что такого Скарамуччу не знает никто, кроме него и Нахиды; такое своеобразное чувство элитарности. Усмехнувшись своим мыслям, рыжеволосый взглянул на наручные часы, отодвинув рукав белоснежной рубашки.       Еще пятнадцать минут.

━─━────༺༻────━─━

      К удивлению Скарамуччи, собеседование прошло весьма гладко. Благодаря небольшой предварительной подготовке Тартальи и его домашним урокам работы с кофемашиной, а так же прочитанной литературе о кофейном ремесле, Скара смог правильно ответить на ряд поставленных вопросов, а так же приготовить напитки по инструкции. Весь процесс приготовления и изучение рецептуры, а так же ее повторение прошли без сучка и задоринки, Скарамучча был уверен в себе, и, чего греха таить, весь процесс приготовления казался ему легким до безобразия. Немного практики, понимания основ и вуаля, он мог повторить почти любой требуемый напиток. Градация необходимых ингредиентов и взаимодействий с ними была небольшая: где-то больше молока, где-то больше воды, где-то смешать, раскрошить лед или нарезать фрукты, где-то добавить сироп или сливки. Самое трудоемкое — повторить визуальную составляющую напитка, но и с этим Скарамучча прекрасно справился. Темноволосый довольно ухмыльнулся, заприметив гордую улыбку его лучшего друга, который наблюдал за процессом со стороны, облокотившись на стойку рядышком.       Приготовление напитков - это не сложно, совсем нет. Самое сложное - это долгосрочное поддержание маски дружелюбия и учтивости. Не подумайте, Скарамучча был прекрасным актером, когда это было необходимо. С самого детства он рос в золотой клетке, манеры и хорошо подвешенный язык всегда были его оружием. Он мог втереться в доверие в случае необходимости, поддержать почти любой разговор и идеально отыграть роль хорошего мальчика, так он, что иронично, закончил школу почти в идеале, обзавёвшись неплохими связями. Так он выживал, когда сбежал из дома, общение, эти же связи — все это было лишь удобным инструментом, которым он владел виртуозно. Но как только его жизнь развернулась на все сто восемьдесят, у него не было необходимости играть роли, а осознанно выброшенный им инструмент оставил после себя лишь чуть саднящие мозоли. Он сбежал от этой тяготы, как только почувствовал, что груз его прошлой жизни канул в небытие.       Ему не нужны были ни люди, ни грязь, связанная с ними, он был открыт только Тарталье и Нахиде       Нахида бы точно наругала его за такие мрачные мысли и сказала бы что-то в духе: «не все люди хотят тебе зла, Куни. Рано или поздно тебе придется научиться хоть немного различать цвета. Так же, как ты делаешь это по отношению ко мне и Тарталье».       Хах. Но даже сейчас. Он все еще знал, как отыграть любую необходимую роль, если это понадобится, даже сейчас, но…       Но тот темноволосый парнишка с косичками, что был на смене сегодня, не сводил с него глаз, буравя его насквозь, постоянно улыбаясь и раздражающе хихикая, заставляя глаз Скарамуччи нервно дергаться, сильно диссонируя с его уже натянутой лживой улыбкой. Он изредка улавливал едва слышимые смешки Тартальи и этого странного бариста, когда его маска трещала по швам. Выдавив из себя улыбку еще шире специально для одного конкретного рыжего дебила, Скарамучча подставил сам себя окончательно. Оба наблюдателя громко рассмеялись, хохоча во весь голос, он, очевидно, ошибся насчёт одного дебила.       — Мучача, я умоляю тебя, сделай лицо попроще! Блять, боже, ты похож на маньяка, причем даже больше, чем обычно, — прикрыв лицо, тот судорожно махал перед лицом меню, пытаясь хоть немного охладиться, заливаясь смехом.       — Тарталья, если ты не забыл, мы все еще открыты, и у нас в зале посетители, — за спиной послышался ровный строгий голос, который мгновенно заглушил смехуюшки рыжеволосого, сменяя его задор тихим похоронным молчанием. Рыжеволосый внезапно уставился куда-то на бокальчики, задумчиво хмурясь, будто трансформируясь в отъявленного эстета и ценителя стеклодувного искусства, преисполнившегося в своем познании. Скарамучча тихонько хихикнул, надув щеки, еле сдерживаясь, завидев резкую перемену в лучшем друге, после чего был немедленно застигнут тем же серьезным взглядом бордовых глаз, резко делая лицо попроще.       — Меня зовут Дилюк, я владелец этого заведения, а ты, как я понимаю, Скарамучча, верно? — Тот чуть смягчил взгляд, обращаясь к темноволосому, оставаясь все таким же серьезным, но без ноток мелькнувший совсем недавно строгости.       Скарамучча молча кивнул, боковым зрением обращая внимание, как бариста с косичками тоже приструнился удивительно-волшебным образом, вспомнив о своих рабочих обязанностях (которые он игнорировал до этого, отдав предпочтение наблюдению за Скарой). Парень выудил из недавно принесенного контейнера стеклянный стакан, обрабатывая его паром от кофемашины и потирая чистой тряпочкой, очищая стекло от разводов. Причем с таким важным и увлеченным видом, с чуть нахмуренными бровями, будто от чистоты этого несчастного стакана зависит вся его дальнейшая зарплата.       Ну точно клоуны       — Венти, что скажешь? Я немного опоздал, не застав всей процессии, — тот устало вздохнул, потирая переносицу. Скарамучча подметил, что, вероятно, причиной задержки было что-то действительно серьезное. — Брат, — подтверждая мысли темноволосого, обронил Дилюк. — Как бы ни было прискорбно это признавать, но тебе в выборе кадров я доверяю, — он взглянул на Венти, который улыбнулся как-то слишком хитро и очень горделиво.       — Хе-хе, как бы вам сказать, господин Дилюк, — Венти задумчиво постучал пальчиком по губам, отвлекаясь от злополучного стакана, продолжая улыбаться, поглядывая на Скарамуччу, который сразу же нахмурился. — Видно, что с людьми ему будет тяжеловато, но навыки покрывают сей минус с головой. Я бы еще подчеркнул умение быстро действовать и анализировать, учитывая то, что от дел кофейных он далек, может показаться, что коммуникабельность - это основа основ, но я бы так не сказал, — Венти подмигнул Скарамучче, сразу же продолжая. — В час пик такая трезвая головушка будет очень кстати! Да и я уверен, что с коммуникабельностью мы поработаем. Кофе он мне приготовил отличный, да и разобрался со всем быстро, каждое действие отдает перфекционизмом. Немного стажировки и будет просто прекрасно, мне давно не хватало кого-то с таким темпераментом. Да и личико прелестное, как у такого кофейку не заказать? — тот довольно хихикнул, приметив уже заранее ожидаемую реакцию Скары, идеально им исполненную. Пронзающий душу взгляд его ледяных глаз (который на Венти совершенно не работал и ни капельки не пугал, и дело даже не в том, что у него не было души), казалось, прожигал в нем дыру.       — Благодарю, — Дилюк утвердительно кинул Венти, доставая из своей рабочей сумки аккуратно сложенную стопку бумаг и ручку, переведя взгляд на темноволосого. — Тогда, переходя сразу к делу, ты согласен работать у нас? Пока что на этапе стажировки, но с дальнейшим ростом по карьерной лестнице, конечно же.       — Да, согласен, — выйдя из-за стойки в зал, тот уселся за стол напротив красноволосого мужчины, взяв в руки ручку, начиная неспешно подписывать все необходимые документы и уточняя все интересующие детали, отбрасывая все сомнения, усердно царапающие подкорку его мозга.       Тарталья довольно улыбнулся, переводя взгляд со Скарамуччи на Венти, заглядывая в зеленые глаза коллеги с большой благодарностью, на что тот лишь отмахнулся, жестом будто отвечая: «я ничего такого не сделал, чтобы благодарить».

━─━────༺༻────━─━

      На улице уже смеркалось, погружая город в мягкое освещение уличных фонарей. Выпустив небольшое облачко пара в холодный осенний воздух, Скарамучча сильнее укутался в куртку, терпеливо ожидая Тарталью, который все еще обсуждал с Дилюком расписание их рабочих смен, сопоставляя их друг с другом по-максимуму. Прохладный ветерок немного отрезвлял, перебирая его темно-синие волосы между фантомными пальцами, небрежно спутывая и перекручивая.       Достав телефон, парень набрал Нахиде небольшое, но емкое сообщение о прошедшем удачно собеседовании. Нажав кнопку отправки и убрав телефон обратно в карман, тот обернулся, заглядывая в панорамные окна его уже рабочего места. По мере прибытия он не сильно рассматривал интерьер и общую атмосферу кафе, так как голова была забита совершенно другим. Но сейчас, приведя мысли в порядок, тот смог наконец-таки оценить визуальную составляющую «Archons Paradise», которую игнорировал до этого.       Просторное помещение, выполненное в современном стиле с небольшими нотками классики. Большая барная стойка и кухонная зона находились в самом верхнем углу, что было идеально для гостей, приходящих из торгового центра, чтобы взять кофе навынос, не нарушая общую атмосферу кафе. Столики из темного дерева, вереницей расставленные по площади помещения и панорамных окон. Резные деревянные колонны, украшенные вьющимися растениями, разделяющие несколько участков помещения, которые отличались по стилю, как небольшие островки с разным оформлением и культурой. Скарамучча насчитал их…семь? Каждый периметр отличался преобладанием определенной культуры, но, что забавно, стили сочетались друг с другом и это не выглядело броско и безвкусно. Они не нарушали общую цветовую гамму, отделанные в одной цветовой палитре с кафе. Основные акценты приходились именно на наполнение и декор.       Кафе, да скорее ресторан, выглядело дорого и необычно, уникально. Скарамучча никогда бы не подумал, что в такое заведение могут взять Тарталью на работу добровольно. Усмехнувшись и вспомнив о существовании последнего, тот принялся внимательно выискивать рыжую макушку среди вереницы посетителей. Не обнаружив даже отдаленно напоминающую копну волос, тот сразу же нахмурился, потянувшись к телефону, чтобы позвонить другу, уже набирая его контакт с панели быстрого доступа.       — Меня ждешь, Скарамучча? — Тарталья громко закричал, откуда-то издалека, как только заприметил друга, махая рукой и привлекая к себе внимание Скарамуччи, и, к сожалению, столь нежеланное внимание со стороны прохожих. Какого хрена он вообще вышел с главного входа торгового центра, а не кафе? Вздохнув, отчасти привыкнув к таким классическим и хаотичным выходкам старшего, темноволосый направился в его сторону, убрав уже изрядно замерзшие руки в карманы. Но стоило ему подойти к нему вплотную — его руки были мгновенно выужены из карманов обратно, а в ладони вложен большой стаканчик с еще горячим, но не обжигающим руки зеленым чаем. — Горькая отрава для маленькой готки, без сахара.       — Я ведь весь нарасхват, ага. Да кого же еще, блять, мне ждать, — Скарамучча недовольно проворчал. — Спасибо, — он благодарно пробубнил чуть тише, едва слышно, грея руки о горячий напиток.       — Не за что, ворчалка. Это твоя маленькая награда за успешно пройденное задание, не обосрался, а это уже замечательно. Я искренне боялся, что ты кого-нибудь убьешь, — Тарталья усмехнулся, медленно направляясь в сторону их домов, поманив Скару за собой рукой. — Я попросил Дилюка объединить свои смены с твоими, не все удалось, конечно, но большую часть мы будем работать вместе. Венти тоже помог, перетасовав свои смены тоже, так что…       — Какой кошмар, тебя и так в моей жизни всегда было слишком много, — Скарамучча закатил глаза, попивая чай, показательно важничая.       — А что, хотелось бы работать с Венти почаще? Знаешь, ты ведь еще не знаком с другими ребятами, я всегда могу с этим помо-       — Прекрасно. Я так рад, что мы будем проводить больше времени вместе.

━─━────༺༻────━─━

      Попрощавшись с Тартальей и оказавшись наконец-таки дома, переодевшись с уличного на домашнюю одежду, Скарамучча устало плюхнулся на кровать. Глупо отрицать, но он так привык жить в ареалах своей маленькой съемной квартиры, как рачок внутри своей раковины. Отчасти он скучал по своей удаленной работе, которая кормила его с 18 лет; никаких лишних взаимодействий, только он и молчаливый монитор компьютера, музыка, игры, тишина. Изредка Тарталья, заваливающийся в гости или вытаскивающий его за шкирку на улицу. Никаких рисков, никаких масок. Он и его маленький стеклянный аквариум. Заработок небольшой, но этого хватало на съем жилья и более-менее комфортную жизнь. Большего ему никогда и не нужно было.       Только вот все пошло по одному месту и его работа накрылась медным тазом.       Самое отвратительное то, что он работал неофициально и плевать другие работодатели хотели на его навыки, если годы работы не числятся в трудовой книжке. Он мог бы жить так и дальше, Нахида бы точно позаботилась о нем, периодически подкидывая деньги на безбедную жизнь, но это ужасно задевало его совесть, его желание отплатить ей, и, отчасти, это задевало его гордость. Он бы выгрыз себя изнутри, съел бы сам себя ложечкой, выковыривая все внутренности, кусочек за кусочком, приняв такую жизнь.       Он не мог. Поиски работы и так затянулись, а растягивать их еще на несколько месяцев он не хотел. Он и так был жалок. Безумно жалок. Без стремлений, без потенциала, иссохший подранный лист, плывущий по бешенному течению жизни.       Закончив школу, Скара отказался поступать куда-либо, окончательно уйдя в себя и свой мир. Он не готов был снова идти по тому же пути, что и в школе. Он не умел иначе. Он не умел быть другим с людьми. Он не умел приоткрывать завесу своего сердца другим, не мог проявить и малейшей слабости, боясь впустить все то грязное и гадкое, человечное, и из-за того столь порочное; всё, что ненавидел в других. Общение давалось слишком тяжело, а маска все сильнее срасталась с лицом.       Тарталья, а если точнее - Аякс, для него был уникальным исключением, вся история их дружбы - действительно сплошное исключение в правилах и предписках его жизни. Они знакомы с садика и всегда были вместе. Скарамучча всегда был отстраненным ребенком, а статус его семьи давил на него уже с раннего возраста. Родители других детей боялись подпускать своих малышей к нему. Не дай боже их чадо обидит или косо посмотрит на сына самой Сёгун Эи. Скарамучча частенько оставался в садике до поздней ночи в полном одиночестве с одной единственной воспитательницей. Он всегда был один среди десятка окружающих его детей, всегда был тенью на фоне счастливых детских лиц; лиц, которых действительно искренне ждали дома, которых любили.       И это нелюдимая синеглазая тень не ускользнула от наблюдательного Аякса.       Аякс всеми силами старался подружиться со Скарамуччей, что поражало последнего, ведь Аякс, фактически, дружил со всеми детьми в группе, зачем ему сдался кто-то, как он? Да еще и для дружбы? И однажды, спустя месяцы отчаянных попыток рыжего, Скара сдался и поддался его упорству. Они здорово поладили и были на своей особой, уникальной волне, став лучшими друзьями.       Будучи очень смышлёным мальчиком, Аякс договорился со своими родителями забирать Скарамуччу из садика вместе с ним, чтобы они проводили больше времени вместе в его доме, а не в стенах опустевшего детского сада, пока кто-либо из семейства Райдэн не заберет его домой. Ни его семья, ни семья Скарамуччи не были против, придя к общему согласию. Родители Аякса всегда относились к мальчику любяще и понимающе. Благодаря этому Скарамучча хоть немного, но прочувствовал прелести жизни в любящей семье, хоть и понимал, что не имел к ней никакого отношения. Ему достаточно было проводить время с Аяксом, чтобы чувствовать себя лучше, чем в рядах своей семьи.

Ведь за стенами его родного дома ему никогда не было места, его никто не ждал, его никто не любил.