Сестра

Погода в этот день была настоящим благословением для семейства Петровых: солнце сияло в полном своём величии, и плюсовая температура в пятнадцать градусов разгулялась за окном, словно приглашая к празднованию на свежем воздухе. Это было событие столь редкое, что трудно было упустить возможность насладиться им в полной мере. На кухне царил настоящий вихрь активности. Екатерина и её мать, преданные своим делам, усердно трудились над созданием праздничного стола, наполняя его изысканными закусками и разнообразными салатами. Антон и бурят не оставались в стороне; их руки тоже трудились, но уже на улице. Они без усталости выносили столы и стулья, подготавливая всё необходимое для предстоящего торжества. —Доченька — тихо произнесла мать Екатерине. — У меня есть для тебя подарок. —Ма, я уже получила от тебя подарок. Твое присутствие — радостно сказала девушка хотя в её голосе звучала горечь. —Я понимаю, что в последнее время я никак не участвовала вашей жизни с Антоном. Прости меня. Прими этот скромный подарок. — произнося эти слова, женщина протянула ключи. — Мама… — в полном восторге и потрясении пробормотала Екатерина, прикрывая рот рукой. —Знаю, что хочешь в Москве поступать, вот приобрела для тебя квартиру. Пусть она и находится не в самом цент… — Спасибо! — воскликнула Петрова, с радостью обняв свою мать. *** Родные и близкие друзья постепенно заполняли задний двор, создавая атмосферу уюта и тепла. Гостей было не слишком много, но вполне достаточно, чтобы праздник приобрёл особое очарование. Петрова, полная забот и волнения, неутомимо металась между домом и двором, расставляя подарки, которые щедро приносили приглашённые на этот торжественный день. Одноклассницы в тайне от всех укрылись в уголке, где, наслаждаясь атмосферой праздника, потягивали спиртные напитки. Смех и живое общение разливались вокруг, создавая ощущение, что этот день особый, за которым стоит многолетняя дружба. —Катя, я тебя люблю! Мы ваще все тебя любим, ты самая классная подруга на свете — с искренним теплом произнесла одна из девушек, поднимая бокал. —Спасибо, Вер — улыбчиво произнесла Петрова и с хохотом продолжила — Ей больше не наливаем. И тут же весь двор наполнился заразительным девичьим хохотом. —Я только одного не пойму, день рождение же твой, так? — светловолосая кивнула. — Почему твой брат своих друзей позвал? —Он тоже мой знакомый — пожимая плечами, ответила Екатерина. Вернувшись к праздничному столу, никого не тревожили вопросы о том, где же скрывались девушки — их отсутствие оказалось незаметным. В стороне у мангала трудился дядя, увлечённый жаркой мяса. Девушка с интересом наблюдала за его работой, и он, заметив её взгляд, добродушно усмехнулся, прижав указательный палец к губам. Этот невидимый жест вызвал у неё лёгкую улыбку, напомнив о недавних школьных событиях. Брат с сестрой обменялись взглядами, наблюдая, как мастерски бурят осыпает мать комплиментами, вызывая её весёлый смех. И вот, как яркий свет в тени, телефонный звонок нарушил идиллию, и в поисках уединения девушка покинула шумное общество, отойдя в сторону. —Привет… Ещё раз с днём рождения — повторил свои слова Рома, который ночью в сообщениях поздравил Екатерину. —Спасибо, ты точно не сможешь прийти? — грустно спросила Петрова, наблюдая за гостями. —Постараюсь, но не обещаю — вздохнув, ответил он. — Как хоть отмечаете? —Твой друг подкатывает к моей маме — Рома рассмеялся, а девушка подхватила этот мелодичный смех. — Тебя не хватает… Екатерина застыла на месте, когда её взгляд упал на Никиту, который приветливо и дружелюбно здоровается со всеми. Вероятно, он прибыл за своей матушкой, также присутствующей на празднике, которая общается с мамой Петровой. —Подожди — Петрова машинально приложила телефон к груди, когда бывший оказался почти в двух метрах от неё. —С днём рождения — скромно произнёс он и протянул красивый пакет. —Спасибо — улыбнулась она и приложила телефон к уху. — Я тут. —Мне идти надо, я приду, как смогу — обнадеживающее пробубнил Пятифан. —Хорошо. Два дня назад, когда произошёл непонятный разговор, они договорились встретиться в эту субботу, на чём настоятельно настаивал сам Рома. Он пообещал всё объяснить, но Петрова так и не уловила суть его слов. В тот день произошло немало событий. Безусловно, этот разговор оказал на неё значительное влияние. Однако долго держать обиду ей не удавалось; она понимала, что внешние проблемы не должны затрагивать их отношения, и стремилась сохранять ясность рассудка. Поэтому она с пониманием отнеслась к словам Ромы, и их общение оставалось прежним. Ей безумно не хватало его здесь, и она с нетерпением ждала, чтобы узнать, о чём пойдёт речь. *** День прошёл замечательно, без малейших эксцессов. К вечеру гости начали потихоньку расходиться, и лишь близкая подруга матери осталась, чтобы помочь с уборкой после праздника. После завершения уборочных работ они мирно устроились в гостиной и беседовали о чём-то. Однако беседы вскоре стали девушке неинтересны, и она предпочла оставить эту взрослую компанию. Проходя мимо зеркала, она остановилась и ужаснулась собственному виду: растрёпанные кудри, уложенные с раннего утра, теперь выглядели так, словно она только что проснулась. Растекшаяся тушь подчеркнула её усталые глаза, а ярко-красные щеки явственно свидетельствовали о выпитом алкоголе. —Милая, ты не знаешь, где Антон? — донеслось из гостиной. —А они с другом ушли прогуляться — ответила девушка, и на телефон пришло долгожданное сообщение от Ромы. Екатерина стремительно поправила свои кудри, стремясь придать им безупречный и аккуратный вид. Чтобы сгладить эффект макияжа, она нежно стерла расплывшуюся тушь собственным пальцем. Приведя в порядок мелкие дефекты, она начала осторожно открывать дверь перед собой. Перед ней предстал Рома, улыбающийся доброй и нежной улыбкой. На его плече висела спортивная сумка, а в руке он держал небольшой букет цветов. Его появление, словно мощные волны, обрушивающиеся на скалы, трепетно всколыхнуло её сердце. Она почувствовала, как щеки её ещё больше запылали. —Ты такая красивая… — почти прошептал он, протянул аккуратно цветы. —Спасибо — Петрова приняла этот букет и, как дура, забралась туда носом, чтобы скрыть свое краснеющее лицо. Рома вошёл в дом, и пока он снимал обувь, Екатерина занялась наполнением вазы и размещением букета. Проводив его до комнаты, она села на кровать, наблюдая, как он копается в сумке. Из неё он извлёк незначительно помятый подарок и протянул его девушке, после чего сам уселся рядом, облизав губы, готовый к началу важного разговора. Для Ромы было непривычно открываться и рассказывать о себе, о своей жизни и отношениях с родителями, кроме близкого друга никто и не знал. Стыд за отца, чей отпечаток явно оставил след в его жизни, был для него особенно болезненным, именно его влияние сформировало его самого. Рома никогда не гордился этим, но наслаждался тем образом, который он создавал в глазах окружающих. Ему предстояло рассказать Екатерине о себе, и пусть будет, что будет — он был готов к любому исходу, ведь он не впервые сталкивался с разочарованиями и хаосом в жизни. С того момента, как Рома начал свой рассказ, он переживал как никогда прежде. Начал издалека, прося не перебивать и оставлять все комментарии до конца, ведь каждое слово давалось ему с трудом. Сначала Екатерина не поверила, приняв всё за шутку, но увидев его серьёзное лицо, осознала, что это не так. После продолжительного рассказа она быстро собрала свои мысли, осознав, что её слова будут иметь вес и значимость. —Я против насилия, но с собой ничего не могу поделать, я влюблена в тебя по уши — улыбаясь, произнесла девчушка и прильнула к губам Пятифана. —Кать — прервал её поцелуй парень, взявшись за голову, словно пытаясь отстраниться от её признания. — Я не хочу, чтобы эти отношения приносили тебе боль. —Стой, ты же не хочешь расстаться? — обеспокоенно спросила Петрова, заметив неопределённые эмоции на лице парня. — Это я должна… Ну, то есть. Ты вообще охренел? Я прямо тебе говорю, что люблю тебя и хочу, чтобы мы были вместе. —Просто… зря я тебе это рассказал, — раздражённо произнёс Пятифан после долгого молчания, уже собираясь уйти, схватив сумку. —Не смей уходить, — женская рука остановила его и, повернувшись к ней, он увидел её недовольный взгляд. — Если уйдёшь сейчас, мы больше не увидимся. Снова Екатерине предстоит вникать в неясные намёки. Рома — завуалированный непроницаемой маской безразличия, не в силах выразить свои чувства. Его молчание, как мрачное покрывало, всегда настораживало её, порой вызывая сомнения. Каждый раз, когда она пыталась проникнуть за эту непроницаемую стену, её усилия лишь укрепляли его барьер, словно он стремился возвести непробиваемое препятствие между собой и миром. Она наблюдала за его поведением в различных ситуациях. Сдержанность, недосказанность, та же холодность, трудно игнорируемая, — вот что она видела. Его внутренний мир казался столь сложным и запутанным, что он сам не мог найти к нему ключ. Долго размышляя, Рома стоял, одержимый эмоциями, изнурённый от беспокойства и боли. Не выдержав больше, он крепко обнял Петрову и зарыдал ей в плечо. Девушка была потрясена, её сердце сжалось от неожиданности. В его слезах и всхлипываниях было что-то настолько искреннее и уязвимое, что ей стало больно за него. Её собственные глаза заполнились слезами, а в груди разорвался комок. Екатерина осознавала, что Рома накопил в себе горе и боль, которые долгое время скрывал. Его эмоциональный взрыв был последним штрихом в картине, которую она пыталась понять. В такие моменты, когда человек открывается так откровенно, становится ясно, сколько неизреченного и нерешённого скрыто внутри. Для неё это было тревожно. Его внутренний мир рушится. Осторожно погладив Рому по спине, Екатерина старалась быть для него опорой, несмотря на собственное волнение. Её эмоции переплетались с его, хотя она старалась не позволять слезам выходить наружу. Сильные чувства, которые она переживала, были одновременно и трудными и необходимыми. Это было начало пути, который мог привести к глубоким изменениям и пониманию, и она была готова пройти его вместе с ним.