FERRY-LOVE-BOAT

CARINA’S POV Когда я смотрела на Майю, я видела в ней одного из самых сильных людей, которых я знала, и хотя ее физическая сила была поводом для вздохов, ее эмоциональная сила вдохновляла и заставляла меня хотеть ее еще больше. Мне никогда не нравились люди, которые были поверхностными и хотели всегда выглядеть идеально, и когда Майя начала открываться мне — мало-помалу — я была еще счастливее, осознав, что к этому великолепному телу прилагается реальный человек. Нелегко было думать, что для того, чтобы наши отношения работали, нам обоим придется немного отказаться от контроля; я наслаждалась получением удовольствия не меньше, чем другой человек, но когда я перестала думать об этом после той ночи, когда у меня почти был секс с Майей, я поняла, что даже когда у меня кто-то находится между ног, заставляя меня стонать, я пытаюсь контролировать ситуацию, и это было не то, чего хотела Майя. Она хотела, чтобы я сдалась. Я хотела ее так же, и я была более чем счастлива, когда мы разговаривали на станции несколько дней назад во время снежной бури, и она сказала мне, что готова пойти на компромисс, если я тоже буду готова. Это было логично. Это был правильный поступок. Я бы сделала это для нее, даже если бы это означало полностью разрушить мир моей зоны комфорта. Сейчас я ходила по кухне, собирая помидоры, чтобы приготовить домашний томатный соус — по особому рецепту моей бабушки — для того, чтобы сделать лазанью, которую я готовила, еще более особенной. Готовка была для меня терапевтическим занятием; я делала все автоматически, позволяя своему разуму освободиться, а беспокойство рассеивалось с каждым ударом ножа. Через несколько минут раздался звонок в дверь, и мне пришлось убавить огонь, на котором готовились помидоры, чтобы проверить, кто стоит по ту сторону моей двери. -Андреа! -улыбнулась я, увидев брата. — Что ты здесь делаешь? -Не такого приема я ожидал. — Он засмеялся, когда я позволила ему войти в дом. Он был слегка промокшим от мелкого моросящего дождя, который шел в тот полдень. — Кажется, мы сто лет не виделись! -Не преувеличивай! — Я закатила глаза и рассмеялась. — Ты ординатор, именно у тебя нет времени навестить меня, и ты всегда занят в больнице с Мередит Грей. -Почему ты так к ней придираешься? -Я не придираюсь к ней! Я придираюсь к тебе! — Я легонько шлепнула его по затылку, прежде чем пройти мимо него и направиться на кухню. -Не пора ли и мне начать придираться к тебе. — Я вернулась к помешиванию в кастрюле, но повернула голову в его сторону, подняв одну бровь в немом вопросе. — Возможно, о твоей предстоящей смене профессии. -Что? — переспросила я. — Я не собираюсь менять профессию. -С учетом того, сколько времени ты проводишь в здании 19-й станции, я подумала, что ты собираешься оставить медицину и стать пожарным. — Он рассмеялся мне в лицо, и мои щеки запылали. -Я не провожу там много времени! Я была волонтером один раз, а на днях пришла туда, чтобы оказать услугу Тревису, который хотел получить несколько советов о том, как принять роды, если они не смогут вовремя добраться до больницы. — Я попыталась защититься, но слова выходили быстро и немного невнятно из-за моей нервозности. -Так ты поехала туда строго в профессиональных целях? — спросил он. -Да. -Я солгала. -Так вы не видели там Майю? — Он снова спросил. -Она там работает, Андреа! Конечно, я увижу ее там. -Хорошо, значит, ты не целовала Майю ни разу из тех двух раз, когда был там, ну, знаешь, в строго профессиональных целях! — Он вызывающе прищурил глаза, он ожидал признания, которое я не хотела давать и думала о том, чтобы солгать, но как только я почувствовала, что мое лицо становится все горячее и горячее, я поняла, что мой румянец был достаточным ответом на его вопрос. Да, был поцелуй или два, когда я навестила ее на станции во второй раз, но это не было чем-то слишком интенсивным, просто нежное трение наших губ, далекое от страсти нашего первого поцелуя или ночи нашего первого свидания, и знание того, какими восхитительными были ее горячие поцелуи, не помогло моему самоконтролю, в моей голове постоянно звучал голос, призывающий меня двинуться дальше, но я была полна решимости не торопиться. -Это не относится к делу. — Я попыталась убежать от темы. -Ты влюбляешься в Майю! Просто скажи это! — Он рассмеялся и прислонился к дверному косяку кухни, скрестив руки на груди. -Андреа! -Я застонала, прежде чем переставить сковороду в раковину, рядом с сервировочным блюдом, на которое я должна была выложить лазанью. -Что? Просто признай это! -Нечего признавать. — Я устала быть в центре темы этого разговора. — Она интересная женщина, и мы только начинаем узнавать друг друга, вот и все. -Карина, ты ни с кем не вступаешь в стадию «знакомства»! Это очень важно! — Он говорил позади меня, и я не могла понять, смеется ли он надо мной или действительно серьезен, и не повернулась к нему, чтобы проверить. — В любом случае! Я пришел сказать тебе, что уезжаю на выходные, Нико и другие жители попросили меня пойти в поход. -На улице холодно! — Я быстро повернула голову в его сторону, прервав свой процесс приготовления пищи. — Ты потеряешь палец на ноге в походе в такой холод. -Карина, я привык к погоде в Сиэтле. Это тебе нужно воспринимать холод как новую норму. — Я не могла сдержать хмурый взгляд, который образовался на моем лице. — Хотя теперь у тебя есть горячий пожарный, чтобы согреть тебя, так что, думаю, теперь ты не будешь так часто жаловаться на холод. -Андреа! -Я завизжала, так как была ошеломлена его смелыми словами, мой брат ненавидел, когда я говорила о чем-либо, что имело отношение к сексу, я едва узнала его после этой фразы. -Я ухожу! Я ухожу! — Он поднял обе руки перед собой в знак капитуляции, продолжая тихонько смеяться. — Увидимся в понедельник. -Береги себя, возьми одеяла и теплую одежду, и не забудь закрыть палатку перед сном, и разведи костер, и… -Карина! Дыши, все будет хорошо! Если в ближайшие два дня от меня не будет вестей, это из-за плохого приема в том месте. — Он подошел ко мне, тепло, но быстро обнял и поцеловал в висок, после чего направился обратно к двери. — А Карина? -Да? -Я подняла глаза на него. -Мне она нравится, вы хорошо подходите друг другу. — Он улыбнулся в сторону, и, хотя я смутилась, я тоже улыбнулась. -Спасибо. Как только Андреа покинул мой дом, я вернулась к процессу приготовления лазаньи, тщательно делая каждый слой, чтобы заполнить блюдо так, как мне нравится, и когда я поставила его в духовку, я решила, что у меня достаточно времени, чтобы собраться без спешки. Я провела щеткой по мокрым волосам и уставилась на свое отражение в зеркале, набравшись смелости, чтобы начать сушить их, и как только с волос перестало капать, я надела теплую одежду и вернулась на кухню. Итальянцы показывают свою привязанность через еду, так меня учили, и так я буду учить своего бамбино в один прекрасный день. И была одна блондинка, к которой я хотела постоянно проявлять свою привязанность, я так много думала о Майе, что даже когда спала, она не исчезала из моих мыслей — наоборот, именно во сне сбывались мои желания и фантазии, в то время как в реальной жизни мы не торопились. Я села в машину — Майя наконец-то проводила меня в автосалон, и я не стал адолго выбирать, мне нужна была удобная машина, которая могла бы как можно скорее оказаться в моем гараже — и убедилась, что тарелка с лазаньей должным образом разместилась на сиденье рядом со мной, прежде чем я завела ее и направилась к станции 19. -Что это за запах? — спросила Вик, торопливо спускаясь по лестнице. Тревис стоял с мечтательным выражением лица, глядя на блюдо с лазаньей, которое я поставила на стол для приема гостей. -Итальянская богиня пришла в гости и принесла еду! — взволнованно обратился к ней Тревис. — Не просто еду, она не сделала бы этого, будучи смертной, она приготовила эту лазанью с нуля! -Я должна согласиться с Тревисом, ты не можешь быть человеком! — Вик говорила, но ее глаза не отрывались от лазаньи. — Здесь не хватает кусочка. -Я знаю, что Майя обычно не подходит поесть в нужное время, поэтому я отделила для нее кусочек, чтобы она могла съесть его в своем кабинете, если захочет. — Я объяснила и надеялась, что они не станут делать из мухи слона. -Ты правильно подумала, Майя ужасно не любит спать и есть, пока она дежурит с нами. — Вик сказала. — Можно мы отнесем это наверх и съедим? -Да, конечно! — Я рассмеялась, когда Вик и Тревис возбужденно захлопали в ладоши. -Майя будет кричать на меня за то, что я оставил дежурного одного, но эта лазанья стоит того, чтобы она меня отругала. — Тревис засмеялся. -Майя будет слишком занята, чтобы даже заметить твое отсутствие. — Вик ответила, и я опустила глаза, пытаясь скрыть улыбку, которая уже грозила появиться. — Спасибо, Карина! -Спасибо тебе, о великая итальянская богиня! — Тревис говорил с преувеличенным драматизмом в голосе, и я рассмеялась. -Не за что, мне очень приятно готовить. — Я ответила. -Я думаю, тебе лучше не повторять эти слова рядом с Миллером и Джеком, они начнут злоупотреблять твоей доброй волей. — Вик рассмеялась и начала подниматься по лестнице, а Тревис последовал за ней. Убедившись, что они оба наверху, я подошла к двери кабинета Майи с контейнером, наполненным несколькими кусками лазаньи, в руке и несколько раз постучала в дверь, прежде чем услышала ее голос, попросивший меня войти. Я открыла дверь и просто просунула голову внутрь, повернув ее набок и позволив волосам свободно свисать сзади, когда я улыбнулась ей. -Чао! — Прилив эндорфинов пронесся по моему телу, когда я увидела, как блондинка подняла взгляд от бумаг, лежащих перед ней, и увидела, как ее ярко-голубые глаза расширились от удивления, увидев меня там. Я наконец вошла в ее кабинет, а она уже отодвигала стул, чтобы встать. — У меня сегодня был выходной, и я приготовила для тебя лазанью. Точнее, для станции, поскольку Трэвис и Вик утащили тарелку с остатками лазаньи, как только представилась возможность. Но когда я решила ее приготовить, я думала о тебе, так что, думаю, можно сказать, что она изначально была приготовлена для тебя… -Ты такая милая, когда нервничаешь! — Она дразнится, приближаясь ко мне быстрыми шагами. — Не надо нервничать, я все понимаю! И… Спасибо, что подумала обо мне и приготовила лазанью специально для меня. -Мы, итальянцы, показываем свою привязанность едой. — Я пожала плечами, как будто это не имело большого значения, но почувствовала, как мои щеки потеплели под пристальным взглядом Майи. -Если твоя лазанья будет так же хороша, как твой французский тост, у меня не останется выбора, кроме как похитить тебя, чтобы ты жила только для того, чтобы готовить для меня. — Она пошутила, и я прикусила нижнюю губу, пытаясь сдержать улыбку, но она все равно выскользнула. Я хотела обнять ее и понюхать ее шею — она очень хорошо пахла — и хотела поцеловать ее прямо там и тогда, но я не знал, будет ли ей это приятно. После нашего разговора я чувствую, что стала гораздо осторожнее в своих проявлениях физической привязанности с Майей, я не хочу нарушать ее границы, теперь, когда я немного больше уверена, что эмоциональная часть наших отношений развивается. Раньше было легко флиртовать с ней, когда мы просто провоцировали что-то связанное с сексом, но теперь в это были вовлечены чувства, и мы не могли быть слишком неосторожными. -Вот. — Я протянула ей контейнер с лазаньей, наконец-то нарушив молчание и пытаясь отбросить мысли, которые побуждали меня прижаться своими губами к ее. -Спасибо еще раз. — Она взяла у меня контейнер. Было заметно, что она нервничает не меньше меня. Майя смотрела на контейнер несколько секунд, а затем повернулась и оставила его на столе, наклонившись так, что теперь она частично сидела на столе — и мой разум уносил меня к смелым возможностям, мягко говоря, с этой сценой, я надеялась, что однажды этот стол будет использован для удовлетворения моих самых сокровенных желаний — скрестив руки на груди. -Это как-то странно. — Она нервно рассмеялась. — Я думала, что разговор прояснит наши отношения, но, похоже, все только больше запутывается. -Мы не обязаны иметь все ответы сейчас. — Я прекрасно понимала, что она имеет в виду, и границы размывались по мере того, как мы делали шаги вперед. — Но мне нравится, что мы поговорили, не так ли? -Да, конечно! Конечно! — быстро ответила она. — Но я думаю, что сейчас у нас другая ситуация, и мне нравилось, когда нам не нужно было постоянно ходить друг вокруг до окола. Мне нравилось, когда ты просто высказывала свои мысли, без всяких фильтров, я всегда считала это прекрасным. -Я хочу поцеловать тебя. — сказала я, как только она сделала паузу, чтобы отдышаться. Я знала, что она снова начнет говорить, но я прервала ее, сделав именно то, что она сказала. Я высказала все, что думаю, без всякого фильтра. — Я хочу поцеловать тебя так сильно, что трудно думать о чем-то другом. -Ты можешь поцеловать меня, если хочешь. — Она говорила тихо, ее глаза сосредоточились на моем лице, и я медленно подошла к ней, не разрывая зрительного контакта. -Сейчас? — спросила я, и она кивнула. — Можно даже, когда захочу? -Да. -ответила она таким низким шепотом, что я смогла расслышать его только потому, что в этот момент находился буквально в нескольких сантиметрах от ее лица. -Хорошо. — Это было подтверждение, которого я так хотела, чтобы чувствовать себя более уверенно. Майя была взрослой женщиной — и, как я поняла, женщиной, знающей свои границы, — поэтому у меня не было причин сомневаться или сомневаться в том, что она мне говорила. Я должна была доверять Майе. Доверять сигналам, которые подавало мне ее тело. И в этот момент, наблюдая, как ее голубые глаза переходят от моих глаз к моим губам, когда я придвинулся еще ближе к ее телу — как будто это было возможно — я знала, что она хочет поцеловать меня так же сильно, как я хочу поцеловать ее. И я поцеловала. Я целовал Майю с интенсивностью, опьяняя себя одурманивающей смесью ее запаха и вкуса. Ее мягкие губы прильнули к моим в слаженном движении, мы идеально подошли друг другу, и когда наши горячие языки переплелись, я не смог сдержать стон, вырвавшийся из моего горла. Середина моих ног пульсировала и требовала внимания, пока мои руки удерживали Майю рядом со мной, держа ее за шею; я хотела игнорировать свой центр, но ее руки, сжимающие мою талию, притягивая меня к ее телу, не помогали этому процессу. Я переместила свои руки вниз на ее сильные плечи, когда она втянула мой язык в свой рот — черт, эта женщина сведет меня с ума — и с каждой секундой я еще больше отдавался Майе. -Ты так хорошо пахнешь. — пробормотала Майя, прижимаясь к моей коже, и переместила свои поцелуи на мою шею. Теплая, влажная дорожка пробежала мурашками по моим рукам. Ее нос терся о мою кожу, а рот творил чудеса. — Я хочу съесть тебя! -Да. -Вопросы не задавались, но я хотел сказать «да» всему, что Майя хотела сделать со мной в этот момент. Меня больше не волновало, кто первым прикоснется к другому, кто окажется сверху, я действительно, действительно хотела, чтобы что-то было сделано, чтобы удовлетворить потребность, которую я испытывала в этот момент. Когда руки Майи сжали мою талию еще крепче, а затем переместились на бедра, я переместила свои собственные руки с ее плеч на руки, чтобы почувствовать, как ее мышцы сокращаются под моими прикосновениями — и она не подвела меня, рельефные изгибы ее бицепсов сделали меня еще более влажным. -Ты такая сильная. — Я вздохнула, а позволяя комментарию выскользнуть из моего рта, не проходя через какой-либо фильтр, и, возможно, Майя была права, говоря, что я не очень часто использую этот фильтр. -Майя издала низкий, дразнящий смех, продолжая покусывать, облизывать и посасывать мою шею, когда я откинула голову назад, давая ей больше пространства. Майя переместила руки вниз, пробежав коротко — быстрее, чем мне бы хотелось — по моей заднице, прежде чем остановиться за моими бедрами, и у меня не было времени, чтобы понять, что происходит, я только слегка вскрикнула, когда она легко подхватила меня и закружила нас. Теперь я была тем, кто сидел точно на ее столе. -Каззо! — Это ругательство вырвалось у меня, когда я задыхалась, все еще приходя в себя от резкого движения. Я раздвинула ноги, чтобы уместить Майю, и потянула ее за шею, но не поцеловала, а просто посмотрел ей в глаза, чтобы сказать. — Ты должна пообещать мне, что будешь делать это снова и снова. -Я обещаю! — Майя озорно улыбнулась, пытаясь поцеловать меня снова, но я переместила руку, которая была на ее шее сзади, на шею спереди, слегка сжав эту область, чтобы остановить ее попытку приблизиться ко мне, и она прикусила нижнюю губу, почувствовав давление моих пальцев. -Ты должна пообещать мне, что будешь использовать эту свою силу на мне самым восхитительным образом. — Я дразняще прошептала, глядя в ее глаза, а затем наклонился и нежно облизал ее губы. -Я обещаю. — Она ответила, закрыв глаза, когда я сжал ее шею немного сильнее и снова провела языком по ее губам. — Черт! Я ослабила хватку на ее шее, чтобы провести рукой по ее передней части, пробираясь к ее талии. -Баччами, Майя. — Я попросила, и она повиновалась. Я думаю, это было единственное слово на итальянском, которое она точно выучила после встречи со мной. Ее рот был прижат к моему, ее руки на моих бедрах многократно поднимались и опускались, и я на мгновение отказался от прикосновений к ее телу, чтобы опереться на стол, прежде чем скользнуть еще немного дальше к краю, тем самым позволив своему телу буквально прижаться к телу Майи, и давление — хотя и минимальное — ее передней части на мой клитор заставило меня громко застонать. Я хотела заставить ее встать передо мной на колени, приказать ей снять с меня штаны и заставить ее сосать меня так, как будто завтра не наступит, но нужно было идти на компромиссы, поэтому я позволил Майе продолжить поцелуй, несколько секунд покусывая мою нижнюю губу, прежде чем втянуть ее в рот и отпустить с «хлопком». -Пойдем на мою кровать. — Она задыхалась, целуя меня в шею. Я почувствовал, как мое тело нагревается, пот стекает по спине, и теперь я ненавидела толстый свитер, который я выбрала для защиты от сиэтлского холода. -Да. -быстро сказала я в ответ. — Ты уверена? -Да. — Майя также быстро заверила меня, что все в порядке, и снова поцеловала меня. Я больше не пытался скрывать звуки и реакции моего тела на Майю, и я слышала ответные стоны Майи, когда я давала ей понять, что она все делает правильно. Я почувствовала, как руки Майи легли на заднюю часть моих коленей, и я поднял ноги, чтобы дать ей доступ к задней части моих бедер, ожидая — и надеясь — что она понесет меня. Станция 19. Машина помощи 19. — Громкий механический голос эхом разнесся вокруг нас. -Нет! — простонала Майя, плотно закрывая глаза, когда она оторвалась от моего тела, а моя реакция заключалась в тихом ворчании по поводу отсутствия контакта. — Мне нужно идти! Мне так жаль! Я… -Иди! — сказала я с неохотой. — Ты должна спасать людей! -Прости. — повторила она, идя спиной вперед к двери. — Проверить дождь? -Зачем нам проверять дождь? — спросила я, наморщив лоб. -Может, продолжим в другой раз? — Майя засмеялась, подойдя ближе к двери. -Да! Конечно! — улыбнуласья блондинке. — Будь осторожна. -Я буду! — Она улыбнулась в последний раз, прежде чем выбежать из кабинета. Мое тело пылало, покалывало от сильного поцелуя с Майей. Я хотела большего, интенсивная ритмичная пульсация между ног не оставляла сомнений в этом, но мне снова придется проявить терпение и дождаться подходящего момента. … «Прости, что так внезапно ушла». — Сообщение Майи вызвало улыбку на моем лице. Я лежала на диване, укрывшись толстым пледом, и смотрела французский фильм, который недавно вышел на потоковой платформе — он был не очень хорош, но я не была в том положении, чтобы быть слишком придирчивым, в четверг вечером мне больше нечем было заняться. «Я поняла! Поверь мне, природа тоже не принимает во внимание мои планы, когда дело доходит до родов». «Спасибо за понимание!» Я прикусила нижнюю губу, желая продолжения нашего разговора. Всегда было приятно поговорить с Майей, это согревало меня изнутри, и мне нравилось гадать, какова ее реакция по ту сторону экрана. «Мне просто жаль, что нас прервали. Я хорошо провела время» — мне было все равно, что я слишком откровенна, я хотела, чтобы она знала, что я была более чем счастлива, когда она была в моих объятиях. «Я тоже. Я не могу перестать думать о тебе и о том, как хорош твой поцелуй. Я бы хотела целовать тебя все время». «Поцелуй меня, Майя Бишоп», — быстро ответила я, чувствуя, как учащенно бьется мое сердце, фильм уже забыт мной, и все мое внимание было направлено на три маленькие точки, извивающиеся на экране моего мобильного телефона. «Как бы я хотела! У меня впереди еще восемь часов смены, а тебе нужно поспать. Если я не ошибаюсь, завтра ты работаешь!». «Но целовать тебя гораздо привлекательнее, чем спать!» — Я рассмеялась над своими словами и подумала, что Майя закатит глаза на мое сообщение и тоже рассмеется. «Я тоже так думаю, но тебе нужен отдых, чтобы принести детей в этот страшный мир» — теперь я смеялась над ее словами. «Ты права, и мне неприятно это признавать. Пусть это будет так!» «Но мы могли бы заняться чем-нибудь после твоей смены…? Завтра вечером я могу забрать тебя из больницы». «Что ты имеешь в виду?» — Я глупо улыбалась в мобильный телефон, ожидая ее ответа. «Честно? Ты, голая, в моей постели. Но я могу согласиться на кино и пиццу?» «Думаю, я приму первый вариант» — Слишком смело? Я глубоко вздохнула, глядя на сообщение, которое еще нужно было отправить, и крепко зажмурил глаза, нажимая кнопку «Отправить». Эти три маленькие точки стали орудием пытки, они появлялись и исчезали, я знала, что Майя потерялась в своих словах. «Только если ты хочешь и чувствуешь, что готова». — Я отправила второе сообщение, когда поняла, что, вероятно, провоцирую Майю на инсульт, поскольку ей требовалось слишком много времени, чтобы ответить мне. «Думаю, да». — Ответ пришел быстро, и я был рад, что отправила второе сообщение, избавив ее от необходимости предлагать мне секс во втором сообщении. «Мы можем поговорить завтра и попробовать, если тебе будет удобно. Я не хочу, чтобы ты чувствовала давление». «Я чувствую себя желанной». «Ты, безусловно, желанна для меня, Майя. И я доверяю тебе, что ты знаешь, когда тебе удобно что-то делать. Я рада, что мы поговорим об этом завтра». «Я тоже! Я заеду за тобой в больницу в 8:00?» «В семь часов, вообще-то, нормально. Завтра я начну немного раньше». «В таком случае: спокойной ночи, Карина! Приятных снов!» «Спокойной ночи, Майя! Постарайся отдохнуть, поесть и быть в безопасности!». — Это было последнее сообщение, которым мы обменялись этой ночью, и улыбку на моем лице было бы невозможно скрыть, даже если бы мне это понадобилось. Завтра будет замечательный день!