for you i'd bleed myself dry // Ради тебя я бы лишился последней капли крови

Бетси закрыла за собой дверь в больничную палату Нила и Аарона, решив, что напряжение длилось достаточно долго. Эндрю сделал вид, будто не заметил, как терапевт вышла из палаты, по-прежнему изображая притворное безразличие; однако, когда она закрыла дверь, его глаза резко поднялись и опасно встретились с ее глазами. Он не доставил ей удовольствия встать и снова открыть дверь, хотя это вернуло бы ему линию обзора, но он пристально посмотрел на нее, когда она направилась к стулу рядом с ним. Бетси возмущенно села рядом с ним, решительно игнорируя его пристальный взгляд. Эндрю слегка наклонил голову влево — подсознательный признак того, что он все больше тревожился. Бетси думает, что только она и Нил могли уловить суть происходящего, а сам Эндрю все еще не подозревает о своей открытости. — Что теперь? — Эндрю проворчал, ясно понимая, что что-то происходит в голове терапевта. Бетси посмотрела в его сторону, изображая непонимание. В ответ взгляд Эндрю потемнел еще больше. — Бетси. — потребовал Эндрю, кивнув на дверь, за которой теперь были его брат и Нил. — Ах это. Глупая я…. Я просто подумала, что ребята могли бы отдохнуть в тишине и покое. Я уверена, ты знаешь, как шумно в этих коридорах. — Все в порядке? — выдавил из себя Эндрю, ненавидя то, как в его голосе прозвучало беспокойство. — Аарон справляется, он просто отдыхает, пытаясь восстановить столь необходимую энергию перед большим отъездом. Он сказал тебе, что его скоро выпишут? И ох, разве это не была опасная игра? Очень неинтересная и малопривлекательная, опасная игра. Эндрю несколько раз сталкивался лбами с Бетси, но это была ее новая тактика. — А Нил? — выдавил из себя Эндрю, прищурившись, когда заметил легкую ухмылку на лице Бетси. — Да, — подтвердила Бетси, — Нил тоже там. Я уверена, что ему будет безумно скучно, когда Аарон уйдет. Какой позор, что у него есть еще несколько дней, прежде чем ему можно будет пройти повторную экспертизу для выписки. Было ясно, что Бетси проводила слишком много времени с Нилом, потому что ее отношение слишком сильно напоминало ему его маленького кролика. — Осторожно, Пчелка, — рявкнул Эндрю, — твое жало видно… ты прекрасно знаешь, что происходит, когда крошечные букашки решают оказать сопротивление. — Вот и ты, Эндрю, я знала, что между нами связь крепче, чем то безразличие, за которым ты скрывался. Мне очень нравятся наши разговоры и моменты, которые мы разделяем, я не понимаю, почему ты что-то скрываешь от меня, - Бетси искренне улыбнулась, несмотря на недавнюю угрозу Эндрю. На этом Эндрю смирился. Он одновременно уважал и ненавидел Бетси за то, что она смогла понять его. — Как Нил? — наконец спросил Эндрю тихим голосом, как будто кто-то еще мог услышать его в таком шумном месте. — Физическое состояние Нила улучшается. Как мы все знаем, ему не чужды травмы… и этот случай не исключение. — объяснила терапевт. — А психически? — уязвленно спросил Эндрю, уловив особый выбор слов Бетси. — Ты знаешь, что я не могу сообщить тебе эту информацию, Эндрю. По той же причине я не буду делиться сведениями о наших конфиденциальных сеансах с другими. Эндрю промолчал, а Бетси ухватилась за возможность уточнить. — Говоря о наших сессиях, мы давно не разговаривали. Я понимаю, что эта ситуация очень тревожит всех участников, и прошу прощения за то, что у меня не было возможности поговорить с тобой наедине. Эндрю слегка покачал головой, не проявляя интереса к ее извинениям, поскольку считал, что перед ним стоят гораздо более важные проблемы. — Можем ли мы уделить немного времени, чтобы обсудить твое самочувствие? Я очень беспокоюсь о том, как ты со всем справляешься, особенно учитывая, что у тебя сейчас нет системы поддержки, поскольку Ники, Аарон, я и Нил по тем или иным причинам выбыли из игры. При упоминании Ники на лице Эндрю появилась гримаса. — Ники для меня никто, — рявкнул он. Бетси потребовалось время, чтобы сформулировать свои мысли, прежде чем заговорить снова. — Я знаю, то, что стало известно о Ники и его посягательстве на Нила, очень расстраивает и, вероятно, даже кажется предательством, но я также знаю, что он один из немногих людей, которых ты считаешь семьей, и что ты испытываешь к нему очень сильные чувства. Мы уже говорили о твоей признательности за то, что он принял вас с Аароном, и мы оба знаем, что ты сделал, чтобы защитить Ники в переулке. Я полагаю, это очень противоречиво для тебя, когда впервые проблема оказывается твоей собственной. Эндрю пожал плечами и задумался над словами Бетси. — У меня противоречивые чувства, и это меня злит, потому что я объективно знаю, что должен чувствовать, и, по-видимому, для моего мозга это не так просто, — угрюмо признался он. — Я полагаю, что эти противоречивые эмоции очень усложняют тебе жизнь. Можешь ли ты придумать какие-либо незамедлительные действиях, которые мы можем предпринять, чтобы уменьшить напряжение, которое это вызывает? Эндрю откинул голову на спинку стула, признавая свое поражении. — Я знаю, что мне нужно поговорить с тобой об этом, но я еще не совсем готов. Слишком много всего происходит, и я не думаю, что у меня еще было время по-настоящему прочувствовать свои эмоции. — Эндрю, я очень горжусь тем, что ты рассказал мне об этом, — лучезарно улыбнулась Бетси, — Я знаю, мы говорили о том, чтобы примириться со своими чувствами, прежде чем обратиться к ним, и это показывает большой прогресс, раз ты смог применить этот принцип к данной ситуации. Я была бы рада выделить немного времени, чтобы более подробно обсудить Ники и то, что он сделал, когда ты будешь готов, но я думаю, что сейчас у тебя на уме есть более насущный вопрос, который, возможно, нам следует обсудить сейчас. Эндрю взглянул на больничную дверь, не удивленный тому факту, что она все еще закрыта. — Аарона скоро выпишут, и Нил в конечном итоге тоже будет свободен. Может быть, нам стоит начать готовиться к тому моменту, когда это произойдет? — ободрила Бетси. Эндрю поднял брови, заинтригованный ее неудачной попыткой быть тактичной. — К чему готовиться, Би? Я не думаю, что кто-то заинтересован в вечеринке по случаю возвращения домой, - саркастически заметил он. Бетси одарила близнеца равнодушным взглядом. — Полагаю, ты прав насчет этого, Эндрю, но я считаю, что было бы лучше, чтобы все четко знали, что произойдет после выхода Нила, не так ли? — Как бы то ни было, — начала Бетси, — ты сказал Нилу, что ненавидишь его и с тех пор не разговаривал и даже не встречался с ним лицом к лицу. Я уверена, что Ваймак легко приютил бы его у себя, по крайней мере, на какое-то время, но к этому нужно подготовиться заранее. Бетси с трудом сдержала ухмылку, увидев ошарашенное выражение лица Эндрю. Наконец-то, подумала она, она добилась реального прогресса. — Он... — выдохнул Эндрю, качая головой. — Нил никуда не денется. Он останется со мной... с нами. — Мне очень жаль, Эндрю, я не знала, что это уже обсуждалось и решено окончательно, — тихо сказала Бетси, подняв руки вверх в знак капитуляции. — Это не нужно обсуждать… черт возьми, он наш, он всегда был с нами. — Мне не нравятся эти игры в угадайку, Би, он сказал тебе что-то, что говорит об обратном? — спросил Эндрю, явно все больше и больше разочаровываясь полуответами Бетси. Бетси дала Эндрю время прийти в себя, прежде чем заговорить снова, понимая, что он достиг своего предела. — Я не хотела ни на что-то намекать, Эндрю, но Нил только что столкнулся с очень большими переменами, и, возможно, нынешняя договоренность больше не действует… для любого из вас. Вы оба проявили отличную реакцию на сложившуюся ситуацию и, честно говоря, не общались друг с другом с тех пор, как правда была раскрыта. Тебе комфортно спать рядом с Нилом, зная, что произошло? Комфортно ли ему спать рядом с тобой? Это все важные вопросы, Эндрю. Эндрю посмеялся над предложением Бетси, ненавидя ее правоту. — Конечно, мне комфортно спать рядом с Нилом, он все еще Нил. То, что произошло, этого не меняет, для меня это ничего не меняет. — Нил знает это? — тихо сказала Бетси. Эндрю попытался представить ситуацию со стороны Нила и то, как он мог подумать о реакции Эндрю. Разве Нил не знал, что у них все еще было «ничто», что Эндрю хотел их «ничто». Что ни для одного из них это никогда не было «ничем». И это… это то, о чем Эндрю забыл подумать. Черт побери Би за то, что залезла ему в голову и заставила его покинуть уютный пузырь самобичевания.