Священный лес

В принципе поход на рынок Демиану понравился, правда, Вениамину этого знать не нужно. Веселые песни распевали барды, местные актеры поставили смешную пьесу и разыгрывали на сколоченной сцене в центре площади. Торговцы поставили навесы и громко зазывали к себе клиентов, обещая хороший товар по низким ценам. Лавки, которые находились на первых этажах жилых домов, пестрели убранством, цветными флажками, лентами и цветами, а молоденькие дочери хозяев лавок приветливо улыбались, стоя рядом у входов. Его собственные альфы весело раскладывали привезенный товар на обозах. Двое ставили навес на специально приготовленные шесты, одним концом закрепленные к бортам. Вокруг них уже столпились потенциальные покупатели и любопытные зеваки. Другие же альфы, оставшиеся без дел, бродили вдоль рядов, выискивая подарки для своих омег. Даже молоденькие оборотни, которым только исполнилось по пятнадцать – семнадцать лет, вовсю веселились, познавая странный человеческий мир. Демиан с затаенной улыбкой рассматривал веселые лица людей, грустные мордашки детей, которым что-то не купили. Встречались и обиженные люди, огорченные или же совсем опечаленные. Такими были местные воришки. Мальчики-беспризорники. Они опытным глазом выискивали жертв для себя. Те что постарше уже начали срезать кошельку у толстосумов, младшие следили, учились, либо же отвлекали: кто дрался, кто распевал песни, обнявшись друг с дружкой, кто-то просил помощи. Этого оборотень никак не мог понять. Почему люди ТАК не любят детей? Почему заставляют их так жить? Не знающие ни тепла, ни любви, лишь пренебрежение и ненависть остальных. Они с ранних лет одни во всем мире, но продолжают цепляться за ничтожное существование только чтобы увидеть новый рассвет, который, возможно, принесет им чудо. Ведь никто не знал, что снится им крепкая и дружная семья, нежная матушка и строгий, но справедливый отец, хорошие братья и милые сестры. То, чего у них никогда не будет. Оборотни же другие. Они так любят своих проказливых щенят, что жизни не представляют без них. Оберегают всех и каждого. Какая разница щенок или же котенок? Они все – будущее стай. Все оборотни всех видов живут с одной целью – защитить свое будущее, то есть детей. Каждый уважающий себя альфа за честь считает принять в свою семью чужого ребенка, если тот остался без родителей. Еще и грызню устроит с кем ребенку лучше будет. Дети – это все самое лучшее. Пусть они проказничают, пусть сбегают из деревни на поиски приключений, пусть канючат и дерутся, им все простят. Это беспокоило Демиана такое пренебрежительное отношение к малышам, но изменить ничего нельзя, как бы он не хотел. Не имел на это права. Но под веселый гомон, смех и завывания продавцов, все это можно позабыть, тем более, что рядом с ним был персональный шут. Вениамин, как ребенок малый, бегал от прилавка к лавке и обратно и никак не мог выбрать подарок для Таузера. И выглядел он так комично, что Демиан с трудом сдерживал смех. Сейчас он выглядел как большая лохматая собака, которая мечется между двумя мясными лавками. - Демиан, - обреченно взвыл Вениамин, подходя с кислой мордой лица к другу. – Мне не выбрать. - Я вижу. - Что мне делать? - Побереги мое терпение и терпение этих бедных людей: приди завтра, а лучше через несколько дней. Ты же знаешь – все самое лучше припрятано на конец ярмарки. - Я его обделил вниманием, он мне так сказал, – неожиданно высказал Вениамин. - И? - Перестал со мной разговаривать, - печально признался оборотень. - О! И подарками ты намерен искупить свою вину? – ухмыльнулся Демиан. - Что-то вроде того. - Хочешь, выскажу свое мнение? – обеспокоенно предложил вожак, причем искренне. - Чего-то мне уже расхотелось, - опасливо признался Вениамин. – Но в силу своей любопытности скажу: хочу. - Зря сказал, - с издевкой сказал Демиан. – У тебя ничего не получится. - Почему? - Сам подумай, - буркнул Демиан, идя в сторону постоялого двора, где они остановились. - Не могу. У меня после вчерашнего не думается. - Оно и видно. - Не издевайся! - Ты сам меня вытащил на улицу. Теперь мужественно расплачивайся за свои ошибки. - Что б тебя! В таком темпе пролетели еще два дня. Вениамин каждый день вытаскивал друга на ярмарку, не воспринимая гневных тирад вожака. Торговля шла полным ходом: местные богатеи разбирали их товары, как горячие пирожки, да и люди порадовали обилием нового. Демиан несколько раз заставал своих альф за пиршеством. Даже молодняк напивался крепкой медовухой. Оно и верно: омеги варят лишь слабенькую медовуху, которая прекрасно утоляет жажду и приносит чувство сытости. Но острых ощущений – нет. Его тоже приглашали на попойки, но после первого вечера с Вениамином, Демиан отказывался. Он еще хорошо помнил, что случилось после того, как омеги их застукали за изготовлением крепкой медовухи. Черноволосый оборотень не сильно пострадал, его только поругали, при чем тихо и вежливо (все-таки вожак), а вот своих альф … В общем Демиан их еще с неделю не видел. С одной стороны он легко отделался. Но с другой было странное чувство отчужденности и одиночества, чего он ранее не ощущал. Ему хотелось, чтобы его омега мог так же открыто проявлять свое беспокойство, потому что пьяные оборотни могли натворить неизвестно что, вплоть до прихода в город людей в волчьем облике, что однажды и произошло. Благо, все прошло тихо и без последствий. Он хотел найти истинного, но не мог. На четвертый день Вениамин и двое других оборотней вновь вытащили вожака на улицу, хоть тот в открытую уже рычал на них. Одним из оборотней был серый оборотень старше Демиана лет на сорок. Звали его Вилей. Он ходил на охоту еще с его отцом и был предан ему так же, как и сейчас своему новому вожаку. Вилей славился своей храбростью и силой, но в тоже время в нем жил неподражаемый весельчак, а доброта так и перла из всех щелей. На охоте он мог гнаться за дичью несколько часов подряд, но, догнав, не мог убить. Так и отпускал. Второй еще молодой коричневый волк тридцати восьми лет от роду – Риан. Он пока не нашел своего омегу, поэтому и веселится на полную. Но, в тоже самое время, Риан безумно ответственный. Он мог веселится, и через минуту становился серьезным, показывая свои знания и недюжинное терпение. А еще Риан был прирожденным торговцем: только он мог выторговать самое лучшее по низкой цене, только он мог уговорить купить что-то по удвоенной цене. Поэтому его и брали на ярмарку. Но сегодня он отдыхал, пытаясь вместе с Вениамином уговорить вожака прогуляться по городу под дикий гогот Вилея. - Сколько можно повторять, - кипел от злости Демиан, - что я хочу покоя и тишины. - Да ладно тебе! – уговаривал Вениамин. – Будет весело. Неожиданно к четверке оборотней подскочил самый младший волк, сын Вилея – Тиган. Ему впервые разрешили покинуть пределы леса, чтобы увидеть город людей. По утрам Тиган и его друзья должны были чистить и ухаживать за лошадьми. Животные, привыкшие к оборотням, с недоверием и опаской подпускали к себе людей, либо вообще поднимались на дыбы. - Тиган, что случилось? – спросил Вилей, смотря на обеспокоенное лицо сына. - Там трое коней … они заболели, - с одышкой проговорил мальчик. - В каком смысле? – удивился Риан, прекрасно зная, что их кони более устойчивы и невосприимчивы к болезням. - Они ведут себя странно: головой мотают в стороны, трясет их постоянно и вот, - сказал Тиган, раскрывая ладонь, в которой был клок черной шерсти с гривы. Испугавшись не на шутку, оборотни кинулись в конюшню. Трое коней сразу выделились из общей массы. Их действительно трясло так, будто провели высоко в горах несколько дней подряд без еды и воды, задние ноги странно подкашивало в разные стороны, головы низко опущены. Они еле-еле стояли ровно. Один из заболевших коней принадлежал Демиану – Сохра. К нему-то и подскочил вожак оборотней. Некогда сильный конь сейчас выглядел полудохлой клячей, которая всю жизнь прожила на поле, работая на хозяина-садиста. - Нам срочно нужно найти фельдшера! – сказал встревоженный Вилей. Быстро оглянувшись, Демиан приметил мальчишку лет двенадцати в потрепанной одежде, проходящего мимо конюшни. Свиснув, оборотень заставил мальчика обернуться, а сам вышел и присел рядом с ним. Паренек смотрел с тревогой и страхом на крупного мужчину, который быстро и судорожно что-то искал в карманах. - Послушай парень, - быстро заговорил Демиан, доставая серебряную монету и показывая мальчику. – Я дам ее тебе, если ты мне кое-что скажешь. Хорошо? У паренька аж глаза заискрились, увидев монету. Он быстро закивал головой, обещая все на свете. - У нас кони заболели. Ты знаешь, где живет фельдшер? – спросил Демиан, но увидев непонимание на мордашке человека, он пояснил. – Кто у вас животных лечит? - А! – воскликнул паренек. – Тама он живет, где дым поднимается, - сказал он, показывая грязной рукой в сторону. – Тока батя говорит, что он опасный. - Почему? - Колдун он, господин. - Спасибо и на этом, - поблагодарил Демиан, отдавая радостному мальчику серебряную монетку. В конюшне оборотни быстро накинули уздечки на морды коней и повели их за пределы города туда, откуда поднимался столб дыма. Когда они вышли из города, коней начало шатать. Они еле-еле перебирали копытами, а иногда заваливались на бок, грозясь упасть. - Что же это с ними? – обеспокоенно спросил Риан. – Остальные в порядке? - Я их быстро осмотрел, - отозвался Вениамин. – Вроде ничего такого не обнаружил. - Давайте быстрее, - поторопил Демиан. - А вдруг и правда там колдун какой-нибудь? – обеспокоенно спросил Вилей. - Тебе сколько лет, а веришь в чушь, придуманную людьми, - высказался Вениамин. - А что если это правда? – обеспокоенно спросил Риан. – Старый, скрюченный, седой и брезгливый человек, от которого пахнет злыми помыслами … - Хватит! – рыкнул Демиан. – Кто бы он не был, он лечит животных. И он нам очень нужен. Кое-как взобравшись на холм, оборотни, наконец, увидели небольшой домик. Слегка покосившийся, черепица кое-где отсутствовала, практически черного цвета древесина. Из трубы мерно струился дым, изредка отклоняясь из-за ветра. Небольшой огород окружал домик со всех сторон, небольшие и старые фруктовые деревья и старый деревянный забор. Ворота настежь открыты явно для нежданных гостей. На крыльце спал средних размеров вислоухий пес. Но стоило оборотням подойти к забору, как пес мгновенно проснулся и начал громко гавкать, подскакивая на передних лапах и оборачивая морду в сторону двери. - Ишь как ругается, - усмехнулся Вениамин. - Чего это он? – тихо спросил Риан. – Не могу понять: то ли это он нас ругает, то ли прогоняет. Ну и говор у собак, - ответил Вилей. - Не важно, - проговорил Демиан, решительно вступая на территорию двора. Тихий скрип двери отвлек четверых оборотней. Они услышали мягкие шаги, тихий скрип половиц и шуршание ткани. - Кейко, - послышался бархатный голос, - перестань. Ты гостей пугаешь. Из домика вышел небывалой красоты юноша. Демиан так и застыл на месте, как и остальные оборотни. К ним на встречу шел, по меньшей мере, воплощение прекрасного снежного духа леса. Белые волосы струились по плечам, необыкновенно яркие синие глаза проникали вглубь сердца, прекрасное личико так и манило прикоснуться, чтобы убедиться, что это не видение, не иллюзия. Демиан словно во сне видел мягкую поступь юноши, мерное покачивание накидки и длинных рукавов. - Что вас привело ко мне? – спросил Лаур, разглядывая высоких незнакомцев. Вениамин первый опомнился и стал активно тыкать локтем в бок Демиана. - А … м … - неуверенно проблеял вожак оборотней, отчего Вилею стало стыдно за Демиана. – Наши кони. С ними что-то не так. Лаур подошел к Сохре и погладил по морде, внимательно всматриваясь в затуманенные глаза животного. Он сразу понял, что случилось с этими прекрасными конями, и, взяв поводья, Лаур повел животных за собой. - Приходите через три дня, - сказал юноша, скрываясь вместе с лошадьми за домом. Ни слова не говоря, оборотни повернули в сторону города и медленно поплелись туда. Всех не покидал образ прекрасного юноши, но больше всех был поражен сам Демиан. Он только сейчас заметил, как быстро бьется сердце, как тяжело дышать и думать о чем-то другом, нежели о том прекрасном создании. Первым отошел Вилей, который резко остановился, заставив всех остальных обернуться. - Мне кто-нибудь объяснит, почему на этом человеке одежда омег нашего племени?