Power

Период Эрика. — Бей сильнее, чёртов идиот. Хоуп никогда не оскорбляла Эрика. Всех неофитов вместе — да. Своих солдат — постоянно. Но Эрику она не сказала бы и слова поперёк. Прошёл месяц с начала их тренировок. Он медленно, но верно превращался из милого, стеснительного парнишки в сильного, стойкого мужчину. Его тело становилось крепче, а моральное состояние стремительно катилось в пропасть. Нервы сдавали у Эрика — а значит, и у Хоуп тоже. Его невинность и мягкость переплетались с нарастающим психозом и хроническим недосыпом, понемногу сводя его с ума. Через три дня начинался первый этап испытаний. Эрик должен был пройти экзамен на физическую силу, а значит — вступить в бои. К удивлению Хоуп, его поставили в пару не с Фором, как она ожидала, а с этим напыщенным индюком из Искренности. Перебежчик, уступавший Эрику в силе, но обладавший острым языком и, если быть честной, немалым потенциалом. Ему бы меньше говорить и больше работать над собой — но он, разумеется, делал наоборот. Хоуп он не нравился. Но она не могла позволить себе открыто показывать своё презрение. Кстати, о Хоуп. Последнюю неделю она сходила с ума. Бесстрашные солдаты, патрульные и даже Лидеры не могли найти человека, который слил оружие изгоям. Из-за этого они смогли взорвать детский сад в Дружелюбии. К счастью, было уже поздно, и детей там не оказалось. Но жертвы всё же были. Погибли воспитательницы из Дружелюбия и пара старых Бесстрашных охранников. Прошло уже достаточно времени, но их человек среди афракционеров сообщил лишь одно: изгои заполучили ключ от оружейного амбара в Искренности. Однако предатель, передавший его, явно был Бесстрашным. Хоуп больше не выдерживала. Мысли и догадки взрывались в голове, словно порох в патроне. Недосып только усугублял ситуацию. Она всё чаще срывалась на Эрика. — Ладно, всё, — выдохнула она, опускаясь на землю и жёстко потирая лицо руками. — Можешь идти, малыш. Эрик нахмурился. По её лицу было видно, что что-то не так. — Лидер, ты в порядке? — Что я тебе сказала? — Хоуп резко вскочила, в её голосе зазвенела злость. Она кивнула в сторону двери. — Проваливай. Мне нужно побыть одной. Встанешь со всеми на общем подъёме. Эрик не стал спорить. Просто развернулся и вышел, не попрощавшись. Он не обиделся — да и зачем? Она его Лидер, а значит, может кричать на него сколько угодно. Глупо, но он принимал это как должное. Добравшись до спальни неофитов, Эрик рухнул в постель прямо в форме. Как только его голова коснулась подушки, он тут же заснул. Даже не заметил, что кровать рядом пустовала. — Ты в порядке, Лидер? Сначала Хоуп решила, что это Эрик вернулся, чтобы добить её своими расспросами. Но, обернувшись, поняла — это не он. Перед ней стоял Фор. Сонный, будто и вовсе не ложился, с помятым лицом и взъерошенными волосами. Она выдохнула, снова опустилась на пол, скрестила ноги и села поудобнее. — Почему не спишь? — её голос был пропитан усталостью, а в глазах застыло раздражение. — Вышел прогуляться, услышал крик. — Ладно, убогий, — она медленно оглядела его с головы до ног тяжёлым взглядом. — Не буду тебя ругать. Фор ухмыльнулся. — Знаете, Лидер, дам вам дружеский совет… — Думаешь, мы друзья? — в её голосе мелькнуло что-то похожее на насмешку. — Ну… вы мне показались довольно доброжелательной. Он сам не поверил в свои слова, поэтому коротко хмыкнул. Хоуп тоже усмехнулась. — Ну раз я такая доброжелательная, давай, выкладывай. Фор в ту же секунду посерьёзнел. Он взглянул ей прямо в глаза, и его выражение стало удивительно мягким, почти тёплым. — Вы напряжены. Пустите всё на самотёк — и всё наладится, — он улыбнулся, но в этой улыбке не было ни тени насмешки. Только искренность. — Вам не надо быть идеальной, чтобы быть хорошим Лидером. Вы уже отличный человек, сильный солдат и самая молодая женщина-лидер во фракции. Это уже многого стоит. Фор не стал ждать ответа. Просто развернулся и направился к двери. Их разговор продлился всего пару минут, но этого оказалось достаточно. Он почти вышел, когда услышал её голос. — Эй, Фор… Он не видел её лица, но что-то в тоне Лидера заставило его остановиться. Она не плакала. Ещё нет. Но её голос дрожал. — Спасибо. Фор кивнул в пустоту и вышел. Всё наладится.

***

Большая капля пота стекает по виску, смешиваясь с кровью. Тело Эрика блестит от влаги, голова гудит от бесконечных ударов, а солоноватый привкус железа во рту вызывает тошноту. Он сидит на своём противнике — кажется, его зовут Нэйтон, но думать сейчас слишком трудно. Голова забита не мыслями, а тупой, пульсирующей болью. Эрик жесток. Его удары вырывают из Нэйта остатки сил, выбивают дурь и упрямство. Парень пытается вдохнуть — не выходит. Пальцы бывшего Эрудита обхватывают его горло железным капканом и давят, давят со всей силы. Хоуп наблюдает. Ни грамма беспокойства на лице — только лёгкое раздражение. Бой длится уже десять минут, хотя Эрик мог бы уложить его за шесть. В глазах Лидера — холодная сосредоточенность. Она смотрит на руку Нэйта, которая, вопреки всему, спокойно лежит на бедре Эрика. Не сдаётся. Он знал, что проиграет. Но выбрал бессознательное состояние вместо капитуляции. И это, как ни странно, вызывало уважение. Хоуп отметила это про себя. Все её нелестные мысли о Нэйтоне исчезли окончательно. Внутри даже появилось желание похвалить его, но нет. Обнаглеет. Хоть он и проиграл, своё место во фракции заслужил. Она об этом позаботится. Как и ожидалось, Эрик побеждает. Он поднимает голову и встречается взглядом с Лидерами. Хоуп молча кивает. Никаких эмоций на лице, хотя внутри ликует. Недовольна некоторыми его показателями, но это всё же успех. А Эрик… Эрик счастлив. Он прошёл этот этап. Теперь — подготовка к командной игре. Потом — бой Фора. Его противник — девушка, урождённая Бесстрашная. Крупнее, мощнее, а на её фоне худощавый Фор кажется совсем щуплым. Но сила — не его оружие. Его козырь — скорость и ловкость. И он этим пользуется. Фор не бьёт в лоб. Он маневрирует, уклоняется, предугадывает удары. Проскакивает под её рукой, ставит подножки, заставляет оступаться. Он играет с ней, истощая медленно, но верно. К тринадцатой минуте она обессилена. Её тело тяжело поднимается после каждого падения. Она задыхается, но идёт в бой снова. И именно тогда Фор наносит решающий удар. Он валит её на землю и бьёт. Раз, два. По лицу. Ещё. Пока она не отключится. Или не сдастся. Она сдаётся. Три коротких удара по его руке. Фор мгновенно останавливается. Девушка тяжело дышит, кровь на её лице смешивается со слезами. Она кричит хриплым, сорванным голосом: — Я сдаюсь. Всё. Фор победил. Но не обошёл Эрика. Его бой длился дольше, и теперь он на втором месте. Хоуп знает, что будет дальше. Они подерутся за первое место — так случается почти каждый год. Те, кто сражаются за лидерство, почти всегда становятся заклятыми врагами. Но ей это не важно. Она намеренно доведёт до этого боя. Ей нужен сильнейший. Один пойдёт на Стену — туда, где нужны солдаты, которые превосходят даже Лидеров. Второго она усадит в кресло. Исход почти очевиден. Но этот бой состоится. Она позаботится об этом.

***

Хоуп верила. Это было скорее символично, но вера в своих неофитов у неё всё же была. Пусть не все прошли первый этап, её протеже справился быстро и уверенно. Конечно, впереди ещё отсекающие бои — избавление от самых слабых. Но в этом Лидер уже не будет участвовать. Она быстро шагает по коридорам Бесстрашия, просачивается между толпами — разных лиц, разного цвета волос, разного смеха. Локтем пихает кого-то в бок, кого-то толкает обеими руками, не замедляя шаг. Она должна быть на балконе. Как Третий Лидер и наставник Эрика, она должна стоять рядом с Максом и другими Лидерами. Смотреть сверху вниз на неофитов, которые уже прошли половину пути. Она находит Эрика глазами. Знает, что он, скорее всего, даже не слушает речь Макса. Что всё это время пялится только на неё. Хоуп машет ему. А чтобы не было обид, одаривает лёгкой улыбкой и других неофитов. Эрик, конечно, ревнует. Не скажет ни слова, но будет смотреть с этим своим выражением. Она улыбается ему сквозь толпу. Видит, каким счастливым он выглядит. Окрылённым. Невинным. И это — проблема. Но позже. Позже она поговорит с ним об этом. Позже не наступает. Она хватает Эрика за запястье и утаскивает в сторону. Хочет сказать что-то важное, но оглушающая музыка забивает голос. Он не слышит. Принимает её слова за поздравления и гордо кивает, сохраняя на губах эту свою милую, чуть детскую улыбку. Хоуп не пересиливает себя. Оставляет всё как есть. А потом Эрик уже сам хватает её под локоть и тащит вперёд, буквально волоча за собой сквозь лабиринты Бесстрашия. Она просто бежит за ним. Потом резко останавливается. Музыка исчезла. Эрик и Хоуп в тату-салоне. — Хочешь набить тату? — О нет. Для этого ещё рано. Эрик проходит к девушке, развалившейся в кресле, и спрашивает: — У вас тут делают пирсинг? — Хэй, Лидер, тоже твой мальчик? Тори поднимается и, игнорируя Эрика, проходит прямо к Хоуп, пожимая ей руку. — Продырявить ему что-то? Хоуп тихо смеётся. Она почти слышит, какие мысли сейчас летают в голове Эрика. — Дырявь ему всё, что он пожелает. Тори пожимает плечами и усаживает его в кресло. — Где и что хочешь? — спрашивает она, на автомате подготавливая инструменты. — Тату? Другая стрижка? — Ненавижу эту херню с преображением, — бурчит Хоуп, оглядываясь. — Да ладно, Лидер, это же прикольно! Эрик звучит так, будто у него язык ватный. Нет, он не пьян. Просто перевозбуждён. Хоуп закатывает глаза. — Ладно. Ты сиди. А я осмотрюсь. И уходит в глубь салона. Третий Лидер прошла через весь салон, улавливая низкое, ровное жужжание тату-машинки. Новая разработка Эрудиции. Без боли. Только лёгкое покалывание. Вся татуировка набивается сразу, за один раз. — Кто здесь? Хоуп замерла на секунду, узнав голос. Фор. Она даже удивилась, насколько рада его слышать. Он всегда ей импонировал. Сильный, целеустремлённый, умный. Просто хороший парень. Их недавний разговор всё ещё тепло отзывался в её голове — он действительно тогда её успокоил. — Это я, Фор. Она заходит внутрь и садится в кресло рядом. Фор лежит на животе на широкой кушетке, а на спине закреплён этот гаджет — новая тату-машинка, если её можно так назвать. — Хотела просто поздравить с победой, — говорит она, облокачиваясь на спинку. — Я горжусь вами. Фор поднимает голову, явно удивлённый. Он не ожидал таких слов. Хоуп всегда казалась скупой на похвалу. К счастью, он ошибался. — Спасибо, — отвечает он, голос чуть тише обычного. — Без вас и наших инструкторов у меня бы ничего не получилось. Хоуп не отвечает. Просто улыбается и, наклонившись, треплет его по волосам, прежде чем встать. Перед уходом она оставляет что-то на стуле, рядом с его футболкой. Маленькую бело-синюю карту. Чёрные буквы на ней складываются в одно слово: «Склад». — Увидимся послезавтра, Фор. Она выходит. Фор молча смотрит на карту, ощущая, как что-то тёплое медленно разливается в груди. И ему отчего-то кажется, что это не к добру.

***

Прошло всего несколько дней, но казалось, будто время замедлило ход. Одиночные бои среди тех, кто был ниже в рейтинге, всё ещё продолжались, а значит, основные неофиты получили внеплановый отдых. Но не Эрик. Он не мог сидеть без дела. С каждым ударом по груше напряжение в его теле немного ослабевало, но в голове всё равно гудело, словно после долгой бессонницы. Пока он бил, бил и бил, не чувствуя усталости в сжатых кулаках, воздух в зале внезапно изменился. Стал плотнее, гуще, горячее. Звук каблуков на металлическом полу. Ровный, уверенный ритм. Эрик тут же остановился, опуская кулаки. Его дыхание сбилось, но не из-за тренировки. Хоуп. Она не остановилась, не замедлилась, просто прошла прямо к нему, словно не замечая ничего вокруг. — Как я выгляжу? Она плавно развернулась перед ним, давая возможность разглядеть себя со всех сторон. И Эрик разглядел. Чёрное платье, плотное, подчёркивающее каждый изгиб её тела. Длина — чуть выше колен. Рукава — длинные, но тонкие, почти воздушные. Чёрная вышивка по ткани — едва заметная, лишь при пристальном взгляде. Но не это заставило Эрика замереть. Открытая спина. Бледная кожа, чёрные узоры татуировок, спускающиеся вдоль позвоночника. Незнакомые символы, линии, которые хотелось изучить кончиками пальцев, проследить их путь по телу Хоуп. Бывший Эрудит не мог пошевелиться. Она выглядела… По-другому. Нет, не так. Она выглядела так, как он никогда прежде её не видел. Женственно. Но при этом по-военному собранно. Опасно. Привлекательно. Настолько, что у Эрика свело скулы. Он не понимал, что именно его поразило больше. Сам вид Хоуп или то, как естественно ей это шло. Она не выглядела так, словно вырвалась из образа хладнокровного Лидера. Напротив. В этой тёмной элегантности была та же жесткость, та же сила, что и в её обычной форме. Но теперь всё это сочеталось с чем-то ещё. С соблазнительностью. Эрик осознавал, что вцепился в неё взглядом, но не мог остановиться. Не мог. Его глаза жадно скользили по линии её шеи, по ключицам, по вырезу платья. Он замечал, как ткань обтягивает её талию, как подчёркивает изгиб бёдер. В голове, почти бессознательно, раз за разом вспыхивали образы. Они стоят рядом. Слишком рядом. Он чувствует жар её тела, её дыхание, он касается её — осторожно, пробует пальцами горячую кожу спины. Она не отстраняется. Она позволяет. Позволяет его рукам изучать, запоминать. Позволяет приблизиться так близко, что у обоих перехватывает дыхание. Эрик не осознавал, как долго погрузился в этот бредовый, мучительно сладкий транс. Щелчок пальцев перед его лицом заставил его вздрогнуть. Он моргнул. Резко вернулся в реальность. Сердце билось как бешеное. Хоуп улыбалась. Нет, не просто улыбалась. Она ухмылялась. В её глазах сверкал чистый, беззастенчивый азарт. Она всё поняла. Видела, как он смотрел на неё. Видела, какие мысли мелькали у него в голове. И ей это нравилось. Эрик покраснел. Кожа на лице загорелась, жар распространился по шее, к ушам. Как же это унизительно. Он отвёл взгляд, чувствуя себя полным идиотом. Но немой вопрос всё ещё горел в его глазах. Зачем? Почему она так одета? Хоуп, видимо, решила не мучить его долго. — Мы всем лидерским составом едем в Искренность, — спокойно сказала она, но улыбка не исчезла. — Джек Кан устраивает небольшой праздник в честь своего становления Лидером Искренности. Он пригласил только глав фракций. — Но он же стал главой Искренности почти год назад. — Эрик нахмурился, недоумение было видно за километр. Хоуп только усмехнулась, чуть склонив голову набок. — Да, но официальное имя Лидера он получил только сейчас. — Она заметила его мрачный взгляд и наклонилась ближе, понижая голос до игривого шёпота: — Не ревнуй, малыш. Я никогда не променяю своего неофита на этого невероятно горячего Лидера Искренности. У Эрика скулы свело. — Я не ревную, — буркнул он, но глаза его выдавали. — Просто заинтересован. — Если заинтересован, то почему ещё не оделся? Эрик замер. Секунду смотрел на неё, моргая, потом широко распахнул глаза. То есть… Лидер решила потащить его с собой? На встречу всех глав Чикаго? Это же просто не имеет смысла. Он — неофит. Буквально никто. Ещё зелёный, даже не прошедший до конца испытания. Неофиты — пешки, расходный материал. Они не стоят ровным счётом ничего. А теперь его, какого-то недо-Бесстрашного, берут на важный дипломатический приём? — Я что, тебе не говорила? — невинный взгляд Хоуп, пронзающий его насквозь. — Вы едете со мной. Как мои помощники. — Вы? — Эрик нахмурился. — Вы — это кто? — Ты и я, Эрик. Голос за его спиной заставил его сжать кулаки. Чёрт. Он узнал бы его в любом состоянии. Медленный, спокойный шаг. Чуть растянутые слова. Фор. Края губ Эрика медленно поползли вверх в насмешливой улыбке. — Точно, как же без тебя, убогий. Он резко обернулся и тут же заметил его новый внешний вид. Фор выглядел не так, как обычно. Чёрная футболка, пиджак того же цвета, классические брюки. Всё просто, но… неестественно хорошо на нём сидело. Как будто он всегда так одевался. И ещё. Он двигался медленно. Слишком медленно. Словно что-то болело. Эрик присвистнул, не удержавшись. — Ты самый стильный сухарь, которого я знаю, Фор. Фор только хмыкнул. — Благодари за это нашего Лидера. Хоуп с ухмылкой приложила пальцы к виску, отдавая шуточную честь. — Она дала мне ключ-карту от арсенала. Там можно было найти приличную одежду, — добавил Фор. — Всё-таки, нужно произвести хорошее впечатление на Лидеров фракций. — О, насчёт этого не волнуйся. — Хоуп скользнула руками по платью, будто разглаживая несуществующие складки. Она медленно провела пальцами по бедру, затем взглянула на них обоих, и в её глазах сверкнул опасный, издёвкой наполненный огонёк. — Вы уже произвели отличное впечатление. Ваши рожи в крови они ещё долго не забудут. Фор сжал губы. Эрик стиснул челюсть. А Хоуп лишь развернулась на каблуках и направилась к выходу. — Вы идёте или нет? — бросила она через плечо. — У нас всего час, а Эрика ещё надо приодеть. Неофиты переглянулись. Чувство, с которым Эрик следил за удаляющейся спиной Хоуп, сложно было назвать раздражением. Скорее, диким азартом. Хоуп явно не просто так тащит их с собой. У неё есть планы. А они, её верный подопечный и чертовски раздражающий будущий соперник, помогут ей их осуществить. Пришло время ехать в Искренность. И начинать честную игру.