(Не)Запланированное путешествие на прекрасный остров!

Этим утром все проснулись без принуждения и в хорошем настроении. Солнце сегодня светило как-то особенно ярко, поэтому с самого утра было довольно жарковато. Все сидели как бедные родственники на излюбленном бревне, прячась в теньке от солнца. Шесть мужчин, и среди них затесалась одна девчонка. Она до сих пор не понимала, как умудрилась оказаться в таком положении. Кому расскажешь — не поверят. Даша успела, может, не подружиться, но сблизиться с ними точно. Они её не трогали, и часто не донимали. Девушка иногда от скуки рассматривала их. Кого-то она посчитала милым, симпатичным или даже красивым. Некоторые очень общительные, а другие говорят не так уж и много. Все были хороши по-своему. — Чем сегодня займёмся? — спросил у всех Рихард, которому не терпелось куда-нибудь сунуться. — Валяться на песке? — предложил возможный вариант Тилль. — Ну, нет! — отказал Круспе, кривя лицо. — Мне хватило этого в обычной жизни, а здесь хочется чего-то другого. — А, ну пойдём тогда я отведу тебя к макакам, ты залетишь к ним как родной! — фронтмен весело жестикулировал руками, подшучивая над гитаристом. — Нет, мне одной встречи хватило! — Рихард с неприязнью вспомнил борьбу с обезьяной за манго. — Всё тебе не так, — причитал Линдеманн. — Экзотика это, конечно, круто, но лично я уже скучаю по обыденной рутине, — высказал своё мнение Оливер. За время пребывания на острове экзотические фрукты уже стали для них вовсе не экзотическими. Они скучали по цивилизации и комфорту. На острове, конечно, не было ни того, ни другого. — Мы все хотим свалить с этого острова, но, кажется, это от нас не зависит, — произнёс Кристоф. — Мы должны как можно дольше продлевать своё существование здесь. — Да, у нас ещё есть один патрон в сигнальном пистолете, — напомнил всем Пауль. — Главное не просрать его, — ответил Кристиан, немного улыбаясь. — Так мы пойдём куда-нибудь? — не унимался Рихард. — Я не хочу весь день сидеть на месте. — Да ты никогда не сидишь на месте, — заметил Оливер. — Ну погуляй сам, а нас с собой не таскай, — предложил Кристоф, лениво прикрывая глаза. — Самому не интересно, — ныл в ответ Круспе. — О, я девчонку с собой возьму, она мне не откажет. — Ой, Пауль, кажется, твою подружку хотят увести, — Тилль негромко засмеялся. Конечно, друзья успели заметить, что Ландерс постоянно вертится вокруг девушки. Даже сейчас он сидел рядом с ней, хотя, может, и не специально. Пауль только закатывал глаза или раздражённо выдыхал на такие шутки. Ну как они не понимают, что он просто помогает ей коммуницировать с ними. Она же не виновата, что оказалась именно с немцами на одном острове. И в его помощи нет ничего такого, ведь так? Конечно же, так! Ну, наверное, так. Пауль, не изменяя себе, так же, как и всегда не ответил на провокацию Линдеманна. — Почему ты уверен, что Даша тебе не откажет? — с явным любопытством в голосе спросил Флаке. Девушка, услышав своё имя, немного встрепенулась. Но как всегда она ничего не понимала из их речи, что всё ещё огорчало её, хоть Даша и привыкла уже. — Ну, просто уверен и всё, — уклончиво отвечал Рихард. — Тогда я тоже пойду, — вдруг подал голос Пауль. — Опасно оставлять девушку с тобой одну. Ландерс послал коварную ухмылку Круспе. — Я не сомневался, что ты увяжешься за ней, — на лице Рихарда не дрогнул ни один мускул. — Раз уж у нас накаляются страсти, то почему бы нам правда не пойти куда-нибудь всем вместе? — перебил их фронтмен. — А то подерётесь ещё! — Какие страсти?! — в один голос возмутились Пауль и Рихард. — С чего ты взял, что мы подерёмся? — искренне недоумевал Круспе. — Мы же не животные, — продолжил говорить Пауль. Надо сказать, что немцы всерьёз не думали о том, чтобы свести кого-то из них с Дашей. Нет, они просто подшучивали так. Да и чувства девушки они также уважали. — Чего вы так завелись? Я же просто шучу, — отступил Линдеманн, примирительно поднимая руки. Опустив глаза, гитаристы убавили свой пыл. — Тилль, твои шутки меня когда-нибудь доведут, — сказал Пауль, нервно улыбаясь. Фронтмен ничего не ответил, а только пожал плечами, игриво улыбаясь. Он изучающее рассматривал их. И Линдеманну показалась странной их реакция на его подшучивания. — Так что в итоге-то? Пройдёмся или нет? — Рихард вернулся к изначальной теме разговора. — Ну, почему нет? Чего на месте сидеть, да? — согласился с Круспе Оливер. — Хорошо, но давайте не прямо сейчас! Я не хочу плавиться на жаре, — высказал своё пожелание Флаке. Мужчины поддержали его мысль. Одна только Даша оставалась в полном неведении. Конечно, она невольно наблюдала за их спорами. Но понять что-то из этого ей не представлялось возможным. — Что у вас происходит, Пауль? — девушка обратилась как всегда к нему. — Вы ругаетесь или шутите так? — Всё в порядке, мы так просто общаемся, — быстро ответил он. — Рихард предложил прогуляться по пляжу, ему всё не сидится на месте ровно. — И что вы решили? — Ну решили принять его предложение, но пойдём чуть позже, чтобы не поджариться на солнце, — Пауль на пару секунд замолчал. — Ты пойдёшь? Мы поймём, если тебе неинтересно с нами, и ты не захочешь идти. Да, Даше порой было скучно в их компании. Но это отнюдь не потому, что они неинтересные люди. Просто мужчины привычно говорили на своём языке, а девушка чувствовала себя, как немая среди трындычих. Она была бы очень рада понимать, о чём они говорят. Даже если это какие-нибудь мелочи или темы, в которых Даша совсем не разбирается. С Паулем она могла нормально поговорить. Он часто отходил от разговора со своими друзьями, чтобы начать диалог с девушкой. Она сразу же начинала улыбаться и становилась более энергичной, будто Ландерс — ходячая батарейка, от которой Даша заряжалась позитивом. А ему доставляло удовольствие видеть её улыбку. Но девушка заметила, что Пауль стал реже обычного говорить с ней. Она подумала, что, может, как-то обидела его, но прямо спросить не решалась, ведь ей могло просто так показаться. Навязываться к людям Даша не привыкла и никогда не любила. Девушка решила сейчас не зацикливаться на этом. Да и одинокой она не осталась. С Тиллем она тоже более-менее могла говорить. Очень часто он шутил или рассказывал короткие истории из их жизни. Дашу несложно было заставить рассмеяться, а Линдеманну льстило, что хоть кто-то по-настоящему ценит его шутки. Также к ней редко мог обратиться Рихард. Он говорил с ней на английском простым языком и на простые темы, чтобы Даше было проще понять его. Круспе спрашивал у неё, чем она занимается или кем собирается работать. Девушка неполно отвечала ему и нечасто сама задавала вопросы из-за своих ограниченных знаний языка, но это их вполне устраивало. С остальными Даша тоже старалась по-возможности установить контакт. Они вообще все были не против поболтать. Но происходило это опять-таки не так часто, как хотелось бы. В любом случае девушка не желала чахнуть одна, пока немцы будут прогуливаться. — Я пойду с вами, и мне вовсе не скучно, — убедила девушка Пауля. — Правильно, Даша, нечего сидеть одной, — влез в их разговор Тилль. — Ну, я рад такому решению, — ответил Ландерс, игнорируя выкрик солиста. Они прятались в тени от жаркого солнца. Ветер даже хоть чуть-чуть не дул. Спустя несколько часов солнце наконец-то прошло зенит и скрылось за облака. С удовольствием группа выползла из своего укрытия. Они пошли вперёд по пляжу. — Всё-таки хорошо тут. Было бы ещё лучше просто проводить здесь свой отпуск, а не бороться за жизнь, — поделился своими мыслями Кристоф. Выжившие болтали об острове, о доме и фанатах, которые, наверное, сейчас оплакивают их. Они не заметили, что пляж почти закончился, и дальше начинается скалистая местность. — О, это же настоящая пещера! — воскликнул Пауль, округлив глаза. В скале образовался большой проход, ведущий в пещеру. — Зайдём? — подначивал всех Круспе. — Это ещё зачем? На что там смотреть? — отказывался Линдеманн. — Так и скажи, что тебе страшно, — обратился к нему Рихард. — Какая детская провокация, — не поддавался фронтмен. Остальные тоже не горели желание идти в пещеру. — Ого, тут так прохладно! — восторгался Круспе, пройдя в проход. — Давайте будем тут жить. — Рихард, пошли! — нетерпеливо звали его остальные. Тот в ответ нахмурился, как ребёнок, которому не купили игрушку. — Но... — возразил Круспе. — Рихард, потом! — Знаю я ваше "потом" — противился он. — Сейчас мы просто гуляем, как ты и хотел, — заткнул его Флаке. Очень скоро они позабыли о пещере. — Это ещё что такое? — Оливер сначала не поверил своим глазам. — Это лодка, Оливер, — веселился Рихард. — Да я знаю! Как она тут оказалась? Понятное дело, что никто не знал ответ на этот вопрос. Им сразу бросилась в глаза пробоина, которая точно не даст им уплыть на этой лодке. Но их внимание быстро переключилось на кое-что другое. — Боже, вы тоже видите это? — паникуя, спросил Пауль. На дне лодки находилась рыболовная удочка вместе с наживкой. Они не верили своему счастью. Удочкой можно будет поймать рыбу, которая станет для них пищей. Ведь вопрос с едой вставал всё чаще. Крабов скоро совсем не останется на острове, а чтобы найти фрукты, надо прочесать чуть ли не весь остров. Пока они доедали остатки того, что у них было. Но с удочкой всё станет лучше. — О, какая удачная находка! Мы же теперь рыбу можем ловить, — громко радовался Кристоф. Они забрали удочку и баночку с наживкой. — Может, тут кто-то был до нас? Эта лодка же кому-то принадлежала, — сделал предположение Оливер. — Возможно, но это сейчас неважно, — ответил Флаке. Быстро вернувшись в лагерь, они с энтузиазмом принялись подготавливаться к ловле. — Держи, Тилль, ты же у нас самый лучший рыбак, — солисту передали удочку. — Ну, вроде, всё неплохо, — фронтмен критично оглядел её— Подайте наживку. Кто-то подал ему червя. Он немного замешкался, но всё же насадил червя "чулком" на крючок. — Только без паники, — попросил Линдеманн. Когда Тилль закинул удочку, все затаили дыхание. Никто не смел издать даже звука, только заворожённо наблюдали за поплавком. Тут как назло появилось солнце, и им пришлось стоять прямо под его лучами. Всем было очень интересно увидеть своими глазами первый улов, поэтому они оставались стоять рядом с Тиллем. Спустя какое-то время, Линдеманн почувствовал вибрацию. Он напрягся, и тут поплавок начал мелко подрагивать. Остальные во все глаза смотрели на него. Ожидание уже становилось невыносимым, и наконец-то поплавок дёрнулся и ушёл под воду. Началась паника, несмотря на просьбу фронтмена. Он чуть не оглох от их оров. — Да потише! — почти жалобно просил Линдеманн. Все заткнулись, пока Тилль вытаскивал рыбу. На берегу барахталась барабуля сантиметров тридцать в длину. — Отличный улов! — загудели остальные, похлопывая Тилля по плечу. — Надо следить, чтобы чайки не утащили! — воскликнул Пауль. — Ещё поймать? — спросил у остальных фронтмен. — Попробуй, — ответил ему Флаке. Они ушли вместе с рыбой на "кухню". Только Даша осталась стоять рядом с Тиллем. Пока он не закинул удочку, девушка спросила: — А как ты научился рыбачить? — Я ходил на рыбалку с отцом, когда ещё маленький был, — ответил он ей, немного подумав. Вдруг они услышали крики мужчин позади. Даша с Тиллем побежали к ним, на бегу спрашивая, что случилось. Но они не слышали их, а активно пытались кого-то поймать. "Опять чайки еду тырят?" — успела подумать девушка. Наконец-то она и Тилль увидели виновников торжества. Их еду правда пытались украсть, но это были не чайки. Обезьяны резко забежали к ним в лагерь и теперь нагло собирались украсть еду. Но самое ужасное то, что они брали не только еду. Одна обезьяна с явным интересом схватила своей ручонкой сигнальный пистолет. — Да вы совсем охренели! — ругался обычно невозмутимый Оливер. — Их две, — сообщил Кристоф, пытаясь загнать обезьяну с пистолетом в тупик, но на открытой местности это было практически невозможно. — Их три, — исправил Пауль, замечая ещё одну особь. — Их четыре! — чуть не завизжал Рихард. — Чёрт, они же сейчас всё утащат! — заорал Флаке, набрасываясь на обезьяну. Клавишнику удалось заставить животное врасплох, и обезьянка выронила банку тушонки. — Держите их! — закричал Линдеманн и погнался за стайкой обезьянок. — У них наш сигнальный пистолет! — Тилль, я с тобой, — догнал его Круспе. — Рихард, у нас запасных штанов нет, — даже сейчас фронтмен умудрился подшутить над ним. — Мне всё равно, я иду с тобой! — гитарист был настроен серьёзно, он бежал вперёд за животными. Конечно, Рихард надеялся, что до насилия с их стороны и со стороны обезьян не дойдёт. — Стойте, мы с вами! — бежали остальные за ними. — Нет, оставайтесь в лагере и следите за запасами! — приказал Линдеманн, не оборачиваясь и не останавливаясь. — Ладно, но вдвоём вы ничего не сделаете. Я иду с вами, — поставил их перед фактом Оливер. Втроём они гнались за обезьянами, оставляя лагерь позади. Они уже запыхались, и тут приматы разбежались в разные стороны. — Куда делся ублюдыш с нашим пистолетом? — спрашивал Рихард. Мужчины смотрели по сторонам в поисках одной обезьяны. Они уже наплевали на остальных мерзавцев, укравших их еду. Самым важным предметом для них был пистолет. — Он вон там! — сказал Тилль, показывая пальцем. Примат сидел на ветке дерева с интересном разглядывая новую игрушку. — Надо подумать и действовать стратегически, — логично мыслил Оливер. — Да зачем? Просто заставим его врасплох и выхватим пистолет! — не соглашался Круспе. — Животное не будет стоять на месте и послушно ждать, пока ты его схватишь! Мы же не тихие хищники, которые долго крадутся за своей жертвой! — объяснял Ридель. — А что тогда делать? Упрашивать его отдать пистолет? Или ждать, пока он уснёт? — Ну, перестаньте спорить! — шикнул на них Линдеманн. — У тебя есть план? — Рихард переключился на солиста. — Да, вы заходите к нему сбоку, а я отсиживаюсь в стороне, — Тилль непринуждённо развёл руки. — Ясно всё с тобой, — Круспе цокнул языком. — Нам не обязательно ждать или упрашивать. Это же примат, который быстро теряет интерес к вещам, и наша задача — ускорить этот процесс, — Оливер говорил шёпотом, чтобы не спугнуть животное. — И-и-и? — вопросительно протянул Рихард. — К чему ты клонишь? — Разве не понятно? Нужно дать ему что-то взамен! Что-то, что отвлечёт его от пистолета. — Что мы можем дать ему, Оливер? У нас ничего нет! — упирался Круспе. — Найдём какую-нибудь еду для него, — предлагал он. — Какую ещё еду? Мы для себя ничего найти не можем, а тут для примата надо искать, — Рихард негодующе сложил руки на груди. — Это ради пистолета! — прикрикнул Оливер. — Да заткнитесь вы! — вновь утихомирил их Тилль. Фронтмен думал над предложениями обоих своих товарищей. Хмыкнув, он наконец сказал: — Думаю, что самым лучшим вариантом будет соединить ваши предложения в один план. Гитаристы внимательно слушали его. — Один из нас будет всячески привлекать к себе внимание, а остальные подкрадутся сзади и сбросят его с дерева. — Ну, неплохо-неплохо, — оценил Оливер. — Кто будет отвлекать? — спросил у них Линдеманн. — Тилль, ты ведь постоянно привлекаешь к себе внимание, — ответил Рихард, улыбаясь. — Только давайте быстрее, пока он случайно не нажал на курок, — Оливер с опасением глядел на животное. Гитаристы начали обходить дерево, пока солист усиленно отвлекал обезьяну. — Эй, смотри сюда! — громко кричал он, кидая мелкие камушки в дерево. Примат действительно обратил своё внимание на чудака, отвлекаясь от пистолета. — Не обращай внимание на двух здоровяков позади тебя! — Тилль старательно вёл переговоры с обезьяной, скача перед ней, как попрыгунчик. Примат был поглощён им, но он всё равно не был рад, что кто-то зашёл на его территорию. — Можно как-нибудь побыстрее! — торопил друзей фронтмен. Оливер и Рихард оказались прямо в нескольких шагах от вора. Круспе вытянул три пальца, намекая на отсчёт. Ридель понятливо кивнул ему. Загнув по очереди каждый палец, Рихард и Оливер одновременно напрыгнули на ветку. Под их весом ветка прогнулась, и обезьяна от неожиданности смачно грохнулась на землю. Линдеманн подскочил и схватил упавший пистолет. — Да, мы сделали это! — они дали друг другу "пять". — Всё, давайте уходить отсюда, пока его сородичи не пришли сюда, — Оливер развернулся, чтобы уйти. — Не связывайтесь с нами, сучки! — пригрозил Рихард, самодовольно усмехаясь. — Рихард, ты сейчас здесь останешься! — кричал ему Тилль, отдаляясь вместе с Оливером. — Э, подождите меня! — Круспе кабанчиком метнулся за ними. Тем временем остальные беспокойно ждали их в лагере. Даша волновалась за Тилля, Рихарда и Оливера. Она надеялась, что с ними ничего не случилось. Остальные были более уверены в них. Мужчины подсчитали их запасы. — Пару фруктов и сигнальный пистолет мы потеряли, — подвёл итоги Флаке. — Я верю, что ребята вернут пистолет, а еду мы ещё добудем, — оптимистично ответил Кристоф. — Чего грустишь, Даша? — вырос вдруг перед ней Пауль. Девушка подняла на него свой взгляд. — Да я не грущу, — она слабо улыбнулась. — Только немного волнуюсь за них. — Понимаю, но волноваться не стоит. Они прекрасно со всем справятся, — заверил её Ландерс. Вдруг Даша скользнула взглядом на землю и прямо рядом с собой увидела паука. Она прытко отскочила от него, уперевшись спиной в грудь Пауля. — Что случилось? — он был в недоумении. — Там паук такой огромный, — Даша всегда боялась любых букашек, а тут на острове их было более чем достаточно. Пауков до этого момента ей тут посчастливилось не встречать, а теперь она была будто в ступоре. — Не бойся, он боится тебя больше, чем ты его, — Пауль успокаивающе обнял её одной рукой, слегка прижимая к себе. Девушка даже немного посмеялась над своей трусостью. — Давай, ползи отсюда! — шутливо крикнул он пауку, махая на него одной рукой. Насекомое почувствовало, что ему тут не очень рады, и поползло дальше по своим паучьим делам. В это время троица вернулась обратно. — Мы вернули наше добро! — Тилль победоносно поднял руку с пистолетом вверх. Все радостно закричали. Вернув своё сокровище на место, они вновь спрятались от солнца. — В жару вообще ничего не хочется делать, — жаловался Шнайдер. — Хочется только пить, — ответил Кристиан. — А у нас даже вода тёплая, — недовольно произнёс Пауль. Вновь они ждали какое-то время, пока их животы не заурчали. — Надо что-то поужинать, — застонал Флаке от голода. — Ладно, я пойду готовить, — не выдержал безделья Рихард. — Тебе помочь? — спросил у него Оливер. — У нас всё равно даже ножей больше нет, — Круспе ненадолго задумался. — Даша, пошли со мной. Девушка встала на ноги, разминая спину. Она уже привыкла постоянно "готовить" вместе с ним. Даша не понимала, почему Рихард берёт именно её с собой. Она ведь даже толком говорить с ним не может, да и готовить тоже особо не умеет. С таким же успехом он мог взять с собой кого угодно из группы. С согруппником он хотя бы поговорить мог бы. Даша только подавала ему какие-то вещи и иногда немного говорила с ним по его инициативе. В любом случае, девушке было без разнице, где сидеть или стоять. Она наблюдала за процессом, восхищаясь его мастерством. — Лишь бы всем хватило, — сейчас Рихард резал рыбу на кусочки, раскладывая их на листочках. Он пробежал глазами по кусочкам. С виду они были абсолютно одинаковыми, но Рихард почему-то выделил два куска отдельно. — Самые лучшие кусочки для нас, — сказал Рихард. — Почему? — спросила она у него. — Для нас особые поварские привилегии, — подмигнул он ей. — Ты сам это придумал? — Да, но ты молчи об этом, — он дал ей кусочек и взял свой. После этого он позвал взять еду остальных. Поели они быстро, и рыба закончилась. — Всё, Тилль, иди опять на рыбалку, — засмеялся Пауль. —Ну, кто-то же кормить вас должен, — улыбался он в ответ. — Иначе сдохнете без меня. — И без меня тоже, — вставил свои пять копеек Рихард. — Все бы мы сдохли без друг друга, — поддержал всех Кристоф. — Так мы будем жить в пещере? — вспомнил вдруг Круспе. — Вы обещали сказать мне! Они переглянулись между собой. — Вот ты далеко не самый младший, Рихард, а порой ведёшь себя, как ребёнок, — сказал ему Флаке. — Чушь не неси! Я предлагаю нормальный вариант для нашего развития, — стоял на своём Рихард. — По-моему, пещера и развитие — две несовместимые вещи, — шутил Линдеманн. — А я просто не хочу жить в сырости и в темноте, — ответил Оливер. — Но зато там не будет так сильно жарить солнце! — уговаривал Круспе. — Лучше на свежем воздухе с ветром и солнцем, чем в пещере, — высказался Пауль. — И на свежем воздухе думается легче! — поддакивал Шнайдер. — Что же вы вечно спорите, — негромко озвучила Даша свои мысли. Но Тилль услышал её и понял по-русски. — Мы не спорим, а просто общаемся. — Кажется, ты уже третий, кто говорит мне это, — она подпёрла рукой подбородок. — Значит, у нас одно мнение на этот счёт, — обрадовался солист. В итоге все были против переселяться в пещеру. — Ну как хотите, — фыркнул Рихард. Ненадолго наступила тишина. — Надо было всё-таки убить обезьяну, так мясо получили бы и на одного паразита стало бы меньше, — озвучил очередное предложение Круспе. — Рихард, утихомирь свой поток идей, — сказал ему Кристоф. — Если так хочешь добыть еду, то иди рыбачить, — Тилль обвёл рукой океан. — Не, я не буду забирать у тебя работу, — отшучивался Рихард. — С голода не сдохнем, не волнуйтесь, — успокаивал всех Пауль. Время приближалось к позднему вечеру. Они решили коллективно выпить водички перед отдыхом. — Выпьем вместе воды, — Флаке достал бутылку кипячёной воды. — Да, чтобы потом вместе ссать ходить, — саркастично ответил Шнайдер. Немного посмеявшись, они начали по очереди пить воду. Пили все из одной бутылки для экономии. При этом мужчины болтали, весело шутя. И так получилось, что Тилль пролил немного воды прямо на штаны Рихарда. Поднялся ор выше гор. — Ты что наделал?! — Круспе стоял, растопырив ноги и разведя руки. — Это мои самые любимые штаны. — Блин, воду жалко, — грустным голосом сказал фронтмен. — Тебе воду жалко?! — возмутился гитарист. — Конечно, твои штаны жажду не утолят, — смело ответил Линдеманн. — Почему нет? Они же влагу впитали, теперь можно выжимать и пить, — смеялся Пауль. — Хватит ржать! — бесился Круспе. — Да ладно тебе, Рихард. Это просто пятно! Когда дождь был, он твои штаны сильнее намочил, — попытался успокоить его Оливер. — Сейчас ещё хуже, потому что это пятно выглядит так, будто я обоссался! Боже, какой позор! — Круспе отвернулся от них. — Даша, не смотри на меня. А Даша смотрела это представлением с неподдельным интересом. Было просто весело наблюдать за ними. — На солнышке встань, подсохни! — посоветовал Кристиан. — Спасибо, без тебя бы не догадался, — язвил Рихард. Круспе отошёл от них и встал на залитом солнцем пляже. — Всё нормально, перебесится, — заверил всех Тилль. Ребята ещё посидели, смотря на закат. С наступлением темноты все отправились отдыхать. Так они прожили ещё один день.