Награда Повелительницы Некрокипа

На горы опускался вечер, окрашивая заснеженные верхушки нежно-розовыми красками заката. По низовьям утёсов и притихшей равнине всё так же стелился тягучий зеленоватый туман, полностью окутывающий крепостные стены. Всё кругом постепенно затихало, словно любуясь красками угасающего дня. Лучи заходящего солнца подсвечивали волшебным сиянием небольшой перелесок. Гармоничную картину природы нарушали лишь трупы, в хаотичном порядке распластавшиеся на земле, как память об утренней битве. Лучи солнца проникали и в мрачный сырой тронный зал, тусклыми бликами освещая лицо Вексаны. Королева Нежити привычно расположилась на своём троне. Черты её выражали заинтересованность и в некоторой мере удовлетворённость словами её собеседника. Этим собеседником был главнокомандующий армии Некрокипа, Леоморд. Проклятый рыцарь стоял напротив своей повелительницы, почтительно склонив голову и оперевшись на меч. Его чёрные волосы ниспадали на покрытые доспехами плечи, прикрывая проклятый глаз, отражающий закатные лучи. Леоморд неспешно, с должным уважением в тоне, вёл свой рассказ. Его низкий звучный голос эхом разносился по замку, пробуждая мириады прицепившихся к балкам сонных летучих мышей. Потревоженные зверьки с пронзительным писком взлетали с насиженных мест и носились под крышами башен, мелькая лёгкими тенями. — Часть выживших эльфов позорно бежала, оставив своего короля, — докладывал Леоморд своей Королеве, — остальных же удалось взять в кольцо и пленить. Ныне пленные находятся на одной из уже подготовленных ферм. Тела убитых подлежат тщательной сортировке, и те, на головах которых не обнаружится никаких повреждений и внутренних травм, будут переданы Фарамису в качестве биоматериала для его исследований. Он говорил спокойно, будто рассказывал не о кровавой бойне с множеством убитых и раненых, а о прекрасной погоде сегодня. Ни один мускул не дрогнул, ни одна эмоция не пробежала по его бледному сероватому лицу. — Это прекрасный результат, Леоморд, — растягивая губы в улыбке, Вексана пристально посмотрела на своего верного рыцаря, — результат превзошёл все ожидания. Ты отлично справился со своим долгом. — О, моя Королева, — ответил мужчина, почтительно кланяясь, — всё это было сделано для Вас и нашего города. — Сколько эльфов было взято в плен? — щурясь от тусклых солнечных лучей, вопросила Королева Нежити. — Пятьсот сорок два, моя Госпожа, — доложил Леоморд, — убитых примерно в три раза больше. — Думаю, этого пока весьма достаточно, — задумчиво сказала Вексана. — Я могу Вам ещё как-то помочь? — рыцарь поднял на неё взгляд, стряхивая с проклятого глаза чёрную чёлку. — Нет. А впрочем… Позови-ка Фарамиса ко мне в покои. *** Фарамис задумчиво глядел на девушку-зомби перед собой. Та сосредоточенно кусала собственный палец, пуская слюни и не отрывая взгляда от мага. Зубы срывали с пальца кожу, и челюсти смачно сжимались. Однако через секунду рука снова зарастала серой кожей, будто ничего и не произошло. Последний прием геля добавил к возможностям зомби усиленную регенерацию. Фарамис надеялся, что это поможет вернуть нервные цепи от ствола мозга к полушариям, однако особого интеллекта девушке перед ним это не добавило. Зомби перестала грызть палец и оттянула платье от кожи, с интересом разглядывая свою пышную грудь. Налицо были признаки сосредоточенности и любопытства. Разум зомби явно возрос. Она уже перестала просто пытаться сожрать все живое перед собой. Она пытается познавать мир вокруг. Однако этого все еще недостаточно. Нужно больше экспериментов. Мужчина вздохнул и устало потер виски. Ему нельзя подводить свою Королеву. Он обещал ей найти способ избавиться от проклятия, и поэтому точно дойдет до конца. Внезапно дверь распахнулась, и в лабораторию зашел темный рыцарь. — Что случилось, Леоморд? — пытаясь скрыть раздражение от своих неудач, непринужденно спросил некромант. Вошедший бесстрастно оглядел испытуемую, проследив за падением очередной капельки слюны. Девушка возбужденно что-то простонала и протянула руку к рыцарю. Но тот был слишком далеко, а ее сдерживали ремни, закрепленные на стуле. Все еще глядя на зомби немигающим взглядом, Леоморд наконец соблаговолил ответить на заданный вопрос. — Тебя ожидает Королева. Она попросила меня пригласить тебя в её покои. Фарамис вскочил со своего кресла. — Вот оно как. В таком случае, благодарю за доставленную весть, — пробормотал он в спешке и быстрым шагом вышел из кабинета. Обычно Верховный Маг Некрокипа никогда не позволял посторонним находиться в своей лаборатории без его присутствия. Но сейчас он даже не задумался об этом, оставив Леоморда наедине с живым трупом на стуле. Рыцарь подошел к девушке и протянул к ней руку, не совсем понимая, зачем он это делает. Зомби радостно схватила ладони в металлической перчатке и потянула к своему лицу. Губы девушки сомкнулись на указательном пальце рыцаря, обсасывая его, как ребенок соску. Леоморд с удивлением отдернул руку, затем отряхнул пальцы от слюней и тоже вышел из лаборатории, презрительно хмыкнув напоследок. *** Фарамис же к этому моменту уже был у покоев своей Королевы. Быстро оглядев свой костюм, он поправил сбившиеся перчатки, разгладил складки на мантии и смахнул несуществующие пылинки с жилета. Зачем же Вексана могла его вызвать? Он уже знал, что его план по уничтожению армии эльфов увенчался успехом. Возможно, Королева хочет услышать доклад о готовых фермах для генетического материала. И, вероятно, ждет от него дальнейшую стратегию по захвату Лунного Леса. Что же, у него готовы ответы на любые вопросы, что может задать ему его Госпожа в столь поздний час. Наконец, посчитав свой внешний вид безукоризненным, маг поднес руку к двери и постучал. Услышав приглашение с другой стороны, он осторожно потянул ручку и вошел внутрь. Королева Нежити сидела на краю занавешенной балдахином кровати, свесив на пол покрытые длинным платьем ноги. Её глаза голубоватым неживым цветом фосфоресцировали в полумраке комнаты. Расслабленная поза Вексаны, да и вообще атмосфера в целом, несколько не располагали к деловым диалогам. Королева окинула Фарамиса взглядом, каким редко королевы смотрят на своих подданных, однако некромант даже не смог прочитать, какие именно эмоции сквозили в этом взоре. — Пришёл? — чуть улыбаясь, обратилась Вексана к застывшему у двери магу. Фарамис кивнул, склоняя голову набок. Он не мог свести глаз со своей Госпожи, однако пялиться на неё считал невежливым. — Не стой, — усмехнулась она, — подходи сюда. — Чем я могу служить Вам, владыка? — чужим голосом спросил некромант, делая несколько шагов вперёд. Его волновало, какое поручение могло ждать его в столь поздний час. Природа за окном уже засыпала, укрываясь окутывающей мглой. На небе сияли первые звёздочки, взошла красноватая луна, освещая горы своим тихим мерцанием. Все окрестности Некрокипа затихли, уставшие за день от лучей палящего солнца. Лишь чёрные деревья шелестели поникшей листвой, да поднимающаяся плотная пелена чернильного тумана окутывала со всех сторон городские стены. — Я хочу наградить тебя за твои труды, Фарамис, — сверкнула глазами Вексана, — подойди же сюда, не бойся. Фарамис остался на месте, будто оцепенел. — Нет никакой необходимости в награде, — произнес он, покорно склонив голову, и его лицо покрыли белые вьющиеся волосы. — Да? — Вексана будто заинтересовалась. Она положила подбородок на ладонь и ее черные губы посетила тень улыбки. — Не припомню, чтобы ты когда-то не исполнил моего приказа. В связи с этим позволь уточнить, мне показалось, или я правда велела тебе приблизиться, а ты все еще этого не сделал? — Как будет угодно, владыка. Он подступил к ней, остановившись на почтительном расстоянии в пять шагов. Вексана встала, и ее сияющее в полумраке платье заструилось по бедрам и голеням. — Почему ты решил, что не заслуживаешь награды? — Служение Вам — это моя награда, владыка. Вексана задумчиво хмыкнула. — Ты все усложняешь. Она двинулась, очень медленно, шаг за шагом, качая бедрами, обходя его вокруг. При этом по-хозяйски касалась его кончиками коготков. Она дотрагивалась до покрытой балахоном его поджарой груди, до мускулов плеч, пробегая по спине, по другому плечу. — Оказывается, с тобой интересно. Мне впервые приходится изобретать повод для награды. Позволь, я делегирую эту увлекательную задачу тебе. Раз моя воля — недостаточная для тебя причина, придумай ее сам. Фарамис чувствовал, что утрачивает нить разговора. Он был сбит с толку, и это ему не нравилось. И еще больше его беспокоило то, что он совсем не понимал, к чему ведет его госпожа. — Я приношу извинения, владыка, — он склонил голову. — Я не хотел вызвать вашего недовольства. — Нет-нет, — Вексана с ухмылкой на черных губах покачала пальцем перед его лицом. — Вывернуться уже не выйдет. Давай, придумывай, за что я награждаю тебя. Он задумался, но лишь на мгновение. — План нашей ловушки на войско эльфов. Вексана на это только рассмеялась. Она обходила его второй раз, в другую сторону. — Не-ет. Что это за заслуга? Эстес… — она пренебрежительно пошевелила ладонью перед собой и покривила губы. — Эстес всегда был недалеким… А скорее просто дураком. Харизматичным, привлекательным, но дураком. Армия львов под предводительством барана, стоит ли гордиться победой над ними? Убив его, мы лишь усложнили бы себе задачу. В народе эльфов есть гораздо более опасные… фигуры. Кто-то из них теперь возглавит их народ, и вот тогда нам придется бдеть.  — Тогда мой проект… — Твой проект! — она совсем отмахнулась. — Сколько длится твой проект? Не обижайся, я ценю это, но… Я имела в виду что-то более ощутимое. — Но мои успехи… — Фарамис! — Вексана вздохнула, опустив плечи. — Ладно, позволь, я разрешу эту загадку для тебя. Она приблизилась к нему очень близко, почти прижалась, ее грудь касалась мускулов под его балахоном. Она приобняла его за шею и наклонилась к уху. — Я награждаю тебя за твою преданность. Фарамис чувствовал, как у него перехватило дыхание. С большим трудом он выдавил короткую фразу: — Какова же моя награда, владыка? — То, чего хотим мы оба. Вексана прошла вокруг него в третий раз. Но теперь ее взор был устремлен больше к себе, к своим мыслям. И от этого ее голос сделался задумчивым. Она рассуждала вслух. — Смертные желания оставили меня много лет тому назад. Но я слышу их отголоски. Испытываю чувства, которые кажутся чуждыми мне, ведь если когда-то они и были мне понятны, это давно уже не так. И все равно они все еще со мной. Будто отзвуки, далекое эхо. Колокол, стук копыт, смех детей. То же самое и с чувствами. Радость. Печаль. Страсть. Последнее меня увлекает. Манит меня, не дает покоя. — Это значит… — Ты все зовешь меня «владыка». Назови меня моим именем. — Вексана… — Фарамис… Его руки несмело легли на ее талию. Но Вексана поддержала его. И тогда он дал волю чувствам, которые испытывал к ней давно. Он гладил ее руками по талии, а она улыбкой приглашала его двигаться дальше. Их губы соприкоснулись в поцелуе поначалу робком, но с каждым мгновением, между тем, как они осознавали, что заинтересованы друг другом одинаково сильно, то действовали все более смело и раскованно. Фарамис коротким движением скинул тонкую бретель платья с ее плеча, а вторую Вексана сразу же сбросила сама, и атласный шелк упал к ее ногам, она осталась полностью обнаженной. Ее кожа была холодно-светлой, будто бы хрупкой на вид, словно ее легко повредить. Груди ее были приподнятыми, а бледные соски едва выделялись цветом. Большая татуировка, знак мертвого солнца, покрывала низ ее худого, впалого живота и заканчивалась на венерином бугорке, прямо над губами вагины. — Мое тело искажено уродством, — печально произнесла Вексана. Она провела коготками по шипам на локте. Фарамис хотел было возразить ей, но вдруг понял, что не существовало таких слов, которые сказали бы о его чувствах лучше, чем действия. Он обнял Вексану за талию, прижал к себе и страстно поцеловал. Они упали на кровать, лаская друг друга. Она лежала на спине, а он нависал над ней, и она, заключая его в объятия, чуть укалывала его коготками в спину. — Будь моим, Фарамис. — С удовольствием… Вексана. Расставив ноги, она направляла его возбужденный член в себя. И тут они столкнулись с неожиданными затруднениями. — Ты… узкая. — Прости, — произнесла она, кокетливо улыбаясь, — все эти годы не было случая освежить практику.   Они засмеялись, глядя друг другу в лицо. — Дай-ка подумать, — ответил Фарамис. Он поднялся над ней, крепко схватил за плечи, сжал, и вошел в нее сильным толчком. Из ее груди вырвался стон. А Фарамис продолжал. На следующем движении он задышал вместе с ней. А она прислушивалась к своим неожиданным ощущениям. Вексане всегда казалось, что страсть мертва в ней. Но стоило начать, и давно забытый жар к ней возвращался. Вздохи слетали с ее губ, она выгибала грудь, хватала и натягивала простыни, а он не останавливался. Он входил в нее все сильнее, все более напористо. Его руки сомкнулись железной хваткой на ее талии, на ее худом животе, безжалостно сжимали ее плоть. Он давно позабыл обо всяких приличиях, о титулах и званиях, вожделение выкинуло все мысли из его головы, освободило неистовое пламя в его сердце. Вексана стонала, закрыв глаза, и, почувствовав ритм, сама подавалась ему навстречу, когда он входил в нее. Ее вагина окутывала его член горячими соками. Фарамис подхватил ее за спину, поднял к себе, а она обняла его за шею и страстно целовала. Теперь она взяла инициативу и двигала задницей, наслаждаясь совсем забытыми ощущениями от каменно-твердого члена внутри. Он кончил, не вынимая, сильно, даже слегка грубовато прижав ее к себе, а Вексана отвечала на его объятия, позабыв о безопасности, обо всем на свете, и до крови ранила когтями его спину. Они лежали обессиленные, переводя дух. Фарамис на спине, а она — прильнув к его плечу грудями, и с улыбкой водила тыльной стороной когтей по крепким мускулам его тела. — Ты доволен наградой, Фарамис? — промурлыкала Вексана. — Да, владыка. — Хм… Ну а мне, знаешь, понравилось награждать.