Неожиданная встреча

Зубов схватил Эрвина за руки и горячечно бормотал: - Ты узнал меня, да, ты узнал? Когда? - Два дня назад, - тихо ответил Эрвин, волнуясь, что в таком состоянии горячий взрывной Зубов может и ударить его за то, что он не признавался. Но, он не мог предположить, что Алексей внезапно сильно сожмет его в объятиях и вопьется отчаянным поцелуем в его губы. Эрвин в первые секунды не стал сопротивляться, ему так давно хотелось обнять это сильное ладное тело. Но спустя несколько долгих мгновения он осознал, что у Алексея шок, что он сейчас не в себе и пользоваться его состоянием будет совсем некрасиво. Он осторожно, но крепко сжал плечи Зубова и мягко отодвинул того от себя. И понял по взгляду серых глаз, что совершил роковую ошибку. А Алексей вспомнил, как несколько лет назад Королев тем же жестом оттолкнул его. Взгляд Зубова вмиг потускнел, и он снова опустился в кресло, отвернув в сторону голову. Эрвин не знал, как правильно поступить в этой ситуации, но понимал, что уйти нельзя. Бросить сейчас в таком состоянии Зубова, значит снова предать его. Эрвин опустился перед ним на колени, обхватил голову и, повернув её себе, он снова прикоснулся губами к губам. И услышал судорожный вздох вперемешку с всхлипами. Самое неромантичное, что можно услышать во время поцелуя, но Эрвину кажется, что это лучший поцелуй в его жизни, когда наконец можно дать волю своим чувствам, не сдерживаясь. Неожиданно уже Алексей отшатывается, обрывая поцелуй, потом вскакивает и тянет Эрвина за собой. А Эрвин и не собирается сопротивляться, он готов сделать для Алексея что угодно. Алексей продолжает тянуть его за собой, вверх по лестнице на второй этаж. Эрвин чуть не запаниковал, подумав, что Алексей сейчас приведет его в их общую с Бриггитой спальню, но Зубов тянул его в сторону комнаты, которую выделили Эрвину. Он вталкивает Кинна в спальню, и опрокидывает на широкую кровать, наваливаясь сверху и снова целуя в губы. По судорожно-трясущимся рукам, которыми он начал срывать свою и чужую одежду, неаккуратным резким движениям, Эрвин понимает, что Алексей на грани, поэтому он мягко отводит горячие ладони и помогает закончить начатое, легко справляясь с мелкими пуговками, целуя оголяющиеся участки кожи. Зубов отдался более опытным рукам, расслабляясь в объятьях Кинна. Эрвин, пользуясь состоянием Алексея, перевернулся, подминая того под себя и накрывая своим широким телом более хрупкого Алексея, продолжая покрывать поцелуями все его тело. Алексей млел в его объятьях и под его губами, но неожиданно остановил. - Если ты продолжишь, то все закончится. Я хочу по-настоящему быть с тобой. Хочу чувствовать. - Уверен? – уточнил Кинн. - Да, - уверенно заявил Зубов и резво перевернулся, снова меняя их положения. – Только я буду сверху. И тут Эрвин увидел того самого мальчишку, которого знал до войны. Уверенного и улыбчивого. Влюбленного в него. Эрвину и в голову не пришло протестовать. Он только уточнил: - Ты знаешь, что делать? - Так не радиодело, справлюсь, - залихватски усмехнулся Леша, оседлывая Эрвина. – Буду очень старательным и усердным. Эрвин от этого только рассмеялся, вспоминая, что именно этими словами начал первый урок. Но Зубов стер улыбку своими губами, проложил цепочку жарких поцелуев, перемешивая их с укусами, вниз по телу Эрвина и обхватывая член пухлыми губами. Тот от неожиданности вскиннулся, чуть глубже проникая в горло, явно неопытного в этом деле Алексея. Он уже хотел извиниться, но Леша справился с импульсом и продолжил более уверенно, отчего у Эрвина все мысли вылетели из головы, а слова застряли в горле. Он мог только издавать сдавленные стоны. Он уже был готов кончить, но Алексей отстранился и снова перевернул его, теперь уже лицом вниз. Эрвин только успел удивиться, что Алексей настолько сильный, но мысли снова вылетели из головы, когда юркий язык начал свой путь от плеч по спине и к ягодицам. А после и вообще сделал непотребное, провел языком между ягодиц. О таких ласках Эрвин даже и не слышал, он уже хотел возмутиться, но из горла вылетел такой громкий стон, что, если бы не было так хорошо, ему было бы очень стыдно. А спустя несколько долгих мгновений язык заменили сначала один палец, потом уже два. Эрвин остатками разума понимал, что не выдержит такого натиска и скоро кончит и хотел уже сказать об этом, но тут пальцы исчезли, и их заменил член. От неожиданности Кинн вздрогнул и возбуждение чуть спало. Он никогда не был в этой роли с мужчиной, поэтому первое проникновение оказалось болезненным. - Люблю тебя, - зашептали в ухо, обхватывая за плечи и накрывая тело своим крепким гладким телом. – Всегда только тебя любил. Никогда не переставал. Зубов шептал эти сокровенные слова в ухо в такт толчкам и уже вся боль забыта, а только эйфория и непонятно от чего больше, от обжигающих движений или от не менее обжигающих слов. - И я, - решился ответить Эрвин, сбиваясь на стоны и сбившееся дыхание. Теперь-то уж можно сказать. – Только тебя... с момента... как ... увидел. Леша застонал и кончил, падая сверху и вжимаясь в напряженное тело. Он обхватил член Эрвина, помогая также придти к финишу и нежно целуя в ухо. Эрвин довольно быстро догнал Лешу и рухнул на мягкую перину, наслаждаясь тяжелым телом сверху. Алексей еще пару минут оставался в этом положении, а потом скатился с него, упал сбоку и вжался носом в мускулистое плечо. Эрвин перевернулся на спину, обхватил рукой расслабленное тело своего Лешки, прижал к себе и уснул, наслаждаясь теплыми объятиями любимого тела. А на утро он проснулся один в кровати. Его встретила только записка, оставленная на соседней подушке: «Отправился на задание. Обещаю вернуться. Жди меня». Вот только с задания Леша так и не вернулся.