Прощение потерявшегося человека

Ночь с субботы на воскресенье прошла также быстро, как и прошлая. Единственным, что в них различалось, было то, что на улице ходили кучи пьяных компаний, которые без всяких зазрений совести, возможно, напрочь у них отсутствующей, горланили песни и громко выясняли отношения. Проснувшись и встав с кровати, Армин облокотился на подоконник открытого окна и стал осматривать всё вокруг. Как бы это ни было очевидно, но ничего не поменялось за одну ночь. Только один ветер набрал мощи и стал сильно качать из стороны в сторону верхушки деревьев, хотя это он должен был сделать ещё вчера, если верить примете, что на следующий день после красного заката поднимается страшной силы ветер. — Было бы неплохо ещё раз сходить прогуляться, раз сегодня будет не так жарко, благодаря ветру, — начал думать про себя Армин. — Но согласятся ли Эрен с Микасой снова меня сопроводить? В любом случае надо попробовать их попросить. Позавтракав и закончив все утренние процедуры, Армин быстренько отпросился у родителей, а затем собрался и пошёл к дому Микасы с Эреном. Когда парень подходил к подъезду, то с удивлением нашёл своих друзей, стоящими на крыльце дома. — О, Армин, привет! Мы к тебе как раз идти собирались, а ты сам пришёл раньше нас. — Ну вот так получилось, — с немного смущённой улыбкой ответил Армин. — А мы можем снова сходить туда? — Туда это куда? — спросил Эрен. — Ну на пруд, как вчера. — А, туда, — тут Эрен ненадолго задумался. — Ну, не знаю, если только Микаса будет не против. Микаса, ты пойдёшь? — Да, — коротко ответила она. — Тогда пошли. После они все втроём направились в тоже место, что и вчера. Армина вновь стал мучить вопрос, почему Эрен так просто соглашается вот уже второй день подряд? С Микасой всё ясно, куда Эрен, туда и она, но что с ним не так? Может, он настолько соскучился, что будет не против любого предложения? Пока не ясно, но возможно, потом станет известно чуть больше. Придя на место, все втроём уселись у воды и просто смотрели по сторонам, не разговаривая. Из-за сильного ветра на пруду поднялись волны, на вершинах которых белела небольшая пена, а кроны деревьев громко шумели, но они продолжали защищать землю от солнца. Друзья просидели в молчании минут пять, пока Эрен наконец не сказал: — Ребят, ну хватит уже просто так сидеть. Давайте лучше в карты поиграем. — А тебе не кажется, что ветер нам будет мешать? — задала Микаса вопрос на предложение брата. — Так мы можем отойти немного за деревья. Там есть небольшое углубление, и так нас от ветра будут защищать не только деревья, но ещё земляная преграда, — предложил Армин. — Тогда пошли, чего ждать? — поднимаясь, предложил Эрен. Все трое нашли то углубление и расположились так, что при игре в карты Микаса ходила на Эрена, он атаковал Армина, а затем последний ходил подругу. Эрен быстро перемешал колоду карт, раздал всем по шесть штук, потом сложил стопку и вытянул карту, масть которой становилась на эту игру козырной. После, все подняли и осмотрели карты, затем по меньшинству козырной определили, кто начнёт ходить первым. Если говорить проще, то стали играть в самого обычного «дурака». Через десять партий Эрен отложил карты и сказал: — Что-то мне надоело. Давайте чем-нибудь другим займёмся. — А почему тебе надоело? — Понимаешь, Армин, постоянно выигрывать неинтересно. Я из десяти партий вышел первым в пяти, в остальных вторым. — А ты поменяйся с Микасой местами, и станет интереснее, — предложил Армин. — Ты уверен? — Точно уверен. — Ну хорошо. Поменявшись местами с Микасой, игра для Эрена неожиданно преобразилось. Сам для себя он открыл причину своих побед: Микаса ему поддавалась и несильно давила картами при атаках, как это делал Армин, играющий очень рассудительно. Он не выкидывал всё, что у него было сразу, он копил силы для конца игры, и вот тогда при помощи расчёта умудрялся выигрывать даже в плохих для себя ситуациях, проиграв за десять игр только единожды. И вот попадая под хорошо спланированные атаки друга, Эрен нередко был вынужден принимать карты или еле отбивался. Так счёт при дальнейшей игре повернулся в сторону Микасы и Армина. Постепенно поражения стали сказываться на настроении Эрена: после первых пяти поражений он начинал уже сильно злиться, что пытался скрыть, но это ему не удавалось. Заметив это, Микаса с Армином стали поддаваться Эрену так, чтобы он не заметил, и им это удалось. После серии побед, ничего не подозревающий Эрен вновь стал весел и менее серьёзен. Наконец всем игра надоела, потому они все вместе собрались домой. По дороге Армин вновь предался разным мыслям: «Почему Микаса всё время следует за Эреном? Похоже, что она настолько сильно его любит, что хочет всё время быть вместе с ним, она ему беспрекословно верна. Да, это кажется отчасти странным, сводная сестра, настолько сильно любящая свободного брата, но любовь лучше всего объясняет её поведение. Тогда что имел ввиду Жан, когда назвал её мадмуазель? Хотел произвести впечатление? Похоже на то, но для чего именно? Просто так, или у него появился большой интерес к ней? Если последнее, то его ждёт большое разочарование, ведь Микаса на него даже и не посмотрит, её сердце уже занято Эреном. Как бы из-за этого они не стали драться, а то Эрен уже явно настроен к Жану враждебно. Надеюсь, что всё обойдётся без драк». Не заметив сам, с этими мыслями Армин дошёл до дома, где его оставили Микаса с Эреном, и они направились к себе домой. — Как считаешь, о чём так сосредоточено думал Армин? — отойдя на приличное расстояние, спросил Эрен. — Не знаю, он всё время чем-то занят, особенно, если его не трогать. Я это давно заметила. — Да я тоже, только не всегда понятно, что именно у него в голове, а спросить неудобно. — Тогда просто предполагай. — Понятное дело.

***

Вечером Армин собирался на завтрашние занятия в школе, а потом от скуки то читал, то смотрел телевизор. Наконец, стрелка часов подошла к 9 вечера, и он отправился спать. Жара всё также не давала закрыть окно, а ветер сильно колыхал шторы. Разные мысли лезли в голову, не давая спать. Армин страдал от этого каждый вечер, и единственным проверенным долгой практикой способом спасения было полное отключение головы, только тогда удавалась спокойно уснуть. Также случилось и в тот вечер.