Хорёк.

      Это был привычный, скучный день в месте, где царит нечисть, разврат и разгул — казино нечисти, где ставки делают не столько деньгами, сколько телами и всем остальным, что можно отдать. Хуа Чэн лениво размышлял о том, что прошло уже довольно много времени, а его поиски так и не сдвинулись с мёртвой точки, и сегодня он был более всего раздражён. С ним играли не многие, но кое-кто все-таки рискнул — сейчас перед ним сидел какой-то небожитель, судя по всему, средних небес. Хуа Чэн немного лениво развалился в своём кресле, с лёгкой усмешкой наблюдая за небожителем.       — У тебя есть что ещё поставить на кон? — усмехнулся Хуа Чэн. Этот несчастный проиграл почти все, что у него было, и не умел останавливаться. И сейчас он не желал отступать, хотя, по сути, у него ничего и не осталось. Однако около его ног была клетка. Парень таскал её с собой и ни на миг не спускал с глаз. Когда Хуа Чэн в начале игры спросил, хочет ли он поставить на кон то, что в клетке, закрытой плотной тканью, тот категорически отказался. Но сейчас, кажется, он был готов поставить остатки собственной души.       — Хорошо, я ставлю то, что у меня в клетке! — произнёс решительно парень, поджав губы.       — Хо? И что же там? — Хуа Чен явно веселился с этого мальца. Тот готов был и одежды свои продать, при чём последние.       — Там хорёк! — демоны тут же загалдели. — Но не простой. Это небожитель, которого прокляли и обратили в хорька. Раз в три месяца он на неделю возвращает форму человека. Его кровь, шерсть и шкура в любом виде имеют очень огромную ценность, даже вознестись можно, если правильно использовать его кровь. — тот говорил со сдержанным восторгом. — Но так как это бывший небожитель, его никто не хватается, — произнёс он с усмешкой. — Играем на меньшее, до трёх! — в этот момент Хуа Чен передал кубики незадачливому небожителю, предвкушая новое развлечение.       Первый бросок. Небожитель с нервозностью увидел, что кубик показал две четвёрки. Пришла очередь бросать Хуа Чена. Выпало четыре и три. Второй бросок — четыре и два. Небожитель шикнул про себя и с нервозностью смотрел на клетку. Бросок Хуа Чена — три и один. Руки небожителя дрожали. Он не хотел расставаться со своим шансом на вознесение. Бросок — два и один. Хуа Чен немного насмешливо смотрел на игральные кубики — один и один. Демоны загалдели, а небожитель побелел.       — Нет! Это жульничество! — он вскочил с места и собирался было схватить клетку, но её тут же увели у него из-под носа. — Ты жульничал! — в этот момент с губ Хуа Чена сорвался смешок.       — Ты сам все видел. Я никогда не жульничаю. — в этот момент демонесса поднесла хозяину большую клетку, а небожителя вывели буквально за шкирку, выкинув за порог игрального дома. Тот немного задумался и потянул ткань, открывая своим глазам… белого хорька, который свернулся в клубок и, кажется, посапывал. Но видя, как нервно дёргался кончик его хвоста, Хуа Чен предположил, что он не спит. Не долго думая, он подхватил клетку, житель которой едва слышно пискнул, и бросив игральные кубики, переместился в дом блаженства. Сейчас там был только он, и, сев в зале, он поставил клетку на пол. Хорёк был тощий, судя по всему, едва ли его кормили.       — Интересно, какой же идиот попался под такое проклятье? — усмехнулся Хуа Чен, присев на корточки. Тут пушистый зверь, чья шкурка была потрёпана и кое-где скатана, поднял свою моську, смотря на Хуа Чена живым, изучающим взглядом, пока снова не спрятал моську под хвостом. Хуа только усмехнулся и открыл дверцу. Но животное не собиралось выходить. Стоило Хуа Чену протянуть руку, как пушистик сначала громко вскрикнул, а после распушил хвост и начал шипеть. Сначала такое поведение позабавило, и собиратель цветов решил пока не спешить и убрал руку. Видя, что на него более не посягают, белоснежный пушистик успокоился и кряхтя, снова свернулся в калачик и уснул, или, по крайней мере, сделал вид. Немного подумав, он отстал на какое-то время от зверя, оставляя клетку открытой. Оставив бабочку, он наблюдал за животным, которое в течение нескольких часов не сдвинулось с места. Вначале ему это и правда наскучило, пока его новое развлечение не стало шевелиться и осторожно принюхиваясь, начало выбираться из клетки. Сначала оно было нерешительно, но потом, забавно вильнув хвостом, вышло из места пленения, где, судя по всему, до этого чувствовало себя в безопасности.              Малыш сначала не отходил от клетки далеко, хотя помещение, где он находился, было просторным. Тут обычно выступали танцовщицы, пока он лежал и наблюдал со своего привычного места. В какой-то момент этот несчастный начал все обнюхивать и искать что-то. Первое время он просто все обнюхивал, пока не начал… грызть все. Хуа Чен приподнял бровь, пока тот не добрался до небольшого стола, на котором оставалось немного еды. Хуа Чену не нужна была еда, но у него возникла мысль оставить немного на столе, чтобы выманить животное. Хотя он и понимал, что это небожитель, но судя по поведению, он был словно обыкновенное животное. Позже проверит его на наличие настоящего проклятья. Тот забрался, причём довольно-таки нагло, на место, где обычно лежал Хуа Чен и, увидев стол с едой, немного оживился. Он ходил туда-сюда, пока не сделал свой первый прыжок. Немного не долетел, не смотря на то, что стол находился очень близко. Это дало Хуа Чену понимание о том, что эти животные не предназначены для прыжков. Но тому все равно удалось взобраться на желанный стол и начать обнюхивать еду. Там были фрукты и мясо. Тот начал с мяса, на фрукты даже не смотрел. Стоило сказать, что тому пришлось немного тяжело, учитывая кусков мяса. Позабавило то, как хорек пытался отгрызть кусочек от мяса. Вскоре Хуа Чену надоело наблюдать из далека и он отправился в комнату, где находилось его новое развлечение.              В помещении слышалось лишь шуршание маленьких лапок. Хуа Чен ступал не слышно, но зверёк дёрнул ухом, насторожившись, когда демон замер не так далеко от стола.       — Здравствуй. Вылез, наконец? — усмехнулся Хуа Чен. — Моё имя Хуа Чен и я твой нынешний хозяин. — хорёк дёрнул хвостом и хотел прыгнуть со стола, но у него это не вышло, он так и замялся на краю. Хорьки не лучшие прыгуны. Хуа Чен подошёл ближе и уселся на кушетку, закинув ноги на стол. И кто бы мог подумать, это наглейшее существо прошествовало по его ногам, оказалось на кушетке, а с кушетки бросилось на пол! Там он не полез в клетку, а забился под кушетку, чем вызвал у Хуа Чена волну неописуемого смеха.       — Я начинаю сомневаться, что ты заколдованный небожитель. Столько наглости ещё поискать надо, — он откинул голову и прикрыл глаза, так, как будто задремал. Зверёк, словно почуяв, что опасность ему пока не угрожает, осторожно выглянул из своего ненадёжного укрытия. В клетку он возвращаться не стремился, судя по всему, вдоволь там насидевшись. У Хуа Чена возникли вопросы — сколько времени этот человек провёл в образе животного, как его имя. И ведь не подумал спросить, очень жаль. Хотя с другой стороны, будет сюрприз. Раз этот наглец так запросто использовал его ноги как мост, значит он явно не знает Хуа Чена, потому что если бы знал, предпочёл бы спрыгнуть с края стола. Тот походил по комнате, пока не увидел порхающую бабочку. Хуа всяко проверял зверя, ожидая испуг, как минимум. Потому что о его бабочках ходили далеко не прекрасные слухи. Как минимум их приписывали к дьявольским созданиям. Но, кто бы знал, что сначала, замерев, зверёк уставится на бабочку, что села на пол, а потом… начнёт играть? Сначала он коснулся лапкой крыльев бабочки, после попытался понюхать и забавно фыркнул, высунув язычок. Теперь действительно стало интересно — кто это такой. Не боится Хуа Чена, играет с его бабочкой как с игрушкой. Хотя, скорее проявляет интерес?              ***              Малыш оказался очень любопытным. Стоило ему привыкнуть и понять, что никто не собирается трогать его шкуру или выдавить из него кровь, как он тут же начал изучать все помещения в которые мог залезть и даже уже не пытался сбежать от нынешнего хозяина. Но градоначальник мог сказать одно про этого зверька — слабоумие и отвага. Тот все время пытался взобраться повыше, а потом не мог слезть. Сначала было забавно, после же, собиратель цветов сжалился и снимал несчастного зверя. Или это делал Инь Юй, который, как оказалось, тоже не был равнодушен к новому животному начальника. Но один раз его чуть не придавило книгами, которые на него повалились, пока зверь пытался взобраться по ним на вершину. В это время Хуа Чен работал у себя в кабинете.       — Ты явно хочешь умереть раньше, чем перевоплотишься в человека, да? — выдохнул демон, сложив руки и приподняв бровь, пока его бабочки убирали упавшие книги, а этот безумец только пискнул что-то и юркнул под кресло, утащив туда что-то в зубах. Бегают хорьки быстро, на месте ему не сиделось, но вот прыгать у него совсем не получалось. Так и норовил себе что-нибудь сломать. Хуа Чен только хмыкнул, когда к нему вошёл демон.       — Градоначальник, к вам тут пришёл тот небожитель, что не так давно проиграл вам это животное. Он пришёл требовать назад своего зверя, — демон немного топтался на месте. Хуа только приподнял бровь. Ладно, хорьку прощалась и слабоумие и отвага, а вот этот житель средних небес явно не знал что такое инстинкт самосохранения.       — Выгоните его прочь, он уже проиграл все, что мог. И скажите, что если сунется снова, его уже никто не найдёт, могу за это поручиться. — услышав эти слова, демон удалился, а новый житель этого поместья высунулся из-под кресла, ведомый бабочкой, которую пытался на данный момент поймать. Немного подумав, Хуа Чен поднялся с места и приблизился к зверьку.       — Итак, мой маленький безумец, у меня есть к тебе предложение… — в этот момент зверёк перестал играться и перевёл взгляд на своего нового хозяина. Во взгляде золотистых глазок, что в очередной раз доказывало, что это не просто зверёк, мелькала настороженность. — Как насчёт того, чтобы тебя помыть? — сначала реакции не последовало, но после тот встал на задние лапки, потом снова сел, потом снова встал и сев, начал кружиться на месте, перебирая короткими лапами. Хуа Чен счёл это за «Да». — Инь Юй. — в эту же секунду из ниоткуда появился падший небожитель. — Думаю, нашего гостя следует искупать. Займись этим. — вняв этим словам, тот присел и взял не сопротивляющегося зверя на руки. Но сколько же смеху было, когда тот начал крутиться, вертеться и игриво покусывать руки бывшего небожителя.       — Прошу вас, успокойтесь… — тщетно пытался успокоить незадачливого гостя Инь Юй. Но тот словно и не слышал или не хотел слышать. На купание ушло всего минут тридцать. И то, если бы малыш не крутился и не вертелся, можно было бы закончить и за пятнадцать минут. Шерсть зверя, будучи чистой, оказалась густой и пушистой. Более пушистой, чем есть на самом деле. Инь Юй был немного вымотан. Зверьку, стоило оказаться на полу, тут же понадобилась искать какой-нибудь угол или щель, куда он мог пролезть. И если бы бывший небожитель не поднял его снова на руки, то явно бы упустил их нового гостя из виду.       — Прошу вас, не залезайте в опасные места. У меня могут быть проблемы, если я не смогу вас найти. — выдохнул Инь Юй и покачал головой. Зверёк в его руках, словно бы пристыженно притих.              Стоило им прийти в главный зал, они увидели расположившегося там демона, в руках которого были свитки. Кажется, он был чем-то расстроен. Вокруг него вяло порхали бабочки. Опустив на землю неугомонное маленькое существо, Инь Юй наблюдал за тем, как тот начал приближаться к кушетке, на которой развалился демон. Тот, кажется, даже не обратил на них внимание, пока белоснежное пятно не приблизилось к нему.       — Как вижу, ты уже не боишься меня? Мало же тебе надо времени, чтобы прекратить бояться. — В этот момент он пустил бабочку прямиком к малышу и пока тот отвлёкся на неё, подумал о том, что он все ещё не проверил, что за проклятье лежит на этом неизвестном. Проклятье было, но что это за проклятье, Хуа Чену было немного лениво узнавать. Да и надо ли? В какой-то момент малыш запрыгнул на кушетку, взбираясь на Хуа Чена и пытаясь достать до роя других бабочек. Тот только брови приподнял в немом изумлении. Отвага и слабоумие. Надо было дать ему имя связанное с этими качествами. Не удержавшись, Хуа Чен провёл по мохнатому боку зверя и в этот момент тот его ощутимо, пусть и не сильно, куснул за руку, посмотрел недовольным взглядом и свалился с кушетки, едва слышно кряхтя и ворча, забившись под неё.       — Ты ведь только помылся, — фыркнул градоначальник. Иногда ему и правда казалось, что это обычный зверь.