Разлученные братья

Шёл очень сильный дождь. Это был даже не дождь, а настоящий ливень. Гудел сильный ветер, будто был готов снести деревья. А дождевые капли создавали много шума сталкиваясь со всем, что на земле. И среди этого всего из деревянного дома исходили всхлипы. Это был Вививилка – младший брат-близнец невозможного мироходца. Из-за чего же он плакал? Несколько часов назад Братья пошли собирать материалы для Седрика. Когда они собирали, Вививилка хотел о чём-то спросить, но это у него никак не выходило. Ему не хватало храбрости. На небе всё еще были тучи, даже прибавились. Через некоторое время должен был пойти сильный дождь. Вот, что значило это небо. А ветер в свою очередь, тоже стал по немногу усиливаться. Спустя какое-то время, братья закончили свое занятие. За это время они успели многое-покопаться в шахте, порыться в сундуках и так далее. Ви наконец-то собрал всю смелость в кулак и спросил у своего брата. –Лололошка,– серьезным тоном позвал своего брата Вилка. На что Лошка обратил внимание. Вививилка еще никогда не говорил таким тоном, обычно он был радостным или грустным, но Ло еще никогда не видел его таким серьезным. –Д-да?,– голос предательский вздрогнул. –Про что говорил Седрик, когда сказал про схождение с ума?,– решился спросить Вилка. –Аа,– будто бы для него это ничего не значило сказал и отвернулся дальше заниматься своими делами невозможный мироходец.– Просто когда я нахожусь в мире кроме междумирья я потихоньку схожу с ума,– спокойно будто бы говорит что то незначительное.– Но ты не волнуйся. Это мелочь,– протароторил мироходец, увидев что Ви уже начинает злится. –Ты в своем уме?!,– злобно и с ноткой беспокойство задав риторический вопрос Ви, схватил брата за шиворот.– Мелочь?! Ты сходишь с ума! И это мелочь?!,– сказал Вилка. Он всем помогал и заботился, кроме себя. На себя ему было без разницы. Так было и в детстве. Он не заботился о себе. Он мог страдать, но помогал другим. Герои ведь такие. Но кто будет тогда заботиться о нем. В детстве о нем заботилась мама или Ви. Выходит все это время когда он был в других мирах, он страдал? Почему он не понимает, что даже если на себя ему все равно это не значит, что другим тоже. Это все Вививилка хотел сказать Лололошке в лицо, и сделает это.– Как ты не понимаешь, что если тебе все равно на себя это не значит, что другим тоже все равно!– чуть ли не крича говорил Вилка.– Что я буду делать, если потеряю тебя снова?!– некоторые крупицы слез он не смог сдержать.– Ответь мне брат, что я буду делать если потеряю тебя?,– уже успокоившись и отпустив брата тихо повторил вопрос Вилка. Он уже сидел, и несдерживаясь плакал. Лололошке было нечего сказать. Да, он заботился о других больше чем о себе. Да, ему все равно на себя. Да, он сходит с ума. Но он не мог понять, что некоторым на него не все равно. Он просто сел рядом с братом, и обнял его. Он не сможет изменить себя, но он хотя бы попытается быть осторожнее. Это единственное, что он мог сделать. –Обещай, что будешь заботится о себе. Хотя бы ради меня,– вдруг тихо произнес Вививилка. –… Обещаю,– замешкавшись сказал в ответ контр. Просидев так минут три-четыре, они пошли к Седрику отдать материалы. На улице шел мелкий дождь, такой мелкий, что не чувствовался. А контрабандист и ученый вместе сделали кожух. Потом пришел Фран. Ло взял кожух, и они отправились взрывать эту башню. Вилка же в это время просто смотрел на все это. Ему было не спокойно. Было предчувствие, что они делают что-то не так, будто это все приведет к ужасным последствиям. Но он все таки пришел в себя, и решил просто смотреть, как Седрик помогает им. По-началу, все было хорошо. Все шло по плану. Они взорвали Видомнию, и спасали мироходцев. Но вдруг ученый начал нервничать. Это можно было понять по его паникующему лицу. Мироходец тоже начал нервничать, и решил спросить, что стряслось. – Седрик,– позвал он паникующего. Тот обратил на него внимание.– Что случилось?,– взволнованно и как можно серьезно спросил мироходец. –Я-я-я потерял с ними связь,– паникующе проговорил Седрик. –Что?,– не веря своим ушам переспросил Вилка.– Что ты сейчас сказал,– уже злясь на себя, что отпустил брата опять спросил мироходец. –Я потерял с ними связь!,– сказал нервный Седрик. Нет, скорее не сказал а прокричал.– Ой. Прости-прости, я не хотел на тебя кричать,– начал извинятся ученый. Вилке стало еще прошивее. Ему было плохо от одной мысли, что он потерял брата, опять. Он не выдержал, и выбежал из замка. На улице стоял ливень и довольно сильный. Он побежал в сторону дома, и прыгнул на кровать. Слезы сами начали лить из его глаз. Так и прошла эта ночь.

***

Под утро всё успокоилось. Вышло солнце, но тучи все еще были на небе. Дождь стих. Вививилка успокоился, и просто спал на кровати тихо посапывая. Глаза опухли от слез, волосы немного растрепались. Несмотря на то, что было уже утро, он спал-ему это нужно, так как в его голову всю ночь лезли плохие мыли про его брата. Вдруг с ним что-то случилось, вдруг его поймала Фарагонда, а вдруг он… умер. Нет, нет, нет. Он не мог умереть. Они с братом же бессмертные. Их искра же не может погаснуть. Но, что если его поймала, и заперла в башне эта старуха? Нет, не надо думать об этом. Надо верить в него. С его братом все хорошо, и будет хорошо. Он обещал. С такими мыслями мироходец заснул. Так прошло уже дня три. А Лололошки всё нет, и нет. Он будто исчез. Что с ним? Почему он не приходит? Вививилка старался думать о хорошем, о том, что с его братом всё в порядке. Но он сильно беспокоился о нем. И его предчувствие становилиось сильнее. И когда оно уже дошло до пика, то оно просто исчезло. Просто взяло, и исчезло. Но перед этим он почувствовал боль, не сильную. Будто его просто укололи. И боль была секундная. Было чувство, будто из-за одной вещи, в это время произойдет катастрофа. Но сейчас на это нету времени. Надо просто верить, что его брат жив, и придет за ним. Он вспомнил их детство. Те теплые воспоминания, и одновременно причиняющие боль от мысли, что это время не вернуть. Те времена, за которые держался он сам, чтобы не впасть в отчаяние. То прекрасное время, когда они вместе играли, когда их улаживала спать их мама, когда они вместе спали. Эти воспоминания Ви запрятал внутри себя очень глубоко, чтобы не забыть. Но он уже забывал, как выглядела его мама. Он вспомнил как его бесило, что его брат не заботился о себе. Один раз он помогал на поле, и его руки стерлись до крови. Ему было больно, но он это игнорировал, "главное что смог помочь другим" твердил он каждый раз. Чтобы помочь другим? Но тогда кто поможет тебе самому? То есть, ты готов страдать, чтобы другим было хорошо? Вилка никогда не поймёт поведение своего брата. Из-за того, что он не заботился о себе, о нем заботился Вививилка. Но он не был рядом долгое время. Значит он все это время страдал помогая другим? Почему он такой добрый дурак. Ему его никогда не понять. Никогда.

***

Была ночь. Небо было темным, но усыпанным яркими звездами. Среди этой красивой картины ночи, в поле появляются два мироходца. Один торговец и один невозможный мироходец. Они пришли, чтобы спасти Поэну и всё Междумирье. Лололошка был немного подавленным или может опустошённым? Он не мог прийти в себя, после ножа в спину от Эо, нет уже Эбардо. Эо был для мироходца первым, кому он доверился в Междумирье. Первым, с кем он познакомился в междумирье. Главное слово наверное был. Ведь Ло узнал, что Эо никогда не было был лишь Эбардо. После того, как он это узнал, чувствовал себя ужасно. Ветер Эрессий играл с кудряшками Лололошки, а Фран, что он там делал?После подготовок, торговец и контр готовились отправится в личный мир Лололошки, чтобы добыть скинт. – Слушай, Фран,– обратился мироходец к торговцу. – Ты можешь идти. А я немного побуду тут.– немного подавленно сказал Лошка. –Хорошо. Тогда я начну без тебя. Prunus,– сказал Фран, и исчез. Сон Вививилки же был очень чутким и беспокойным. Он мог проснутся от любого шороха. Мироходец не спал несколько дней, и Седрик заставил его хотя-бы вздремнуть. Ведь, что подумает твой брат если узнает, что ты не спал всё это время? Примерно так сказал ученый, чтобы хоть как-то заставить своего друга поспать. Седрик беспокоится о Ло не меньше, чем Ви. Он тоже не мог уснуть ночами, думая как он там. Из-за этого он стараясь думать о чем-нибудь другом, пил кофе и придумывал новые штуки. Или ухаживал за пчелами и кроликами. Но что-бы он не делал, мысли все равно возвращались к Лололошке. Вививилка не хотел, чтобы его друг еще больше переживал и за него тоже. И без протестов лег спать. Но вдруг, он услышал шаги зашедшего в дом. Вилка из-за этого проснулся, но не подал виду. Вдруг этот незнакомец с ним что-то сделает. Или тело слишком устало, чтобы хотя бы пошевелиться. Он услышал усталый и глубокий выдох. По этому выдоху можно было понять всю боль и усталость человека. В этом обычном выдохе ощущалась вся тяжесть бытия. Вдруг, Вилка почувствовал, как этот человек сел на кровать, на которой он спал. Он мягко погладил Ви по голове. Тут мироходец понял, что это его брат. Он резко вскочил, что зрение помутнело на секунду. Но не смотря на это, увидев в своем поле зрения брата он сразу его обнял. Он так скучал. Он так боялся, что потерял брата снова, боялся, что он опять пройдет через всю боль, опять. Он был так рад, что его переживания были напрасны, и его брат жив и здоров, сидит перед ним, а он его обнимает со всей силы, что у него осталась. Он больше никогда не отпустит своего брата, вот, что осознал Вилка. А Лошка осознал, что не надо больше думать о каком-то Эбардо, который его обманул. Это конечно больно, но у него есть и другие люди кроме него. Да, он был первым, ну и что с того? Первый блин комом как говорится. Кроме Эо у него есть верные друзья как Ашра, Фран даже если они его предадут у него есть верный Седрик, который физически не может предать, и самый лучший брат. Эти объятия были важны для них обоих по своему. Каждый из братьев что-то для себя понял. Но что было важно, так это то, что эти теплые объятия были необходимы им обоим.