ромашковое поле из терний.

олег не равнодушный, нет, но на чужие тревоги реагировал редко, в отличие от ситуаций, где главная фигура – дмитрий. он способен сразу учуять его переживания. чего греха таить, он и в готическом зале постоянно ищет лишь его глазами.    способен ли сказать кто-то или указать на то, когда заканчивается грань «‎просто друг», даруя объекту влюблённости новый титул смысла жизни? вот, и олег тоже не может. он правда пытался искать причины, точные моменты. «‎возможно, когда мы снимали первую серию? нет, слишком рано», «‎после наших взаимных десяток? сейчас сам себя до продажного опустил», «‎или, может, во время показа мод?». но, ничего не подходило. потому что интерес его к матвееву вспыхнул быстро, сразу, и лишь моментами подпитывался, образуя симпатию, а позднее и, влюблённость.    они собираются отснять восьмой выпуск, но прямо сейчас шепсу хочется домой. он смотрит на то, какие несправедливые оценки ставят ему наблюдатели, и, совсем немного, вскипает где-то в недрах своей души. замечает в тёмных омутах отблеск печального недовольства и тяжело вздыхает. съёмки заканчиваются для него на нервной ноте, ведь для него, хоть они и соперники, – их тройка была самой лучшей, самой правильной и самой сильной. олег догоняет диму, фактически напрашиваясь к нему в гости, и, получив согласие, быстро забегает в помещение, забирая кожанку и кидает быстрое предупреждение брату.    олегу у димы нравится. у него в квартире светло также, как и в душе. у него просторно. и хочется дышать здесь полной грудью. усталость матвеева, правда, всё равно делает атмосферу тяжелее, напоминая вновь и о сложном испытании, и о готическом зале. шепс чувствует необходимость прямо сейчас подойти и обнять дмитрия со спины.    жертва для будущих объятий была обнаружена в кухне, заваривающим себе кофе. кажется, он был настолько погружен в собственные размышления, что тихие шаги младшего остались неуслышанными. брюнет даже вздрагивает, ощущая прикосновение спины с чужим телом, но осознание приходит к нему быстро. и да, он, на мгновение, успокаивается. олег шепчет ему «‎прости» и борется с диким желанием провести носом по шее.   — лучше бы я сказал, что ничего не вижу, – звучит как-то слишком отчаянно и совершенно не похоже на шепса. дмитрий разворачивается, оказываясь обнятым уже чужими руками. он глазами отрицает вину медиума, потому что слова здесь излишне, они без того прекрасно друг друга понимают.    парни всё стояли и обнимались до тех пор, пока, кажется, сама судьба не начала нашёптывать о времени действовать. в его горле образовался ком из-за неловкости.    — я сейчас сделаю глупость, но не принимай её негативно. считай, что это, – шепс притормозил, задумываясь. — мои извинения. да.    стеснительность, боязнь, неловкость, безусловно брали своё. олег мазнул носом по щеке матвеева, касаясь своими губами чужие, но столь желанные на протяжении долгого времени. старший, в свою очередь, был растерян. то было можно понять по его резко раскрывшимся глазам настолько сильно, что напоминали, по размеру, монету.    происходит какой-то щелчок в голове старшего, снимая все оковы и отворяя ворота, что скрывали множество вещей. он начинает в ответ сминать шепсовские губы, делая поцелуй более уверенным. они оба дышали медленно, задерживая на секунды дыхания, словно этот момент их первого поцелуя станет последним, и берегли его уже, заранее, впечатывая в память с мельчайшими подробностями. например, трепетно подрагивающие, от приятного волнения, ресницы матвеева стоят целой комнаты в памяти олега.    первым отстраняется дмитрий. дышит он теперь, уже, быстро, пытаясь отдышаться, словно бежал марафон. хотя, может он сам его и не пробегал, но вот сердечко сходило с ума от нежности пухлых губ возлюбленного.   — нам нужно, – звучит сбивчиво, — нужно обсудить многое.    и они обязательно обсудят. тем же вечером, оба растерянные, сядут на просторный диван в гостиной и расскажут о своих чувствах. их душевный разговор продлится до самой ночи, и они утомятся настолько, что уснут прямо на этой чудесной мягкой мебели, в обнимку друг с другом. но, что важнее этого – у них ещё многое впереди. обязательно будет. парни будут сами строить дорожку своих отношений, и то будет лишь их выбор: засадят ли они этот путь прекрасными цветами, или это будут жесточайшие тернии.