Cheap Thrills

Юнги приподнимает бровь и улыбается. Тэхён, кажется, заинтересован в нём сильнее, чем Намджун или Чонгук. - Так ты паришься из-за того, что твои свободные отношения оказались слишком свободными? Юнги слишком долго не моргал, впившись глазами в лицо мужчины, на которого он возложил если не надежду, то свою жизнь. Он промаргивается и из его глаз течёт слеза, тяжелая и горячая, она обжигает его щёку. Юнги стремительно быстро убирает её и обреченно кивает. - Это уже не отношения. Я даже не уверен, что они были всё то время, что я, был с ними. - Юнги поджимает губы, махая рукой, будто все его монологи до этого ничего не стоят. - Нет, если он не хочет обсуждать с тобой это, то зачем он тогда с тобой живёт? Почему держит у себя? Потому что он извращенец, фетишист. Вспомни, как это называется в твоих кругах. Тебе неудобно, но ему наплевать. Когда он тебя трахал в последний раз, не привлекая к этому Чонгука? Ну давай, скажи мне. Я тебя осуждать буду громко, чтобы ты услышал себя. - Нет, Тэхён, это слишком. - коротко отвечает Юнги, мотая головой. - Слишком? Что слишком? Что он позволяет себе всё то дерьмо на твоих глазах, пока ты вынужден терпеть всё это? У тебя есть квартира, работа, ты можешь уйти. Что тебя держит? Дружба с Чонгуком? Её нет. Любовь этого урода? Её тоже нет. Что тебя держит, скажи мне. Юнги замирает. Он знает, насколько серьёзным и жёстким может быть Тэхён в том, когда говорит всё в лицо, но сейчас.. - Ничего. - Ни чувство комфорта с ними, ни беззаботность, всего этого нет. Юнги просто.. просто с ними на одной территории. Ни больше, ни меньше. - О, так всё же ничего. А как же бедный Чонгук? Как же то, что его продаёт твой парень? Тебя это уже не волнует, не так ли? - Это так.. - Юнги замолкает. Ему нечего добавить, это правда, и то, как грубо донёс её Тэхен - пугает. Он прямо сейчас будто осознаёт всё то, что происходило, и его руки сползают со стола на бёдра. - То есть, прав я? Тогда спустись с небес на землю, а то ты уже ударился. - Тэхён придвигает к себе стакан с виски и перемешивает лёгким движением руки исчезнувший в алкоголе лёд. Выпивая разбавленную, уже не такую яркую на вкус жидкость, он смотрит на задумавшегося Юнги.

***

- Я тебя бросаю. - Юнги положит ключи на тумбочку около дверей, слабо улыбнётся и потянет за собой чемодан. - Меня? А Чонгук? Как же.. - А я с Чонгуком не в отношениях. Это твоя ответственность. - Намджун так и застрянет в дверях, наблюдая, как Юнги неспеша покинет его квартиру, потом пропадёт с его глаз, потом хлопнет дверь подъезда. - Юнги! - Он схватит какую-то куртку и спустя пару мгновений побежит за ним. Но он не успеет. Он лишь увидит уезжающую машину и останется стоять на улице, в прохладе вечера. В его груди ничего не защемит, не заболит - он каким-то образом был готов к такому предательству. Да, это предательство со стороны Юнги. Он не должен был рвать с ним так резко и неожиданно. Подняться в свою, пока пустую квартиру, окажется очень тяжелым занятием. Он будет долго идти, каждую ступень обдумывая какой-то проёб Мина. Он верит в то, что не сделал ничего плохого. Это всё додумки Юнги. Он что-то себе придумал, потом образумиться и придёт к нему обратно, извиниться, всё станет на свои места.. Но этого не происходит ни ночью, ни следующим утром. Также, как происходит Чонгука в его квартире. Его нет уже несколько часов, но Намджун не спешит звонить ему - его душа и мозг заняты одним Юнги. Он сидит в прихожей с его ключами в руках и пустыми глазами смотрит на них. Всё, что его сейчас волнует - это он. А то, что Чонгук даже не пишет ему - последнее дело. Он лишь получит сообщение с пополнением счёта на крупную сумму и слегка нахмуриться, убирая с телефона пуш-уведомление. Стоит ли говорить, что терапия Чонгука достаточно быстро покажет себя неэффективной и его организм начнёт страдать от самого сосуществования двух вторичных полов в одном теле? Посети он врачей вчерашним вечером, возможно, ему не было бы так плохо. Обычная простуда. Насморк, немного кашля, лёгкая мигрень - всё сбилось афродизиаками, холодным, влажным помещением, звериным сексом - в прямом смысле этого слова. А потом ещё несколько кровотечений, и Чонгук уже был обречён на смерть. Если не от простуды, стремительно поразившей его тело, то от разбитого сердца. Ему внушили, что Намджун и Юнги, два самых-самых дорогих ему человека, продали его сюда на верную смерть. Валяться на бетонном полу, конечно, не очень хорошо. Особенно, когда ты можешь чувствовать, как каждая клеточка в твоём организме сражается за возможность остаться живой. Но необыкновенно высокая температура тела, боль от множественных разрывов и укусов непослушных псов, убийственно низкое количество лейкоцитов - Чонгук не доживёт и до конца дня. - Он умрёт. Женщина отходит от него также быстро, как и подошла. В туманном мозгу Чона звенит мысль подать голос, но выходит лишь слабый хрип. - Ясно.. - они оставляют его лежать и умирать от своего же тела. Им безразлична его судьба. А Намджун отойдёт от своего застоя, встанет с пола, неровными шагами пойдёт на кухню и нальёт себе стакан воды. Она покажется ему очень вкусной и свежей, он жадно выпьет несколько стаканов, потом начнёт плакать. Но не от того, что его бросили, или Чонгук не вернулся. А от того, что ему обидно. Обидно, что Юнги просто наплевал на его чувства, особенно когда сам он был не лучше Намджуна в отношении Чонгука. Ким уверен, что всё дело в Гуке, что Юнги приревновал, что Юнги хотел самостоятельно владеть членом Намджуна, а тут согласный на всё Чонгук. - Юнги, не молчи. Поплачь хотя бы. - Да что плакать? - агрессивно, резко. - Что плакать-то. - Не знаю, тошно на тебя смотреть. Того и дело дверь откроешь и выскочишь. - Да ну, нет. Не выскочу. Не хочу. - Уверен? - Тэхён.. - Юнги повернул к нему не только голову, но и всё будто отмеревшее тело. В его глазах стояли слёзы, он весь был напряжен, но Тэ не мог отвернуться от дороги и посмотреть на него полностью, чтобы оценить ситуацию. - Просто помолчим, давай просто помолчим.. - Ладно-ладно, что такого-то, Господи, расслабься. А утром Юнги уже станет свободным. Он впервые почувствует себя дома уютно, спокойно, а не в месте, где трахают людей. Его дом наконец-то стал домом. - Юнги, почему ты так ненавидишь Чонгука? Давай мы поговорим все вместе и ты вернёшься? Чонгук не такой плохой, как ты думаешь.. Он любит нас, переживает за тебя, хочет чтобы ты вернулся! Юнги, пожалуйста.. Намджун записывал голосовые, дрожал, плакал, умолял. Только жаль, что для Намджуна всё зло было в Чонгуке, который уже даже не мог обнять его, а Юнги не хотел связываться с ними более. Тэхён хотел забрать из его дома 2 все острые вещи, но понадеялся на сознательность друга. Прошло, может, неделя. Тело Чонгука нашли на берегу протекающей в одном из городов реки с множественными ранами. Его тело уже гнило и опознать тело казалось невозможным. Так практически и было. Намджун не знал об этом. Он был поглощён вселенской тоской по Юнги и каждый день перечитывал их переписку, заметно уменьшившуюся в последние их месяцы. А вот общение с Чонгуком было на пике именно эти месяцы. Ему было отвратительно читать свои же сообщения, где он писал о том, как хорошо ему с Чонгуком и невероятно спокойно он себя ощущал при чтении сообщений в чате с Юнги, даже улыбался и смеялся с себя.

"Боже, утешь их души, успокой"