Сборник драбблов

***

      — Ещё не спите, Итачи-сан? — Кисаме постучал в дверь и вошёл в комнату напарника. — Я увидел свет из щели внизу.       — Как видишь. — Итачи сидел на кровати. Мертвенно вперился в одну точку точку на стене... Можно было подумать, что напарник увидел там что-то интересное, но нет. Он снова отключился от этого мира и думал.       — Приношу извинения за беспокойство, правда хотел сделать это раньше, но после миссии вы сразу отправились в комнату. Не хотелось вас беспокоить. Итачи теперь сверлил удивлённым взглядом Кисаме. Он это чувствовал, своим звериным, как две чёрные пещеры уставились на него и при мелькании пламени свечи, создавали особую игру теней в этой бездонной глубине.       — Хорошо, так что ты хотел? — Итачи повернулся к Хошигаки корпусом. С интересом смотрел за спину, было сложно не заметить того детского, почти утраченного взгляда. Ведь как было известно Кисаме, его напарник давно растерял детскую невинность и каково было сейчас счастье, увидеть того мелкого пацаненка вновь, даже спустя столько лет...       — Я хотел поздравить вас с Днём рождения, Итачи-сан! — Кисаме выставил свою большую мазолистую руку, в которой держал небольшую квадратную коробченку. Местами была кое-где помята, но это не бросалось в глаза, если не присматриваться. Кисаме поставил её на стол, перед напарником. Итачи грузно выдохнул с присвистом, что не предвещало ничего хорошего.       — Откуда знаешь, когда у меня день рождения? — Итачи скрестил руки на груди, и с прищуром смотрел на напарника. Кисаме счёл бы это за злость, но во взгляде было больше желания всë развидеть наилучшим образом из-за отвратного зрения. Знал ведь, Учиха себя гробит каждый раз, используя мощные додзюцу, причём отнюдь не целесообразно. Такое ощущение, что у него была какая-то цель, о которой Кисаме приходилось лишь догадываться. Странно, чтобы такой расчётливый представитель клана Учиха, делал опрометчивые вещи и жертвовал своим зрением.       — У мечников Кири особенная интуиция, — Кисаме ухмыльнулся. Почему-то сейчас раздраженное выражение лица Учихи, вызывало какую-то тёмную радость. Ведь точно не поверил в такие бредни. — Пер это из соседней деревни Скрытой Травы. Несколько джоанинов деревни решили напасть на меня, посчитали, что легко одолеть, — Кисаме ещё шире заулыбался, обнажая острые, как бритвы, зубы. — Но в итоге эти паскуды лишь помяли мне упаковку, за что прошу прощения.       — Они лишь выполняли свой долг, защищая деревню. — Итачи активно зашевелились ноздрями, как кролик, учуявший что-то вкусное.       — Плохо выполняют значит, — Кисаме наблюдал за этой милой картиной, как Итачи старался держать голову, но при этом явно искушено хотел узнать что внутри коробки. — Не тяните кота за яйца, открывпйте уже. Не разбивайте мои старания об стенку. Итачи долго думал, менялся в лице, но в итоге его напускная выдержка лопнула. Он потянулся тонкой, бледной рукой к грубой верёвке. Потянул за разлохмаченный кончик. Учиха сейчас как никак походил на довольного ребёнка, которому родители купили новую игрушку. Кисаме понимал, что детство не вернуть. Хотя язык не повернётся назвать детством то, что было у Итачи. Скорее преждевременно-изуродованная взрослая жизнь, со своими глубокими шрамами и протезами, которые при любом удобном случае напоминают о себе. Итачи подковырнул ногтем крышку и ловко её снял. Положил на стол и сам, еле скрывая радость, смотрел широко-распахнутыми глазами на содержимое. Целая коробка данго, таяки и моти с разными цветами и вкусами. Всë это было бережно уложено на шуршащий пергамент.       — Думаю хотя бы раз, можно поздравить вас с Днём рождения. Кто знает, что нас ждёт завтра? — Кисаме встал из-за стола, оставляя Итачи одного с коробкой сладостей. Хотелось задать вопрос, понравился подарок или нет, но Итачи уже сточил одну порцию данго. Все-таки понравилось, несмотря на все бурчания. — Схожу на кухню, принесу вам чая. Не стоит в сухую налегать на такое. Итачи благодарно кивнул и отправил в рот таяки со сладкой адзуки. Кисаме не мог оторвать взгляд, от перепачканных губ в начинке. Это приятно контрастировало с ухоженным, почти аристократическим видом. Позже, Кисаме вернулся с небольшим глиняным чайничком, из носика которого струился ароматный пар и с чашками. Итачи взял одну моти в ладонь и протянул Кисаме. Тот не ел из принципа, считая, что подарок целиком и полностью принадлежит напарнику. Но это было не предложение, а настойчивость, мол "бери и не расстраивай меня. Раз так старался и добывал это всë для меня!" В итоге, Кисаме принял лакомство и закинул в рот, словно мелкую крошку. Итачи поднял взгляд на Хошигаки, похоже чего-то ожидая.       — Я не тащусь со сладостей как вы, но это и вправду неплохо. — Кисаме пригубил горячего чая. Казалось бы, такая мелочь, сделать приятное другому, а жизнь уже не кажется такой паршивой.