Орденские зарисовки

Июнь 1883 Главный инженер суетился: то поправлял ворот рубашки, то одергивал халат на плечах, то нервно потирал руки. Шарль поморщился: его ужасно раздражали подобные люди. Но, к сожалению, толковых инженеров в Ордене было не то чтобы много. Приходилось терпеть. Фролло рядом смотрел невозмутимо, сложив длинные худые ладони вместе, и, казалось, даже напади сейчас на Орден полчища вампиров с Бестиями и вампирской королевой во главе, это не заставило бы его и бровью шевельнуть. Он молчал, молчали и другие священники из административного аппарата, и от этого тишина в зале казался все более напряженной. Инженер в очередной раз потер руки, потом наконец сдернул ткань, которой был накрыт стол. Сверкнул в свете ламп металл. Шарль склонил голову набок и окинул взглядом копье на полированных плитах. Длинное и массивное, явно тяжелее Фастрады, которой в свое время пользовался сам Шарль, оно предназначалось для тяжелой руки. Скорее всего, потом его подгонят под Брадаманту — но пока инженерный отдел просто хотел похвастаться прототипом. — Мы нашли способ одномоментно извлечь из астермита больше энергии, не меняя его количество, и это позволило нам не только повысить интенсивность двигателя, но и вызвать контролируемый взрыв, что значительно усилит финальный удар, — главный инженер спрятал руки в карманы. Вытащил. В который раз одернул халат. Смял и отпустил левый рукав, и Шарль едва сдержался, чтобы не закатить глаза. Нет, правда, это было невыносимо. — Звучит многообещающе, — по ровному глубокому голосу Фролло нельзя было что-либо прочесть. — Полевые испытания он уже прошел? Инженер нервно облизал губы: — Мы как раз собирались вам показать… — Оно рванет. Шарль удивленно перевел взгляд от главного инженера в угол зала: там, чуть поодаль ото всех, спрятавшись в тени, стояло… Он даже не был уверен, парень это или девушка — создание было невысоким, кошмарно лохматым, а то, что не закрывали неряшливые черные пряди волос, прятали огромные круглые очки. У Шарля аж виски заболели от того, насколько ужасно неопрятным оно все выглядело. В голове промелькнула предательская мысль попытаться все же продавить Фролло на унификацию не только униформ в Ордене, но и допустимые пределы внешнего вида в целом, включая волосы — Шарль думал об этом, когда только стал командующим. — Ты опять!.. — главный инженер обернулся — куда более яростно, чем стоило из-за одного короткого влезания, невольно заметил Шарль. Создание в углу — наверное, это все-таки была девчонка, голос слишком высокий, — подобралось, словно ожидая удара. Ну чисто тебе какое-то дикое животное. — Оно рванет, — повторило упрямо. — Какого дьявола ты опять лезешь?! То, что ты немного подсказала с двигателем, еще не значит, что ты что-то понимаешь в инженерии! Я тебя пожалел, забрал к себе после того, как Моро тебя вышвырнул, а ты!.. — Что здесь происходит? — голос Фролло, негромкий, но четкий, оборвал ссору. Главный инженер побледнел, обернулся. — Да это дура-стажерка решила, что она великая ученая и все знает лучше других, — его руки снова начали нервно дергать полы халата. — Не обращайте на нее внимания, что она там может понимать? — И все же, — Фролло величаво перевел взгляд на косматое создание, — она говорит о рисках. Что с ними? Девчонка, казалось, ссутулилась еще больше. — Двигатель там на соплях держится, — буркнула тихо, но уверенно. — При активации рванет и вашего паладина покалечит. — Не рванет ничего, дура ты проклятая! Кто тебе вообще?!.. — начал было главный инженер, но поймал взгляд Фролло — и умолк. Долгое мгновение царила звонкая тишина, затем Фролло наконец сказал: — Этот спор легко разрешить: проведем проверку прямо здесь и сейчас. Позовите Брадаманту. — Не нужно никого звать. Все взгляды обратились к нему: темные, похожие на небо зимней ночью глаза Фролло, выцветшие — главного инженера, стекла очков неряхи под стеной. Смотрели священники из административного аппарата, заинтересованно выглядывали рядовые инженеры из-за спины главного. Шарль шагнул к столу, коснулся пальцами древка. — Не нужно никого звать, — повторил, повернувшись к Фролло — что-то решал здесь только он один, остальные оставались бесправной публикой. — Я тоже когда-то был паладином. Казалось, короткое мгновение Фролло колебался — а потом кивнул и взмахнул рукой, мол, разрешает. Шарль перевел взгляд на главного инженера: — Как активируется специальный удар? Пока ему показывали, несколько инженеров приволокли к противоположной стене обитый металлом манекен. Шарль расстегнул плащ, скинул его на стол, оставаясь в одной сутане — как когда-то, казалось, вечность назад. Подхватил копье, взвесил в руке. Фастрада действительно была легче — или это его руки настолько отвыкли от оружия? Позже безымянному копью дадут имя, и им будет орудовать Брадаманта — ставшая паладином еще тогда, когда Шарля только принимали в Орден, и остающаяся Лазурной и сейчас, когда… Он коротко тряхнул головой, отгоняя ненужные мысли. Сделал шаг назад правой ногой, принял боевую стойку — протезы еле слышно скрипнули, принимая на себя непривычный вес, все же, они были куда более неуклюжими, чем его собственные ноги, в свое время Шарль по праву считался самым быстрым из паладинов. Щелкнул, активируясь, механизм. Тяжелое копье рванулось из пальцев, подтолкнутое силой астермита. Громыхнуло: длинное острие пробило насквозь центр манекена, почти впившись в стену за ним. Какое-то мгновение царила тишина — а потом главный инженер круто развернулся. — Ага! — его палец ткнул в неряху в углу. — А я говорил! Ничего не было! — В первый раз и не должно быть, оно еще как-то может выдержать! Рванет за вторым или третьим! — Да кто вообще будет во второй раз?!.. — Хватит, — в голосе Фролло прорезалось раздражение. — Ситуации на поле боя бывают разными, а оружие паладина не может быть одноразовым. Еще раз. Главный инженер умолк. Окинул еще одним яростным взглядом неряху в углу, затем отвернулся. Двое его помощников еле вытащили копье из манекена и принесли обратно Шарлю. Тяжелое древко снова послушно легло в ладонь. Шарль глубоко вдохнул. В груди медленно поднималась волна жара, сердце, казалось, впервые за долгое время наконец билось — ровно, размеренно, разгоняя кровь по телу. Широкий плащ больше не сковывал движения, оружие приятно грело пальцы. Если закрыть глаза, можно было поверить в то, что он вернулся назад, в поле боя, в место, которое так мало ценили те, кто его не потерял. Когда скрытый в древке механизм должен был сработать во второй раз, рука ощутила необычную вибрацию — и Шарль, не задумываясь, рванул плащ со стола, прикрывая себя и Фролло. В следующее же мгновение грянуло так, что заложило уши и перед глазами вспыхнули искры. Что-то просвистело совсем рядом, пропоров ткань, и с мучительным звоном врезалось в стену за спиной. Запоздало посыпались каскадом крики, кто-то из священников рядом, похоже, шлепнулся на пол. Шарль медленно опустил плащ, окинул взглядом длинный узкий порез на белой ткани — немного правее, и его бы задело по виску; затем бросил взгляд на центр зала. Копье лежало там — вернее, то, что от него осталось: часть перед лезвием, в которой и был спрятан механизм, разнесло вдребезги. Погнутые колесики рассыпались по полу и теперь блестели в свете ламп, астермит раскололся на мелкие голубые осколки. Шарль оглянулся за плечо — в стене, вогнавшись в нее больше чем на половину, торчал обломок лезвия. — Это не… Главный инженер медленно поднимался на ноги. Лицо у него было белое, как полотно, руки тряслись: — Мы обязательно исправим и… — В этом я не сомневаюсь, — Фролло — все такой же невозмутимый, словно не ему только что могло снести половину головы, величественным жестом встряхнул с плеча невидимую пылинку. — Продолжим обсуждение у меня в кабинете. Ты, — холодный взгляд перевелся на неряху в углу — только сейчас Шарль понял, что та даже не шевельнулась, когда механизм взорвался, — тоже идешь со мной. — Но это!.. — попытался было возразить главный инженер, однако поймал взгляд Фролло и смолк. Ссутулился, сразу словно стал ниже и слабым шагом побрел из зала. Неряха вскинула голову, очки сверкнули в свете ламп — а потом она тоже вышла. За ними потянулись священники. Инженеры растерянно переглянулись, затем кто-то первым подошел к разбросанным остаткам копья и принялся собирать детали. Шарль отвернулся. Окинул взглядом обломок лезвия, который все еще торчал из стены, коснулся его пальцем. Подушечку укололо, стекла по коже, сорвалась вниз и разбилась о пол капля крови. Какое-то мгновение Шарль смотрел на нее, затем накинул на плечи порванный плащ и тоже вышел.