Разлученные братья

Немного ранее –Зачем тебе вообще нужен Лололошка?,– вопросительно посмотрел на Вививилку торговец. –Я… просто хочу, чтобы он тоже это знал,– тихо сказал мироходец. –Ладно,– согласился Фран, и пошел в Поэну. Настоящее Торговец спустя 20 минут пришел в замок с Лололошкой. Ему было интересно, что скажет его брат. Ведь это его прошлое тоже. –Похоже мы все собрались. Думаю можно начинать,– по лицу торговца можно было понять что он наконец то этого дождался. – Думаю мы с Седриком будем делать бомбу и одновременно слушать,– сказал Фран взяв какие-то части. – Тогда, я бы хотел начать с тебя самого а потом можешь рассказать о своих родителях. Вививилка вздрогнул от воспоминаний. Было понятно, что ему не очень хочется об этом говорить, но торговец продолжал давить. -Меня зовут Вививилка. Я жил в деревне, которая не особо далеко от города. И мир в котором я жил был… разрушен,– последнее слово он сказал собрав всю силу в кулак. – У меня там были близкие мне люди, и их всех убили на моих глазах,– ему было сложно говорить об этом, но надо было рассказать об этом.– О моих родителях. Моя мама самая лучшая женщина на свете. Она добрая и заботливая. А отец…– наступила неловкая пауза. Все внимательно слушали рассказчика.– Насколько я помню он и мама всегда ссорились. Отец всегда приходил пьяный и бил нас. Лололошка всегда меня защищал, из-за чего получал больше. Но не переставал быть оптимистичным, и улыбаться,– Вививилка сглотнул. Он вспомнил события, которые хотел забыть. Но не мог. – Но одной ночью он был не в себе как обычно. Он начал нас бить, и как всегда, больше получал брат. Он был храбрее меня и защищал, когда я не мог даже пальцем двинуть. И… он…,– ему стало очень сложно говорить об этом. Он словно опять там оказался. Из глаз пошли маленькие крупицы слез.– нанес удар со всей силы. Отец, он ударил брата по голове. Настолько сильно, что брат потерял сознание и упал. Я его поймал. Из головы пошла кровь. Мама, которая смотрела на это, не стерпела, и начала ругаться с отцом. Братику было очень плохо. После того, как он очнулся, он не выходил из дома дня три. Мы спали в одной комнате, и я видел как он страдал. Казалось, что он сходит с ума. Он не мог нормально разговаривать, и в глазах виднелся ужас. С тех пор я не видел отца, и поклялся, что буду защищать ту улыбку, что сияла на лице Лололошки. Спустя три дня, он пришел в себя, и можно сказать, что забыл о событиях той ночи. Когда я хотел поговорить об этом, он ловко переходил на другую тему. И я тоже решил это забыть. Как то так,– в конце мироходец хотел выдавить улыбку, но она получилась кривая. Взглянув на лица слушателей он не мог больше сдерживать слез, что вышли уже когда он рассказывал эту историю. Лололошка подошёл к своему брату, и обнял его. Контр не мог вспомнить это, но в душе он будто опять испытал ту боль. Все таки если сознание забывает, душа будет помнить. –Думаю остальные вопросы можно оставить на завтра,– осторожно и будто виновато сказал торговец.– Седрик, может займемся бомбой,– поменял тему Фран, обратившись к ученому. –А?,– вышел из раздумий Седрик.– Да, конечно,– согласился ученый. Лололошка остался рядом со своим братом, и утешал его. Они остались в позе теплых обнимашек какое-то время.

***

От лица Вививилки Сегодня я проснулся в обнимку с моим любимым братом. Он все еще спал. Я вспомнил те времена, когда я с ним спал в одной комнате, а иногда и в одной кровати. Те мирные и веселые деньки. Это единственные теплые воспоминания, за которые я так отчаянно держался в башне. Как только о башне вспомню сразу в дрожь бросает. По телу пробежали неприятные мурашки. Хочу поскорее забыть это место. Надо переключится на что-то другое. Мой брат… Я по нему так скучал. Эти каштаново кудрявые волосы, эти хоть и закрытые но красивые глаза и это смазливое личико. Хочется чтобы мы с ним всегда были вместе и не расставались, чтобы эти мирные деньки длились вечно. Но сейчас это возможно...или нет? Нам же ничего не мешает просто быть вместе навсегда?Или мешает? Я посмотрел в окно. На улице беззаботно гуляет прохладный ветерок и луна освещающая всё поле. Этот мир такой спокойный и умиротворенный. Мой родной мир кажется тоже был таким. Но его не вернуть, так что я должен просто не забывать те прекрасные времена. Вдруг Лололошка начал ворочаться во сне будто бы ему снилось что то не хорошее, ужасное и страшное. Может ему снится кошмар. Кошмар. Я забеспокоился. Я не хочу видеть как он страдает, не хочу видеть как ему больно, не хочу опять это испытывать. Брат помог мне с моим кошмаром, а я смогу помочь с его. Но смогу ли я помочь? Я должен хотя бы постараться. Я лег рядом с ним на кровать. Прижался к нему и обнял. Он начал потихоньку успокаиваться. Я смог помочь? Видимо да. Я смог помочь брату хоть немного. Ладно, сейчас ночь и надо спать. Вот так я и уснул. На следующее утро погода была так себе. Пасмурно. Небо было серым из-за облаков, которые закрывали солнце. У меня было чувство будто сегодня что то произойдет. Ладно уж, если и произойдет, главное чтобы я был с братом. Сегодня Фран, Ашра и Лололошка должны взорвать башню Видомния, а Седрик помогает им с бомбой. Я встал вместе с братом. Мне нравились растрепанные волосы Ло, так и хочется их погладить. А мои тоже так выглядят? Ну и ладно, сейчас не время об этом думать. Ну, если подумать, то брат вел себя немного странно, утром его глаза иногда будто не видели меня, а видели другие вещи. Но когда Лололошка надел очки, нельзя было понять куда смотрят его глаза. Мы с ним собрались, и пошли к ученому. Как я помню, должна была прийти Ашра из Междумирья, и там вроде остался Фран. Как только мы прошли через врата, увидели как ребята тестируют бомбу, по крайней мере собираются. Видимо они ждали нас. Я не особо обращал внимание на их разговор, мои мысли были заняты думами о том, что произойдет что-то не хорошее. Как только мы пришли, мы вместе отправились на поле. Там мы поставили форму, и там стояла прочная стена. Я спрятался за стеной, а брат пошел запускать. Я закрыл свой уши, и глаза. Хоть и в начале было не страшно, когда я услышал бомбу, я… я… я и слова сказать не мог. Я вспомнил все, что было в моем мире, как он разрушился. Когда это все началось, я слышал такой же звук. Воспоминания пролетели перед глазами. Я весь дрожал. Открыть глаза и посмотреть на других не было смелости. Я застыл в том положении, и дрожал. Через несколько секунд, которые длились для меня вечность, на мое плечо легла чья то теплая и сильная рука. Я вышел из своего положения "комочка", и посмотрел на владельца этой руки. Это был мой любимый брат. Он мягко и тепло улыбнулся, когда я на него посмотрел. Он спас меня от больных воспоминаний, в которых я утопал, опять. Я и сам не понял как быстро ринулся на него, и обнял. Из глаз полились маленькие слезинки, которых я был не в силах сдержать. Я обнял его так сильно, как только мог. Я думаю это были самые крепкие обнимашки в моей жизни. На других мне было без разницы, самое главное для меня это мой брат. Если он будет рядом, остальной мир для меня не важен. Так мы простояли минуту может две. После они там что то обсудили, и что то решили. Но я не слушал. Но мои уши захватили некоторые слова Седрика. Если почувствуешь, что начинаешь слишком сходить с ума Мой брат? Сходить с ума? Надо у него об этом спросить. И еще ученый вроде сказал Лололошке принести какие-то материалы. Я уверен что помогу ему с этим. Когда будем собирать материалы надо у него спросить.