Жить долго и счастливо

      — Вот это ничего себе, — расплыться в улыбке Люциус, фокусируя сонный взгляд.       — С юбилеем, родной, — Снейп поставил к пионам на стол стопку пышных блинов.       — А я то думаю: по какому поводу цветы? — уже привычно Малфой потянулся за глюкометром. — А мы тут оказывается моё приближение к смерти празднуем, — пошарив рукой по полке, блондин не обнаружил аппарата на привычном месте. — Не понял, а где?..       — Я его выкинул, — пожал плечами Снейп. — Давно пора его заменить.       — Ага, значит на пятьдесят пять ты мне тонометр подаришь, а на шестьдесят — новую печень? — усмехнулся Малфой, разорвав ярко-жёлтую обёрточную бумагу новенького глюкометра.       — Люциус, не утрируй, пожалуйста, — Северусу совершенно было несмешно.       Эти слова слишком сильно задели его за живое.       — Ну ладно, не дуйся, я же пошутил, — положив голову на плечо любимого и переплетя пальцы на его животе, прошептал Малфой. — Лучше помоги мне с новой шайтан машиной разобраться…       — А вот сам разберись, а я завтракать буду, — хитро улыбнулся Северус, выпутавшись из объятий.       Люциус недовольно прищурился и взял коробку со стола. Открыв её, Малфой вместо инструкции достал какой-то непонятный конверт. Отложив глюкометр, блондин осторожно, будто там сибирская язва, распечатал крафтовую бумагу, вытащив непонятный кусочек бумаги, который оказался сертификатом в пирсинг салон.       — Сев, это же… — не найдя нужных слов, Малфой повис на шее врача, обнимая чересчур крепко. — Ты же против всего этого.       Последние лет шесть-сеть Люциус горел идеей: проколоть себе мочки ушей, но Северус был категорически против, аргументируя это тем, что нечего из себя девушку лепить. Малфой дулся и не принимал отказов, раз за разом поднимая эту тему. Министр совершенно не понимал, почему Снейп к этому так относится, хотя сам ещё в юности проколол левое ухо, правда никогда не носил серёжек. Конечно, блондин мог сделать это в тайне от любимого, но уж очень ему не хотелось расстраивать врача своими бездумными поступками.       — Я подумал и решил, что это может стать для тебя ещё одним стимулом в борьбе с раком, — Северус отлепил от себя радостное чудо и обхватил его лицо руками. — Сейчас, к сожалению, ушки прокалывать нельзя.       — Я готов подождать, — заверил мужчину Малфой, не переставая светиться от счастья.       Наконец-то позавтракав, Северус убежал на работу, оставив ещё один небольшой подарочек на покрывале.       Проводив Северуса, Люциус вернулся на кухню, чтобы помыть после завтрака посуду, ну а если точнее, то просто засунуть пару тарелок и чашек в посудомойку. Сделав пару фотографий подаренного букета, Малфой выложил его в инстаграм, совершенно наплевав на то, что может разразится в комментариях под постом. Закончив со всеми «важными» делами, блондин поплёлся в спальню смотреть пересматривать любимый сериал. Его внимание сразу привлекла ярко-жёлтая точка на чёрном покрывале. Плюхнувшись на кровать, Люциус сразу же взял коробочку в руки. Он уже собирался её распаковать, но всё-таки решил уточнить у Снейпа.

Вы 7:54

Сев, а ту коробочку, которая на кровати лежала, можно открыть? Или это не мне? Северёнок 8:03 Тебе, но открыть её можно только в моём присутствии ;)

Вы 8:04

Ну я же с ума сойду, если не узнаю, что там! Северёнок 8:04 Тренируй силу воли       Малфой отложил телефон, крутя в руках коробку, рассматривая во всех ракурсах, пытаясь догадаться. Серьги? Запонки? Очередное колечко? Увы, ничего внутри не двигалось.       К обеду поздравить отца заглянул Драко, презентовав родителю новый кожаный ежедневник и парочку комичных ручек с помпонами и зверюшками. Люциус любил такую канцелярию, но использовал исключительно дома — никто не должен знать о его маленькой слабости к милым вещам. Посидев пару часов с отцом, парень откланялся, сославшись на завтрашний зачёт по патологии. Сначала Люциус немного расстроился, что учёба для сына оказалась дороже отца, особенно в день рождения, но быстро развеял эти мысли. Всё-таки если Драко завалит этот зачёт, то он явно его за это по головке не погладит.       Долго скучать Малфою не пришлось — Северус вернулся с работы аж на три часа раньше. Сгорая от нетерпения, Люциус потащил любимого прямо в уличной обуви и одежде в спальню, чтобы распаковать загадочный подарок. Моментально разорвав упаковочную бумагу, министр открыл крышечку. Малфой явно остыл, лицезрея подарок — обычное колечко, красивое. Но одна фраза сказанная Северусом заставила блондина носится по всей комнате с воплями «Да! Да!»       — Сев, а это твоё истинное желание или проявление жалости к больному человеку? — немного успокоившись, спросил Люциус, надевая кольцо на безымянный палец. — Прости, если это прозвучало грубо…       Малфой совершенно серьёзно считал, что не заслуживает Северуса. Ведь он часто капризничает и выёживаеться, мотая ему нервы. Люциус не понимал, как его любимый человечек может жить с бытовым инвалидом, абсолютно не упрекая его в этом.       — Мерлин, ну началось, — закатил глаза Северус. — Я похож на человека, который поведёт мужчину под венец из жалости?..       — Нет, — интенсивно замотал головой Люциус, чтобы врач не надумал себе ничего плохого.       Ближе к семи вечера пара выбралась в ресторан, чтобы отпраздновать пятидесятилетие Малфоя в компании Яксли.       — Мда, что за жизнь, — запричитал Корбан, наливая себе и Снейпу коньяк. — В собственный день рождения даже не выпить…       — Ничего не поделаешь — режим, — пожал плечами Люциус, откусывая кусочек пиццы.       Министр уже свыкся с тем, что алкоголя он не увидит ещё долгое время, да и вряд ли продолжит выпивать в таких количествах как раньше после снятия запрета.       — Если очень хочешь, — Северус протянул жениху меню, — то можешь выпить бокальчик красного вина.       — Я воздержусь, — улыбнулся Люциус, — а вот от пасты с грибами и курицей не откажусь.       Северус удивился, но настаивать не стал. Только лишь предупредил о возможных последствиях от переедания мучного после долгой голодовки. Люциус лишь отмахнулся, совершенно проигнорировав небольшой совет. И как оказалось зря.       Полночи Малфой то и дело бегал в ванную, надеясь на то, что Северус не проснётся от его хождений по мукам и тихих охов-ахов.       — Ну и долго ты ещё мучатся будешь? — поинтересовался Северус, когда Люциус вновь вернулся в постель, осторожно залезая под одеяло.       — Я уголь выпил, сейчас пройдёт, — тихо ответил Малфой, чтобы излишней громкостью окончательно не разбудить врача.       — Да-а, — саркастически протянул Снейп, — уголь тебе прям очень поможет. Вот говорил я тебе: «не налегай на мучное»… Но ты ж барашка упрямая, — прощупывая живот блондина, ворчал Северус.       Люциус отчаянно пытался сопротивляться, но все его аргументы были опрокинуты, а сам он был уложен на левый бок с прижатыми к животу коленями. Малфою даже немного стало стыдно за то, что вся эта ситуация его немного возбуждала.       — Готов, мученик? — риторически поинтересовался Северус, похлопав Люциуса по ягодице.       — Да… — получив согласие, которое совершенно не требовалось, Снейп жестом приказал любимому приподнять ягодицу.       — Ну что ты, маленький, не надо сжиматься, — шептал Северус, смазывая колечко мышц и начиная введение наконечника клизмы.       — Я не маленький, — надулся Люциус, полностью расслабившись.       — А какой ты ещё? — усмехнулся врач, заканчивая с введением и открывая краник.       — Я взрослый! Просто не хочу я клизмы…       — Уже поздно, — констатировал Северус, убирая руку жениха с ягодицы и осторожно массируя ему живот. — Или ты бы предпочёл свечку?       — Нет!       — Ну вот тогда не выпендривайся, — отвесив тяжелый шлепок, отрезал Снейп.