Иногда...

Иногда я думаю – вдруг я никогда не напишу картины лучше «Конца света»? Странно, наверно, о таком сюжете говорить «лучше», но для художника все краски важны. Печаль, боль, безнадежность – тоже часть этого мира. Некоторых творцов белый лист пугает. Мне же на него смотреть почти больно. Я не знаю, что на нем появится, но точно знаю, чего точно не будет. Казалось бы, ничего сложного, достаточно вспомнить любой из лично пережитых армагеддонов – а в работе сэйлор-воина это случается не реже раза в год – и срисовать с натуры. Одна беда, не доставали настоящие концы света по силе воздействия до картины, созданной на одних снах и предчувствиях. Словно я-прежняя, только что пробужденная юная воительница, вложила весь свой страх и отчаяние в картину. Да, воин избавился от страха. А художник – потерял одну из красок. Конечно, есть еще другие сюжеты и чувства. Быстро рисую контуры лица и руки, складки простыни, наношу тень. Не могу удержаться: растушевываю полутени и ластиком намечаю рефлексы. Все, хватит. Может, это суеверие, может, просто вера в судьбу, но я еще не закончила ни одного твоего портрета. Сейчас еще один набросок отправится в ящик в стенной нише. Ты шутишь, что одних набросков хватит на музей. Пусть так, но я боюсь лишиться самой дорогой краски. Когда ты вечером за ужином на двоих опять попросишь нарисовать счастье, я снова промолчу. Лучше я сыграю тебе его на скрипке. Музыка не оставляет следов, музыка существует лишь здесь и сейчас и не может себя исчерпать. Она неизменно неповторима. Но если бесконечной жизни сэйлор-воина хватит, чтобы дождаться настоящего конца света… Если не хватит сил, надежды и любви предотвратить его - за секунду до конца я попрошу Сэйлор Плутон остановить время и напишу картину счастья. Я уже почти знаю, как она будет выглядеть. И художник будет считать свою миссию завершенной.