Трупы женщин в озере...

Линч повернулся к старшему.    - Джон, отпусти её!    - что взамен?    - накажешь меня по полной...    - нет! Егор, ты не должен!    - рот закрой. Коть, ты сильно рискуешь завтра не встать    - будь так! Но она не должна умереть.    - что ж её вещи на лестнице, ведь я знаю, что ты будешь стоять на своём. У вас есть.. Час и ты можешь её проводить. Идёт? Но в этот час входит и твоё возвращение домой, коть, не будешь к этому времени, будет хуже    - хорошо, Джон, но почему ты хотел чтобы я её увидел?    - она желала увидеть моё сокровище, вот стоит передо мной зеленоглазое сокровище    - спасибо, господин Эванс    - ой.. Иди уже, я могу и передумать    - чего? Тебе так не очень идёт Младший взял девушку за руку и повёл на выход. Эванс остановил их, схватив младшего за запястье.    - за ручку будешь ходить только со мной так что отпусти Журналист отпустил девушку и начал пытаться освободить свою руку. Джон достал телефон, начав что-то в нём открывать.    - солнышко, не противься    - хорошо, но мне больно и не приятно Писатель ослабил хватку. Девушка была весьма удивлена тем, что Эванс бывает снисходительным.    - чего вылупилась? Если бы не это чудо,  я бы сейчас разбирался с тобой    - Джон! Не говори подобного! У неё и так шок.    - малыш, камеру.    - Джон, пожалуйста, закончить материал    - нет, с девушкой всё нормально, камеру выключай    - это не займёт много времени, всего лишь завершить    - я тебе чётко сказал нет. Выключай. Брюнет неохотно выключил камеру.    - сдавай мне камеру    - Джон, нет!    - тогда она остаётся Линч отдал камеру старшему. Джон повернул телефон к брюнету.    - час пошёл Сказав это, шатен запустил таймер. Запястье младшего было свободно, Егор сразу взял девушку за руку, за что получил удар по голове.    - сказал же за руку будешь ходить со мной    - Джон, сейчас не до этого, поревнуешь меня позже Брюнет и девушка вышли из библиотеки.    - Егор, тебе не больно?    - нет, он не сильно меня бьёт, можно сказать, что это чисто визуально    - так ты та любовь, про которую писали на стенах    - чего? Не может быть, там же писали про девушку, разве нет?    - я была в карцере. И там он писал точно не о ней.    - ну тут да, но я не уверен, что это именно так, поэтому не утверждал раньше времени, ладно?    - Егор, всё сходится, он искал любовь из-за чего сошёл с ума, а сейчас здесь ты, он называет тебя ласково, он не убил тебя, он слушает тебя и его психическое состояние в норме. Я как врач говорю.    - а ты видела его раньше?    - видела и была одной из его сук, но осталась жива из-за хорошего поведения. Выйдем на улицу, я подробно расскажу    - как скажешь, но не думаю, что это любовь Девушка подобрала свои вещи, остановила парня и сама взяла за запястье, крепко его сжав.    - пусти, мне больно    - идём. Журналист опустил ушки концами за себя, ему больно и не приятно. Милена вывела младшего за дверь на улицу. Захлопнув, её она посмотрела на парня. Егор пытался разжать хватку девушки.    - не думала, что могу держать настолько крепко, прости Девушка отпустила запястье брюнета.    - так вот раньше он совсем не был общительным с ним можно было поговорить только в том случае, если тебе осталось жить два дня и ты в карцере. Он много писал, сидя то с нами, то где-то в стороне. Трогать нас мог лишь в перчатках и только так, а также если его кто-то дотронется мог отрубить конечность. Господин Эванс не давал нам продыху от игрушек и посему многие писали на стенах, что выжили ночь в подвале, ведь там самое большое количество игрушек. Когда нас осталось двое, а местные перестали приводить девушек. За стеной можно было услышать как Эванс корил себя за что-то и говорил, что хочет увидеть свою любовь. Один раз мне удалось узнать у него, что его любовь имеет красивые чёрные волосы и глаза цвета драгоценного камня. После он отпустил меня с условием, что об этом я молчу    - ну это же может быть кто угодно, почему это должен быть именно я?    - твои глаза цвета изумруда, изумруд - драгоценный камень, волосы натурального цвета?    - да, натурального, но этого мало    - его отношение к тебе, этого не достаточно?    - нет, он относится ко мне не пойми как, то он добрый, то требует спрашивать разрешения, то ещё чего-то, его не понять.    - у него такой подход, сколько раз он тебе отказывал?    - вроде, только сейчас, но это ничего не значит    - ладно, это твой выбор верить мне или нет Журналист не мог или не хотел в это верить. Девушка ушла, брюнет проводил её взглядом и зашёл в дом. В коридоре его ждал шатен, он остановил таймер.    - как тебе стена с именами? Егора пробрало холодом и он вздрогнул.    - Джон, это выглядит очень жутко    - за то что извенился, я буду подобрее    - Джон, вопрос, про кого ты писал на той стене?    - по началу думал, что о девушке, потом понял, что нет и там я пишу об одном парнишке    - кто он?    - как ты думаешь?    - ты писал обо мне?    - да, но тогда это было с непониманием, я видел во снах силуэт подобный тебе, это свело меня с ума, но со временем я стал возвращать нормальное состояние психического здоровья, как видишь не до конца получилось, кстати как тебе мои книги?    - книга, мне нравится довольно интересная Шатен подозвал жестом зверюшку к себе. Линч подошёл к нему. Эванс обхватил младшего одной рукой, второй взял запястье, которое сжимала Милена.    - больно так? Джон провёл большим пальцем по запястью.    - нет, не больно Писатель поцеловал запястье младшего.    - Джон, ты действительно меня любишь?    - конечно люблю, коть Старший обнял младшего, брюнет сейчас не мог сделать то же, он пытался разобраться в себе, в своих чувствах.    - не спеши, наказание будет только тогда, когда солнце будет касаться земли, пока можешь провериться и всё обдумать    - думаю, ты прав, Джон Шатен ещё немного постоял, обнимая партнёра. После младший побрёл на улицу.    - к закату, чтобы был дома    - ясно *** Журналист сидит под деревом. Шелест листвы, слабый шум озера, щебетание птиц были слышны так чётко.    - почему здесь стало так шумно? Раньше ведь было потише Егор сейчас сосредоточился на своей проблеме. Есть ли у него всё же чувства любви к старшему или нет? Заботы, ласки, наказания - всё это сейчас играло большую роль в выборе ответа, а конкретно поведение и реакции младшего.    - эй! В какой стороне деревня?    - а? Брюнет поднял голову, перед ним сидит кот.    - где деревня?    - за особняком, может тебя проводить?    - странно, что кожаный и с ушами    - подарок это...    - ну а что? Подходит. Так веди уже Журналист встал, направившись к особняку, кот пошёл за ним.    - а ты кто вообще, сфинкс?    - больше похож на фенека    - это ещё кто?    - ну, лис такой, маленький с длинными ушками    - ясно, впервые вижу такого кожаного, понимающего зверей    - слушай, вот, если человеку приятно, что за ним ухаживают и тот кто это делает одержим этим человеком, то это как назвать?    - это? Любовь? Фенек, здесь не важен партнёр, здесь важны собственные чувства    - знаю я, но не понимаю, что чувствую, как это понять? В душе тепло при воспоминании, по телу дрожь, а сердце бьётся спокойно    - нашёл проблему, у нас такие чувства расцениваются любовью, сердце не способно биться быстрее из-за любви    - то есть это любовь? Вот и особняк, тебе дальше по тропке    - Фенек, спасибо за то, что помог найти дорогу, это... лапу дай сюда, подарок тебе сделаю Журналист присел, и протянул левую ручку коту. Кот поставил лапку на неё, прижимая к траве. По руке забегали сильные мурашки, доходящие до левой щёчки. Егор сложил ушки кончиками назад. На коже появлялся красивый узор.    - убери лапу!    - ещё не всё, Фенек Брюнет сжал свободную руку. Мурашки доставляют такое не приятное ощущение. Несколько не самых приятных мгновений и кот убрал лапу с ручки.    - что ты сделал?    - подарок оставил, оно будет выражать твои внутренние эмоции, меняя цвета    - чего?    - зелёный - ты врёшь, розовый - любовь, жёлтый - радость, голубой - грусть, серый - ничего не значит, красный - ты доволен чем-то или кем-то или что-то/кто-то удовлетворяет твои желания, фиолетовый - злишься, испуг - оранжевый     - я всё не запомню, но спасибо, кстати, а у тебя есть имя?     - меня называют Мираж, бывай, Фенек Кот пошёл к тропке. Егор осмотрел свою руку. На внешней стороне ладошки был серый завиток, словно лоза. Лоза уходит под футболку. Егор поднял ушки, его заинтересовала эта штука.     - не верю, что она может менять цвет, но это очень красиво, как тату В голову врезались мысли о шатене, лоза сменила цвет на розовый. Брюнет засмущался.     - большую часть времени она будет видимо розовая, но значит я его всё же люблю, это так странно ощущать любовь внутри себя Чувства проверены, но странно лишь то, что журналист понял, что от него хотел кот. Это так не привычно.     - Мираж? Но почему его так зовут? Брюнет встал, лоза снова стала серой.    - может это моя способность? Брюнет направился в дом. ... Дома тишина, ни единого звука не слышно.    - Джон, я дома Слова брюнета прошли по дому эхом. Егору стало немного не по себе от такой тишины. Журналист осторожно пошёл искать старшего. Второй этаж. Дверь в комнату, где сейчас эти двое спят. Егор не знает там ли Джон, но он взял ручку двери и осторожно и медленно начал её открывать. Младшего обняли со спины. Лоза приобрела оранжевый цвет.    - кто тебе это оставил?    - Джон, ты меня напугал, а это оставил Мираж    - ну прости, белый кот?    - да, а ты его знаешь?    - знаю, счёты с ним у меня    - Джон, я понимаю животных! Лоза стала жёлтой.    - правда, я же говорил, что у тебя есть способности Шатен поцеловал меньшего в щёчку с лозой. Егор засмущался, его тату приобрела розовый цвет.    - ладно, Мираж, погасил свой долг передо мной    - что? Чем?    - этим, малыш Эванс провёл по тату младшего, доходя до рукава футболки, завёл руку ему на плечо под футболкой.    - Джон, он знал что я твой?    - думаю да, мой? Егор покраснел, тату стала насыщенно-розовой.    - я не это имел ввиду Лоза брюнета стала зелёной.    - Егор, не хорошо обманывать себя, а тем более меня Брюнет сложил ушки кончиками к писателю. Тату стала розовой. Шатен отпустил партнёра. - я всё ещё жду закат, так что пока можешь морально подготовиться Джон чмокнул младшего в щёчку и скрылся из виду. Брюнет зашёл в спальню, решив что делать ему нечего, взял книжку авторства Эванса и продолжил читать с той страницы, где остановился ...