Сестра

Екатерина с легким волнением в груди попросила разрешения у классной руководительницы покинуть уроки и поспешила в школу Антона. По дороге она безуспешно пыталась дозвониться до матери, но та вновь оставалась недоступной. В учебном заведении, как всегда, царила бурная жизнь: шумные голоса детей наполняли коридоры. На посту сидел невнимательный охранник, который, не замечая ничего подозрительного, пропустил Екатерину без лишних вопросов. Теперь ей оставалось лишь попытаться связаться с братом, чтобы он встретил её, но он тоже не отвечал. В итоге девушке предстояло идти наугад. Петрова, как когда-то Анастасия в свой первый день, металась по школе, погруженная в свои мысли. Она смотрела под ноги, держа телефон у уха, и не замечала, как Рома размахивал руками перед лицом Яковлевой —Ты конкретно с приветом — с явной неприязнью сказал Рома, помахав рукой у виска. Анастасия только хотела сказать, но увидела знакомую светловолосую, и её язык, казалось, замер, глаза застыли на ней. Когда Пятифан развернулся и заметил Екатерину, не чуть не удивился её приходу, он покинул девчонку и двинулся на встречу. — Ты явно не в себе, — произнес Рома, с явной неприязнью помахав рукой у виска. Анастасия собиралась что-то ответить, но, увидев знакомую светловолосую фигуру, замерла: её язык словно окаменел, а глаза застыли на Екатерине. Пятифан с любопытством взглянул на свою одноклассницу и повернулся, стремясь понять, на что она обращает внимание. Когда ему открылся облик той, кто привлек её взгляд, в его глазах не было ни капли удивления от встречи с сестрой Антона. Он без колебаний оставил девушку и двинулся навстречу. —Потерялась? — ехидно спросил Рома, преграждая путь своим телом. —Не… — девушка напряженно подняла свой взгляд, увидев знакомое лицо, она расслабилась. —А, это ты. Так рассказывай, что у него случилось? — нахмурив брови, спросила она. — И покажи мне, где находиться кабинет директора. Рома стал серьезней и по-хозяйственному положил руку на её плечо, провожая в сторону кабинета. —Да… Он че-то с одним парнем подрался в столовке — кратко рассказал он, поскольку сам не был там. Эту информацию он получил от бурята. —Странно, это не похоже на него...— задумчиво заявила Екатерина, на её лице отразилось выражение настороженности. Рома лишь хмыкнул в знак согласия. Петрову провели к кабинету и, не оглядываясь, она покинула парнишку, который жестом показал уходящей фигуре, что он держит за них кулаки. Девушка постучала в дверь кабинета, откуда раздался женский голос, произнеся короткое "Войдите". Первым, кого она увидела, войдя в кабинет, был её брат, сидевший на диване с разбитой губой, а рядом стояла бабушка, удерживая крупного парня за плечи, нашептывая успокаивающие слова ему ухо. —Здравствуйте — неуклюже произнесла она, не готовая к тому, чтобы быть объектом столь разнообразных взглядов. —Здравствуйте, Екатерина, присаживаетесь — женщина в возрасте указала рукой на стул, и Петрова робко присела, осматривая всех, кто присутствует в кабинете. —Произошел неприятный инцидент с вашим братом, Антоном — дамочка сложила руки в замок и посмотрела на Петрова. — Он нанес телесные повреждения Бабурину, облил его горячим супом, повредил одежду и разбил тарелку. —Я говорил, что она сама уп… — начал Антон, но строгий взгляд сестры заставил его замолчать и не вмешиваться в разговор. —Да, Петров, я уже слышала, что вы говорили, но почему вы отказываетесь предоставить объяснения относительно причин вашего вовлечения в данный инцидент? — Екатерина вместе с директором продолжали давить парня своими суровыми взглядами, он лишь отвернулся, сложив руки на груди. —Видите — директор обращалась к девушке, и та повернулась к ней. — Всё было спокойно в столовой до одного момента, пока не появился Петров. Собрав все свои мысли воедино после затянутой паузы, она сказала: —Я искренне сожалею и приношу свои извинения за поведение Антона — обратилась Екатерина к мальчику и его бабушке, а затем снова обратилась к директору. — Я готова предпринять все необходимые меры, чтобы он осознал свою ошибку. —Я рада слышать, что вы относитесь к этому серьезно. К сожалению, бабушка Семена немного возмущена происходящим. Мы обязаны обеспечить безопасность и уют в нашей школе, и подобные инциденты недопустимы. —Да! Извинениями здесь не отделаетесь! Моего Сёмушку ударили! Твой брат — крыса! Его нужно выгнать из этой школы! — от таких слов у Петровой полезли глаза на лоб, вроде извинилась, чего ещё надо. —Пожалуйста, успокойтесь! — грозно сказала директор, и на всю школу раздался звонок. — Вы двое идите на урок. Школьники послушно покинули кабинет и, возможно, умчали на свои уроки. —Я понимаю, что вам неприятно, но давайте взглянем на всю ситуацию более объективно — спокойным тоном обращалась женщина к бабушке Бабурина. —Лена, ты меня знаешь, я за внука… — проговорила женщина и вышла из кабинета, с громким хлопком закрывая дверь. Екатерина посмотрела на недовольную женщину, которая измучено качнула головой. —Давайте встретимся завтра у меня в кабинете, чтобы обсудить все подробности и наши дальнейшие действия… До тех пор прошу вас не обращать внимания на негативные высказывания — с грустной улыбкой сказала директор. Как же тогда Петрова стремилась высказать все, что на душе, но в итоге сдержалась, покидая кабинет с невыразительным "Хорошо". Для чего же было вызывать её, если в конечном итоге они не пришли ни к какому решению, лишь потратив время девушки, у которой, между прочим, тоже есть свои дела, школа и множество прочих забот. *** Екатерина, бросив взгляд на пустой холодильник, поняла, что пора пополнить запасы продуктов, и решила отправиться в магазин. Подобрав самое необходимое, она вышла из дома. Прогулка до магазина прошла без происшествий, и легко закончилась покупками. Несколько мгновений спустя она уже несла два тяжелых пакета; несмотря на их вес, она не впервые сталкивалась с такой нагрузкой и иногда останавливалась посреди пути, чтобы немного отдохнуть и восстановить дыхание. —Эй! — окликнул незнакомый гнусавый голос, когда она только приподняла пакеты с земли после очередной отдышки. — Ты же сеструха, Антона. С тяжёлыми пакетами в руках она повернулась и увидела знакомое лицо, которое недавно украшало кабинет директора рядом с любимой бабушкой, исподтишка замышлявшее что-то нехорошее. —Твоему брату пизда! — злорадно посмеялся Бабурин, вызывая у Петровой весёлое удивление. — Моя бабка дружит с директором, твоего братка пидорка вышвырнут из школы. Жирный, с кривой улыбкой подходил всё ближе, замечая, как у девушки вмиг тухнет взгляд, она уже ждала ничего хорошего в этот день, это у неё вызывает только головную боль, ни больше. —Мальчик, иди куда собирался — бесчувственно проговорила Екатерина, повернулась спиной и хотела уже уходить, но услышала мерзкое предложение. —Если хочешь, мы можем с тобой договориться — исполнил он и игриво подмигнул, когда она развернулась к нему. В Петровой смешались ярость и отвращение, заставляя её испытывать желание плюнуть в лицо этому грубому человеку. Девушка вежливо натянула улыбку на своё лицо. На мгновение в глазах Бабурина вспыхнула надежда, он думал, что она согласится, но её ответ разочаровал его. —Пошёл нахуй — слова от Екатерины, сопровождаемые угрюмым взглядом и враждебным тоном, явно испугали парня. — Спасибо, а теперь я пойду — сказав это и улыбнувшись, она покинула компанию Бабурина. Окутанная мрачными размышлениями, она медленно шла по дороге к дому, и вскоре достигла его порога. На кухне её уже ждал брат, терпеливо ожидая возвращения сестры, которая вошла в помещение, держа в руках пакеты с покупками. Петрова не удостоила его взглядом, погружённая в свои мысли, и начала разбирать принесённые продукты. —Что будем делать? — прохрипел белобрысый. —Не знаю — устало ответила сестра, метаясь от холодильника к столу, увешанному пакетами. — В мою школу будешь ходить. —Что?! Ни за что! — воскликнул Антон, почти подпрыгивая от возмущения. —Антон — строго сказала сестра, прервав его возражения взглядом. — Мать не берет трубку, ей снова не до нас... Может, ты расскажешь мне, что произошло? Парнишка уклонился взглядом, словно уличенный малыш. Очевидно, он не желает открываться, и тогда девушка, понимающе вздохнув, произнесла: —Позвоню дяде. *** На утро Петровы молча направились к школе Антона. Когда они достигли учебного заведения, белобрысый остановился, чтобы поздороваться с друзьями, в то время как девушка с уверенностью направилась в кабинет директора. —За разбитую посуду — почти швырнув белый конверт на стол директора, Петрова покинула школу. Девушка была преисполнена раздражения и пустоты в результате неприятного инцидента, случившегося вчера. Однако она питала надежду, что все уладится. По мере приближения к школе её негативные эмоции постепенно сдавали позиции. Внезапно телефон прозвенел, и она немедленно сняла трубку. —Здравствуйте! Мы принимаем ваше щедрое предложение. —Я за вас рада — положив трубку, Петрова облегченно вздохнула, осознавая, что ситуация разрешилась. *** В школе, как и в ее собственной голове, царил полный хаос. Екатерина прогуляла последние уроки и сразу завалилась в постель. Ночью ей пришлось выручать своего умного брата из затруднительного положения. Договорившись с дядей, который, помимо прочего, жил в неведомом месте и возвращался с работы лишь поздно, она отправилась к нему, отказавшись от его предложения приехать самому. Это казалось ей неэтичным. Громкий звонок телефона заставил девушку покинуть мягкую постель. —Алло? —Чего такое, Ань? — сонно спрашивает Петрова. —Подруга… У тебя два по математике… —Вот же сука старая! — возмущенно произнесла она. — Есть ещё у кого-то двойки? —Да… У многих… — ответила девушка. —Это… Просто… Пиздец, я её ненавижу. —Кого? Математику или математичку? — пошутила Анна, пытаясь разрядить обстановку. Ей было странно слышать ругательства, но после недавних событий они казались неизбежными, и Петрова не могла найти других слов. —Спасибо, рассмешила… — саркастично ответила Екатерина. — Ничего себе — донеслось откуда-то из стороны. Екатерина, испуганно обернувшись, чуть не уронила телефон, и в проеме ей явился Рома с его характерной ухмылкой. — Ты умеешь ругаться? Она все еще удерживала телефон в руке, из которого доносился едва слышный голос подруги, стремящейся связаться с Петровой, но она неясно глядела на Пятифана. На ее лице отразилось множество эмоций: страх, гнев, печаль. Казалось, что она готова вот-вот проронить слезы. Её сердце сжималось от беспокойства, ведь ей грозило исключение из школы всего ещё за несколько двоек. Контур внутреннего гнева начал плавно, но неотвратимо проявляться на ее лице. Вершина ярости стремительно достигла своего пика. Она разозлилась абсолютно на всё: на Антона, на его проклятую школу, на учителей и на этот порочный мир. Рома стоял неподвижно, словно вросший в землю, но в конечном итоге приблизился, обнял её крепко и даровал ощущение умиротворения и уверенности. Его прикосновения, полные нежности, словно проникли в самое глубину сути, создавая уверенность, что все будет хорошо, даже лучше, чем она могла себе представить. Пока он успокаивал её, в душе зрела мысль задать вопрос, который тревожил, хотя и не слишком. Она с удивлением наблюдала за тем, как он воспринимает мир вокруг, как ведет беседу. Он был подобен холодному куску льда, не поддающимся теплоте эмоций. —Ты всегда такой равнодушный? — вздохнула Екатерина в грудь парня. — Я просто иногда не понимаю, что ты чувствуешь. —Это не мое — сухо пробормотал Рома. — Я не люблю делиться своими эмоциями. —Почему? — девушка взглянула в его глаза. —Зачем? — спокойно произнёс Пятифан, взгляд его остался холодным. — К чему эти вопросы, Кать? Обмен эмоциями лишь ослабляет связь и затрудняет понимание. Оставаясь в его объятиях, она обдумывала, как продолжить свой разговор. "Как же ловко он уклонился от моего вопроса", – мелькнула мысль в её голове, но она решила не произносить ни слова. —Я чувствую себя одиноко в твоем молчании… — тихо сказала Екатерина, её голос звучал оскорбленным. — Я хочу, чтобы мы были ближе, чтобы мы могли разговаривать о наших чувствах и переживаниях. Рома задумался на мгновение и опустил глаза, словно пытаясь скрыть истинную мысль. —У меня есть свои темные моменты в прошлом. Но это не оправдание, это просто часть меня. Петрова вышла из объятий, пребывая в полном смятении от неясности намерений и дальнейшего развития их отношений, как его это постоянное молчание. Уже потянувшись к дверной ручке, она замерла, услышав за спиной голос, полный сожаления. —Извини. "Это не ответ". Подумала она и скрылась за дверью.