Крошка Пак

Намджун ловит воздух ртом, хлопает ресницами, приходя в сознание, и смущается весь и сразу. Джин усмехается одной стороной рта: — Уже иду, малыш! Намджун вообще редко злится. Вывести его из себя не так-то просто, он терпелив, толерантен и супер-пупер-добр. Бобр. Почти. Но это сейчас что было? Как там... Вырви из моих лап прямо здесь? Голыми руками? Вызов принят. Он отпихивает от двери Джина, довольно ощутимо, тот отлетает в стену, и заслоняет его дверями: — Привет! Очень рад тебя видеть! Проходи, пожалуйста. Хочешь выпить? И не дает особенно отвечать, тянет Чимина в квартиру. — Хочу показать тебе наш лофт. Мне до ужаса здесь все нравится. Правда, Джин периодически порывается все испортить, но я против. Смотри, вот! Это отличная репродукция Писарро, я его очень уважаю. Импрессионист. Ты знал, что в наследии художника сохранилось всего сорок картин? Остальные были уничтожены в Париже солдатами... Ой, прости. Так что ты будешь пить? Чимин, который наконец может вставить слово, а не мямлить что-то вроде "н-н-нет, не знн... " и "ого!" или "ваууу", выдыхает "Виски". Джин появляется словно из воздуха: — Виски для малыша. Два охлаждающих камня, никакого льда. Джунаааа, налей себе сам, ладно? Чимин берет бокал и изучает обстановку, получив передышку: Намджун и Джин обмениваются выстрелами взглядов и реплик; если бы ими можно было убивать, они уже были бы мертвы. Он с интересом смотрит на Кимов, делая глоток. Вообще, у него не было никаких ожиданий, точнее как. Он думал, что Намджун смутится, и тогда можно будет поговорить с Джином про это все, и как-то подобраться к Дракону. А тут эвана что... — Ты с порога решил моего гостя занудством запугать? — Вау, какая аллитерация, не знал, что ты умеешь ими пользоваться. — Джунааааа, солнце мое, я не знаю, что это такое, зачем этим пользоваться! Зато я знаю, как тебя разозлить, и ты каждый раз ведешься! — Джин хохочет, закидывая голову, и Чимин сглатывет. Шея... Боги, это скрытый кинк, скрытый кинк.... — Я тоже знаю, как тебя разозлить, но пользовался этим крайне редко. Но не сегодня. — у Наму лицо такое, божечки, Чимин аж покраснел. — Тебе жарко? — обеспокоенно смотрит на него Намджун. — Давай я покажу тебе балкон. С него открывается отличный вид! Сейчас уже стемнело, и будет много огней, город красивый в это время! — он близко подошел и коснулся плеча, приглашая. Бросает назад: — Джинни, детка, придумаешь нам ужин? С этими словами он увлекает Пака к балкону, в соседнюю комнату. По дороге рассказывает: — Этот лофт мы переделали сами. Купили квартиру, прикинули, чего бы хотелось, жаль, нельзя террасу на крыше, там общественное пространство. Но балкон моя гордость. Я сам его придумал и обставил. — О, правда? — Чимин пытается на ходу сделать глоток, не получается. Он тихо несет бокал с собой, разглядывая все. Квартира словно создавалась надвое, везде есть детали строгие и эстетичные, и милые, смешные, дерзкие. Но балкон!... Вид на ночной город, полная шумоизоляция, небольшое пространство для работы или чтения — кресло, столик, плед, пуф под ноги. С другой... — Даааа, эту деталь мы продумывали вместе. Еще думали, нужны ли тут блэкаут шторы. — Джин вошел следом, и облокотился на вход, попивая что-то розовое из своего стакана. — Решили, что одностороннего остекления достаточно. Верно, Джуна? — Вееерно. — Намджун тянет гласные. Он так делает, когда пытается скрыть злость, Джин знает, и доволен. Очень доволен. — Кхм.. А можно мне сделать селфи? — Чимин улыбается скромно. — Давай вместе. — Джин берет в руки телефон Чимина с открытой камерой, и делает несколько кадров. — Ну смотри, разве мы не милашки? Крошка Пак, ты очарователен с этой уточкой из губ! Чимин смущается. Вообще, ситуация его немного пугает. Что-то происходит братьями Ким, только понимать бы, что именно. Намджун злится. Сокджин тоже, но он как-то очень весело злится. Он... Он провоцирует? Прямо как сам Чимин умеет, любит, практикует. Это вообще та реальность? Где, блин, простой мир, куда приходишь, чтобы узнать про Намджуна у его братца... СТОП. — Погоди. Эта кровать... И односторонние стекла... Вы что, устраивали тут оргии? Он пытался как-то въехать, а еще ему очень смущенно смешно, так, что виски заканчивается почти в три глотка. — А что, малыш Чимини бы не против присоединиться? — Джин подмигивает и ласково проводит большим пальцем по нижней губе Пака. — У тебя тут капелька. Чимин смущается еще больше, а Намджун оказывается очень рядом. Его терзает ревность сразу в две стороны, и это ужасно раздражает, потому что непонятно! — Чимин, мы не братья, если быть честными. Однофамильцы, да. Ну и легенда удобная, и не нужно объяснять, почему двое взрослых мужчин живут вместе. — Твою мать... — Чимин закрывает лицо руками. Слишком много информации! Слишком много! Намджун заботливо приоткрывает окно, Джин подхватывает под локоть и усаживает на кровать. — Ты в порядке? — почти хором спрашивают они. — Не уверен... Прямо совсем не уверен... Чимин собирает информацию в голове. Медленно паззл складывается во что-то либо очень страшное (Вы маньяки? Заманиваете к себе и насилуете на пару? Братья Ким - даблсчастье?) или совершенно странное (Вы зачем меня оба позвали? Я вам что, пиньята для выяснения отношений? Потрахайтесь уже!) — Знаете... Мне... Наверное... — Начинает он было, но Намджун тоже хватает телефон и открывает камеру: — Я тоже хочу селфи. Улыбнешься со мной? Чимин успевает улыбнуться в камеру и снова смущенно собраться. Запах горелого чего-то всех моментально срывает с места и несет в гостиную. — Джин, твою мать, ты ж не я!! — на ходу орет Намджун, вспоминая, где огнетушитель и мысленно уже вынося Чимина на руках из пламени пожара. — Сам дурак! — Джин судорожно вспоминает, что не выключил тихий подогрев под раменом, и бежит вперед, злясь. Чимин молча бежит, думая о том, что надо валить. Прям бегом. Что-то не так у этих братьев Ким, и разобрались бы, к кому вообще он приехал! И самому бы... разобраться... к кому, он, блять, приехал. Грустно чадит вок, на нем подгорелый рамен с кимчи. Намджун всплескивает руками выключая плиту, а Джин хватает вок, сует в воду, чтобы охладить и сразу отмочить пригоревшее, Чимин медленно пятится в коридор. Дракон замечает это и в три шага оказывается перед ним: — Ты уже уходишь?... — он ужасно расстроен. Это прямо читается по его милому лицу, уголки губ опустились, в глазах плещется беспокойство, и Чимин тает. — Ну... я подумал... — Индюк тоже думал, — Джин тут как тут. — И попал в суп! — Он тоже обеспокоен. Моргает сразу двумя глазами, как обожает его фанбаза. И подхватывает под локти, очень уверенно и с воплями-причитаниями о том, что как же он их, полудурушков, бросит одних, с заказанной едой, с неигранными играми, несмотренным кино! Вариантов нет. Чимин сдается. — Если вы не против... У вас очень интересная квартира.