Неожиданная встреча

Мысль о том, что ему знаком голос Хагена сводила Эрвина с ума, он понимал, что слух восстановился не полностью и полагаться на него он не может, но его все равно злило, когда он не мог найти четкий ответ на свои вопросы. Он очень ждал, когда вернется зрение, возможно, тогда будет легче понять, почему этот голос вызывает подобное ускользающее ощущение. Волновало Эрвина и то, что вопреки здравому смыслу он стал проникаться симпатией к хозяину дома. Да, были некоторые основания полагать, что герр Хаген не тот, за кого себя выдает, но подобные эмоции были совершенно нехарактерны для строгого и рационального Эрвина. Проснувшись утром, через неделю после той страшной бомбардировки, Королев понял, что его окружает не привычная за эти дни, тьма, хоть и не совсем четко, он различал очертания предметов. Жуткое чувство потери и паника, от того, что он никогда не будет видеть, отпустили его и он даже улыбнулся. В первый раз за всю эту страшную неделю. Хорошо подумав, он решил пока никому не говорить о своих переменах, до тех пор, пока он не уверится, что улучшения стабильные и ему станет лучше. В дверь постучали, и вошел высокий мужчина, по голосу Эрвин понял, что это сам хозяин дома. Он подался вперед, чтобы лучше рассмотреть его. В походке, в самой фигуре было что-то узнаваемое, такое же неявное и ускользающее, как его голос. - Доброе утро, герр Кинн, надеюсь, вы хорошо спали? Эрвин кивнул и поблагодарил Хагена. - Я должен буду на пару дней уехать, не будет ли каких-то пожеланий, может быть, вам что-то нужно, о чем не скажешь дамам. Тон был насмешливый и до того знакомый Эрвину, что от волнения у него закружилась голова. Он изо всех сил пытался вспомнить хозяина этого голоса, но все было бесполезно. Зубов заметил слабость гостя и предложил свою помощь. Эрвин снова отказался, и, удостоверившись, что ему ничего не нужно, Алексей вышел из комнаты. На следующее утро Эрвин понял, что видит ещё лучше, а на второй день зрение вернулось к нему полностью. Он находился в отличном настроении. Бригитта, с которой он поделился своей новостью, радовалась не меньше. Вечером второго дня, после отъезда Хагена они сидели в гостиной, как вдруг Бригитта прислушалась к чему-то и, просияв нежной улыбкой, встала. — Это Алоис возвратился. Голос, которым была произнесена фраза, радость, отразившиеся на её лице, дали понять Эрвину, как сильно она влюблена в своего мужа. Бригитта выскользнула из комнаты и побежала к двери, в которую заходил улыбающийся хозяин дома. Он обнял жену, ласково ей улыбнулся и повернулся к Эрвину: - Добрый вечер, герр Кинн, как вы себя чувствуете? И тут Эрвин увидел лицо Алоиса Хагена, которое наложилось на звук голоса и понял все. Только многолетняя привычка разведчика не выдавать эмоций ни при каких обстоятельствах, помогла ему сохранить лицо и не показать своих чувств. К нему, улыбаясь, приближался человек, которого он любил и помнил все эти годы, и с которым он единственный раз позволил себе не сдержаться, о чем никогда не жалел. Он видел, что после того, как ему пришлось замкнуться, Алексей был растерян и немного обижен, но больше Королев не мог позволить эмоциям взять верх над осторожностью. А вскоре его перебросили в Германию. Эрвин смотрел на приближающегося хозяина дома и ощущал безмерное счастье, понимая, что Хаген, к которому он попал, оказался тем самым Лешей Зубовым, а значит советским человеком, разведчиком. По какой-то, и самому ему непонятной причине, Эрвин решил не открываться, что стал видеть. Улучив момент, пока Хаген вышел из комнаты, он наклонился к Бригитте и, смущенно попросил не раскрывать его секрет, сказав, что хочет точно убедиться, что положительные изменения постоянные и необратимые. Женщина понятливо кивнула и успокаивающим жестом похлопала Эрвина по руке: - Я вас понимаю, герр Киннн, - она заговорщически наклонилась к нему, - лучше переждать, чем обрадовать, а потом понять, что поторопился. Я на вашей стороне и не выдам вас. Эрвин почувствовал, как стыд ожег ему щеки. Бригитта оказалась замечательным, понимающим человеком, она приютила его, делала все, чтобы ему было спокойно и удобно выздоравливать, а он обманывал доверие этой женщины, желая её мужа, которого она, несомненно, очень любила. Эта мысль окончательно убедила Эрвина в том, что надо как можно скорее уехать из дома, чтобы не выдать себя. Зубов, скорее всего, вспомнил своего преподавателя, но раз не показывает виду, то это дает Эрвину возможность остаться инкогнито, а значит, Алексей не должен узнать, что Королев стал видеть, иначе объяснение будет неизбежным. Бригитта пока что его не выдаст, он окончательно окрепнет и через несколько дней уйдет из дома и попытается связаться со Штирлицем.